Читать книгу Завещание бедной красавицы (сборник) - Светлана Алешина - Страница 5

Завещание бедной красавицы
Глава 5

Оглавление

Утром я приехала на работу самая первая. Правда, Лера и Галина Сергеевна появились следом за мной, и началась обычная будничная суета. Материалы по сценарному плану, данные мне вчера Галиной Сергеевной, я, естественно, не успела просмотреть дома и теперь вынуждена была заниматься этим на работе. Ну, с другой стороны, работа для того и существует, чтобы на ней работать.

Лера первым делом осведомилась, договорилась ли я вчера с Валерой Гурьевым. Я сказала, что в общем-то ни о чем конкретном мы не договорились. Просто Валера обещал подумать, что можно сделать, и перезвонить.

Валерий не заставил себя долго ждать. Через пару часов он заявился в наш кабинет и, сияя, сообщил:

– Пропасли твоего голубчика, Иришка. – Он пристроился на краю стола. – Я попросил одного человека присмотреть за ним, и вот что выяснилось. Сегодня рано утром – аж в восемь часов! – Валерка назидательно поднял вверх указательный палец, – твой Осипов помчался на встречу с одним очень уголовным типом. Мой человек сделал снимки. Фотографии будут позже. После этого они вдвоем поехали в одно весьма интересное местечко, а именно – к нотариусу. Оба пробыли там около получаса, потом вышли. Уголовного типа мужичок отправился на собственной машине куда-то, наверное, домой, а Осипов поймал такси и тоже отбыл в неизвестном направлении. Но самое интересное не в этом. А в том, что я сразу же навел справки о нотариусе.

– И что? – Лера даже рассыпала какие-то бумаги, которые разбирала на полке.

– Мне удалось установить, что нотариус этот имеет связи едва ли не со всеми бандитами города Тарасова и вообще про него идет дурная слава.

– Это… в смысле он сам, что ли, бандит? – насторожилась Галина Сергеевна.

– Ну, бандит не бандит, но закон нарушает регулярно. Не брезгует ровным счетом никакой работой. Вот так-то! – Гурьев обвел нас победным взглядом. Дескать, вот он какой я! Вот как потрудился!

– Спасибо, Валера, за информацию и за работу. Даже не знаю, как тебя благодарить, – начала я.

– А никак не благодари, – скромно улыбнулся Валера. – Мне ведь и самому вся эта информация нужна будет. Так что, можно сказать, работаю на себя. Мне вся эта история начинает казаться интересной.

– Еще бы! – оживилась Лера. – Все так запутано!

– Ничего, распутаем, – уверила я ее.

* * *

В двенадцать дня в моем кабинете раздался телефонный звонок. Лера, как всегда, находясь ближе всех к аппарату, сняла трубку.

– Алло. – Она подняла на меня глаза. – Да, сейчас, минуточку! – Она прикрыла трубку ладонью и протянула мне. – Кажется, отец Осиповой.

Я взяла трубку и проговорила:

– Слушаю.

– Здравствуйте, Ирина Анатольевна. Это Анатолий Степанович. Отец Эллы Осиповой.

– Здравствуйте, рада вас слышать.

– Я звоню, чтобы сообщить вам кое-что, Ирина Анатольевна. – Голос Анатолия Степановича был необычно взволнованным.

– Да-да, слушаю вас внимательно. – Я тоже почувствовала легкое волнение.

– Дело в том, Ирина Анатольевна… Дело в том, даже не знаю, как сказать… Понимаете, появилось завещание Эллочки…

– Как?! – не смогла сдержаться я от изумления. – Откуда появилось?

– Да понимаете, я как-то не очень все понимаю. У какого-то нотариуса вроде бы нашлось, что ли… Сегодня утром Коля приезжал, показывал…

– А в котором часу, простите, он был?

– Да рано, часов в девять, наверное. Приехал, сказал, что ему позвонили с утра, попросили приехать. Он приехал, а там нотариус и говорит: «Вот, дескать, завещание. Ваша супруга оставила у меня». Ну, Николай взял его и поехал к нам.

– Скажите, Анатолий Степанович, а на кого оформлено имущество? Если, конечно, это не секрет?

– Да какой уж там секрет, – сокрушенно вздохнул Анатолий Степанович. – Все записано на Колю. Нам с матерью – ничего… Да нам и не надо было… – Старик тяжело вздохнул.

– На Николая?! – я едва сдержалась от изумления. – Элла все свое имущество оставила мужу?!

– Да-да. Все. Ровным счетом все. Все переписала на него.

– И вы… вы не удивлены?

– Да что там!.. Нам разве богатство Эллочкино было надобно? Нам она сама живой да здоровой нужна была… Я вот вам позвонил, думал, вам нужно знать… Может, он сам знал о завещании? Поэтому и…

– Большое спасибо, что позвонили, Анатолий Степанович, – проговорила я. – Вы правильно сделали. Думаю, мне поможет ваша информация.

Я попрощалась и положила трубку. Оглядела всех наших – во взглядах я прочла, что и Галина Сергеевна, и Лера уже и без слов моих все поняли.

– Неужели она все оставила мужу? – тихо произнесла Галина Сергеевна.

– Именно так, – подтвердила я. – Отыскалось завещание, в котором Элла Осипова все свое имущество завещала своему супругу.

– А не тот ли это нотариус, к которому сегодня утром ездил Осипов? – спросила Галина Сергеевна.

– Я почти на сто процентов уверена, что тот самый, – сказала я.

– И что это значит? – спросила Лера.

– А это значит, что, возможно, этот самый нотариус и состряпал это завещание.

– Зачем? – не поняла Лера.

– Ну как же? Теперь становится совершенно очевидным, что Осипова оставила настоящее завещание, по которому все свое имущество отписывает кому угодно, но только не мужу. Это завещание нашли. И нашел его скорее всего сам Осипов. И решил переделать его. Настоящее завещание спрятал, а сам попытался состряпать новое. Где наследником являлся он. Все! Теперь я ничуть не сомневаюсь, что Осипов причастен к убийству жены. Возможно, дело обстояло так. – Я уселась поудобнее в кресле и начала: – Осипов нашел настоящее завещание. Обнаружил, что все имущество достается, например, родителям. Естественно, такой поворот дела не устраивал его. Тогда он придумывает следующий шаг: подделывает завещание, по которому все имущество остается ему. И он вступает в права наследства.

– Да, именно так вероятнее всего и получается, – поддержала меня Лера. – Надо теперь найти того уголовного типа и настоящее завещание.

– Если оно еще существует, – проговорила я.

Версия получилась вроде бы неплохая, но мне в ней что-то не нравилось.

– Послушайте, – сказала я, – на Осипова давили. Это очевидно. И давили именно Кравчук с Пантелеевым. Они говорили о каких-то деньгах. Кроме того, я знаю, что у Осипова есть долг в казино. Карточный, скорее всего. Возможно, Кравчук давала ему деньги оплачивать долги. А он никак не мог вернуть их ей. Поэтому и решил вот таким образом добыть деньги.

– Значит, нам нужно проследить, как распорядится финансами да и наследством вообще Осипов, – произнесла Галина Сергеевна.

– А как это сделать? – спросила Лера.

– Очень просто. Полагаю, Анатолий Степанович будет в курсе того, как муж его покойной дочери распорядится завещанным состоянием. Вот он-то нам все и расскажет, – сказала я.

Тут дверь в кабинет распахнулась, и вошел Валера Гурьев.

– Ну, дамы, как дела?

– Да вот, сидим, рассуждаем, – призналась я. – Ищем пути и решения. Продумываем версии.

– Ну и как?

– Сведений маловато. И знаешь, что мы узнали? – Я посмотрела на Валеру. – Сегодня утром Осипов сообщил родителям Эллы, что отыскалось ее завещание.

– Вот как? – присвистнул Валера.

– И я так подозреваю, что нашлось оно у того самого нотариуса, о котором ты добыл сведения.

– Ого! А почему же этот нотариус раньше молчал?

– А бог его знает? Как выяснилось, он позвонил Осипову только сегодня утром, и тот сразу же отправился к нему.

– Если это действительно тот самый нотариус, то я ничуть не удивлюсь, если завещание окажется сфабрикованным, фальшивым, – произнес Валера.

– Мы думаем то же самое, – сосредоточенно кивнула Лера.

– Так надо узнать это, – сказал Валера.

– Каким образом? Прийти и спросить у нотариуса, не состряпал ли он недавно одно завещаньице для некоего господина Осипова?

– Ну, зачем так сразу… – протянул Валера. – Есть же и другие пути.

– Например? – выжидательно посмотрела я на Гурьева.

– Надо подумать. – Валера сел на стул и почесал в затылке. – Во-первых, я считаю, что надо проверить того самого уголовника, который встречался с Осиповым. Наверняка там дело нечисто. Ведь если получится, что именно он свел Осипова с нотариусом, то там все может развернуться очень даже занятно.

– Возможно, и завещание появилось только сегодня лишь потому, что соорудили его только сегодня, а раньше его просто не существовало. Или же было настоящее завещание, но оно по не зависящим от нас причинам не попало по назначению, – добавила я.

– Именно так, – поддержал меня Гурьев. – Сегодня у меня будут фотографии, и сегодня же я отнесу их куда следует. Проверим этого человека по милицейским сводкам: больше чем уверен, что он там не на лучшем счету.

– Валера, можно я с тобой? – спросила я.

– Да в принципе можно. Почему бы и нет? Ты ведь тоже занимаешься этим расследованием. И именно благодаря тебе расследование вообще началось. Если бы не ты, Иришка, убийца Эллы Осиповой гулял бы на свободе, – закончил Валера торжественным голосом и добавил: – Слава Ирине Лебедевой и ее знаменитой передаче «Кисейные прелести»!

Я не обратила внимания на Валеркин выпад, он всегда таким образом пытается подколоть меня на предмет моей программы, но знает, что я все равно не обижусь и никак не отреагирую.

– Ну, так что, поехали, что ли? – весело подмигнул Валера.

– Поехали, – кивнула я, и мы вышли из кабинета.

Усевшись в старенький «Москвич» Гурьева, мы покатили по направлению к одному из местных тарасовских РОВД, где у Валеры были связи. Но сначала заехали к одному человеку, тому самому, как я поняла, который следил за Осиповым, и Валера забрал у него снимки.

Вообще-то мой друг Гурьев был хорош и удобен тем, что почти везде у него были, как он выражался, «свои люди». И это в равной степени относилось как к представителям правоохранительных органов, так и к представителям уголовного мира. Если в процессе беседы заходила речь о ком-то, более или менее известном в городе, Валера тут же подхватывал и говорил: «А, ну как же… Как сейчас помню, пили мы…» и так далее в том же духе.

Вот и теперь мы ехали к одному старинному знакомому Валерия Гурьева – к оперу одного районного отделения милиции. Приехав на место, мы вышли из машины и направились в здание РОВД. Миновав пропускной пункт, поднялись на третий этаж. Кабинет нужного человека располагался в самом дальнем конце коридора. Валера постучался в дверь, и до нас донесся мощный рокочущий бас его обладателя:

– Войдите!

Войдя, я сразу увидела сидящего, нет, скорее восседающего за огромным полированным столом человека в гражданском. Он широко улыбнулся и встал при виде меня:

– Здравствуйте, проходите! – Человек широко расставил руки и вышел из-за стола навстречу нам.

– Это Игорь, а это Ирина, – представил нас друг другу Валерий.

Игорь был похож на оперного певца – такой же тучный и с таким же густым и красивым голосом. Весьма импозантный мужчина. Я улыбнулась в ответ на его приветствие и протянула руку для рукопожатия. Игорь взял мою ладонь в свою громадную лапищу и тихонько сжал – совсем не больно, против ожидания.

– Садитесь, – указал он на стулья. – Рассказывайте, что за дело привело в мою берлогу такую очаровательную девушку. – Он восхищенно посмотрел на меня, впрочем, без тени похоти.

– Да вот, есть одно дельце. – Валера положил на стол перед ним снимки, разложив их веером. – Сможешь посмотреть по своей картотеке, что за человечек? Мужик – типичный уголовник. Наверняка проходит по вашим сводкам.

– Что натворил? – с энтузиазмом разглядывая фотографии, спросил Игорь.

– Пока неизвестно, но наверняка каким-то образом замешан в одном убийстве.

– Да? – Игорь поднял на Гурьева изумленные глаза. – Что за убийство?

– Игорь, если честно, пока еще неизвестно, действительно ли убийство, поэтому давай ты просто посмотришь, а?

– Понял, не дурак, дурак бы не понял, – пророкотал Игорь и, встав со стула, взял снимки в руку и вышел из кабинета. – Я скоро вернусь.

Вернулся он и в самом деле скоро, положил снимки на стол и покачал головой.

– Нет, никого похожего на вашего субчика нет.

– Как нет? – не сдержалась я. – Не может такого быть! Вы хорошо смотрели?

– Ирина, дорогая, обижаете! – погрустнел Игорь. – Только ради ваших прекрасных глаз я облазил всю картотеку самолично. Нет, ответ отрицательный, – снова склонил голову набок Игорь.

– Жаль, – вздохнул Валерий. – Может, все-таки оставишь у себя одну фотку, так, на всякий случай. Если что…

– Да без проблем, – с полуслова понял Гурьева Игорь. – Давай вот эту. – Он выбрал из пачки один снимок и убрал в стол. – Если что, звякну.

Игорь протянул Валере руку, мужчины обменялись рукопожатием. Мне Игорь почему-то предпочел больше руки не пожимать, а просто поцеловал ее. Весьма галантный мужчина, особенно если учесть род его деятельности. Все-таки остались еще джентльмены в русских селеньях, можно сказать, перефразировав известного поэта. А я думала, что один мой муж самый замечательный и лучший. О чем это я? Нет, нет, нет, мой Володя и правда самый лучший и самый прекрасный, и люблю я только его.

Мы вышли из кабинета Игоря и спустились вниз по лестнице. Валерка выглядел удрученным. Он сел в машину и долго еще не мог успокоиться. Он разглядывал фотографии и все приговаривал:

– Нет, ну как же так? Ну ведь на роже же у него написано, что он как минимум три ходки имел. Весь в наколках, и взгляд такой… Да зуб даю на отсечение, что он сидел! Почему же его нет в сводках? Просто нет! Как самого нормального рядового человека…

– Валера, а может, он и вправду… нормальный? – попробовала я утешить Гурьева.

– Да ты посмотри на его рожу уголовную! Да он маму родную замочит и не дернется! Нет, что-то тут не так! – не унимался Валера.

– Да ладно, что теперь. После драки кулаками не машут. Поехали. – Я махнула рукой.

Валерка завел двигатель и всю дорогу до студии что-то негромко бормотал себе под нос, наверное, возмущался, что в милицейских сводках не оказалось столь матерого, на его взгляд, уголовника, прямо-таки отпетого бандита.

Вообще-то меня тоже несколько удивило отсутствие такого человека в архивах правоохранительных органов. Судя по его внешнему виду, он действительно сильно смахивал на бандюгана. Кроме того, и Валерка был уверен в этом. А у него, надо признаться, глаз наметанный на подобные вещи. Сколько он знал и знает таких уголовников! Перевидал их на своем веку, не дай бог каждому!

Мы подъехали к студии. Валера притормозил возле входа и проговорил:

– Я не на стоянку. У меня еще пара дел есть. Ты, если что, держи меня в курсе. Я постараюсь сегодня быть не телефоне.

– Пока. – Я вышла из машины, а Валера вырулил на дорогу и поехал в сторону центра города.

Когда я поднялась к себе, в кабинете не оказалось никого, кроме Павлика. Он, как и всегда, дремал в кресле. Впрочем, когда я вошла, он приоткрыл один глаз и посмотрел на меня.

– Как съездили? – спросил он.

– Безрезультатно, – вяло ответила я. – А где все?

– Шеф вызвал, – безразлично проговорил Павлик.

Надо же! Без меня трудится моя команда, а я разъезжаю по своим делам! Ну не то чтобы совсем уж по своим, но уж точно не по редакционным. Надо бы тоже пойти к шефу. Наверняка потребовал представить ему сценарный план следующей передачи.

Я причесалась, подправила макияж и отправилась к шефу поддерживать коллег.

* * *

Когда мы все трое, Галина Сергеевна, Лера и я, вернулись назад, то застали в кабинете женщину, стоящую около окна и нервно, как мне показалось, курящую сигарету. Женщина обернулась, и я даже вздрогнула от неожиданности: посетительницей оказалась не кто иная, как Кравчук Мария Львовна собственной персоной. Павлик, все еще сидевший, но уже не дремавший в кресле, лишь недоуменно пожал плечами и указал глазами на гостью.

– Здравствуйте, – произнесла Кравчук строгим голосом.

– Добрый день, – поприветствовала я ее. Поздоровались и все остальные члены съемочной бригады.

– Вы Ирина Лебедева? – это было обращено ко мне.

– Да, чем могу помочь?

– Я подруга Эллы Осиповой, Кравчук Мария Львовна. Ведь это вы собирались делать о ней передачу?

– Да, это так. То есть даже не собирались, а все еще собираемся. Теперь, так сказать, уже в память… – проговорила я.

– Я хотела бы поговорить с вами, – произнесла Кравчук. – Где мы можем это сделать?

– Да прямо здесь.

– Мне бы хотелось конфиденциально.

– Это мои сотрудники, и у меня нет от них секретов, – холодно объяснила я. Мне было неприятно, что эта женщина пришла сюда, да еще дает мне указания. Тем не менее на мой не слишком любезный тон она никак не отреагировала.

– Что ж, как прикажете. – Кравчук, не дожидаясь приглашения, села на стул.

– О чем вы хотели поговорить? – спросила я.

– О Николае Осипове. И об Элле, разумеется.

– Очень интересно. – Я подняла брови. – И что же вы хотите сказать?

– Мне бы хотелось, чтобы в вашей передаче была освещена тема личной жизни Эллы. Вы ведь собираетесь упомянуть об этом? – Кравчук скорее утверждала, чем спрашивала.

– Да, конечно, – согласилась я.

– Так вот, я хочу сделать официальное заявление, что муж Эллы, Николай Осипов, желал смерти своей жене.

– Что?! – Я едва не свалилась со стула, когда услышала подобное заявление. – Вы понимаете, насколько серьезно то, что вы говорите? Это ведь обвинение…

– Я отдаю отчет своим словам и готова повторить их для передачи.

– Вы хотите сказать, что Николай Осипов мог быть причастен к убийству своей жены?

– Не знаю, убивал он или нет, но то, что у него был мотив, – совершенно очевидно.

– Не могли бы вы объяснить все поподробней? – попросила я.

– За этим я сюда и пришла. – Кравчук поудобнее устроилась на стуле, видимо приготовившись к длительной беседе. Галина Сергеевна, Лера и Павлик слушали ее чуть ли не с открытым ртом. – Так вот. Я считаю, что Николай Осипов подделал завещание своей супруги. Согласно существующему завещанию Элла все свое движимое и недвижимое имущество оставила именно мужу. Но каждый, кто хоть немного знал Эллу и ее супруга, ни за что не поверит в то, что она могла завещать ему хоть сотую часть своего имущества, не говоря уже о целом состоянии. Это чистейшей воды абсурд! Этого просто не может быть! Нонсенс!

– Ну почему вы так считаете? Что удивительного в том, что жена завещает свое имущество после своей смерти мужу? – начала я.

– Ничего подобного! Только не в данном случае! Вы не знали Эллу, не знаете Николая, вы не знали, какие между ними были отношения. Это было что-то кошмарное! Для Эллы семейная жизнь подчас становилась просто невыносимой. Особенно в последние годы. Это был какой-то ад, а не семейная жизнь!

– Почему же она тогда не развелась с мужем, раз у них были столь трудные отношения?

– Она любила этого подонка! Точнее, она болела им, как наркоманка, была зависима от этого ужасного человека! Она ненавидела его и одновременно не могла представить себе и дня жизни без него.

Я молчала, не в состоянии сказать что-либо. Вообще-то то, что говорила Кравчук, почти полностью соответствовало тому, что я сама думала обо всем этом деле. Но она, похоже, была просто обижена на Осипова, потому и решила свести с ним счеты таким вот странным образом, через мою передачу. Что, решила заклеймить позором Осипова на весь Тарасов? Или припугнуть его?

– Я вижу, вы не удовлетворены тем, что я говорю? Вам кажется, что это абсурд, а на самом деле у Эллы была действительно такая кошмарная жизнь. Я знала всю ее жизнь до мельчайших подробностей, мы ведь были компаньонами в деле… Еще я могу совершенно официально заявить вот что. – Кравчук помедлила, стараясь придать своим словам больше важности и торжественности. Потом обвела всех присутствующих долгим взглядом и произнесла: – Я знаю, что Элла написала завещание. И в нем ни слова не было о ее муже.

– Вы уверены? – спросила я. – А почему вы тогда сразу не заявили об этом? – Мне показалось, что Мария Львовна придумала этот трюк с завещанием только что, чтобы привлечь внимание к своему рассказу.

– Это не играет роли, что и когда заявлять, главное, что я совершенно точно знаю, что о Николае в завещании не было ни слова.

– А кому же тогда Элла оставила свое имущество? – поинтересовалась я.

– Не знаю! Она не говорила мне. Только сказала, что мужу не оставит ни копейки после своей смерти. Хотя бы после смерти, говорила она, не будет зависеть от него.

– Значит, вы не видели сами этого завещания? – уточнила я на всякий случай.

– Нет, не видела. Точнее, я видела, как Элла составляла его, она делала это на работе в офисе, потом сказала, что написала завещание и собирается отвезти его к нотариусу.

– А когда это было?

– Пару месяцев назад. Элла была рассержена тогда на мужа за что-то, не помню уж за что… Хотя… они все время ссорились, и упомнить все их ссоры и скандалы просто не представляется возможным. Так вот, в сердцах она составила завещание и сказала мне, что этому подонку она не оставит ни гроша.

– Возможно, она переписала это завещание? – предположила я.

– Нет, – категорично заявила Кравчук. – Это было не в характере Эллы. Она так никогда не поступила бы. Это была женщина слова. Если она решила, то так тому и быть. – Мария Львовна даже попыталась изобразить слезу, навернувшуюся на глаза. Но это было столь очевидным притворством, что я не придала этому никакого значения.

– Если я вас правильно поняла, то вы хотите сказать, что Николай, узнав о завещании, постарался побыстрее убрать супругу и сделать новое завещание.

– Именно так. И я хочу, чтобы в своей передаче вы обязательно упомянули об этом. Николай должен быть наказан! – с пафосом воскликнула Кравчук. – Может быть, хотя бы тогда органы правосудия обратят на это дело внимание! Вы ведь довольно популярны… И потом… Всем известна сила и власть прессы…

– Я подумаю над тем, что вы рассказали, – проговорила я, пытаясь дать Кравчук понять, что разговор окончен. – Если мне понадобится поговорить с вами, обязательно найду вас.

– До свидания, – Мария Львовна встала, поняв, что беседа завершена. – Вот моя визитка. А вообще, – вдруг внезапно смягчилась она, – приезжайте к нам в один из салонов. В любой! Мы будем очень рады обслужить вас. Со скидкой. – Она рекламно улыбнулась на прощание и вышла.

– И что теперь? – первая подала голос Галина Сергеевна после того, как мы остались одни.

– Что? Я думаю, что Кравчук просто пытается хоть как-то навредить Осипову, поняв, что теперь он не отдаст долг.

– А разве вы, Ирина, не допускаете мысли, что настоящее завещание и правда существует? – спросила Лера.

– Возможно, – проговорила я. – Но мне почему-то показалось, что Кравчук придумала про истинное завещание Осиповой прямо на ходу. Хотя не факт, что его не существует на самом деле.

– А я думаю, что надо искать это самое настоящее завещание. И тогда мы найдем доказательства того, что именно Осипов является убийцей, – заявил Павлик. Он заметно оживился после ухода Кравчук. Еще бы! Его версия в очередной раз подтвердилась.

– И как ты, Павлик, это себе представляешь? Я имею в виду поиски завещания, которое оставила Осипова? – спросила я.

– Как, как? Надо установить слежку за Осиповым, надо прослушивать его телефон, надо, в конце концов, проникнуть в его дом и поискать там! – горячо принялся убеждать меня наш оператор.

– Павлик, остынь! – прервала я его мечтания. – Ну как ты себе это представляешь? Так запросто не залезешь к человеку в дом! Да нас арестуют и посадят. И будут правы. Незаконное проникновение в жилище.

– А если мы найдем завещание?.. – не унимался Павлик.

– А если не найдем? – возразила я. – Или ты думаешь, что он специально для нас оставил его на кухонном столе? Нет, так не пойдет.

– А мне кажется, что Павлик прав, – Лера покосилась на оператора. – Надо проследить за Осиповым.

Я поймала благодарный взгляд, брошенный Павликом на Леру, девушка довольно зарделась.

– Галина Сергеевна, а ваше мнение на сей счет? – я воззрилась на нашего режиссера, женщину умную и по-своему мудрую. Правда, иногда она тоже выкидывала те еще коленца.

Прежде чем ответить, Галина Сергеевна подумала.

– Я тоже вынуждена согласиться с Павлом и с Лерой. Мне кажется, что Осипов обязательно как-то проявит себя. Надо только время. – Галина Сергеевна посмотрела на меня. – Иришка, ведь все равно у нас других вариантов нет и не будет.

И я сдалась.

– Ну хорошо. Только установить круглосуточную слежку за Осиповым не представляется возможным, это, я надеюсь, вы понимаете. И чтобы без отрыва от производства! – Я строго посмотрела на Леру.

Завещание бедной красавицы (сборник)

Подняться наверх