Читать книгу Гнев ангелов - Сидни Шелдон, Sidney Sheldon - Страница 8

Книга I
Глава 4

Оглавление

Офис фирмы «Нидем, Финч, Пирс и Уорнер» находился на Уолл-стрит, 13, и занимал весь верхний этаж здания. Тут работали сто двадцать пять адвокатов. Здесь пахло «старыми» деньгами, а обстановка отличалась неброской элегантно-стью – такую полагалось иметь организации, которой управляли самые известные в своей области люди.

Адам Уорнер и Стюарт Нидем пили ритуальный утренний чай. Стюарт – подвижный ухоженный мужчина под семьдесят, с аккуратной вандейковской бородкой, в твидовом костюме и жилете. Выглядел он так, словно принадлежал к давно минувшей эпохе. Но, как, к собственному несчастью, усвоили его многочисленные противники, за эти годы разум и мозг Нидема целиком принадлежали эпохе нынешней. Он считался титаном. Стюарт предпочитал оставаться в тени и использовать свое значительное влияние, чтобы воздействовать на законодателей, ход встреч на высоком уровне и решение вопросов национальной политики. Настоящий уроженец Новой Англии, сдержанный и неразговорчивый.

Адам Уорнер, сын уважаемого сенатора, женился на Мэри Бет, племяннице Нидема, и был протеже последнего. Сам Адам имел репутацию блестящего адвоката. Окончив с отличием юридический факультет Гарварда, он получил предложения от самых престижных юридических фирм страны, но выбрал эту и через семь лет стал полноправным партнером. Да и почему нет? Он был красив, умен и обаятелен, а также обладал уверенностью в себе, которую женщины воспринимали как вызов. Но Адам давно выработал способ вежливо отделываться от чрезмерно влюбчивых клиенток. Они с Мэри Бет были женаты четырнадцать лет, и Адам не одобрял внебрачных связей.

– Еще чаю, Адам? – спросил Стюарт.

– Нет, спасибо.

Адам ненавидел чай, но пил его каждое утро последние восемь лет, не желая обижать партнера. Чай Нидем заваривал сам, и на вкус он был ужасен.

Сегодня Стюарту было что рассказать партнеру, и он предусмотрительно начал с хороших новостей:

– Прошлым вечером я встречался с друзьями.

«Друзья» в переводе на обычный язык могли оказаться самыми могущественными в стране людьми.

– Они подумывают попросить тебя баллотироваться на пост сенатора Соединенных Штатов.

Адам мгновенно воодушевился. Зная, насколько осторожен Стюарт Нидем, он мог предположить, что тема эта возникла не случайно.

– Главный вопрос, конечно, в том, заинтересован ли ты. Твоя жизнь полностью изменится.

Адам вполне это сознавал. Если он победит на выборах, значит, придется перебраться в Вашингтон, оставить юридическую практику и начать совершенно новую жизнь. Он был уверен, что Мэри Бет обрадуется, а вот сам сомневался. Его с детства приучали не уклоняться от ответственности. Кроме того, нужно признать, что обладание властью приносит определенное удовольствие.

– Я был бы очень заинтересован, Стюарт.

Нидем с довольным видом кивнул:

– Прекрасно. Наши друзья будут рады. – Он налил себе еще чашку мерзкого настоя и небрежно упомянул другую новость: – Дисциплинарная комиссия ассоциации адвокатов собирается дать тебе небольшое задание, Адам. Оно отнимет не больше часа-двух.

– Какое именно задание?

– Насчет суда над Майклом Моретти. Очевидно, кто-то добрался до одной из молодых помощниц Бобби Ди Силвы и подкупил ее.

– Я читал об этом. Канарейка?

– Верно. Судья Уолдман и Ди Силва хотят, чтобы ее имя было удалено из списков представителей нашей благородной профессии. Я тоже на их стороне. Это дело дурно пахнет.

– И что требуется от меня?

– Проведи быструю проверку, убедись, что эта девица – Паркер – действовала незаконно или неэтично, и порекомендуй начать процесс исключения из корпорации адвокатов. Ее уведомят об этом. А остальное доделают заинтересованные лица. Обычная рутина.

– Но почему именно я, Стюарт? – недоумевал Адам. – У нас есть десятки молодых адвокатов, которые охотно за это возьмутся.

– Наш почтенный окружной прокурор лично просил тебя. Хочет, чтобы все прошло как по маслу. Как мы оба знаем, – сухо добавил он, – наш Бобби не самый великодушный в мире человек. Он намерен прибить скальп этой Паркер к стене своего офиса.

Адам молчал, представив, сколько дел ждало его в ка-бинете.

– Никогда не знаешь, когда понадобится за чем-то обратиться к окружному прокурору. Услуга за услугу. Рука руку моет.

– Хорошо, Стюарт. – Адам поднялся.

– Уверен, что больше не хочешь чаю?

– Нет, спасибо. Как всегда, было очень вкусно.

Вернувшись к себе, Адам позвонил одной из помощниц, Люсинде, молодой способной афроамериканке:

– Синди, раздобудьте мне всю информацию относительно адвоката по имени Дженнифер Паркер.

– Желтая Канарейка? – ухмыльнулась она.

Да уж, о Паркер знали все.


Во второй половине дня Адам изучал материалы процесса «Народ Нью-Йорка против Майкла Моретти», присланные Ди Силвой со специальным курьером. Закончил Адам читать далеко за полночь. Он попросил Мэри Бет поехать на званый ужин без него. Из материалов дела было совершенно ясно, что Моретти вынесли бы обвинительный приговор, не вмешайся судьба в лице Дженнифер Паркер. Ди Силва безупречно вел процесс. До определенных событий.

Немного подумав, Адам открыл страницы протокола допроса, происходившего в кабинете судьи Уолдмана после провала процесса.

* * *

Ди Силва. Вы выпускница колледжа?

Паркер. Да, сэр.

Ди Силва. И выпускница юридического факультета?

Паркер. Да, сэр.

Ди Силва. Посторонний человек вручает вам конверт, просит отдать главному свидетелю в деле об убийстве, и вы просто идете и выполняете его просьбу? Не считаете ли вы, что это запредельная глупость?

Паркер. Все было немного не так.

Ди Силва. Но вы утверждали, что все было именно так.

Паркер. Я имела в виду, что не приняла его за постороннего. Подумала, что он работает на вас.

Ди Силва. Почему вы так решили?

Паркер. Я уже говорила, что увидела, как он что-то вам сказал, затем подошел ко мне с конвертом, назвал по имени и сообщил, что вы просили отнести его свидетелю. Все случилось так быстро, что…

Ди Силва. Вряд ли это случилось так быстро. Наверняка потребовалось время, чтобы все это подстроить и найти кого-то, кто заплатил бы вам за доставку.

Паркер. Это неправда. Я…

Ди Силва. Что именно неправда? Вы не знали, что относите конверт главному свидетелю?

Паркер. Я не знала, что в нем.

Ди Силва. Значит, правда заключается в том, что кто-то заплатил вам.

Паркер. Я не позволю вам искажать смысл моих слов! Никто мне ничего не платил!

Ди Силва. Так вы просто сделали кому-то одол-жение?

Паркер. Нет, я считала, что действую по вашим указаниям.

Ди Силва. Вы сказали, что этот человек назвал вас по имени.

Паркер. Да.

Ди Силва. Откуда он узнал ваше имя?

Паркер. Понятия не имею.

Ди Силва. Бросьте! У вас должны быть кое-какие мысли на этот счет. Может, он просто догадался. Может, осмотрел зал заседаний и сказал: «Где-то здесь есть некто по имени Дженнифер Паркер». Как по-вашему, так и произошло?

Паркер. Я уже говорила, что не знаю.

Ди Силва. Как долго длилась ваша связь с Майклом Моретти?

Паркер. Мистер Ди Силва, мы это уже проходили. Вы допрашиваете меня пять часов подряд. Я устала. Мне нечего больше сказать. Могу я наконец уйти?

Ди Силва. Попробуйте встать с этого стула, и я немедленно вас арестую. У вас большие неприятности, мисс Паркер. И есть только один способ выбраться: прекратите лгать и начните говорить правду.

Паркер. Я сказала вам правду. Изложила все как было.

Ди Силва. Кроме имени человека, который передал вам конверт. Мне нужно знать его имя и сколько вам заплатили.


И еще тридцать страниц в таком же роде. Роберт Ди Силва из кожи вон лез, делал все возможное, разве что не избил Дженнифер Паркер резиновым шлангом, но она упорно стояла на своем.

Адам закрыл протокол допроса и устало потер глаза. Было уже два ночи.

Завтра он избавится от Паркер и ее дела.


Но, к удивлению Адама, это оказалось не так легко. По-скольку Уорнер был человеком методичным, он изу-чил биографию Дженнифер Паркер. Насколько он мог определить, она не имела связей с преступным миром и прежде не знала Майкла Моретти.

Что-то в этом деле тревожило Адама. Работай Паркер на Моретти, тот снабдил бы ее куда более правдоподобной легендой. Но то, что рассказывала она, было настолько наивно, что, пожалуй, могло оказаться правдой.

В полдень Адаму позвонил окружной прокурор:

– Ну как дела, Адам?

– Прекрасно, Роберт.

– Насколько я понял, вам доверили стать палачом Дженнифер Паркер.

Услышав эту фразу, Адам Уорнер поморщился:

– Да, я согласился дать заключение.

– Я собираюсь упечь ее за решетку, и надолго, – прошипел Ди Силва с такой ненавистью, что Адам даже растерялся.

– Полегче, Роберт. Ее еще не исключили из корпо-рации.

– Предоставляю это вам, друг мой, – усмехнулся Ди Силва, но его тон тут же изменился: – Одна птичка подсказала мне, что вы можете в ближайшее время перебраться в Вашингтон. Хочу, чтобы вы знали: можете рассчитывать на мою поддержку.

– Спасибо, Роберт. Я очень это ценю.

– Не сомневайтесь, Адам. Надеюсь скоро услышать от вас приятные известия.

Это он опять говорил о Дженнифер. Услуга за услугу, как сказал Стюарт Нидем. А девушку во всей этой истории используют как пешку.

Он вспомнил слова Роберта: «Я собираюсь упечь ее за решетку, и надолго!»

Судя по протоколу допроса, прямых улик против Паркер нет. Если она не даст признательных показаний и если не появится свидетель с уличающими ее доказательствами, Ди Силва ничего не сможет сделать. Прокурор рассчитывал на лояльность Адама.

Холодные резкие фразы допроса не допускали двойного толкования, и все же Адам жалел, что не слышал тона Дженнифер Паркер, отрицавшей свою вину.

Сегодня у Адама были неотложные дела, связанные с важными клиентами. Легче всего было бы пойти навстречу Стюарту Нидему, судье Уолдману и Ди Силве, но что-то заставляло Адама колебаться.

Он снова взял досье Дженнифер Паркер, набросал несколько заметок и сделал несколько междугородных звонков.

Адам принял на себя ответственность и вознамерился как можно лучше выполнить свои обязанности. Слишком хорошо он знал, как трудно стать юристом, и не собирался лишить кого-то работы, пока не будет уверен в самых серьезных основаниях.

Наутро Адам сел в самолет до Сиэтла. У него были назначены встречи с преподавателями Дженнифер Паркер, с главой юридической фирмы, где она работала в летние каникулы, и кое с кем из ее бывших однокурсников.

Стюарт позвонил, когда Адам был в Сиэтле:

– Что ты там делаешь, Адам? У тебя впереди большой процесс. Эта история с Паркер яйца выеденного не стоит.

– Возникло несколько вопросов, – осторожно ответил Адам. – Я вернусь через день-другой, Стюарт.

Последовала пауза, затем его собеседник сказал:

– Понятно. Только не трать на нее больше времени, чем следует.


К тому времени как Адам Уорнер покинул Сиэтл, ему казалось, что он знает Паркер так же хорошо, как она – себя. Он мысленно нарисовал портрет, детали которого дополнили ее профессора, хозяйка квартиры, служащие юридической фирмы, где она подрабатывала в каникулы, и однокурсники. И этот портрет не имел ни малейшего сходства с тем, что представил ему Ди Силва. Если только Паркер не самая гениальная актриса, которую когда-либо видел мир, то никоим образом не могла быть связана с человеком, подобным Майк-лу Моретти.

* * *

Теперь, почти через две недели после утреннего разговора со Стюартом, Адам оказался перед девушкой, чье прошлое так тщательно изучал. Адам долго рассматривал газетные снимки, но оказался не готов к тому впечатлению, которое она на него произвела. Даже в халате, без макияжа, с влажными волосами она была ослепительна.

– Меня назначили расследовать вашу роль в процессе Майкла Моретти, мисс Паркер, – выдавил он.

– Вот как!

Дженнифер ощутила первые признаки подступающего гнева. Началось с искры, которая быстро разгорелась пламенем, буквально взорвавшимся в ней. Значит, ее не оставили в покое! Коллеги собираются заставить ее платить до конца жизни. Что же, с нее довольно!

– Мне нечего сказать вам, – дрожащим голосом бросила она. – Можете возвращаться и сообщать комиссии все, что вам будет угодно. Да, я сделала глупость, но законов против глупости у нас пока не приняли. Окружной прокурор считает, что мне кто-то заплатил. – Она пренебрежительно обвела рукой комнату. – Будь у меня деньги, думаете, я жила бы в подобной дыре? Мне… мне все равно, что вы сделаете. Я хочу, чтобы меня оставили в покое, так что, пожалуйста, уходите, – задыхаясь, попросила она, после чего повернулась, бросилась в ванную комнату и захлопнула за собой дверь. Там она прислонилась к раковине, глубоко дыша и вытирая слезы. Опять она наделала глупостей. И это уже второй раз! Ей следовало вести себя с Адамом по-другому, попытаться все объяснить, вместо того чтобы нападать.

Может, тогда все бы и обошлось.

Напрасные надежды! Этого человека послали ее допросить. Следующим шагом будет приказ о представлении обоснования дела, а потом будет запущен обычный механизм. Соберется тройка адвокатов, которые передадут свои рекомендации дисциплинарному совету, а тот, в свою очередь, предоставит отчет совету губернаторов. Рекомендации конечно, будут одинаковы: исключение из корпорации. Ей будет запрещено заниматься адвокатской практикой в штате Нью-Йорк.

«Есть во всем этом одна светлая сторона, – с горечью подумала Дженнифер. – Я могу попасть в Книгу рекордов Гиннесса как человек, сделавший самую короткую в истории карьеру юриста».

Она снова легла в ванну, и все еще теплая вода, омывая ее, сняла напряжение. Сейчас она слишком устала, чтобы заботиться о том, что с ней случится потом.

Дженнифер закрыла глаза, и ее мысли унеслись далеко-далеко…

Разбудил ее холод: вода совершенно остыла. Она понятия не имела, сколько пролежала в ванне, встала и вытерлась. Больше она не чувствовала голода. История с Адамом Уорнером лишила ее аппетита.

Дженнифер расчесала волосы, нанесла на лицо крем и решила, что вполне может лечь спать без ужина. Утром она позвонит по объявлению насчет совместной поездки в Сиэтл.

Она открыла дверь и вышла в комнату. Адам сидел за столом и читал журнал. Когда обнаженная Дженнифер во-шла в комнату, он поднял глаза:

– Простите… я…

Она тихо вскрикнула и метнулась обратно в ванную, где спешно надела халат.

Вернувшись в комнату, она уже была вне себя от бешенства:

– Допрос окончен. Я просила вас уйти.

Адам положил журнал и тихо сказал:

– Мисс Паркер, как по-вашему, мы можем поговорить спокойно?

– Нет! – Вся долго копившаяся ярость снова вырвалась наружу. – Мне больше нечего сказать вам и вашей чертовой дисциплинарной комиссии. Надоело, что со мной обращаются как… как с преступницей.

– Я разве сказал, что вы преступница? – так же тихо спросил Адам.

– Вы… разве вы не потому здесь?

– Я объяснил вам, почему оказался здесь. Я должен провести расследование и рекомендовать начать или не начать процедуру исключения. И прежде всего я хочу выслушать вашу версию случившегося.

– Понимаю. И чем могу подкупить вас?

Лицо Адама стало непроницаемым.

– Мне очень жаль, мисс Паркер.

Он встал и пошел к выходу.

– Минутку! – окликнула она.

Адам обернулся.

– Извините меня, – попросила Дженнифер. – Теперь мне… все кажутся врагами. Извините, ради бога.

– Ваши извинения приняты.

Дженнифер только сейчас сообразила, что на ней только тонкий халатик.

– Если хотите задать мне вопросы, я переоденусь, и мы сможем поговорить.

– Прекрасное решение. Вы ужинали?

– Я… – нерешительно пробормотала она.

– Я знаю маленький французский ресторанчик. Идеально подходит для допросов.


Ресторанчик оказался тихим очаровательным бистро на Пятьдесят шестой улице в Ист-Сайде.

– Не многие знают об этом местечке, – сказал Адам, когда они уселись. – Хозяева – молодая французская пара, которая работала в «Ле Пирениз». Кухня здесь превосходная.

Дженнифер пришлось поверить Адаму на слово. Сама она не ощущала вкуса. Она не ела весь день, но так нервничала, что не могла проглотить ни кусочка. Дженнифер пыталась расслабиться, но это было невозможно. Как бы этот обаятельный человек ни притворялся, он все равно оставался ее врагом. А нужно признать, он действительно само обаяние: привлекателен, остро-умен, – и при иных обстоятельствах Дженнифер бесконечно наслаждалась бы каждой минутой в его обществе. Но какие тут иные обстоятельства! Ее будущее в руках этого незнакомца. Следующие час или два определят, в каком направлении пойдет ее жизнь.

Адам из кожи вон лез, чтобы успокоить ее. Он недавно вернулся из поездки в Японию, где встречался с высшими правительственными чиновниками. В его честь даже дали банкет, сообщил он.

– Вы когда-нибудь ели муравьев в шоколаде? – спросил Адам.

– Нет.

Он улыбнулся.

– Они куда вкуснее, чем кузнечики в шоколаде.

Потом он рассказывал об охоте на Аляске, где на него напал медведь, – словом, говорил обо всем, кроме того, ради чего они пришли сюда.

Дженнифер готовилась к тому моменту, когда Адам начнет ее допрашивать, и все же, стоило ему задать первый вопрос, словно окаменела.

Он доел десерт и спокойно заявил:

– Я хочу задать несколько вопросов, но не желаю, чтобы вы расстраивались. Хорошо?

В горле Дженнифер застрял ком. Она не была уверена, что сможет говорить, и потому просто кивнула.

– Прошу вас рассказать мне все, что случилось в зале заседаний в тот день, не упуская ни единой детали. Все, что вы помните, все, что чувствуете. Не торопитесь.

Дженнифер хотела отказаться, попросить, чтобы он делал все, что ему угодно, и оставил ее в покое, но почему-то, сидя напротив Адама, слушая его тихий голос, поняла: сопротивляться не будет. Происшествие до сих пор было так живо в памяти, что воспоминания причиняли боль. Целый месяц она старалась забыть, а теперь он просил ее снова пройти через то ужасное испытание.

Она глубоко прерывисто вздохнула:

– Ладно.

И нерешительно, запинаясь, стала описывать события в зале заседаний, сначала медленно, потом быстрее, по мере того как все оживало снова. Адам слушал молча, не сводя с нее глаз.

Когда Дженнифер замолчала, он спросил:

– Того человека, который дал вам конверт, вы видели в офисе окружного прокурора, когда принимали присягу?

– Я думала об этом, но, честно говоря, не помню. В офисе было так много народу и ни одного знакомого лица.

– Может, вы видели его раньше?

Дженнифер беспомощно покачала головой:

– Не помню. Вряд ли.

– Вы сказали, что видели, как он говорил с окружным прокурором, а потом подошел и отдал вам конверт. Вы сами видели, что прокурор вручил ему конверт?

– Я… нет.

– Но этот человек действительно говорил с окружным прокурором или просто стоял среди окружавших его людей?

Дженнифер на секунду закрыла глаза, пытаясь вернуть тот момент.

– Простите… у меня все в голове путается. Я… просто не знаю.

– У вас есть какие-то предположения относительно того, каким образом он узнал ваше имя?

– Нет.

– Или почему он выбрал вас?

– О, это было легко. Возможно, сразу увидел во мне идиотку, – покачала головой Дженнифер. – Простите, мистер Уорнер, я ничего не понимаю.

– Все это время вы жили под ужасным давлением. Окружной прокурор Ди Силва очень долго охотился на Майк-ла Моретти. Пока не вмешались вы, у него были все шансы выиграть дело. Окружной прокурор не слишком вами доволен.

– Я и сама не слишком собой довольна.

Дженнифер не винила Адама Уорнера за то, что он собирался сделать. Человек всего лишь выполняет свои обязанности. Окружение прокурора решило уничтожить ее, и это им почти удалось. Адам тут ни при чем. Он просто орудие, которое используют эти люди.

Дженнифер вдруг страстно захотелось остаться одной. Не стоит, чтобы кто-то видел, в каком она отчаянии.

– Простите, – извинилась она. – Я… не слишком хорошо себя чувствую и хотела бы вернуться домой. Пожалуйста.

Адам несколько секунд изучал ее лицо.

– Вам станет легче, если я скажу, что собираюсь рекомендовать прекратить дело об исключении вас из корпорации адвокатов?

Не сразу осознав значение его слов, она долго безмолвно смотрела на него, вглядываясь в серо-голубые глаза за стеклами очков.

– Вы… вы действительно так поступите?

– Стать адвокатом очень для вас важно, не так ли? – спросил Адам.

Дженнифер вспомнила отца и его уютный офис, беседы, которые они вели, долгие годы учебы, надежды и мечты. Они собирались стать партнерами. Отец просил ее поскорее получить диплом.

– Да, – прошептала Дженнифер.

– Если сможете преодолеть эти трудности, думаю, станете очень хорошим адвокатом.

Дженнифер благодарно улыбнулась:

– Спасибо. Я попытаюсь.

Эти слова она мысленно повторяла снова и снова. И не важно, что она делила крошечный офис с частным детективом, не внушавшим особенного доверия, и человеком, возвращавшим фирмам подержанные автомобили. Это была АДВОКАТСКАЯ КОНТОРА, а она член корпорации адвокатов, и ее не выкинут из профессии!

Она ликовала, понимая, что будет вечно благодарна Адаму Уорнеру.

Официант стал убирать посуду. Дженнифер попыталась заговорить, но из горла вырвалось нечто среднее между смехом и всхлипом.

– Мистер Уорнер…

– После всего этого, – серьезно объявил он, – думаю, вам стоит звать меня Адамом.

– Адам…

– Да?

– Надеюсь, это не испортит наши отношения, – простонала Дженнифер, – но я сейчас умру от голода!

Гнев ангелов

Подняться наверх