Читать книгу Гробница судьбы - Том Харпер - Страница 8

Глава 7

Оглавление

Лондон

Первая неделя работы в банке показалась Элли самой длинной в ее жизни. В пятницу вечером она заказала пиццу и съела ее в кровати, постаравшись не испачкать томатным соусом шедевр столярного искусства XVIII века. Она проспала двенадцать часов, но тем не менее, проснувшись, все еще ощущала усталость. Лежа в кровати с компьютером и телефоном, она доделывала то, что не успела закончить в течение недели, и наблюдала за облаками, висевшими над Лондоном. Дуг уехал на конференцию в Нотингем, и если раньше это огорчило бы ее, то сейчас стало облегчением.

В четыре часа дня Элли поняла, что умирает от голода. С большой неохотой поднявшись с кровати, она влезла в рубашку и джинсы. После пяти дней, проведенных в юбке и тесном пиджаке, ей хотелось расслабиться в удобной, свободной одежде. Спустившись на лифте с тридцать восьмого этажа, она с удивлением вдохнула ароматы города. Улицы Лондона были пусты. Офисные здания казались вымершими. Ей потребовалось полчаса, чтобы найти открытый продовольственный магазин, где она купила коробку кукурузных хлопьев, пакет молока, чипсы и шоколадку. Элли хотела было прогуляться до Темзы и собора святого Павла, но не слишком-то знакомый город вызывал у нее страх. Протиснувшись сквозь толпу меломанов, собравшихся возле концертного зала Барбикан, где скоро должно было начаться вечернее представление, она вернулась домой. К воскресному вечеру число необработанных сообщений в ее электронной почте сократилось до полудюжины. Она написала один отчет о приватизации государственной доли в банке и второй – о бельгийском конгломерате, собиравшемся приобрести компанию по производству цемента. Она узнала множество новых терминов, таких как левередж, синергия и оптимизация капитала. У девушки было ощущение, будто она студентка, сдающая экзамен по иностранному языку, который едва понимала. И на следующее утро все должно было начаться сначала.


В понедельник на столе Элли лежали только две папки. Она не имела понятия, кто положил их туда: Бланшар? секретарь? – и откуда этому человеку было известно, какие именно документы ей потребуются для работы в этот день. Не снимая пальто, она пробежала глазами заглавные страницы папок. До нее быстро дошло, как важно иметь хотя бы смутное представление о предстоящей работе.

Элли явилась на работу рано, преодолев путь до банка под осенним дождем. Вечером должен был приехать Дуг, и ей хотелось вернуться домой не слишком поздно. По дороге она зашла в супермаркет и купила в мясном отделе два бифштекса из вырезки, а потом потратила полчаса на поиск в интернете рецепта их приготовления. Они обошлись ей в тридцать фунтов – недельный бюджет расходов на питание в Оксфорде.

Здание банка было почти пустым, но когда она вошла в кабинет Бланшара, чтобы отдать ему отчеты, его куртка уже висела на спинке кресла. В воздухе ощущался его запах вперемешку с дымом от сигары. На столе лежала папка в красной кожаной обложке с тисненной золотом надписью. Ее шнурки были покрыты чем-то, напоминавшим засохшую кровь. Сургуч?

Надпись на папке гласила: Лазарь.

– Что вы делаете? – Голос Бланшара за ее спиной прозвучал неожиданно и резко. Элли повернулась к нему, стараясь не выглядеть виноватой. Его мощная, выдающаяся вперед нижняя челюсть слегка обвисла, губы растянулись в хищной улыбке. – С вас капает прямо на ковер.

Бланшар стоял вплотную к ней, почти касаясь ее тела. Банкир поднял руку и заправил ее мокрый локон волос за ухо.

– Вы сейчас похожи на мокрую мышь.

– У меня не было с собой зонта. – Из окна тридцать восьмого этажа дождь не казался слишком сильным, но Элли промокла насквозь почти сразу, как только вышла из дома. – Я долго не могла найти автобусную остановку.

– А вы когда-нибудь слышали о таком виде транспорта, как такси? – В голосе ее руководителя прозвучало изумление.

Элли сжалась. Ей не пришло в голову воспользоваться такси.

Она старалась спрятать глаза, и ее взгляд случайно уперся в пятно на манжете белоснежной рубашки Бланшара. Она тут же повернула голову, но от орлиного взора банкира ничто не могло ускользнуть.

– Что такое?

– Ничего, – Элли смутилась, – у вас на манжете рубашки пятно крови. – Бланшар молчал. – Я подумала, знаете ли вы об этом.

– Я порезался во время бритья, – он не взглянул на пятно, – послушайте, Элли, в нашей профессии внешний вид имеет большое значение. Встречают по одежке. Я понимаю, вам потребуется время, чтобы познакомиться со всеми премудростями этой работы. Но, пожалуйста, старайтесь не подводить нашу компанию, – на его лице заиграла холодная улыбка. – Думаю, мы платим вам достаточно для того, чтобы вы могли позволить себе приобрести зонт. И, может быть, даже ездить на такси.

Несмотря на то, что мокрая одежда прилипла к ее коже, Элли почувствовала, как ее захлестнула горячая волна стыда.

– Я не думала, что мне придется сегодня встречаться с клиентами.

– Никогда не знаешь, что с тобой может случиться в течение дня, – Бланшар окинул ее взглядом, словно раздевая глазами, – здесь недалеко от Кинг-Уильям-стрит есть магазин мужской одежды, но у них найдется кое-что и для вас. Отправляйтесь туда и купите по кредитной карте все, что вам нужно. Я пока посмотрю ваши отчеты. Если потратите меньше тысячи фунтов, очень меня разочаруете.

Элли молча кивнула.

– И постарайтесь уложиться в час. У нас назначена встреча. Все материалы на вашем столе.


Элли читала документы из папок, стоя перед зеркалом, пока пожилой продавец производил необходимые замеры. В соседнем магазине продавались товары из кожи. Там она приобрела пару туфель и сумку. Пусть теперь Бланшар говорит все, что ему угодно.


Завод автоматических систем Розенберга занимал ветхое здание бывшей фабрики, расположенное к востоку от Вулвича, недалеко от Темзы. После похода по магазинам Элли выглядела на тысячу фунтов. Ее раздирали противоречивые чувства: с одной стороны, ей было дурно, и все из-за того, что она потратила за один раз столько денег, с другой стороны – у нее кружилась голова при мысли, что она может позволить себе подобное сумасбродство. Ее обновки были безупречны. Каждый раз, когда шелковая подкладка юбки касалась ноги или гладкий шов куртки обтягивал плечи, ее переполняла уверенность в себе.

Ознакомившись с документами из папок, она выяснила, что компания была основана в 30-е годы XX века эмигрировавшим из России евреем и производила системы управления и контроля для машиностроительной промышленности. Элли не знала, что это означает, но была точно уверена, что это не имеет никакого значения. Одни производят вареные бобы, другие – космические спутники, это всего лишь детали, объяснял ей Бланшар. У них есть капитал, у них есть долги, у них есть держатели акций и обязательства. А главное – они имеют цену.

В данном случае держателем акций был старик, сын основателя компании, и такой же по-русски упрямый. После трех часов, проведенных в зале для переговоров за чаем из пластиковых чашек, они нисколько не продвинулись в деле выяснения его цены. В Бланшаре, казалось, проснулся охотничий дух. Ему очень хотелось заключить эту сделку. Он уговаривал и льстил, настаивал и угрожал. Время от времени банкир вскакивал с кресла и принимался мерить комнату широкими шагами или наклонялся вперед и слушал с полузакрытыми глазами, как старик стучал кулаком по столу и в сотый раз приводил свои аргументы. Рядом с неуступчивым и непоколебимым стариком молча сидел его сын – угрюмый, темноглазый мужчина лет сорока с небольшим.

– Наследование имущества из поколения в поколение – основа семьи, – в очередной раз повторил старший Розенберг. – Главная обязанность отца состоит в том, чтобы соблюдать этот принцип. Мы довели численность персонала до оптимального уровня, приобрели новое оборудование, упорядочили систему снабжения, сделали все, что нам советовали сделать консультанты. Наша компания старая, но во всех отношениях современная. Такой она была всегда, и такой ее унаследует мой сын.

Когда они вышли на улицу, Бланшар был явно в дурном расположении духа.

– Черт бы подрал этот принцип наследования имущества из поколения в поколение, – бросил он в ярости. – Вы видели его сына? Будь у него возможность, он продал бы компанию в пять секунд. Но он трус и никогда не осмелится сказать об этом отцу.

Элли быстро перелистала документы.

– Старику, должно быть, под восемьдесят. Сколько он еще сможет протянуть?

– Прожить? Очень долго.

– Я не имела в виду…

– Если сделка не будет заключена в течение следующих двух недель, все потеряет смысл, мы потеряем клиента и соответственно лишимся гонорара. Пропадут втуне наши усилия и десятки часов, потраченных нами на подготовку этой сделки. И все из-за упрямого старика и запуганного ребенка.

– Старик тоже запуган, – вырвалось у Элли неожиданно для нее самой, хотя она именно так и считала.

Она выросла в окружении страха. Страха потерять работу, жилье, достоинство. Ей были хорошо известны его признаки: фальшивая гордость, наигранная бравада и бегающий из угла в угол взгляд.

– Чего же он боится? – спросил Бланшар. – Своего сына?

– Своей уязвимости. – Взгляд Элли был устремлен в спинку водительского сиденья. Она лихорадочно соображала. – Не сына, его он контролирует. Но у него явно какие-то проблемы в бизнесе. Каждый раз, когда мы заговаривали на эту тему, он тут же уходил от ее обсуждения.

– Выясните, что это за проблема. – В голосе Бланшара послышалось оживление, и он явно вдохновился идеей новой сотрудницы. – Разузнайте все об этой компании, все, что мы упустили. Это нужно сделать к среде.

Вернувшись в свой кабинет, Элли отключила мобильный телефон и приступила к изучению документации по заводу Розенберга: счета, клиенты, продукция. Она достала тетрадь с записями, сделанными ею во время обучения на курсах, и отыскала там описание характерных признаков низкой производительности подразделений, утечки наличности в зарубежных филиалах, неэффективных инвестиций. У Розенберга не было ничего подобного. Он управлял компанией по старинке, как его отец.

Мы довели численность персонала до оптимального уровня, приобрели новое оборудование, упорядочили систему снабжения, сделали все, что нам советовали сделать консультанты. В голосе старика слышались горечь, обида гордого человека, которому говорят, как следует управлять принадлежавшей ему компанией. И все же здесь было что-то еще.

За окном опускались сумерки. Начали гаснуть огни в больших башнях здания банка. В глазах Элли плыли цифры.

И тут она нашла, что искала. Одна строчка в счете, не более того. Ничего определенного – просто предположение, конец нити, которую она могла бы распутать.

Осторожный стук в дверь прервал ход ее мыслей. Она в раздражении подняла голову, но это был всего лишь ночной сторож.

– Я пробовал звонить, но ваш телефон отключен, – произнес он извиняющимся тоном, – вас внизу ждет какой-то мужчина, говорит, вы должны были встретиться с ним час назад.

Дуг. Элли неслышно выругалась. Она совсем забыла.

– Скажите ему, я сейчас спущусь.

Девушка собрала папки и положила их в сумку. Придется поработать еще после ужина, хотя Дуг наверняка будет недоволен. Проходя мимо кабинета Бланшара, она увидела, что у него все еще горит свет. Однако когда она попробовала открыть дверь в его кабинет, та оказалась заперта.

Дуг ждал ее в вестибюле. Одного взгляда на его лицо было достаточно для того, чтобы понять, что он вне себя от ярости.

– Пожалуйста, извини, – Элли обняла его и поцеловала в губы, – очень важная и срочная работа.

– Никаких проблем. – Дуг старался быть снисходительным, но не мог скрыть своего крайнего неудовольствия. Он осмотрел ее с ног до головы, думая, что бы ему такое сказать. – Замечательно выглядишь.

– Я купила новую одежду. – Элли уже начала ощущать ее как свою собственную, хотя ни за что не сказала бы ему, сколько ей пришлось за нее заплатить. – Пойдем.

Она взяла его за руку и прижалась к нему. Они почти не разговаривали. Дуг все еще злился. Элли все еще мысленно рылась в документах Розенберга.

Они уже вышли из лабиринта маленьких улочек, когда Элли вспомнила, что оставила бифштексы в холодильнике на шестом этаже.

– Мне нужно вернуться. Я забыла наш ужин в офисе.

– Купим что-нибудь по пути.

– Нет.

Потратить тысячу на одежду и беспокоиться по поводу бифштексов стоимостью тридцать фунтов.

– Это нечто особенное. Подожди, я быстро.

Ее каблуки застучали по асфальту. У здания банка она увидела белый мини-фургон. Два человека в черных джинсах и черных пальто вытащили через заднюю дверцу большой ящик размером с гроб и занесли в здание. На мгновение ей показалось, что она стала свидетельницей ограбления банка. Но потом до нее дошло, что инвестиционные фирмы не грабят. К тому же ночной сторож, целый и невредимый, спокойно сидел за своим столом.

– Что это привезли? – спросила Элли, ожидая прибытия лифта.

Не отрывая глаз от своего кроссворда, сторож лаконично ответил:

– Посылку для мистера Бланшара.

Однако стрелка на старомодном табло свидетельствовала о том, что лифт находится на седьмом этаже.

Гробница судьбы

Подняться наверх