Читать книгу Прозрение - Совок Коммуниздович Красный - Страница 1

Глава 1. Русский воровской мир.

Оглавление

«Полковник смотрел вдаль, чуть прищурив глаза. Его собеседник кидал мелкие камешки в зеленоватую воду озера и рассуждал:

– Один из столпов путинской власти – это гомофобия! Во многом, именно из-за этого власть «путинцев» имеет почет и уважение. «Уйдет Путин с командой, и придут пидорасы!» – внушают нам из всех информационных щелей. «Именно благодаря правлению «питерских» к вам домой пока не ворвались пидорасы и не вздрючили вас!». А так как людские души в РФ сильно пропитанны «зоновскими понятиями», то они испытывают (или делают вид?) страх перед геями., в то же время с удовольствием посещая насквозь «пропидарасенный» Таиланд, а порой, и переезжая туда на ПМЖ»– закончил он речь и взглянул туда же, куда и полковник – на синеву расположившихся вдали гор»

Особенно боятся «пидорасии» труженики, дальше своего «Кизюкова» редко куда выезжающие. У одного деревенского жителя три раза, правда, такое случалось. Один раз его насильно вывезли на два года в армию под Улан-Удэ, потом в поселок городского типа – Заводской «на зону», и еще однажды – он сам в добровольном порядке выехал на Камчатку на рыбобработку. Но так как с оплатой камчатские «барыги» (пидорасы?) обманули, то больше усредненный член путинского общества теперь ни куда на заработки не выезжал. А кормился у себя в деревне охотой, рыбалкой, шишкованием…. Выращивал сельхозпродукцию для себя, да на прокорм скотины. А еще слегка приторговывал самогоном…, и изредка – коноплей («но про это – т-с-с!»). Короче, жить можно! И не надо ни каких пидорасов! Не дай бог, придут пидоры и запретят убивать диких животных, очищать реки от рыбы, торговать «сэмом» и, что самое страшное – коноплей! А, еще хуже, если уберут участкового Дудутка, которому среднестатистический житель глубинки поставляет отменного качества самогон, за что Дудутка закрывает глаза на торговлю марихуаной. И что является большой тайной – мент иногда берет у этого жителя отменного качества гашишь – «пробивон, зимник», изготовленный «для своих»! А так, в основном продает все травой «по-дешевой!», или «химкой» уже дороже! С города приезжают постоянные клиенты (их всего трое, незнакомых с друг другом), заходят в избу на чай, кто на чарку, в «обязаловку» покупают маринованные огурцы, самопальную тушенку и кедровый орех, оставляют денег за «шарогу» и едут за ней в указанное место.

И «пидоры» могут всего этого лишить?! Нет!!! Ни за что! Он за Путина, он против пидоров! Поэтому, когда показывают очередной репортаж о гей параде в Брюсселе, наркобарыга, что-то нашептывая, достает из тумбочки фото Владимира и целует, моля – Не допусти! Затем, накинув тулуп, выбирается на зимний воздух и, присев на крыльцо, пыхает в звездное небо смолянистым конопляным дымком – «Эх! Жизнь удалась!»

«И не надо ни каких пидоров! Не дай-то бог!»

Презрение к геям – это основа основ любого криминального, воровского общества. Именно на отношении к сексу зиждется власть в таких структурах. Как когда-то влияние католических священников основывалась на ненависти к рыжеволосым женщинам. Да и не только священников.… Вообще, та власть – средневековых феодалов и рыцарей.

Любой убийца, грабитель, мошенник легко, а то и значительно лучше встроен в нынешнее российское общество. Любой…, но не откровенный гей!

Русские даже с каким-то почтением относятся к убийцам и грабителям, но с презрением к педерастам. И выползло все это устройство из сырых карцеров ШИЗО!

Но и полисмена Дудутка и его подшефного «Креста» устраивало такое положение вещей!

Хотя, полисмену Дудутка было глубоко насрать на «пидаризм», «Крест» на вопрос – почему не был за границей, отвечал, что там большая опасность «заминехаться» по причине того, что лететь за границу надо будет на произведённом «пидерами» Боинге и пить Кока-колу, которой по «плану Далесса» начали уничтожать гетеросексуалов еще в СССР. То, что он перемещается по району на Тойоте, так же привезенной из страны, где геи давно в истории, «Крест» не знал. Да и об однополой любви самураев не ведал и ставил их всегда в пример, как воинов-гетеросексуалов!

«Самое безопасное – это никуда не выезжать из своей Борщеевки!»– решил Крест, услышав «Фа-фа» за воротами. Он никого не ждал, так как никто и никогда не приезжал к нему без предварительного звонка, но вышел за калитку.

Хотя городской «наркобырыга» по кличке «Монстр» давно убеждал его, что лучше без звонка, чтоб их из «Конторы» не спалили. Из грязного джипа без номеров вышел длинный и худой мужчина:

– Я от «Монстра»!

– Он не говорил! – предчувствуя «нехорошее», испугался Крест.

– Он в тюрьме!– ответил «худой» и тут из авто с закрытыми окнами послышался глухой, неразборчивый крик,– Да он пидор, Чеба!

Чеба махнул рукой в сторону машины и приблизился к Кресту, – Чеба!– протянул ему руку. У Креста от возможного обвинения в «педерасии» холодным пузырем расперло душу под сердцем. Рассудок, расщепленный надвое гневом и страхом, запаниковал. Требовать объяснений не решился. Да и крик не членораздельный какой-то был. Да и кого этот чувак в машине имел в виду?!

– Пошли!– пригласил Чебу в дом Крест и взглянул на авто.

– Он здесь будет, на стреме!– сказал Чеба и решительно двинулся в избу впереди хозяина.

Спешно закрывая калитку, Крест вновь услышал злобные бульканья из салона, – В жопу его! В жопу!

«Неужели докурился… до глюков?!»– подумал Крест и засеменил за Чебой: «Какая-то, блин, «непонятка»!»

Жена и сын, кивнув незнакомцу, покинули кухню. 16-летний отрок уже неплохо помогал во всех интересных делах батьке.

– Выпить? Чаю?!– предложил Крест.

– Не, спасибо! Спешим!– и достал из кармана 200 тыс.,– Пересчитай!– кинул их на стол.

Крест тупо уставился на деньги.

– В зону надо срочно!– тихо, медленно и угрожающе сказал Чеба.

– У меня столько нет!– прикинув сумму, ответил Крест.

– Займи у знакомых!

– Только завтра могу, сегодня только на полтинник!– и крикнул в кухню, – Люб, приготовь огурчиков и грибов!– посмотрел на собеседника,– Через час место будет готово, но только на 50 тыс. шарогой!

– Шарогой?! Ты что?! Мы отсюда прямо на зону!

– Не могу раньше! Не готово!

У Чебы зазвонил телефон. Он приложил его к уху,– Да!

« Да он пидор, Чеба! Пидор!»– что-то похожее непроизвольно услышал хлебавший чай Крест. Холодный пузырь лопнул в душе под сердцем. Он прикинул – как быстро прошмыгнуть в кладовку за ружьем. Еще обрез есть за печкой в тайнике, но его трудно извлечь. А 32-ой с подкалиберной «Мелкашкой» заряжены.

– Ну, через час, так через час!– Чеба сгреб со стола деньги и пошел на выход,– Через час подъедем!

– Да мне бы зарядить людей деньгами!– поканючил Крест, соображая – «где сейчас может быть Дудутко?!» Если у себя в отделе на «Цементухе», то ехать ему до Борщеевки минимум полчаса.… Если поедет!?

– Не могу! Деньги не мои! С «Общака». Через три часа надо вернуть – или траву, или деньги! С «Общаком» шутить не стоит!– и двинулся к калитке.

– Хорошо, хорошо!– засеменил следом Крест,– Через два часа подъезжай!

Чеба повернулся к нему со злобным выражением лица, – Говорил, же, час?!

– Это, чтоб не ждать, чтоб точно!– сказал Крест, сомневаясь – нужен ли будет Дудутка?!

Чеба сел в авто, при отъезде от которого из салона вновь послышалось.– Фьитор он, випор!

«Писец»– пробубнил под нос Крест и удалился в дом. Еще была возможность обратиться к «Смотрящему за селом» по поводу «отгруза на Общак», но – тут в дальнейшем могло возникнуть много проблем, как с «зоновскими», так и с Дудутка. Крест лихорадочно соображал. Потом решил – не будет он ни кому звонить, достанет обрез, ружье спрячет за штору и продаст коноплю.

«Или с коноплей надо завязывать?! Глючу, что ли?!»

Через два часа гости вернулись. Крест вышел за калитку и его пригласили сесть в салон что-то обсудить.

На следующий день супруга Креста позвонила Дудутка и сообщила о пропаже мужа.

Нашли остатки Креста только в мае на склоне сопки. Вокруг обглоданного скелета было много зелёненьких всходов маньчжурской конопли.

Дело закрыли быстро, так как тело лежала под березой, на суке которой болтался огрызок веревки точно такой, как и на шее погибшего.

– Не выдержал парняга тягот таежной жизни!– высказался Дудутка, – Да пил много, еще и прикуривал. Говорят, задолжал в общак, из которого давили…. Ну я их – сук!!! Довели охотника до петли!

Дудутка явился к жене покойного и забрал все запрещенное из дома – полкирпича гашиша и обрез. Ружье трогать не стал – оно было зарегистрировано – изымут потом – официально!

– Ты, Любань, слышь, «никому»!– прижал он палец к губам, опрокинув стакан ядрёного самогона,– А то Пашку привлекут! Если что звони – помогу! Извини, спешу в город на партийное собрание!

Сын Креста Пашка теперь самостоятельно гнал самогон. И получался он у него не хуже батькиного. А «пятки» ему по наследству перешли…, не пропадет! Фермер российский, все-таки! А, глядишь, скоро Дудутка его в единопартийцы запишет…и вот тогда. Эх! Переехать бы в город!

Прозрение

Подняться наверх