Читать книгу Шальная императрица (не)против олигарха - Татьяна Бэк - Страница 6

Мистер Икс

Поправляю галстук перед зеркалом, – узел безупречен, как всегда, но сегодня он меня душит и особенно раздражает. Может, пора уже выйти на покой, перестать лично всем заниматься, да свалить на далёкий остров пить коктейли и управлять своим бизнесом с белоснежного пляжа?

Да ну, бред какой-то! Я там от тоски завою! Да и не любитель я всей этой экзотики в стиле рекламы батончика «райское наслаждение».

Ну, был-то помоложе, тоже тянуло на кокосы, ром и смуглых ласковых красоток, – что уж греха таить. Но вот сейчас лучше куда-нибудь в тайгу забуриться, с ружьём по лесу походить, из жаркой бани в ледяную чистую речку прыгнуть, чтобы тело силой наливалось и крепло, а не жирком заплывало.

«Лев, ты просто не умеешь делегировать обязанности!» – любят повторять партнёры по бизнесу, и они чертовски правы. Не просто не умею, а не позволяю себе. У меня тяга к тотальному контролю, но что поделать. Возможно, это и стало краеугольным камнем в построении моей империи.

 Итак, сейчас отправлюсь на завод, который решил выкупить, чтобы войти на рынок в этом субъекте, – надо же расширяться. Но самое странное – не испытываю привычного азарта. Для меня бизнес всегда был не просто средством обогащения, а своеобразной охотой, способом держать себя в тонусе, но сегодня что-то не то со мной происходит.

И кровь бурлит в венах, и какое-то предвкушение, только вот не связано оно никак с этим чёртовым заводом. Сейчас меня интересует другая добыча: рыжеволосая, ростом в районе метр семьдесят, бюст второго размера, глаза серо-зелёные… и невероятно грустные. И вчера эта добыча хитро улизнула у меня прямо из-под носа.

А подружки у моей «Шальной императрицы» – кремень. Как ни пытал их, как ни упрашивал, – никаких контактных данных беглянки не предоставили. Но ничего, я мужчина самостоятельный, поэтому и без чужой помощи отыщу.

Воспоминания о рыжеволосой красотке заставляют улыбнуться. «Ох, Лев, там же сразу понятно, что дама непростая, со своими тараканами: то просит поцеловать, то исчезает, словно Гудини! Нахера тебе этот головняк? Ты же любишь, когда с женщиной всё просто и без лишних заморочек!»

В этот момент телефон начинает истошно истерично вибрировать, словно передавая настроение звонящего. Даже не нужно смотреть на экран, чтобы узнать, кто сейчас желает поиметь мне мозг. Это вот как раз «простая женщина без заморочек», которая теперь стала занозой в моей заднице… ну, хоть не в сердце!

– Лёвушка! Милый! Здравствуй! – мурлыкает бывшая жена, стоит мне принять вызов.

Молчу и считаю до десяти.

– Котик, ты здесь? Слышишь меня? – не унимается Милана.

До десяти считать бесполезно, тут и до сотни будет мало.

– Коротко и по делу говори! Я занят! – режу вместо приветствия.

На том конце обречённый вздох, собеседница понимает, что её обычная модель поведения уже не действует.

– Лев, пора оплачивать семестр в школе Марии-Мишель! Ты, наверное, забыл? Я понимаю, у тебя много работы. Но почему должен страдать ребёнок?

Так, сейчас мне придётся считать до тысячи.

– Особенно, если учесть, что это не мой ребёнок! – цежу, с трудом удерживая себя в руках.

– Ой, ну что ты начинаешь! Отец не то, кто родил, а тот – кто воспитал!

Ловлю флешбеки того дня, когда узнал, что Маруська – не моя дочь. Она тогда попала в больницу, рубанувшись с велосипеда. Я примчался почти сразу, на уши всех врачей поставил, – капельницы, уколы, переливание. Оказалось, что у малышки редкая группа крови, а дальше… Словно в плохом сериале, выяснилось, что с такой группой крови она точно не может быть моей дочерью.

– Позови Маруську к телефону! – приказываю бывшей.

– Ты забыл? Психолог запретил ей с тобой общаться! У девочки сложный период. И вообще-то, её зовут Мария-Мишель!

Дёргаю узел галстука, чувствуя, что мне не хватает воздуха.

– Милана, я не буду повторять два раза!

Бывшая жена хмыкает, раздаётся какой-то шорох, а дальше слышу стеснительный голосок своей мелкой.

– Здравствуйте, Лев Сергеевич… – шепчет она.

– Маруська, я же говорил, что я для тебя папа!

Бедная моя девочка, если во всей этой грязной отвратительной ситуации кто-то и пострадал, так это в первую очередь она. Милана, конечно, не следила за языком и трясла своим грязным бельём прямо при дочери, рассказывая всем, какой я мудак и не смог простить, что Маша на самом деле не от меня. Я хотел, чтобы сор не выметался из избы, но бывшая просто физически не могла удержать язык за зубами.

– Здравствуй, папа… – голосок малышки становится уверенней, слышу, что она улыбается.

– Заяц, я ещё неделю назад перевёл деньги на твоё обучение, не волнуйся. Никаких проблем нет! Просто теперь я буду оплачивать его напрямую в учебное заведение, а не твоей маме! Я хочу, чтобы ты знала, я тебя никогда не брошу. Я тебя люблю.

«Ах ты гад!» – слышу на заднем фоне злобный визг бывшей, и связь обрывается.

Устало опускаюсь в кресло, стягивая галстук. Да уж, охеренно день начался. Надеюсь, хотя бы на заводе меня не ждёт никаких сюрпризов!

***

Тащусь за каким-то доходягой по хитросплетениям цехов и коридоров. Что-то этот завод не похож на находящийся на грани банкротства: народ работает, станки свежие, мимо то и дело проносятся карщики с продукцией – правильное движение муравейника, где каждый занят своим делом. И этот, чёрт побери, мне нравится, ведь я ожидал увидеть полную разруху.

Успеваю осмотреть всё, что меня интересует, жалею лишь, что сразу не встретил хозяйку предприятия. Говорят, что она где-то на объекте, но пока ни единой женской фигуры не замечаю. Скорее всего, пьёт чай где-нибудь в бухгалтерии, да лясы точит под тортик с кремовыми розочками.

Мой худощавый молчаливый сопровождающий сайгачит с такой скоростью, что едва за ним поспеваю, но почему-то взгляд упирается вновь и вновь в его худощавую фигуру. Какого хрена брать на производство таких доходяг? Ещё и жопой виляет так, словно модель на подиуме. От такого толку ноль, это точно.

Чтобы не раздумывать особо о происходящем, вещаю ему о том, что баба за рулём такого предприятия точно не сможет долго и качественно выполнять свои функции.

Но пока меня прям бесит то, что вокруг всё функционирует без нареканий, – а я-то всегда найду до чего докопаться. Хочется за что-нибудь зацепиться, но увы! Ладно, сейчас сделаю хозяйке щедрое предложение, от которого она не сможет отказаться, а затем…

Хер его знает, что будет затем. Пришлю сюда свою команду со всеми проверяющими, аудиторами, технологами. А сам попробую отыскать ты рыжую стервозину, мысли о которой у меня не выбил даже разговор с бывшей женой.

Сам не замечаю, как оказываемся в административном крыле, – здесь уже удивительно уютно: цветочки, картины на стенах, даже маленький аквариум. Сразу видно – женское царство! Это так мило, что невольно раздражает! Лучше бы столько внимания производству уделяла!

Возле очередной типовой двери доходяга замирает. Перевожу взгляд и вижу лаконичную табличку: «Анфиса Семёновна Сталь-Синицына». Ну и фамилия… Да и имечко тоже не подарок. Интересно, дразнили её в школе?

Мой сопровождающий замирает, показывает жестами, что известит о моём приходе руководство, а затем ныряет в дверь, словно к себе домой. Хм, странно… а, может, Анфиса Семёновна просто любительница юных худосочных мальчиков, и доходяга бывал здесь не раз? Ну тогда я совершенно не во вкусе хозяйки. Хотя не больно-то и хотелось! У нас с ней точно не получится ничего личного, – только бизнес. Я никогда не трахаю тех, с кем у меня деловые интересы.

– Войдите! – раздаётся удивительно чистый женский голос с сексуальной хрипотцой.

Меня словно током пробивает, – где-то я его уже слышал! Но это ведь невозможно.

Вхожу внутрь без стука и сперва осматриваюсь по сторонам. Говорят, что по кабинету можно судить о его хозяине. Только вот я сразу проигрываю, ибо вокруг всё очень по-деловому, никаких намёков на женское начало. Светлые стены со стеллажами, заставленными документами, массивный стол, на котором царит идеальный порядок, экран для проектора. И на этом всё… Ну, негусто.

Пытаюсь найти доходягу, который меня сюда привёл, но он словно испарился, а в таком крошечном помещении и спрятаться негде. Ладно, теперь можно и удостоить своим вниманием хозяйку кабинета, уверен, – она уже нервничает, что сразу не взглянул на неё.

Перевожу взгляд на женщину, сидящую в кресле, и едва сдерживаю удивлённый возглас. Хочется протереть глаза, а затем ущипнуть себя.

Прямо передо мной восседает «Шальная императрица», но теперь в её прекрасных серо-зелёных глазах нет той щемящей грусти, что заметил вчера вечером. Это железная леди, закованная в броню брючного костюма, только вот причёска чуть растрёпана, а на переносице и вокруг глаз отпечатки резинки промышленных очков.

– Доходяга… – тяну обречённо, понимая, что оказался не на коне,–  как привык – а в полной жопе.