Читать книгу Шагая над бездной. Наследники магии - Татьяна Зинина - Страница 4

Пролог
Глава 2

Оглавление

К собранию сотрудники нашего департамента готовились, как к особенному событию. Сегодня все миторы и даже агенты щеголяли по коридорам в парадной форме. Да и нервничал каждый, ведь нас созывали по личному распоряжению его величества. И что-то мне подсказывает – причины у этого более чем веские.

К назначенному часу мы с коллегами заняли отведенные нам места в огромном зале Императорского совета и теперь с нетерпением ожидали начала действия. Удобных кресел хватило для всех, но сотрудникам ведомства по борьбе с магами повезло больше – мы все сидели во втором ряду. Первый же занимали руководители подразделений, главы отделов, и судя по их хмурым лицам, им уже было известно, о чем именно пойдет речь.

Император появился ровно в полдень, будто специально ждал назначенного времени под дверью. Вместе с ним прибыли министр внутренней безопасности – митор Вилм Галирон, и кронпринц Олит – наследник престола империи. Честно говоря, глядя на этого нескладного подростка, в чьих глазах сейчас отражалось только смятение, сложно было представить его на троне такой страны, как наша.

Хотя такое его состояние оказалось вполне понятно, ведь большую часть своей жизни его высочество провел за пределами столицы. Пока наша бывшая императрица была жива, мальчик жил со своей матерью где-то на юге. И только полгода назад, когда ее величество Шамира скончалась, так и не подарив мужу наследников, император признал Олита законным сыном и почти сразу женился на его матери.

Новую супругу правителя незамедлительно короновали, и сейчас, как я слышала, она была в положении. А это означало, что скоро у империи может появиться еще один наследник… или наследница.

Нашей нынешней императрице было сорок три года, и то, что она решилась на беременность, само по себе казалось настоящим подвигом. А еще я слышала, что после своей коронации она больше ни разу не появилась перед придворными, не участвовала в развлечениях, и ходили слухи, что и вовсе уехала обратно на юг.

– Приветствую вас, благородные миторы, – начал его величество, остановившись у высокой трибуны, расположенной на возвышении в самом центре зала.

– Служим империи! – слаженно ответила вся наша толпа.

– Сегодня мы все собрались здесь, чтобы обсудить важный вопрос, касающийся предстоящего праздника и обеспечения безопасности горожан и придворных, – продолжил император.

Его голос звучал спокойно и уверенно. Говорил он в специальное устройство – эхотон, которое усиливало его голос в разы и доносило в каждый уголок зала.

– Благодаря слаженной работе наших ведомств, – проговорил правитель империи, – стало известно, что в день празднеств повстанцы движения «Свобода магии» собираются учинить масштабную диверсию. Увы, узнать, что конкретно входит в их планы, так и не удалось. Именно поэтому охрана города будет усилена, а каждый из вас должен быть готов исполнить свой долг перед империей. Более подробно о стратегии защиты вам расскажет митор Галирон.

Его величество отступил чуть в сторону, а его место на трибуне занял низкорослый коренастый мужчина в белоснежном кителе. Честно говоря, министр внутренней безопасности всегда напоминал мне то ли ястреба, то ли коршуна. Этакую опасную птицу, которая все видит, обо всем знает и может в любой момент клюнуть тебя исподтишка.

Речь митора Галирона была долгой, нудной и, на мой взгляд, чрезмерно высокопарной. И стыдно признаться, но я его почти не слушала, прекрасно зная, что все то же самое, но только куда короче и понятнее нам потом повторит наш непосредственный начальник – митор Хаски. И, наверное, нужно было хотя бы сделать вид, что внимаю речам министра, но сейчас куда сильнее меня интересовал сам император.

Вообще видеть его так близко мне еще не доводилось ни разу. Вживую он выглядел совсем не так, как я его представляла, каким его изображали на плакатах, каким показывали по кайтивизору. Сейчас передо мной, всего в нескольких метрах, стоял довольно симпатичный, пусть и суровый, мужчина в самом расцвете сил. Он оказался высок – намного выше того же министра внутренней безопасности. Его светло-русые волосы были гладко зачесаны назад и стянуты шнурком в маленький хвост. Вместо привычного синего мундира на нем красовался простой костюм серого оттенка: брюки, пиджак, даже рубашка и та была серой, пусть и немного светлее. Честно говоря, встреть я этого мужчину на улице – и не узнала бы в нем императора. Корону же – непременный атрибут власти – наш правитель не надевал принципиально.

И тут он неожиданно повернул голову и посмотрел прямо на меня. Я же… позорно вздрогнула и поспешила сглотнуть образовавшийся в горле ком. Боги Семирии, да я бы многое отдала, чтобы никогда не видеть этого взгляда. Сильного, строгого, жесткого. Взгляда, в котором отражалась такая власть, о которой не мог мечтать никто из ныне живущих. Но что поразило меня больше всего, – это цвет его глаз – ярко-зеленый, почти полностью повторяющий тот, что сегодня я видела у Кела.

Конечно же его величество заметил, как я стушевалась, не мог не заметить. Потому, едва я покорно опустила голову, отвернулся, полностью утратив ко мне интерес. И правильнее всего было бы сосредоточиться на речи, произносимой высоким начальством, но я почему-то снова мыслями вернулась к утреннему знакомому, а в голове уже сама собой сложилась логическая цепочка.

Ведь схожесть в столь редком оттенке радужки точно говорила о родстве, причем близком. Вот только волосы Кела имели темный оттенок, а значит, к аристократии он не имел отношения. И, наверное, это должно было меня успокоить, но… не успокоило. Совсем наоборот. Почему-то мне отчаянно захотелось посмотреть на императора поближе, чтобы узнать, а загораются ли в его глазах синие искорки. Увы, сейчас осуществить это странное желание оказалось слишком сложно. Ну не подойду же я к его величеству и не попрошу посмотреть на меня несколько секунд?

Память тут же подкинула информацию, что на портретах император Олдар Ринорский изображался хоть и зеленоглазым, но там цвет его радужек был приглушен настолько, что казался нормальным. Сие означало, что просматривать записи и портреты бессмысленно. Здесь нужна только личная встреча.

Да… все же следователь во мне не засыпал ни на мгновение.


Вскоре собрание закончилось, все разошлись по своим отделам, чтобы обсудить со старшими миторами подробности работы на предстоящем празднике и получить задания. Мне же стало не до глупых размышлений о сходстве императора с каким-то простолюдином. Ведь ситуация оказалась не то чтобы сложной, а по-настоящему опасной.

Традиционно в день Смерти магии на ритуальном костре, сооружаемом прямо на дворцовой площади, казнили самых опасных преступников-магов. Вообще, в наш век огнестрельного оружия эта традиция многим казалась варварской, но из года в год она продолжала неукоснительно соблюдаться.

– На самом деле осужденных убивают, как только загорается первый из двух кругов пламени, – добродушно пояснил митор Хаски, почему-то посмотрев именно на меня. – Снайперы. Стреляют с третьего этажа. Так что никто не мучает приговоренных. Пусть они и обладают проклятым магическим даром, но ведь все равно живые.

Наш непосредственный руководитель прошелся по кабинету и опустил свое тучное круглое тело в широкое рабочее кресло. Я, честно говоря, всегда поражалась, как он при подобной комплекции умудряется ежедневно бегать между этажами департамента. Наш отдел располагался на третьем, а кабинет министра внутренней безопасности находился на первом, и туда нашему митору Хаски приходилось спускаться очень часто.

Вообще он был добродушным и приветливым мужчиной, по виду являлся ровесником моего отца. Год назад этот человек принял меня в своем отделе с распростертыми объятиями, помог адаптироваться в столице и вообще вел себя со мной, как добрый дядюшка.

– Но на сей раз у нас есть все основания полагать, что казнь попробуют сорвать, – добавил начальник и тут же пояснил: – Маги из того самого повстанческого движения, о котором нам с вами давно уже известно.

Конечно, мы отлично знали о группке фанатиков, называющих себя «Свобода магии». Они принимали под свое крыло всех, в ком была искра магии и кто не желал ее тушить, как требовал закон. Ведь для родившегося с даром в нашей стране существовало два пути: или добровольный отказ от живущей в нем силы, либо казнь. Но все они выбрали третий путь и устраивали диверсию за диверсией.

К примеру, в прошлом месяце в Бернете – северном городе, находящемся почти на границе с Кастильским княжеством, они сравняли с землей городскую тюрьму, в которой держали магов, ожидающих приговора. Конечно, всех заключенных перед этим освободили, а уходя, и вовсе устроили самое настоящее представление. Этакое огненное шоу, развернувшееся прямо на улицах.

Тогда было много пострадавших. На поимку диверсантов направили огромные силы армии и полиции, но… успехом это не увенчалось. До сих пор никто не смог отыскать ни их лагерь, ни штаб-квартиру. На настоящий момент было известно, что они скрываются где-то в лесах ближе побережью Синейского моря, а свое поселение называют Зеленой крепостью.

– Нашим агентам удалось выяснить, что в этот раз диверсия обещает быть поистине масштабной, – добавил митор Хаски, устало потирая свой вспотевший лоб. – По распоряжению императора были усилены патрули, у всех прибывающих в столицу проверяют документы. Но, к сожалению, далеко не каждый полицейский может почувствовать магию. Именно поэтому его величество возлагает на наш отдел большие надежды. Ведь как вы все прекрасно знаете, любую проблему лучше предотвратить, чем потом разбираться с ее последствиями.

Мы с коллегами дружно кивнули, но перебивать начальника не стали. Ясное дело, что он рассказал нам еще не все.

– Разыскивать диверсантов в пределах столицы будут миторы из отдела городской полиции, – добавил он, откинувшись на спинку кресла. – Нам же с вами предстоит куда более тонкая работа. Учитывая тот факт, что в столицу обязательно явятся наиболее сильные представители сопротивления, важно вычислить и поймать именно их. Это наше задание на ближайшие дни. А еще… – Он вздохнул как-то особенно тяжело, будто то, что собирался сказать дальше, ему совсем не нравилось. – Опять же, по традиции на карательный костер осужденных поведем именно мы, как борцы и победители. То есть каждый из вас будет стоять в круге на площади.

Я сглотнула, всеми силами стараясь не показать, как скручивает все внутри от одной лишь мысли, что придется стать самым настоящим палачом. Слышать крики людей… обреченных на гибель. Увы, выбора не было. Приказы не обсуждались, а если это еще и традиция, то тут вообще не стоило и надеяться на снисхождение начальства. А значит, придется привычно стиснуть зубы и сделать то, что требует долг.

– Задачи ясны? – спросил начальник.

– Да, митор Хаски, – хором ответили мы, вытянувшись по струнке.

– Тогда свободны, – махнул он рукой. – Составьте общий план действий, после принесете мне на утверждение. Времени мало, а работы предстоит много. Приступайте немедленно.


Любимые наручные часы, когда-то подаренные мне отцом на окончание военной академии, показывали без пяти минут восемь, а Кел до сих пор не появился. Хотя, наверное, глупо было ожидать от простолюдина пунктуальности. Это аристократы очень ценили время – и свое, и окружающих. А мы, миторы, вообще всегда приходим раньше, чтобы исключить саму возможность опоздания. Другие же люди, видимо, относились к подобным вещам куда проще.

– Привет, Эли, – прозвучало прямо за моей спиной.

А ведь я даже шагов не услышала, зато узнала сразу, но вот скрыть напряжение от неожиданного появления парня оказалось совсем непросто. И тем не менее я медленно втянула носом воздух и обернулась, чтобы убедиться в своей догадке. Но едва увидела Кела, просто не смогла не улыбнуться. Почему? Да просто он стоял от меня в нескольких шагах и крайне забавно прикрывался скромным букетиком полевых цветов, словно этот маленький веник мог защитить его от моего гнева. Но в целом картина получилась настолько умилительной, что от напряжения не осталось и следа.

– Зря ты так подкрадываешься, – заметила я, шагнув к нему навстречу.

– Прости, это не специально, – отозвался тот, протягивая мне скромный подарок из ромашек и еще каких-то растений с красноватыми лепестками. – Просто привычка ходить тихо.

– Очень интересная привычка, – сказала я, мысленно анализируя, где же он мог такой обзавестись.

Нет, многие агенты да и разведчики умели передвигаться так, что их вообще невозможно было услышать, но этих людей специально обучали подобному мастерству. Для таких выкрутасов требовались долгие годы практики, а Кел казался мне довольно молодым.

– Полезная, – хмыкнул он, учтиво подставляя мне локоть, чтобы могла за него зацепиться… словно леди. – Ну что, пойдем гулять?

Я не стала отказываться. Просто положила ладонь на его предплечье и благодарно кивнула, принимая эту игру в аристократов. Хотя по рождению я и была аристократкой, но наш род слишком давно обеднел, долгое время находился в опале и потому еще до моего рождения титул перестал иметь для родителей какое-то значение. Ну а Кел с его сутулостью и темной шевелюрой на аристократа и вовсе никак не походил.

– Куда направимся? – спросила я, поглядывая на часы.

Не то чтобы мне настолько не нравился новый знакомый, но у меня имелось множество куда более интересных дел, чем глупое шатание по улицам с малознакомым мужчиной.

– Честно говоря, Эли, я очень давно не был в столице. Так что не отказался бы посмотреть, как изменились за это время знакомые места, – чуть смущенно ответил Кел, но тут же обворожительно улыбнулся и добавил: – Если, конечно, ты не против.

Я не стала возражать, ведь до сих пор чувствовала свою вину за утренний инцидент. И мы пошли вдоль одной из главных улиц, побродили по набережной реки Серины, протекающей через всю столицу, даже добрались до дворцовой площади и только там все же присели на небольшую лавочку у одного из фонтанов. Все это время Кел старательно делал вид, что он милый парень, оказывал мне всяческие знаки внимания да и в целом вел себя так, словно он прилежный ученик лицея для благородных лордов.

И все бы хорошо, да только этот образ настолько не соответствовал его натуре, что я просто не могла этого не заметить. Мне почему-то захотелось, чтобы он уже перестал строить из себя кого-то, кем не является, и показал истинное лицо. К тому же выбранная маска ему совершенно не подходила и то и дело норовила слететь.

Когда же он, желая казаться благородным, притащил нам с ним по чашке сладкого сока, купленного в одном из ближайших ресторанов, я решила сказать о своих выводах прямо. Все же следователь во мне никогда не засыпал и как настоящий профессионал я подмечала в Келе целую уйму противоречий.

– Ты притворяешься, – проговорила, глядя на него с открытой иронией. – Играешь роль, которая тебе не подходит.

И любого нормального человека подобный поворот нашего легкого поверхностного общения хотя бы смутил. Но только не этого. Мой кавалер лишь приподнял правую бровь, чуть ухмыльнулся и вдруг выдал:

– Что, совсем не получается?

– Нет, – отозвалась я, покачав головой. Не улыбнуться при этом я почему-то не смогла.

– Обидно, – вздохнул он. Хотя судя по довольной ухмылке, обидно ему уж точно не было. – Ну ладно. Я хотя бы попробовал.

– И зачем же ты это делал? – допытывалась я, отпивая красную жидкость из стаканчика.

– Мне казалось, что тебе должен понравиться этакий воспитанный паренек, – признался он. – Ты ведь леди.

Я одарила его полным иронии взглядом, но отвечать не стала. Ну а Кел, когда сообразил, что сбегать никуда не собираюсь, плюхнулся на лавочку рядом со мной и с интересом уставился на здание дворца.

– А где ты работаешь? – спросил он, тоже попивая сок.

– А разве это важно? – Я, не желала отвечать.

– Нет, – пожал он плечами.

И замолк, явно стараясь найти хоть одну тему для разговора. Увы, пока ничего ему в голову не приходило. Я тоже повернулась лицом к императорской резиденции, внимательно осмотрела парадное крыльцо, ступени, площадку, на которой во время праздника будут располагаться троны для его величества и членов императорской семьи. И уже мысленно просчитывала, где именно могут прорваться маги, когда ко мне снова обратился Кел:

– Скажи, Эли, что тебе вообще интересно? Может, сходим в ресторан или на концерт? Или посмотрим постановку на большом экране?

– Прости, Кел, но я не настроена на развлечения, – ответила я, продолжая осматривать площадь. Особенно меня интересовало место будущей казни. Судя по всему, оно будет прямо в самом центре…

– А если я сейчас на руках мимо тебя пройду, ты обратишь на меня внимание как на мужчину? – снова отвлек от раздумий сидящий рядом парень.

– Вряд ли, – ответила я честно, даже не отвлекаясь от созерцания дворца.

Митор Хаски говорил, что снайперы будут на третьем этаже. Значит, ни один из диверсантов не сможет уйти живым. Или сможет? Они ведь умеют щиты выставлять, но насколько те прочные? Защитят ли от пули? Скорее всего нет, но, думаю, стоит еще раз попробовать разговорить кого-то из арестованных магов. А лучше тех, кто осужден. Они ведь считаются наиболее сильными. А вчера их как раз доставили в императорскую тюрьму.

– Скажи, а тебе не жалко тех, кого тут через несколько дней сожгут заживо? – равнодушным тоном поинтересовался Кел, теперь тоже рассматривая площадь.

Если и существовала тема, способная вывести меня из равновесия, то он умудрился зацепить именно ее. Я даже непроизвольно дернулась, а все мысли о работе мигом вылетели из головы. Честно говоря, слышать подобное от малознакомого парня было более чем странно. Ведь у нас в стране до сих пор наказывали сочувствующих как потенциальных соучастников. А Кел мало того что поднял эту тему, так еще и сделал это так… будто бы между прочим. Словно не понимал, какие у подобных разговоров могут быть последствия.

– Они преступники, – уверенно заявила я, теперь повернувшись к нему всем корпусом.

– А-а, – протянул он задумчиво. – Тебе известно, в чем их преступление?

– Они маги. Этим все сказано, – ответила я, не сомневаясь, что этого достаточно.

Но Кел почему-то скосил глаза в сторону, с какой-то холодной ненавистью посмотрел на дворец и снова повернулся ко мне.

– И все же, Эли, ты никогда не интересовалась сутью их преступлений? Об этом не пишут в газетах, но может, кто-то что-то говорил? Слухи там какие-нибудь ходили? – продолжал расспрашивать он, да еще и делал это с таким видом, будто мы с ним говорили об абстрактных вещах. И так как я молчала, решил продолжить: – Они просто маги. А убивают их только за наличие дара. А ведь… может, кто-то из них всего лишь талантливый иллюзионист, кто-то умеет договариваться с погодой, кто-то понимает животных. Скажи, Эли, разве этого достаточно, чтобы вынести человеку смертный приговор?

Я открыла рот, чтобы ответить, но почему-то сразу же его захлопнула. С одной стороны, в словах Кела была доля истины, но с другой – то, что он говорил, само по себе считалось преступлением. Видимо, одолевающие меня эмоции все же отразились на лице, потому он поспешил пояснить:

– Несколько лет назад я был проездом в одном городке, ближе к северным границам. Там… туго с лекарствами, да и с докторами тоже. В той гостинице, где мне выпала честь остановиться на ночлег, я встретил женщину с маленькой дочкой. Девочка оказалась больна, ее везли в столицу на лечение, но… она явно не пережила бы дорогу. И тогда, не иначе как чудом, туда же забрел один старый маг и только благодаря ему малышка не только выжила, но и поправилась.

– Это исключение, – выдала я, почему-то нервно сжимая край своего жакета. – Ясное дело, что не вся магия – зло, но в большинстве своем это именно так.

– Огнестрельное оружие тоже зло, причем куда большее, – заметил Кел. – И вода, и огонь тоже могут убивать, но мы не выживем без них.

Я хмыкнула, посмотрела на него с осуждением и демонстративно переплела руки перед грудью, подчеркивая тем самым, что мы в данном вопросе не союзники.

– Значит, ты – сочувствующий, – проговорила я равнодушно. – В тюрьме не был? А то за такие разговоры тебя легко могут туда определить, да еще и в преддверии праздника Смерти магии.

– А ты сдашь? – поинтересовался он, повернувшись ко мне лицом.

И то ли свет так упал, то ли причина была в чем-то другом, но в его ярких зеленых глазах опять появились эти синеватые искорки. Но поразили меня даже не они, а то, что отражалось в этот момент в его взгляде. Та сила, от которой почему-то мурашки по спине побежали. А еще вдруг вспомнилось дневное собрание и император, чьи глаза имели точно такой же цвет.

Наверное, кто-то мог бы посчитать это совпадением, но только не следователь отдела по борьбе с магией. Уж мы-то в своей работе встречали всякое, и лично я давно усвоила одну простую истину: совпадений не бывает.

– Не сдам, – ответила я, рассматривая его лицо, на котором не отразилось ни тени напряжения или волнения. Будто он и не сомневался ни капли, что сдавать я его не стану. – Но только при одном условии, – добавила, надеясь хоть как-то выбить его из колеи.

В ответ он лишь немного удивился и посмотрел на меня заинтересованно. И что примечательно, теперь его интерес показался мне искренним, словно до этого все было не больше чем игрой.

– Мне уже не терпится его услышать, – с плохо скрытой иронией заметил Кел.

Я же не стала отвечать сразу – все же мы находились на дворцовой площади, где мною было замечено целых два отряда патрульных. Они уже несколько раз проходили мимо нас, но документы пока никто из них так и не попросил.

– Ты звал меня на прогулку, так что пойдем гулять дальше. Говорить на подобные темы под носом у полиции опасно для здоровья, – заявила я, решительно поднимаясь с лавочки и выбрасывая пустой картонный стаканчик в урну.

– Конечно, леди, – весело отозвался Кел, снова подставляя мне локоть, чтобы могла за него зацепиться. – Как вам будет угодно.

Мы снова направились к реке, но на набережную не пошли. Вместо этого я предложила своему кавалеру прогуляться вдоль берега, где было куда меньше лишних ушей. Он же принял это как должное – полагаю, уже догадался, что о своем условии я буду говорить только там, где нас никто не услышит.

Теперь Кел странным образом изменился. Нет, он все так же продолжал изображать из себя воспитанного учтивого парня, но вот в движениях, повадках, жестах, да даже во взгляде стали все чаще проявляться отголоски немного бунтарской натуры. И что самое странное… мне это нравилось.

По дороге мы почти по большей части молчали. Так, перебросились парой незначительных фраз о погоде, климате, реке, да и столице вообще. Но при этом оба знали, что все самое интересное ожидает нас впереди. Продолжалась эта игра ровно до того момента, пока мы не оказались совершенно одни… на пустом берегу реки у небольшого деревянного причала. Мне было прекрасно известно, что в это время рыбаков здесь уже не бывает, потому и решила привести Кела именно сюда.

– Все страшнее и страшнее, – веселым тоном выдал он. – Ты меня в это тихое местечко убивать привела? Да, грозная воительница?

Я отцепилась от его руки, прошла по небольшому деревянному мостику, убедилась, что мы здесь точно одни… и только потом обратилась к парню, при этом полностью проигнорировав его вопрос.

– Ты ведь знаком с магами. Лично. Да, Кел? – спросила я, наблюдая за тем, как стремительно меняется выражение его лица. Улыбка пропала мгновенно, а в зеленых глазах теперь отражалось лишь недоверие. И никаких искр.

– Какой интересный вопрос, – хмыкнул он, не отводя от меня взгляда. Затем засунул руки в карманы своих серых брюк и, глядя прямо на меня, ответил: – Нет, не знаком. Ни одного мага не знаю.

Врал. Причем даже не пытался скрыть того, что врет. На самом же деле он попросту надо мной так изощренно издевался. Но этот человек определенно владел нужной мне информацией, а еще ему нравилось играть со мной, а это значит, что выведывать все нужно будет очень аккуратно, но при этом максимально нагло. Иначе он просто потеряет интерес и ничегошеньки не скажет.

– Я вот знакома, – заявила я с показной гордостью. – Когда-то приходилось сталкиваться с одним магом, которому подчинялись потоки воздуха. Честно говоря, наблюдать за его работой было жутковато. Он как раз создавал смерч… который потом стер с лица империи целую электростанцию.

– Сильно, – присвистнул Кел. – Не удивительно, что ты негативно относишься к магам. Но, поверь, не все они настолько опасны.

– Не соглашусь. Опасны они все, но кто-то из них в состоянии контролировать силу, а кто-то нет. Есть те, кто ведет себя тихо, боясь оказаться на костре, а есть те, кто использует магию во вред. И ты, Кел, точно знаком с магами. Более того, знаешь о них немало.

– Ну ладно, милая Эли, – хмыкнул он, присев прямо на деревянный мостик. – Допустим, когда-то я действительно был знаком с магами. Что ты хочешь знать? Ведь именно в этом заключается твое условие?

Он снова принял вид скучающего хулигана, пытающегося строить из себя лорда. Ну а я почему-то улыбнулась, а еще поймала себя на том, что с каждой минутой нашего общения мне все больше нравится за ним наблюдать.

– Учти, мне известно не так уж и много, – добавил он, посмотрев на меня снизу. – Они, знаешь ли, ребята скрытные, абы кому не доверяют.

– Но ты готов рассказать? – осторожно уточнила я, боясь спугнуть такую удачу.

– Ну… – Он изобразил задумчивость, хотя и так было понятно, что просто пытается меня подразнить. Видит же, насколько все это мне интересно. – Хорошо.

Я улыбнулась, словно умудрилась победить во всех мировых первенствах по всем видам спорта сразу.

– Но тебе ведь очень нужна эта информация, – хитро заметил он. – Так что учти, милая Эли, я тоже умею торговаться.

– По рукам, дорогой Кел, – бросила я, не сомневаясь, что нарвалась на настоящий кладезь информации.

Он кивнул и приглашающе похлопал рукой по деревяшкам рядом с собой:

– Присаживайся, а то так с тобой неудобно общаться.

Пришлось усесться на пирс. Хотя, честно говоря, так я не чувствовала себя хозяйкой ситуации. Защищаться из такого положения было крайне неудобно. Но подозреваю, что Кел специально поставил нас обоих в такие условия, чтобы избежать возможных проблем.

– Итак, задавай свои вопросы, – разрешил он, посмотрев на меня, как на ребенка, умоляющего отца прочитать ему сказку.

Хотя, наверное, в этот момент я и выглядела именно так. Спросить хотелось об очень многом, но сейчас, когда такая лакомая информация оказалась настолько близко, я просто не смогла придумать, с чего начать. Кел же только улыбался, видя мое замешательство. Наверное, поэтому и заговорил сам.

– Когда-то я познакомился с одним очень старым магом, – начал он. – Мне тогда было то ли двенадцать, то ли тринадцать, а старик оказался очень одинок. Он многое повидал за свою долгую жизнь, и ему хотелось поделиться своими историями хоть с кем-то. Так что, Эли, о прошлом империи я знаю, можно сказать, из первых уст. Вот, к примеру, тебе известно, что раньше в нашем мире маги считались уважаемыми людьми? Почти все они относились к аристократии, имели титулы, да и правители стран континента тоже являлись магами.

– Нет, – ответила я, удивившись такому странному утверждению. – В учебниках по истории сказано, что у власти никогда не было одаренных.

– Чушь, – улыбнулся парень. – Причем полнейшая. Так тебе рассказывать или придумаешь другой вопрос?

– Расскажи, – махнула я рукой. Все равно сейчас ничего путного в голову не лезло. Потому-то я и решила послушать, какую сказочку выдаст мой новый знакомый. Вдруг и правда чего полезного узнаю.

– Ну, тогда слушай, – отозвался он. Потом приподнял лицо, внимательно посмотрел на реку, перевел взгляд на почти спрятавшуюся за горами Селиму и только потом начал: – На самом деле, Эли, на протяжении веков и даже тысячелетий верхушкой и элитой общества считались именно маги. Я знаю, что ты мне не поверишь, но это легко проверить, если только задаться такой целью. Ведь все изменилось каких-то полтора века назад, и во многих старинных строениях на стенах до сих пор можно встретить лозунги и надписи вроде: «В магии – сила» или «Цени магию – великий дар». Клянусь тебе, своими глазами видел. Но суть в другом. Тебе же не это было интересно. Слушай, – он притянул к груди одно колено, обхватил его рукой и посмотрел на меня с улыбкой. – Любопытная ты девочка, Эли. А так сразу и не скажешь.

– Не отвлекайся, – буркнула я, уже готовая внимать его речам.

– Ладно. В общем, миром правили маги. А у всех магов есть одна общая черта – они чрезвычайно любознательны. При каждой магической академии, коих тогда было даже больше чем много, имелись огромные лаборатории, где и юные, и опытные маги могли ставить свои эксперименты. Они двигали прогресс. Именно они придумали антарии, правда, тогда эти штуки были куда больше похожи на парящие над землей телеги. Границы между странами имели магические барьеры, перейти через которые без специального позволения было невозможно. В домах использовалось магическое отопление, в продаже имелись самые разнообразные амулеты. В общем, жилось народу тоже неплохо.

– Но ведь не всем. Полагаю, что хорошо жила только элита. А вот простым людям подобных привилегий не доставалось, – проговорила я, почему-то чувствуя, что весь его рассказ – чистая правда.

– Здесь ты права, – кивнул Кел. – Во многом именно это и стало причиной своеобразной революции. Да только сама по себе она бы успеха не имела, ведь в мире слишком многое было завязано на магии. И вот тут с магами плохую шутку сыграла их же жажда экспериментов. О произошедшем после существует две версии. Кто-то утверждает, что маги научились строить межмировые коридоры и попали в мир, где магии не было, но существенное развитие получила техника. Там же они узнали, как получить электричество, каким образом его можно использовать, ну, и множество других вещей. По второй версии маги сами открыли электричество и сами же придумали, как применить его в обиходе. А в одном древнем фолианте я читал, что когда-то на территории империи существовал другая цивилизация. У них на электричестве работало абсолютно все, а маги просто каким-то образом восстановили утерянные когда-то знания об этой энергии. Как оно было на самом деле, уже никто не скажет. Но в любом случае, именно одаренные построили первую электростанцию. Они же изобрели элекор – устройство, которое способно любую энергию перерабатывать в электричество. Эти гении сами совершили техническую революцию в нашем мире, и знаешь, чем это для них закончилось?

– Догадываюсь, – протянула я, отвернувшись к тихим водам бегущей мимо Серины.

– Люди решили избавиться от магов, – продолжил Кел. – Уничтожить, так сказать, элиту. Уже не узнаешь, кто это все начал. Кто решил, что магия и маги опасны. Этот процесс проходил не в одно мгновение. Насколько я знаю, он занял около пятнадцати лет. Случилась настоящая война. И пусть маги были сильнее, но людей без дара, готовых драться за лучшую жизнь, оказалось намного больше. Тот, кто вел этих идиотов, внушал им, будто уничтожив магов, они изменят мир к лучшему. Что без магии все сразу станут равны. Так восстание вспыхивало за восстанием, революция за революцией. Словно заразная болезнь эти глупейшие идеи поразили весь континент. Люди убивали магов, сжигали тех на кострах. Затем начали уничтожать и простых аристократов, не имеющих даже намека на магический дар. И знаешь за что? Только за то, что те были другими… более воспитанными, образованными, умными.

– Какой кошмар, – прошептала я, сглотнув. – Честно говоря, в учебниках все это написано совсем иными словами.

– Да я в курсе, – бросил мой собеседник. – Там пишут, будто маги начали сходить с ума, стали опасны, а люди – такие смелые и благородные – решили избавить мир от подобной заразы. Бред, Эли. Сейчас никто не скажет правду, потому что она неудобна ни правителям, ни людям.

– Не важно, – отозвалась я, решив не отходить от главной темы. – Так и что было дальше?

– А дальше, милая Эли, случился самый тихий и гениальный захват власти за всю историю существования нашего мира, – с ухмылкой проговорил мой сегодняшний кавалер. – Правитель Ринории – небольшого северного королевства – осознавая, что рано или поздно волна революций захлестнет и его государство, решил пойти иным путем. По словам человека, которому я склонен верить, этот хитрый лис лично отправил главе каждого магического рода в своей стране послание с просьбой покинуть Ринорию, чтобы не подвергаться опасности со стороны простых людей. Он же рекомендовал им отправиться за так называемые Белые врата. Туда, где среди Виртских гор в городе Виртес располагалась самая большая академия магии на континенте. А когда они ушли, объявил всех магов вне закона. – Кел хмыкнул и в восхищении развел руками. – Этот тип сам стал предводителем восстания в своей же стране. И пусть он тоже был магом, заметь, не слабым, но демонстративно отказался от своего дара. Именно благодаря ему те маги, кто не желал быть убитыми и не хотел покидать свои родные земли, получили шанс остаться… но уже без магии.

– Вот видишь, какой благородный.

– Угу, – ухмыльнулся Кел. – Он-то как истинный стратег отказался от дара исключительно на публику, на самом же деле продолжая оставаться магом. А вот у остальных дар глушили насильно. А после этого выживали не все. Но мы снова отвлеклись.

– Дальше я знаю, – сказала я, повернувшись к парню. – Короля того завали Дарвил Ринорский. Он собрал в своем новом государстве армию и отправился завоевывать соседние страны.

– На самом деле там к тому времени уже не с кем было воевать. Экономика стран оказалась в упадке, на месте некогда богатых городов остались лишь руины. Толковых правителей не нашлось, так что люди и сами были рады, что их завоевывают. Так Дарвилу хватило двух лет, чтобы прибрать к рукам все страны континента. Кроме нескольких мелких, расположенных ну в очень неудобных местах. Именно он назвал свое государство Семирской империей. Вот такая история.

– На самом деле, – проговорила я, немного помолчав, – похоже на правду.

– Это и есть правда, – сказал Кел, зачем-то легонько щелкнув меня по носу. – Хочешь еще одно доказательство? Заметь, Эли, в плане техники за последние полтора века в нашем мире почти ничего не менялось. Технический прогресс прыгнул и… замер. А знаешь почему? Его просто некому двигать. Тех гениев, умельцев и на самом деле великих магов больше нет. Остались крупицы одаренных, да и тех отлавливают и отправляют на костер.

– На самом деле на костер отправляют только самых опасных, – заметила я. – Остальных же просто казнят выстрелом в затылок.

Кел моргнул, потом еще раз и посмотрел на меня так, будто только что услышал нечто поистине ужасное.

– И ты так спокойно об этом говоришь?! – выпалил он вдруг.

– А, по-твоему, костер лучше?! – рявкнула я в ответ.

Мы уставились друг на друга, будто непримиримые враги, но говорить больше ничего не стали. Я посмотрела в яркие глаза Кела, которые сейчас будто стали темнее, и почему-то забыла, что собиралась сказать. Он тоже молчал, но как мне кажется, лишь потому, что боялся наговорить лишнего.

– Все, я свою часть договора выполнил, – заявил он спустя долгие пять минут полной тишины.

Селима уже спряталась за горами, и одинокий причал, на котором мы сидели, начали окутывать вечерние сумерки. Темнело в столице быстро, потому нам обоим следовало поспешить уйти отсюда. Скоро станет совсем темно, а фонари в этой части набережной включали только по выходным.

– Теперь я могу быть уверен, что не сдашь меня полицейским? – с иронией поинтересовался Кел. – Не хотелось бы провести праздник в тюрьме.

– Я бы и так не сдала, – ответила я, почему-то немного обидевшись. – Честно говоря, Кел, я считаю, что каждый имеет право на свое мнение. Вот если бы ты старался внушить его другим людям, собирал бы митинги, тогда бы сама тебя в полицию отвела. А так… ты просто высказался. И пусть наши мнения разошлись, но это не дает мне право становиться твоим судьей.

Он приподнялся и посмотрел на меня с искренним удивлением. И судя по выражению его лица, Кел явно был обо мне другого мнения.

– Слушай, милая Эли, сейчас, к сожалению, нам с тобой пора по домам, – начал он, теперь рассматривая меня с куда большим интересом, чем раньше. – Но мы можем встретиться завтра. Посидим здесь, выпьем вина.

– Ты снова расскажешь мне о магии? – спросила я, уже зная, что соглашусь. Отказываться от такого кладезя информации в любом случае было выше моих сил.

– Об этом мы поговорим при встрече, – хитро ухмыльнувшись, ответил он. – Коль у нас все так хорошо началось со сделок и достижения взаимовыгодных договоренностей, думаю, в том же духе и продолжим. Согласна?

– Да, – заявила я, даже не думая сомневаться.

Я этого парня не боялась совершенно. Более того, почему-то мне даже нравилось вот так сидеть с ним на небольшом причале, слушать его рассказы, да и вообще. Он давал мне то, что я ценила куда больше всего остального, – информацию. А уж как распорядиться полученными знаниями, придумаю позже.

Кел проводил меня до входа в дом, где я снимала квартиру. На прощание пожал руку, точно так же, как я прощалась с ним утром. А затем отошел на два шага, привычно засунул руки в карманы и поинтересовался, во сколько завтра мы с ним встретимся. И если бы не необходимость идти на работу, я бы назначила встречу с самого утра, но… пришлось договариваться на семь вечера. И пусть мне, скорее всего, из-за этого придется отказаться от ужина, но зато удастся узнать много нового. А уж ради этого я была готова пойти на что угодно.

Шагая над бездной. Наследники магии

Подняться наверх