Читать книгу Чистилище - Сергей Тармашев - Страница 4

Часть первая

Оглавление

Девятнадцать дней после начала эпидемии.

Москва, секретный подземный командный пункт под Раменками,

общая численность личного состава 15 174 человека. 20 часов 12 минут

В просторном кабинете с высокими сводчатыми потолками, под завязку напичканном электроникой командного пункта, вопреки обыкновению находились всего три человека. Двое из них, в генеральских мундирах ФСБ с вышитыми золотом звездами на погонах, сидели за массивным Т-образным столом для совещаний. Тот, на чьих погонах звёзд было больше, восседал в кресле начальника. Второй, у которого со звездами было поскромнее, как и положено в таких случаях, занимал место попроще. Оба они буравили взглядами рослого голубоглазого бойца в армейском камуфляже без знаков различия, замершего перед ними по стойке «смирно».

– То, что вы услышите сейчас, капитан, предназначается исключительно для ваших ушей, – хмуро произнес сидящий сбоку от высокого начальства генерал. – Вы не имеете права доводить эту информацию даже до своих подчиненных, с которыми пойдете на задание. Это понятно?

– Так точно, товарищ генерал! – отчеканил офицер.

– Хорошо, – неторопливо оценил тот и указал на огромную электронную карту, занимающую половину стены. Карта представляла собой план Москвы, на который была наложена схема расположения стратегических подземных объектов глубокого заложения, в которых сейчас укрылось высшее государственное и военное руководство страны. – Смотрите внимательно и запоминайте, потому что никаких карт вы с собой не возьмете. Надеюсь, вам понятно, по какой причине?

– Понятно, товарищ генерал! – лаконично ответил капитан. – Вопросов нет.

– Хорошо, – столь же неторопливо повторил генерал. – Наша подземная инфраструктура строилась на случай ядерной войны, многие объекты имеют защиту против атаки химическим и даже бактериологическим оружием. Однако к глобальной эпидемии такой силы мы оказались не готовы. – Он мрачно поморщился и уточнил: – Судя по всему, к ней оказались не готовы все. Нам ещё повезло: вирус дошел до нас не сразу и мы успели провести эвакуацию высшего руководства, так что страна не осталась обезглавленной. И, несмотря на огромные потери, мы продолжаем борьбу и делаем всё, чтобы остановить эпидемию. И ваше задание имеет к этому непосредственное отношение.

Генерал вновь вонзил в капитана суровый взгляд, убеждаясь, что подчиненный исполнен решимости и твердости духа, после чего продолжил:

– Как только с Америкой была потеряна всякая связь, Верховный главнокомандующий приказал эвакуировать под землю наиболее ценные научные кадры. К сожалению, укрыть всех мы не успели. Во избежание паники эвакуация проводилась скрытно, и времени не хватило. Поэтому многих специалистов приходилось эвакуировать в последнюю минуту, когда в Москве уже начались первые вспышки эпидемии. К тому времени в целях предотвращения бактериологической угрозы все объекты сети уже были переведены на автономное существование, подземные перевозки прекращены, входные гермозатворы задраены. Поэтому некоторые специалисты не имели возможности прибыть сюда и остались на тех объектах, что были ближайшими к месту их нахождения на момент объявления тревоги. Один из таких ученых, доктор Иванов, опытный вирусолог, находится сейчас в кремлевском бункере. Ваша задача – доставить его сюда. Мы выбрали для этой операции именно вас и вашу группу, капитан, потому что ваше начальство высокого мнения о вас, как о профессионале. Сейчас на вас надеется, без преувеличения, вся страна!

– Мы не подведем, товарищ генерал! – ответил капитан и умолк, ожидая дальнейших инструкций.

Генерал, похоже, ждал более длинного ответа, но вида не подал и после секундной паузы продолжил постановку задачи, подсвечивая лазерной указкой электронную карту:

– Выходы в подземные тоннели заблокированы, поэтому к Кремлю пойдете по поверхности. Наши основные наземные шахты находятся под осадой зараженных, имеющих оружие и тяжелую боевую технику. Эти люди находятся на грани гибели, их смерть лишь вопрос времени, вирус нанес необратимые повреждения их головному мозгу. Вследствие этого зараженные ведут себя неадекватно и крайне агрессивно. Проникнуть на наш объект они не в состоянии, и это распаляет их ещё сильнее. Поэтому на поверхность вы попадете через один из запасных выходов. Там же вас будут ожидать по возвращении. Выход засекречен и тщательно замаскирован, соответственно, он не пригоден для подъема на поверхность боевой техники или тяжёлого вооружения. Идти придется налегке, а ситуация в городе крайне напряженная. Справитесь?

– Сделаем всё возможное и невозможное, – капитан внимательно изучал карту. – Справимся.

– Будьте предельно внимательны, капитан! – потребовал генерал. – Доктор Иванов располагает информацией об антивирусе. Она может оказаться не просто бесценной! Не исключено, что это поможет нам остановить эпидемию! Кремлевский бункер – это всего лишь высокозащищенный командный пункт глубокого заложения, у них нет ни средств, ни мощностей для изготовления вакцины. А здесь у нас имеются лаборатории и научные специалисты. Возможно, в их силах всё исправить! Вы понимаете, какая ответственность ложится на вас?!

– Так точно, товарищ генерал! – заверил его капитан, чеканя каждое слово. – Мы доставим сюда ученого в целости и сохранности, чего бы это ни стоило!

– Надеюсь, что вы не без основания уверены в своих силах, – взгляд генерала был всё так же суров. – В кремлевском бункере доктора Иванова заранее экипируют для перемещения по поверхности. К моменту вашего прибытия он будет готов. Радиосвязью, частотами и паролями вас обеспечат перед выходом. Во время всей операции соблюдать радиомолчание. Ни при каких обстоятельствах не приближаться к входам в следующие объекты: сюда, сюда и сюда! – Лазерная указка генерала поочередно подсвечивала условные обозначения на карте. – А также сюда и сюда! С этими объектами связь утеряна, там зафиксированы вспышки эпидемии, личный состав погиб либо подвергся заражению. Остальные объекты сообщают о высокой активности зараженных вокруг наземных шахт, ведущих к входам. Поэтому от маршрута не отклоняться! Задача ясна?

– Так точно, товарищ генерал! – подтвердил капитан. – Разрешите приступить к подготовке?

– Приступайте, – позволил тот. – Вся необходимая помощь вам будет оказана. И помните: информация доктора Иванова ни при каких обстоятельствах не должна оказаться утерянной! Идите!

Капитан по-строевому развернулся и покинул кабинет. Несколько секунд оба генерала смотрели ему вслед, после чего хозяин кабинета, до сих пор не проронивший ни слова, негромко произнес:

– Почему ты уверен, что он дойдет? Это какая по счету будет попытка? Третья?

– Четвертая, – скривился собеседник. – И я не уверен. Но я трижды отправлял в Кремль своих лучших людей. Первая группа ушла тоннелем, вторая – по поверхности спустя два часа. Не вернулся никто. В девятнадцать ноль-ноль я отправил третью группу следом за первой. Они вернулись десять минут назад. Уцелело всего двое, оба были ранены.

– Почему не дошли?

– Подробный рапорт получить не представляется возможным, – генерал многозначительно посмотрел на своего начальника: – Раненые не прошли карантин. Из их первичного устного доклада следует, что тоннели заражены и заполнены мутантами. Мутанты вооружены холодным оружием, в основном строительным инструментом, и вроде бы даже что-то копают, потому что железнодорожные пути повреждены и проехать по ним невозможно. Кроме того, раненые успели сообщить о высокой влажности в тоннелях. Не исключено, что туда поступает вода, это необходимо проверить. В общем, группа натолкнулась на мутантов, пройдя два километра, и попыталась пробиться через них с боем, но была задавлена численным превосходством. Если верить раненым, то мутанты прибывали сплошным потоком, что означает потерю контроля либо над вентиляционными шахтами тоннелей, либо над входами, либо оба варианта сразу. – Генерал зло скривился: – Три лучших группы погибли ради каких-то слухов, полученных неизвестно от кого! Я не хочу терять своих людей, вот и выбрал этого капитана. Его группа оказалась у нас в тот день едва ли не случайно, они из армейской разведки, к тому же все контрактники, вот пусть и продемонстрируют, насколько они там компетентны.


Десяток хорошо вооруженных бойцов, экипированных в ОЗК и панорамные противогазы с замкнутым циклом, карабкались по узкой стальной лестнице. Подъем из нешироких металлических перекладин тянулся высоко вверх, уходя по стене вертикальной бетонной шахты, и терялся в кромешной тьме. Штатное освещение в шахте имелось, по противоположной от лестницы бетонной поверхности через каждые десять метров тянулись пыльные плафоны. Но с началом эпидемии выяснилось, что секретные тоннели оказались не столь секретными, как хотелось. Сотни людей в той или иной мере знали об их существовании и бросились искать в них входы в подземные бункеры, надеясь на спасение. Потому в целях поддержания режима секретности и обеспечения бактериологической безопасности все источники света в секретных тоннелях были обесточены.

– Товарищ капитан, разрешите вопрос? – один из бойцов на мгновение замер на лестнице, поправляя тактический фонарик, укрепленный на снаряжении, и полез дальше.

– Валяй, – голос капитана в ближнем эфире звучал без шипения и искажений, создавая обманчивое впечатление полнейшей заброшенности подземных шахт.

– Почему нас отправили по поверхности? Если от подземного города до кремлевского бункера ведет прямая линия Д6? По ней дойти было бы сподручнее. И из-под земли в бункер войти всяко проще! На поверхности вход надо ещё найти. Зачем такие сложности?

– А ты не догадываешься? – буркнул капитан. – Выходы в тоннели закрыты в целях поддержания герметичности. Вентиляционные шахты выходят на поверхность, а там – вирус. Нет гарантии, что фильтровентиляционные установки с ним справятся. Если они вообще есть в каждой шахте.

– Но нас же отправили за этим доктором! – не сдавался контрактник. – Значит, по возвращении будет карантин и возня с дегазацией-дезактивацией. И какая разница тогда, есть вирус в тоннелях или нет?

– Вроде в прошлом году тугодумов мы на контракт не брали… – задумчиво изрёк капитан.

– А я в позапрошлом подписал! – ехидно заметил боец. – Но соображаю нормально. Раз не пустили в тоннели, значит, пройти через них нельзя. Значит, кто-то это выяснил. Значит, мы не первая группа, которая идет за доктором. И предыдущие не вернулись. Тогда почему нам навязали маршрут следования и запретили от него отклоняться?

– Потому что никто особо не рассчитывает на наше возвращение, – фыркнул капитан. – Наверняка идем для галочки, чтобы начальство смогло отчитаться в случае чего.

– Это как так?! – опешил боец. – Мы же идем за ученым, у которого информация об антивирусе!

– Лажа всё это, – в голосе капитана сквозила насмешка. – Сам подумай: ты – президент, забился от вируса в подземный город, где засело пятнадцать тысяч рыл, и задраился в нем со всех сторон. На поверхности народ мрёт, как мухи, а кто не умер – мутировал и стал бросаться на всё, что движется. А ещё там полно зараженных, которых ожидает всё то же самое, только чуть позже. И тут тебе сообщают, что вирус можно победить, для этого всего-то делов – доставить из кремлевского бункера одного ученого, который всё знает. Ты бы стал отправлять за ним группу или даже две?

– Я отправил бы батальон или даже два! – заявил боец. – И бронегруппу! Идти тут недалеко, они подавят сопротивление любых мутантов, зараженных, крыс, птиц и даже комаров перебьют, если потребуется. Даже если все они заразятся – дело того стоит. Учёные замутят противоядие и всех вылечат.

– То-то и оно, – согласился капитан. – Группа, стой! – Он подсветил фонариком утопающую в темноте высь. – До выхода двадцать метров. Пять минут привал, и выходим. Фонари погасить!

Бойцы ухватились за лестничные скобы локтевыми сгибами, чтобы дать отдохнуть кистям рук, тактические фонари погасли, и шахта погрузилась в звенящий мертвой тишиной чернильный мрак.

– Товарищ капитан! – вновь зазвучал в эфире голос не в меру любопытного бойца. – Так что же получается, доктора, за которым мы идем, не существует? Нас отправили в никуда ради отчетности и обратно не впустят? Это они так численность личного состава сокращают? Типа экономят продовольствие, или это для спокойствия остальных, мол, мы боремся с эпидемией не покладая рук?

– Не думаю, что совсем в никуда, – задумчиво ответил капитан. – Иначе командующий не стал бы инструктировать меня лично, да ещё кормить дезой. Поручили бы какому-нибудь полкану.

– Дезой? – встрепенулся боец. – Генерал скормил нам лажу? Это насчет зараженных бункеров?

– Угу, – коротко протянул капитан. – Он объявил все бункера, находящиеся отсюда в радиусе относительной досягаемости, зараженными. А это ересь. У «Чука» на узле связи есть личные контакты, да, Чук? Что твоя звезда говорила о связи с другими бункерами?

– Говорит, что связь много с кем есть, – откликнулся контрактник с радиопозывным «Чук». – С бункерами штаба ПВО, с ракетчиками, с ФСБшниками, ещё с кем-то. И вроде у них всё спокойно, только зараженные в шахты ломятся.

– Ты про Кремль спрашивал? – поинтересовался первый контрактник. – Что там сейчас?

– Спрашивал. Не знает она. – Чук поменял руку, которой держался за лестничную скобу. – Кремлевский бункер висит на другой линии связи, за неё другие люди отвечают.

– То есть нам специально наплели про заражение в ближайших бункерах, чтобы мы в первую же минуту не забили на задание и не рванули туда искать убежище? – предположил боец. – А что, противогазы у нас с замкнутым циклом, запросто дойдем. А там нас прогонять не станут, бойцы сейчас в цене!

– Мозги сейчас в цене! – насмешливо оборвал его капитан. – И герметичность. Кто тебя к себе впустит, Шмель? Ты с поверхности на себе вирус притащишь, а как с ним бороться – никто не знает. Это здесь под землей целый город. Не в каждом бункере есть карантинная зона и куча медиков для неё. Ты бы на их месте стал рисковать?

– Нет, – поник Шмель. – Тогда зачем вообще было страшилками нас пугать?

– Чтобы у тебя не появилось соблазна затупить! – капитан иронически фыркнул. – И рвануть из одного бункера в другой, даже не раскинув мозгами о том, что тебя не пустят. Чтобы ты не провалил задание в первую же минуту, а добросовестно принялся его выполнять.

– Значит, доктор Иванов всё-таки есть? – предположил Шмель. – Мы идем не зря?

– Посмотрим, – уклончиво произнес капитан. – Может, и есть. Скорее всего, точно есть, но вряд ли имеющаяся у него информация так важна, как нам тут на уши понавешали. Просто кто-то из большого начальства хочет перевести его в Раменки. Может, он чей-то родственник или ещё что… Всё, кончай перекур! Привал окончен, выходим на поверхность. Из люка мы попадем в городские подземные коммуникации, на минус второй уровень. Там никого не бывает, но смотреть в оба!

Группа зажгла фонари и продолжила карабкаться вверх по шахте. Выходной люк, венчающий ствол шахты, оказался увесистой прорезиненной стальной болванкой, запертой со стороны шахты на массивную щеколду из нержавеющей стали. Чтобы её отодвинуть, пришлось повозиться, но распахнуть люк оказалось ещё сложнее. Тяжелая болванка поддавалась с трудом, но едва её удалось опрокинуть, в распахнувшееся люковое отверстие с яростным надрывным хрипом ринулся человек в грязной ободранной гражданской одежде. В луче света мелькнули налитые кровью глаза, и скрюченные окровавленные пальцы метнулись к горлу капитана. Офицера спасла реакция. В последний миг он успел уклониться от рук нападающего, рывком вжимаясь в лестницу, и хрипящий человек промахнулся. Его пальцы сомкнулись на пустоте, и тело, не получив опоры, рухнуло в шахту. Бешено сипящий человек, судорожно дергая конечностями, падал вниз, отскакивая от стен шахты на вцепившихся в лестницу бойцов и обратно, и исчез в темноте. Звуки падения его тела заглушил взбешенный хрип нескольких десятков глоток, и в распахнутый люк потянулся целый лес густо вымазанных в крови рук. Кто-то из стремящихся схватить капитана не удержался и полетел следом за своим предшественником.

– Твою мать!!! – выдохнул капитан. – Всем держаться крепче! Их тут полно!

Он вцепился в лестницу локтевым сгибом левой руки, выхватил пистолет и открыл огонь в упор. Многоголосое яростное сипение зашипело с ещё большей силой. Люди с налитыми кровью глазами жадно тянули к нему руки и пытались ухватиться за пистолет, не обращая внимания на пробивающие их тела пули.

– Они не дохнут! – капитан согнул ноги в коленях, приседая на ступеньке, и сменил прицел.

Выпущенная пуля пробила кровавоглазую голову, и мутант полетел в шахту люка. Следом рухнуло второе тело, затем третье, но их места тут же оказались заняты новыми мутантами.

– Да сколько же вас там?! – выругался капитан, что есть силы вжимаясь в лестницу.

– Кэп, я – Краб! – ожил эфир голосом замыкающего. – Что делаем? Задний ход?

– Да кто ж нас обратно пустит! – капитан уклонился от ринувшегося на него мутанта и выстрелил. Пуля пробила нападающему череп, заставляя его рухнуть в шахту, и затвор пистолета встал на затворную задержку, сообщая об опустошении магазина. – Без доктора приказано не возвращаться! Будем пытаться выходить здесь!

Он нажал на кнопку экстракции магазина, и опустевший магазин полетел вниз, исчезая в темноте. Капитан перехватил оружие в левую руку и потянулся к подсумку, спеша перезарядить пистолет.

– Шмель, Чук, прикройте меня! – приказал он, меняя магазин. – Цельтесь в головы, по-другому они не дохнут! Надо проредить толпу! Остальным быть наготове! Беречь ребризеры и шланги противогазов! Держаться крепче!

Офицер вогнал новый магазин в пистолетную рукоять, воткнул оружие в кобуру и выхватил из гранатного подсумка зеленый овал РГД-5. Он вложил гранату в левую руку, убеждаясь, что затянутая в неуклюжую перчатку ОЗК кисть надежно сжала предохранительную чеку, разогнул усики и выдернул кольцо. Снизу загрохотали пистолеты бойцов, заставляя тянущихся из люка мутантов замертво падать в шахту. Вяло дергающиеся тела летели прямо на спины вцепившихся в лестницу солдат, заставляя их уклоняться в разные стороны, чтобы не повредить укрепленные на спинах емкости противогазов. Секунд двадцать грохотали выстрелы, потом лес тянущихся рук поредел, многие конечности уже не рвались к капитану, а лишь безвольно свисали вниз.

– Пусто! – доложил Чук, расстреляв магазин. – Кэп, что там?! – Боец спешно перезаряжал оружие.

– Прекратить огонь! – бросил в эфир капитан и рывком выпрямил ноги. Он метнулся к люку и схватил за запястье тянущуюся оттуда руку. Офицер рванул её на себя, подседая всем телом, и выдернул из люка одного из мутантов. Тот с бешеным хрипом полетел вниз, судорожно хватаясь за свисающие руки мертвецов, и рухнул в шахту вместе с парой трупов. В эту же секунду капитан выхватил из кисти левой руки гранату и швырнул её в освободившееся отверстие.

– Граната! – рявкнул он в эфир, вжимаясь в лестничные ступени, и сразу же вытащил из подсумка ещё одну. – Четыре подрыва – и выходим! Я – налево, Чук – направо! Работаем парами!

Наверху громыхнул взрыв, и капитан отправил в люк вторую гранату, целя в противоположную часть тоннеля. Дождавшись подрыва, он бросил ещё одну, затем ещё, и заспешил к распахнутому люку, из которого валили клубы пыли. Он выбрался из шахты в двух шагах от мутантов. Люди с налитыми кровью глазами корчились на полу, стояли на четвереньках или держались за стены, бестолково вращая головами от потери ориентации. Но действие контузии покидало их очень быстро, и ближайший мутант набросился на капитана. Офицер не успел достать пистолет и метнулся нападающему под ноги. Руки мутанта промахнулись мимо цели, ноги запнулись о согнувшегося человека, и яростно хрипящий противник полетел на пол. Капитан отпрыгнул от него, извлекая пистолет, выстрелил в открывшийся затылок и сместился в сторону, давая возможность Чуку вылезти из люка. Оправившиеся от контузии мутанты бросились в атаку, и несколько секунд оба бойца вели огонь в упор. Пули пробивали головы нападающих в паре шагов от люка, из которого один за другим появлялись остальные разведчики, но из мрака тоннелей, освещаемого мечущимися лучами тактических фонарей, бежали всё новые мутанты.

– Да сколько же их! – кто-то из бойцов, только что вылезших из люка, сорвал с груди автомат и рывком разложил приклад. – Кэп, перезаряжайся!

Он вскинул оружие, зажигая тактический фонарь, и принялся короткими очередями отстреливать спотыкающихся о трупы мутантов.

– Бить одиночными! – выкрикнул капитан, приседая на колено. – Их тут полно! Беречь патроны!

Офицер воспользовался короткой передышкой и сменил пистолет на автомат. Подоспевшие разведчики открыли огонь, и потоки свинца выкосили рвущихся к люку мутантов. Но поток атакующих не ослабевал, и каждую секунду из темноты появлялись новые нападающие. Капитан спешно сменил опустевший магазин, запрыгнул на кучу трупов, вскинул автомат и направил вдаль тактический фонарь. Луч света высветил непрерывный поток мутантов, спешащих к месту боя из хитросплетений подземных тоннелей.

– Кэп, они прут сзади бесконечной толпой! – сообщил Чук, посылая в бегущих мутантов пулю за пулей. – Мы так без патронов останемся!

– Будем прорываться к выходу! – капитан обернулся. – Закрыть люк! Нам ещё возвращаться через него! Идем в левый тоннель, через двадцать метров там будет поворот направо. Если прорвемся, то дойдем до люка на минус первый уровень, оттуда выйдем на поверхность!

Двое бойцов спешно опрокинули крышку люка, запирая шахту, и капитан невольно оценил уровень маскировки. Сверху люк был выполнен как часть бетонной стяжки, и на забитом пылью и грязью полу заметить его, заранее не зная, что искать, было невозможно. Ручек для поднятия крышки снаружи видно не было, видимо, этот выход из подземного города планировался для открытия изнутри, и как теперь его открывать – не понятно. Но с этим будем разбираться потом.

– Парами, вперед! – скомандовал капитан, и разведгруппа принялась пробиваться через заполненный мутантами тоннель.

Передовую волну нападающих отсекли от основной массы гранатами и расстреляли сходу в упор. Опешивших от взрывов, но устоявших на ногах мутантов сбивали наземь ударами плеча и бежали прямо по ним, лишь бы не потерять скорость. Нападающие приходили в себя очень быстро, спешащие к ним на помощь мутанты с другой стороны тоннелей наводнили всё вокруг, и счет шел на секунды. В нужное ответвление группа ворвалась, преследуемая сплошным потоком яростно хрипящих мутантов, расстояние до которых не превышало двух метров. Только непрерывный огонь, который вели на бегу отступающие разведчики, мешал нападающим захлестнуть небольшую группу – убитые мутанты валились под ноги бегущим позади, и те, подталкиваемые напирающим сзади потоком, спотыкались о трупы и падали, создавая в нешироком тоннеле давку и сутолоку.

– Граната! – выкрикнул боец, двигающийся крайним в арьергарде.

Он задержался на мгновение, выпуская из рук автомат, и одну за другой швырнул в толпу мутантов две ребристых болванки Ф-1. С полдюжины разъяренно хрипящих людей с налитыми кровью глазами с разбегу бросились на остановившегося разведчика, хватаясь за него руками. Боец резким движением вывернулся, сбивая скользящие по резинополимеру ОЗК пальцы врагов, подхватил болтающийся на ремне автомат и прыжком нырнул в боковое ответвление следом за остальными разведчиками. Поток преследователей ринулся за ним. Едва разведчик рухнул на грязный пол, как в переговорное устройство противогаза рявкнуло голосом капитана:

– Краб, лежать!!! Замри!

Прикрывающие своего товарища бойцы открыли беглый огонь из глубины коридора, и несколько секунд потоки свинца рвали воздух прямо над его головой. Позади, в центральном тоннеле, друг за другом ударили два разрыва, и вход в боковой коридор заполнился клубами пыли.

– Краб! Пошел!!! Ходу! Ходу! – звенел от напряжения эфир. – Не останавливайся!

Боец вскочил и рванулся вперед. Он, не оглядываясь, промчался мимо пары разведчиков, прижавшихся к противоположным стенкам коридора, автоматы которых производили прицельные выстрелы с минимальными интервалами. Поток пуль срезал десяток набившихся в коридор мутантов, и на несколько секунд узкий коридор опустел.

– Краб, ты что, спятил?!! – капитан отлепился от стены и развернул фонарь в глубь коридора. Узкий проход длился метров двадцать и разделялся, расходясь в противоположные стороны. Мутантов там видно не было, но из глубины погруженных во мрак проходов слышался топот множества бегущих ног.

– По-другому могли не отбиться… – Краб, тяжело дыша от избытка адреналина, спешно менял магазин. – Их слишком много… Как они вообще тут оказались?! Сюда же люди не заходят!

– Это местные диггеры, – нервно хохотнул кто-то из бойцов. – Забрели по старой памяти…

– Уходим! Быстро! – оборвал его капитан, подсвечивая тактическим фонарем низкий потолок. – Где-то здесь должен быть выход на минус первый! Люк в потолке с лестницей из скоб!

– Вот он! – один из разведчиков высветил грязную квадратную крышку, в которую упиралась примитивная лестница, и полез по ней к люку: – Открываю!

– Кэп, они снова попёрли! – раздалось в эфире, и коридор вновь заполнился грохотом автоматных очередей. Опомнившиеся от взрывов мутанты, с яростным хрипом толкающиеся в центральном тоннеле, сбивая с ног друг друга, вывалились в боковой коридор.

– Отходим двойками! – капитан опустился в положение для стрельбы с колена и вскинул автомат. Бьющие посреди кромешной тьмы прямо в глаза лучи тактических фонарей абсолютно не смущали мутантов. Те даже не щурились от слепящего света, лишь дико скалились, бешено хрипели и с удвоенной яростью рвались вперед, создавая давку в узком коридоре. Автомат капитана часто заработал одиночными выстрелами, и два ближайших мутанта рухнули под ноги своим товарищам.

– Чук! – Капитан оглянулся на возящегося с люком разведчика. – Чего ты ждешь? Бабу голую?!!

– Крышка плохо поддается! – голос бойца, упирающегося в крышку люка, сипел от натуги. – Тяжелая хрень! Похоже, её сверху чем-то завалило!

– Давай быстрее! А то нас всех здесь чем-то завалит! – капитан хотел было помочь своему солдату, но на узкой лестнице с трудом помещался даже один человек в ОЗК и снаряжении. Офицер развернулся и взял на прицел противоположную часть коридора. Первая пара мутантов выскочила оттуда через секунду, но нападающие замешкались на перекрестке, и ему удалось прострелить обе головы. – Чук! Шевелись! Нас окружают!

– Готово… – Хрипящий от напряжения не хуже мутанта разведчик всё-таки сумел опрокинуть тяжелую люковую крышку. – Открыл! – доложил он и выбрался в открывшееся отверстие. – Трупы лежат прямо на люке… – начал было он и сразу осекся: – Мутанты! Дальше по коридору! Кэп, меня заметили! – Сверху зазвучали автоматные выстрелы, и второй боец метнулся к лестнице.

– Уходим наверх! – рявкнул капитан. – Быстро! – из-за угла выскочило сразу четверо мутантов, и он открыл огонь, посылая пули в дергающиеся на бегу головы.

Разведчики бегом вскарабкивались по узкой лестнице на верхний уровень, тут же вступая в новый бой, плотность огня внизу падала, и сдерживать мутантов стало невозможно.

– Гранатами огонь! – капитан метнул РГД-5 как можно дальше, но в неудобном ОЗК бросок вышел неточным, граната пролетела метров пять, задела за потолок и отрикошетила от него в толпу мутантов. – Ложись! – крикнул офицер, падая на пол и выдергивая из подсумка вторую гранату.

Но толпа атакующих стала настолько плотной, что опасаться шальных осколков не пришлось.

– Кэп! Отходи! – раздалось в эфире, и капитан метнулся к лестнице. Следом за ним, сужая кольцо круговой обороны, быстро пятилась крайняя двойка бойцов, между которыми Краб торопливо зажигал дымовую шашку. Картонная туба задымила густыми клубами черного дыма, и темнота освещаемого лучами тактических фонарей тоннеля мгновенно стала непроницаемой. По лестнице взбирались наощупь, выныривая из люка вместе с дымным столбом. Бой на первом уровне шел сразу с обеих сторон от люка, боевые двойки отстреливались от бегущих мутантов, поочередно перезаряжая оружие. Верхний коридор был гораздо уже, и тела убитых врагов быстро загромождали проход, мешая остальным.

– Меня схватили! – заорал в эфире Краб, наполовину застревая в люке. – Твою мать!!! – Он дергался, изо всех сил отбиваясь ногами от кого-то, невидимого в дыму. – Они видят сквозь дым!

Двое разведчиков бросились к нему и буквально вырвали его из люка вместе с мутантом, вцепившимся в сапоги его ОЗК. Надсадно хрипящая голова с налитыми кровью глазами мелькнула в свете тактического фонаря, и один из бойцов, сорвав с себя автомат, с размаху нанес мутанту удар стальным прикладом. Тот захрипел ещё сильнее, отпустил сапог Краба и попытался вскочить на ноги. Боец ударил его ногой в грудь, сбивая на пол, и вскинул автомат. Первая пуля попала размахивающему руками мутанту в плечо, заставляя его отпрянуть, вторая пробила голову и рикошетом ушла от стены в потолок, заставляя капитана пригнуться. Мертвое тело замерло и ничком рухнуло перед дымящимся люком, из которого уже лез второй мутант.

– Не стрелять по люку, рикошетом своих накроет! – Офицер рванулся к выбирающемуся мутанту и ударом плеча сбил его с ног. – Краб! Гранату вниз! Закрыть крышку, пока они все сюда не залезли!

Он выхватил боевой нож и с силой ударил поднимающегося мутанта сверху вниз. Лезвие вошло в затылок, пробивая мозг, и противник осел, исчезая в стелющемся по полу дыму. Позади него разведчики пытались закрыть люк, вдвоем налегая на крышку. Третий боец ударами ног сбивал появляющиеся оттуда руки и головы, одновременно выдергивая из гранаты кольцо. Он зашвырнул гранату в люк, внизу полыхнул взрыв, и крышку удалось захлопнуть.

– Кэп, надо уходить! – зашипел эфир голосом Чука. – Они зажмут нас здесь наглухо! Коридор узкий, не прорвемся! Куда дальше?! – Звучание телефонов тонуло в грохоте автоматных очередей.

– Мы в городской канализации! – капитан вновь шарил по потолку лучом тактического фонаря. – Ищи любой люк! Он ведет на поверхность! Их тут должно быть полно!

Несколько разведчиков осветили потолочные своды в поисках выхода, как вдруг в десятке метров впереди, где-то наверху, раздался грохот падающей на асфальт тяжелой железки, и в узкий тоннель сверху ударил луч фонаря. Рвущиеся к разведчикам мутанты задрали головы и захрипели от ярости ещё громче. Сразу несколько из них полезло вверх по обнаружившейся в электрическом свете лестнице, идущей по невысокой вертикальной шахте.

– Сдохните, уроды долбаные! – визгливо завопил кто-то сверху, луч фонаря дрогнул, и сверху в тоннель посыпались какие-то горящие предметы. – Сдохните! Сдохните!!!

– Ложись!!! – заорал Чук.

Разведчики попадали на пол, но вместо взрыва в тоннеле зазвучали негромкие хлопки, и вспыхнуло пламя, быстро распространяясь по узкому лазу.

– Твою мать! – выругался капитан, вскакивая. – Это бензин! Все назад!

Охваченные огнем мутанты дико сипели и с искаженными бешенством лицами лезли вверх по лестнице, словно стремились перед смертью добраться до своих убийц. Сверху попытались закрыть люк, но толпа мутантов буквально хлынула снизу вверх и выдавила крышку люка. С поверхности донеслись выстрелы и вопли, остального было уже не разобрать. Разгоревшееся пламя в считаные секунды отрезало разведчиков от люка и взбирающихся к нему мутантов, и бойцы в спешке отступали от ползущих к ним огненных потеков. Температура в тоннеле быстро возрастала.

– Кэп, я – Шмель! – раздалось в эфире. – Атака с тыла остановилась! Мутанты увидели пожар и встали! Дальше не идут, тупо таращатся на нас… Ё… моё! Они жрут трупы своих!

– Шмель, Лис – держать оборону! Остальным искать люк на поверхность! – Капитан вгляделся в остановившуюся атаку мутантов, и его невольно передернуло. Мутанты злобно сипели на распространяющийся огонь, теснящий разведчиков, и вправду пожирали своих мертвецов, по-звериному, зубами отрывая от трупов куски сочащейся кровью плоти.

– Есть люк! – прозвучал доклад. – Тут тупик, по левой стороне, сразу за трубами! Есть лестница, можно выбраться!

На поверхности царила ночная темнота, усыпанная заревами множества пожаров. Небо было густо затянуто черными грозовыми тучами, мокрый асфальт нёс на себе следы недавнего дождя, и в мелких лужах отражались языки пламени, вырывающиеся из окон домов. Откуда-то издалека, с разных сторон, доносилась беспорядочная автоматно-пулемётная стрельба, но в непосредственной близости было тихо. Выбирающиеся наружу разведчики занимали вокруг люка круговую оборону в ожидании своих товарищей, и капитан огляделся, оценивая обстановку. Они вышли в город прямо посреди широкой автомобильной дороги. Окружающее пространство было относительно открытым, лишь слева в темноте виднелись небольшие группы деревьев. Дистанция до тянущихся параллельно автодороге зданий составляла несколько десятков метров, никакого освещения не было, лишь множество темных окон маслянисто поблескивали отсветами пожаров. Квартал выглядел мёртвым и безлюдным, и брошенные посреди дороги автомобили красноречиво свидетельствовали о том, что эпидемия настигла город внезапно. Людей в поле зрения не наблюдалось, лишь в двух десятках метров правее у раскрытого канализационного люка догорали тела мутантов. Штук восемь-десять трупов лежали неподвижно, чадя огоньками пламени. Пятеро других уже не горели и вяло шевелились, с каждой минутой двигаясь всё увереннее. Тех, кто бросал в люк бутылки с горючкой, видно не было. Или успели скрыться, или лежали сейчас среди трупов.

– Оживают они, что ли?! – скривился капитан и поторопил вылезающих на поверхность бойцов: – Быстрее, быстрее! Надо уходить, место открытое! Краб! Закроешь люк за собой!

– Куда нас вывело-то? – Чук, пригибаясь, подбежал к капитану. – Я Москву не знаю ни черта!

– Вышли согласно маршруту, – офицер наскоро протирал подобранной бейсболкой лицевой щиток противогаза. – Это Мичуринский проспект, справа дом номер тридцать один. Вон тот, где пожар на пятом этаже. План операции забыл?

– Почему забыл?! – обиженно буркнул боец, оглядываясь на скачущие по далеким окнам огненные блики. – Согласно замыслу начальства, мы должны выйти на Мичуринский проспект, добыть транспорт и двигаться в сторону города до пересечения с… – он замялся, – с какой-то московской хренью.

– С дублером Ломоносовского проспекта, гений! – зашипел на него капитан. – По нему сворачиваем направо, добираемся до проспекта Вернадского и дальше по прямой, уже никуда не сворачивая, до самого Кремля. Общая протяженность маршрута – двенадцать километров, пятнадцать минут езды максимум. Там нас встретят. Забираем Иванова и назад. Что с кислородом?

– Без перезарядки противогаза хватает на сто минут, – разведчик посмотрел на часы, надетые прямо на манжету ОЗК. Для надежности ремешок хронометра был перемотан скотчем. – До шахты мы шли шесть минут, потом лезли вверх, потом эти долбаные мутанты… короче, двадцать минут уже прошло. Осталось восемьдесят.

– Сорок минут на дорогу до Кремля и обратно, – быстро подсчитал капитан, – там всё пройдет быстро, раз будут встречать. Минут десять. Итого пятьдесят. Полчаса на возвращение в шахту.

– Если этих, – боец кивнул на шевелящихся на асфальте обгорелых мутантов, – там меньше не станет, можем и не прорваться. Мы только в город попали, а половины гранат уже нет!

– Запросим по рации помощь, пусть встретят, раз этот Иванов им так нужен, – пожал плечами капитан. – Всё, отставить трёп, время идёт! Краб, Лис – общее наблюдение за окрестностями! Остальным двойкам искать транспорт! Глядеть в оба, мало ли что в машине может сидеть!

Но быстро отыскать средство передвижения не удалось. Грузовых машин вокруг не оказалось, легковушки не могли вместить десятерых бойцов в ОЗК и громоздком снаряжении, но даже они отказывались ехать. Припаркованные автомобили стояли под сигнализацией, брошенные же посреди дороги были либо в аварийном состоянии, либо начинали пищать и глохли, едва заведясь.

– Противоугонки везде! – выругался Чук. – Кэп, они без электронных меток никуда не поедут! А метки в карманах у владельцев остались! В канализации под нами, вместе с владельцами!

– Время? – коротко бросил капитан.

– Минус семьдесят!

– Кэп, я – Краб! – окрик Краба вклинился в разговор. – Вижу каких-то людей без средств защиты! Человек десять! Бегут сюда от противоположной многоэтажки! Как будто прямо к нам! Стрелять?!

– Засветимся! Замри, пусть пройдут мимо… Твою мать! – офицер ещё раз провернул ключ в замке зажигания внедорожника, брошенного посреди дороги с распахнутыми дверьми, но запустившийся мотор быстро заглох, сменившись паническим писком противоугонного устройства.

– Кэп, они точно знают, где мы! На нас прут! – зашипел эфир панической скороговоркой, и из кустов, в которых засели наблюдатели, загремели автоматные очереди.

– К бою! – выкрикнул капитан, выпрыгивая из машины, и бросился к позициям наблюдателей.

Но стрельба прекратилась прежде, чем разведчики успели добежать до своих товарищей. На газоне, в десятке шагов от наблюдателей, лежали три трупа с простреленными головами, больше никого видно не было, лишь Краб резкими движениями водил автоматным стволом из стороны в сторону в поисках противника.

– Где они?! – капитан сходу принял изготовку для стрельбы с колена.

– Не знаю! – тяжело дыша, ответил разведчик. – Мы как передовых срезали, остальные в разные стороны рванули так быстро, что я ни хрена не успел разглядеть! Разбежались моментально! Кэп, они точно в темноте видят, клянусь! И в дыму! Они всегда знают, где мы находимся!

– Там кто-то есть! – перебил его второй боец, вглядываясь в темноту. – Возле дома через дорогу!

– Уходим отсюда! – капитан вскочил на ноги. – Краб, Лис – тыльный дозор! Чук, пойдешь со мной в головном дозоре! Остальные – в ядро группы! Боевой порядок – «змейка»! Бегом марш!

Он перехватил автомат понадежнее, тихо матеря неуклюжие и неудобные перчатки ОЗК, имеющие один размер на все случаи жизни, и побежал назад, вглядываясь в темноту между приближающимися многоэтажками. Мечущиеся по ночным переулкам рыжие блики, отбрасываемые пожарами, создавали зловещие тени, и казалось, что в темноте вдоль стен крадутся зловещие силуэты. Нервы мгновенно натянулись до предела, и капитан то и дело вскидывал автомат, ожидая внезапной встречной атаки. Разведгруппа бежала между двух длинных зданий, огибая брошенные автомобили. Похоже, вспышка эпидемии в этом квартале застала за рулём много народа, переулки были заполнены разбитыми машинами. Большинство из них врезалось друг в друга и в стены домов, безнадежно заблокировав проезд, но некоторые стояли запертые изнутри. Стекла на их дверях были выбиты, на ободранных сиденьях виднелись густые потеки засохшей крови.

– Кэп, куда бежим?! – от бега в противогазе голос Чука звучал тяжело. – Напрямки?

– Два километра по прямой до Вернадского… – выдохнул офицер. – Пройдем между домов, потом дворами, дальше зеленка и какие-то гаражи. На карте проход был свободный. Выйдем на Вернадского, он большой, там машину найти проще. Время?

– Минус шестьдесят семь! – разведчик на бегу вгляделся в циферблат. Но едва он отвел взгляд от часов, как ближайшее окно с громким звоном разбилось, брызгая осколками, и из него с яростным хрипом вылетел человек. В прорезаемом отблесками пожаров ночном мраке его налитых кровью глаз не было видно, лишь зарево играло на зажатом в руке широком кухонном ноже. Мутант словно не заметил прыжка со второго этажа и, только приземлившись, немедленно ринулся на Чука. Боец едва успел подставить автомат под удар ножа и полетел наземь, сбитый с ног. Мутант прыгнул на него, вновь замахиваясь ножом, но разведчик вывернулся из-под удара, и лезвие чиркнуло по мокрому асфальту. Подоспевший капитан выстрелил нападающему в голову, череп мутанта брызнул кровью, и атакующий обмяк, повисая на руках Чука. Боец оттолкнул труп, вскакивая на ноги, но в следующую секунду из разбитого окна посыпались новые мутанты.

– Чук, назад! – проорал капитан, отпрыгивая от бросившейся на него женщины, вооруженной кухонным молотком для отбивания мяса. Удар пришелся по воздуху, и одиночный выстрел в упор пробил бешено хрипящую голову. – Лезь на машину, пока не затоптали!

Оба разведчика взбежали на крыши ближайших автомобилей и несколько секунд отстреливались от запрыгивающих следом мутантов. Подоспевшая разведгруппа открыла прицельный огонь, и нападающих удалось перебить, но к месту боя уже бежали новые мутанты.

– За нами погоня! – зашипел в эфире доклад тыльного дозора. – Их полно! Бегут очень быстро!

Группа рванулась бегом, стремясь выйти за пределы квартала. Бег в противогазах, ОЗК и снаряжении быстро выматывал, но мчащаяся следом толпа мутантов подстегивала людей лучше любого допинга. Количество яростно хрипящих преследователей возрастало с каждой секундой, мутанты выскакивали из подъездов, выпрыгивали из окон, появлялись из полумрака дворов. И все они немедленно бросались к разведчикам, безошибочно определяя направление движения. До небольшой парковой зоны оставалось шагов тридцать, когда из близлежащих кустов вынырнули несколько фигур в ОЗК с автоматами в руках и устремились навстречу разведгруппе.

– Назад! – крикнул капитан, что есть силы повышая голос, чтобы появившиеся услышали его через противогаз. – За нами мутанты! Отходим в парк! За деревья!

Но облаченные в химзащиту люди не отреагировали на его предупреждение. Капитан хотел было крикнуть ещё раз, как вдруг ближайший из них на бегу резким движением занес над головой автомат, словно дубину, и изо всех сил обрушил его на офицера. Капитан едва успел отпрыгнуть.

– Ты что, охренел, идиот! – заорал он, но в следующую секунду нападавший замахнулся вновь, и в свете вырывающихся из окон огненных клубов его глаза сверкнули кровавым блеском. Противогаза на нем не было, густо выпачканный в крови рот издавал взбешенное сипение. Капитан рванулся в сторону, вскидывая автомат, и в этот миг остальные нападающие сбили его с ног. Чук всадил в ближайшего из них очередь в упор, но это не остановило мутанта. Вместо того чтобы упасть, монстр злобно захрипел, и облаченные в ОЗК противники одновременно ринулись на бойца.

– Чук, падай!!! – зазвенел эфир. – Падай!!!

Разведчик рухнул на землю, и воздух над его головой вспороли автоматные очереди. Пули били мутантов навылет, разбрасывая за собой фонтанчики крови, и один из них неуклюже рухнул, получив очередь в сердце. Подоспевшая группа добила остальных с дистанции вытянутой руки, не снижая скорости бега, и двое бойцов прибавили темп, уходя вперед, в головной дозор. Капитана и Чука подхватили под руки, рывком ставя на ноги, и гонка наперегонки со смертью продолжилась.

– Товарищ капитан, вы как? – Чук на бегу покосился на своего командира.

– Нормально… – тяжело выдохнул тот. – Дыхание сбили, уроды… переживу. Время?

– Минус шестьдесят пять!

– Головной дозор! – вышел в эфир капитан. – Уходим с дороги в зеленку! Надо оторваться!

Группа покинула открытое место, смещаясь за кусты и деревья, но этот маневр окончился ничем. Мутанты, потеряв из вида разведчиков, не замешкались ни на секунду. Хрипящая толпа, рвущаяся из жилого квартала, с яростным хрипом вломилась в кустарник следом за бойцами. Мутанты выигрывали в скорости, быстро настигая разведгруппу, и капитан отдал команду отступать с боем. Бойцы пятились, отстреливаясь из-за деревьев, в ход пошли гранаты, и небольшая парковая зона заполнилась грохотом автоматных очередей и вспышками взрывов. Мутанты спотыкались, сталкивались друг с другом и падали, но быстро поднимались и снова бросались в атаку, надрывно сипя. Вести прицельный огонь в противогазах, ночью, по мелькающим среди растительности монстрам, было тяжело, пули часто летели мимо цели, боезапас таял, количество мутантов росло. Казалось, что они и действительно способны видеть и в темноте, и сквозь дым, и даже сквозь лес. Быстро стало ясно, что попытка оторваться от погони посреди парковой зоны поставила группу в угрожающее положение, и капитан срочно повел людей обратно на дорогу.

Выйти на неё удалось не всем. Толпа мутантов успела сблизиться с группой, и два десятка хрипящих монстров набросились на отстреливающихся разведчиков, с разбега прыгая на них из-за кустов. Летящие со всех сторон тела мутантов сшибли одного из бойцов, мгновенно наваливаясь на упавшего человека всем скопом, раздался хруст раздираемой зубами прорезиненной ткани и отчаянный крик боли. Ближайшие разведчики бросились на выручку, но сразу же столкнулись с атакующими мутантами. Автоматы били в упор, но сдержать постоянно прибывающих монстров было невозможно, количество мутантов росло с каждой секундой. Автомат ближайшего из рвущихся на помощь товарищу бойцов сухо щелкнул, опустошив магазин, и поток мутантов захлестнул разведчика. Не меньше десятка монстров повалили его на землю, принялись наносить удары ножами и кулаками и рвать зубами щеки противогаза. Гибнущий разведчик, рыча от боли и ненависти, смог дотянуться до гранатного подсумка, и среди безумного хрипения раздался глухой хлопок капсюль-воспламенителя.

– Гра…на…та… – булькая кровью, выплюнул он в эфир.

– Назад!!! – закричал капитан, выстрелом в упор пробивая череп рвущемуся на него мутанту. – Ложись!!! – Он отпрыгнул от следующего, выстрелил ему в голову и залег, ожидая взрыва.

В этот миг из-за дерева выбежал мутант с куском арматуры в руке и сразу же бросился на лежащего офицера. Вскинуть автомат для прицельного выстрела в голову времени уже не осталось, и капитан разрядил магазин мутанту в колено. Колено монстра брызнуло кровавыми ошметками, нога подломилась, и мутант неуклюже рухнул лицом вверх. Разведчики, бросившиеся назад в попытке отбежать хотя бы на пару метров, попадали наземь, вжимаясь в дорогу. Грохот сдетонировавших в подсумке гранат слился в один взрыв, и поток осколков рванулся во все стороны, нашпиговывая облепивших добычу мутантов. Их мертвые тела расшвыряло ударной волной, остальные нападающие замешкались, не ожидав столь сильного взрыва.

– Гранатами огонь! – закричал в эфир капитан, отбиваясь разряженным автоматом от раненого мутанта. Лишившись колена, монстр перевернулся на живот и пытался резкими хаотичными движениями схватить офицера за противогаз.

Капитан сунул ему в руки автоматный ствол, тот вцепился в оружие и рванул его на себя. Офицер отпустил автоматную рукоять, выхватил пистолет и ткнул им мутанту в голову. В неудобной перчатке ОЗК палец не сразу попал на спусковой крючок, но выстрелить всё же удалось. Пуля пробила монстру череп, и он обмяк, разжимая хватку на автоматном стволе. Капитан вырвал из рук мертвеца своё оружие и вжался в землю, пряча голову за трупом. Несколько гранатных разрывов полыхнуло среди деревьев один за другим, и мутанты попадали на землю. С десяток монстров остались лежать неподвижно, остальные быстро расползались в разные стороны.

– Бегом марш! – подскочил капитан, убирая пистолет. – Уходим!

Разведгруппа рванула что есть силы дальше по дороге. Капитан на бегу поменял автоматный магазин и понял, что израсходовал уже половину боекомплекта. Надетая поверх ОЗК разгрузка полегчала вдвое, и если патроны закончатся…

– Они очухались! – тяжелое дыхание Краба заполнило эфир. – Бегут за нами! Их там до хрена!

Капитан оглянулся, не сбавляя темпа. Мутантов стало ещё больше, видимо, к первой волне присоединились те, что выбегали из домов позже. Разрыв между беглецами и преследователями составлял метров сто, но мутанты неслись со скоростью, на которую явно не были способны в бытность свою нормальными людьми. Дистанция быстро сокращалась, и мысли молодого офицера отчаянно забились. Если остановить группу сейчас и дать бой, то, возможно, атаку удастся перебить. Но боезапас на этом иссякнет, а безоружными они не смогут ни выполнить задание, ни даже вернуться к люкам в шахту…

– Кэп, я – Шмель, вижу грузовики! – выпалил бегущий в голове группы разведчик. – Две машины! Там какие-то склады, что ли!

– Круговую оборону вокруг грузовиков! – капитан оглянулся на приближающуюся погоню. – Шмель, Чук – заводите оба! Краб, Лис – в кузова! Прикроете погрузку!

Ближайший грузовик не завелся, со вторым повезло больше. Брошенный прямо посреди выездных ворот бортовой КамАЗ удалось завести, когда до стремительно приближающейся толпы мутантов оставалось метров десять. Грузовик взревел двигателем и медленно покатил вперед, подбирая отстреливающихся бойцов.

– Гони! – капитан влетел в кабину на сиденье рядом с водителем. – Все погрузились!

– Куда ехать? – Чук воткнул передачу и нажал на газ. КамАЗ рванулся, сшибая невесть откуда взявшихся перед кабиной мутантов, и запрыгал на попадающих под колеса телах.

– Прямо! – офицер высунул в открытое окно автоматный ствол, ожидая нападения из-за проносящихся мимо строений. – Надо выехать на проспект Вернадского! Включи дальний свет и ищи дорогу! Если не сворачивать, то выйдем прямо на него, но на карте сквозного проезда не было.

Грузовик мчался сквозь ночную тьму по непонятной территории, являвшейся до эпидемии каким-то непонятным то ли складским, то ли промышленным комплексом, сшибая брошенные на пути легковушки. В закоулках между строениями мелькали человеческие силуэты, опрометью бросавшиеся бежать при приближении КамАЗа и тут же скрывающиеся из вида. Вскоре впереди в свете фар замаячил тупик, и Чук сбросил скорость, озираясь.

– Слева! – ткнул рукой капитан. – Пролом в заборе! Кто-то уже пытался выехать отсюда до нас!

КамАЗ вновь взревел двигателем и устремился в обнаруженную брешь. Грузовик прошел среди окруженных забором деревьев полсотни метров, миновал ещё один пролом и вышел ко двору многоподъездной многоэтажки. В темноте здание казалось нетронутым и безлюдным.

– Во двор не суйся! – капитан напряженно вглядывался в освещенную фарами часть двора, держа наготове автомат. – Объезжай за домом! После него должен быть проспект!

Грузовик обогнул многоэтажку, снес пару шлагбаумов и какое-то ограждение, прошел метров сто и попал на опоясывающую двор неширокую автомобильную дорогу, местами перегороженную беспорядочно брошенными автомобилями. По ней наконец-то удалось выбраться на проспект, и КамАЗ, расталкивая попадающиеся на пути машины и переваливая через газоны, развернулся в сторону центра города.

– Теперь прямо, никуда не сворачивая, – капитан всмотрелся в стоящие вдоль проспекта дома. Некоторые здания были охвачены пожаром, в некоторых пылали только отдельные этажи или квартиры, но на ночных улицах не было видно ни души. – Дорога выходит прямо к Кремлю. Время?

– Минус пятьдесят шесть! – Чук прибавил газа, и грузовик помчался по проспекту, объезжая попадающиеся на пути неподвижные автомобили с распахнутыми дверьми. Машин на дороге, вопреки ожиданиям, оказалось немного, и КамАЗ держал неплохую скорость. Капитан не сводил взгляда с проносящихся мимо домов. Почти каждое здание несло на себе следы пожаров, множество окон зияло разбитыми стеклами, иного освещения, кроме пожаров, не имелось. И нигде не было видно никаких признаков жизни. Мутанты словно растворились в ночном мраке, время от времени прорезаемом глухим треском далеких пулеметных очередей.

– Ё-моё, кажется, приехали… – уныло протянул Чук, сбрасывая скорость. – Дальше не пролезем…

Проехать по пустому проспекту удалось едва километра три. Далее проспект пролегал под автомобильной эстакадой и переходил в мост, уходящий в сторону Москва-реки. Мост был наглухо забит столкнувшимися машинами, дальний свет фар выхватывал из темноты бесконечную пробку, теряющуюся во мраке. Пересечь реку и добраться до центра этой дорогой было невозможно.

– Время? – капитан торопливо извлек из кармана разгрузки запаянную в пластик карту.

– Минус пятьдесят три! – доложил боец. – Товарищ капитан, может, по бездорожью объехать?

– Там река впереди, – поморщился офицер. – Она через весь город петляет и делит его надвое.

– Я в Москве два раза всего был, – Чук остановил грузовик и вглядывался в капитанскую карту через лицевой щиток противогаза. – Город плохо знаю…

– Карту надо было изучать! – осадил его офицер. – По сторонам смотри! Вдруг появится кто! – Он склонился над картой. – Хорошо, что карта бумажная… В этих гребаных перчатках на сенсор хрен нажмёшь… тут на спусковой крючок палец чудом попадает… какой козёл сделал их одного-единственного размера на всех… Так! Есть два пути для объезда: направо, там попадём на Ленинский проспект и далее до Кремля почти что по прямой. Либо налево, до Бережковской набережной, и по ней до моста на Новый Арбат. Он тоже к Кремлю выходит. Я думаю, надо налево. Справа мостов больше, и дорога идет через плотную застройку. Можем попасть на мосту в такую же свалку, только ещё с толпой мутантов. А по набережной домов меньше, да и мост к Новому Арбату я помню, он широкий, больше шансов, что не забит машинами. Короче, Чук, нам надо попасть на Косыгина!

– Это где? – попал в тупик боец. Он увидел злой взгляд офицера и торопливо добавил: – Виноват!

– Это прямо у нас над головой! – капитан ткнул пальцем вверх. – Долбаный проспект, на котором мы застряли, проходит как раз под улицей Косыгина! Сдавай назад и рви налево, пока нас не заметили!

КамАЗ дрогнул, сдвигаясь с места, и покатил назад. На улице Косыгина было темно и пусто, только со стороны охваченной пожаром высотки МГУ доносился треск очередей и гулкие хлопки взрывов. Генерал, когда говорил о том, что зараженные люди пытаются прорваться в подземные Раменки, предупреждал, что у них есть тяжелое вооружение. Судя по звукам, у зараженных даже танки имеются. Что не удивительно, если учитывать, что стало с подразделениями внутренних и прочих войск, отряженными для обеспечения порядка и спокойствия в столице. В воздух над невидимым в ночи горизонтом взмыла вереница трассирующих снарядов от автоматической пушки БМП и исчезла за проносящимися мимо КамАЗа деревьями. Поблизости же царили тишина и чернильный мрак. Вокруг вместо домов росло множество деревьев, освещения не было никакого, и казалось, что грузовик идет не через центр Москвы, а через центр какого-нибудь крупного парка, даже брошенные среди дороги машины попадались редко.

Капитан подумал, что маршрут выбрал правильно, и нервное напряжение, не отпускающее мозг с момента первого выстрела, немного ослабло. Он попытался подавить страх, порождающий сумбур в мыслях. Нельзя так хаотично соображать, нельзя! До сих пор он командовал группой не самым лучшим образом, нужно работать грамотно! Страх страхом, а работа – работой, иначе не выжить. На память пришли слова инструктора из учебного центра ГРУ, в котором он проходил дополнительную подготовку будучи старлеем: «думай не о том, как не умереть, а о том, как умереть наиболее результативно. В результате эффективность будет выше и шансов выжить больше». Инструктор тот был со странностями, один его позывной чего стоил – «Тринадцатый». Не каждый рискнет так назваться. Но спорить с ним было довольно больно, да и подготовку немолодой грушник давал серьёзную. Поговаривали, что он законченный псих, кровавый маньяк, любит убивать ножами, потому что так приятнее, и собственное начальство его, скажем так, немного опасается…

Чистилище

Подняться наверх