Читать книгу Философия Нового времени. Часть 2. Конец XVII – первая половина XVIII вв. - Валерий Антонов - Страница 4

I

1. Жизнь

Джордж Беркли родился 12 марта 1685 года в Килкрине, близ Килкенни (Ирландия), в семье английского происхождения. В одиннадцать лет он был отправлен в колледж Килкенни, а в марте 1700 года, в возрасте пятнадцати лет, поступил в Тринити-колледж в Дублине. Изучив математику, языки, логику и философию, он получил степень бакалавра искусств (B.A.) в 1704 году. В 1707 году он опубликовал «Арифметику» и «Смешанные математические сочинения», а в июне того же года стал штатным преподавателем колледжа. К этому времени он уже начал сомневаться в существовании материи, чему способствовало чтение Локка и Мальбранша. Следуя установленным формальностям, он был рукоположен в диаконы в 1709 году, а в 1710 году – в священники протестантской церкви, получив несколько академических званий. Однако в 1724 году, получив должность декана в Дерри, он вынужден был оставить преподавательскую деятельность. Справедливости ради стоит отметить, что он и раньше не пребывал в колледже непрерывно: он посещал Лондон, где познакомился с Аддисоном, Стилом, Поупом и другими видными деятелями, а также дважды бывал на европейском континенте.

Вскоре после назначения деканом Дерри Беркли отправился в Лондон, намереваясь заинтересовать корону и правительство своим проектом основания колледжа на Бермудских островах для образования детей английских плантаторов и местных индейцев. По-видимому, он считал, что молодые англичане и индейцы будут приезжать из отдалённых земель американского континента для получения общего, и особенно религиозного, образования, чтобы затем вернуться на континент. Беркли добился парламентского одобрения субсидии и в 1728 году отправился с несколькими спутниками в Ньюпорт (Род-Айленд). Когда его начали одолевать сомнения в осуществимости первоначального плана, он изменил намерение, попытавшись построить задуманный колледж в Род-Айленде, а не на Бермудах. Однако средства не были выделены, и Беркли вернулся в Англию, прибыв в Лондон в конце октября 1731 года.

После возвращения в Англию Беркли оставался в Лондоне до тех пор, пока не был назначен епископом Клойна. К этому периоду его жизни относится время, когда он активно пропагандировал целебные свойства дегтярной воды, которую считал панацеей от человеческих недугов. Как бы мы ни оценивали само это средство, несомненно искреннее стремление Беркли облегчить человеческие страдания.

В 1745 году Беркли отказался от более доходной епископской кафедры в Клогере, а в 1752 году он поселился с женой и семьёй в Оксфорде, где снял дом на Холиуэлл-стрит. Он мирно скончался 14 января 1753 года и был похоронен в капелле церкви Христа, кафедрального собора Оксфордской епархии.

2. Сочинения

Важнейшие философские труды Беркли были написаны в ранний период его жизни, когда он был преподавателем Тринити-колледжа. В 1709 году появился «Опыт новой теории зрения». В этой работе Беркли рассматривает проблемы зрительного восприятия, анализируя, например, основания для суждений о расстоянии, размере и положении объектов. Хотя к этому времени он уже был убеждён в истинности имматериализма, в своём «Опыте» он не излагал прямо доктрину, сделавшую его знаменитым. Эта доктрина была явно сформулирована в «Трактате о началах человеческого знания» (часть I), опубликованном в 1710 году, и в «Трёх разговорах между Гиласом и Филонусом», вышедших в 1713 году. Различные подготовительные материалы к «Опыту» и «Началам» содержались в записных книжках Беркли, которые велись в 1707–1708 годах и были опубликованы А. К. Фрейзером в 1871 году под названием «Commonplace Book of occasional Metaphysical Thoughts», а профессором А. А. Люсом в 1944 году – под названием «Философские комментарии». В 1712 году Беркли опубликовал брошюру «О пассивном повиновении», в которой отстаивал доктрину пассивного послушания, хотя и допускал право на восстание в случаях крайней тирании.

Трактат Беркли «О движении» на латыни появился в 1721 году, том же году, когда он опубликовал «Опыт о предупреждении гибели Великобритании» – призыв к религиозности, трудолюбию, бережливости и гражданскому духу, вызванный бедствиями от «Южно-морского пузыря». Во время пребывания в Америке он написал «Алкифрон, или Мелкий философ», опубликованный в Лондоне в 1732 году. Книга состоит из семи диалогов, это его самое объёмное сочинение, представляющее по сути апологию христианства, направленную против свободомыслящих. В 1733 году появилась «Теория зрения, или Зрительный язык, показывающий непосредственное присутствие и провидение Божества, защищённые и объяснённые», а в 1734 году Беркли опубликовал «Аналитик, или Рассуждение, обращённое к неверующему математику», где он атаковал теорию Ньютона и утверждал, что если в математике есть тайны, то их разумно ожидать и в религии. Некий доктор Джурин опубликовал ответ, на что Беркли в свою очередь ответил «Защитой свободомыслия в математиках» (1735).

В 1745 году Беркли опубликовал два послания: одно – к своей пастве, другое – к католикам епархии Клойна. В последнем он призывал не участвовать в якобитском движении. Его идеи по вопросу об ирландском банке анонимно публиковались в Дублине в 1735, 1736 и 1737 годах под названием «Вопрошатель». Беркли живо интересовался ирландскими проблемами, и в 1749 году он обратился к католическому духовенству страны с посланием «Слово мудрым», призывая объединиться в движении для улучшения экономических и социальных условий. В связи с пропагандой целебных свойств дегтярной воды он опубликовал в 1744 году «Сайрис» – работу, содержавшую также философские размышления. Его последнее известное произведение – «Дальнейшие мысли о дегтярной воде», помещённое как первая статья в его «Смеси», опубликованной в 1752 году.

3. Смысл учения Беркли

Философия Беркли поразительна в том смысле, что её краткая формулировка (например, «существуют только Бог, конечные духи и идеи духов») делает её столь далёкой от обыденных представлений, что неизбежно привлекает внимание. Как философ такого масштаба мог удовлетвориться отрицанием существования материи? На самом деле, когда Беркли опубликовал «Начала человеческого знания», его работа, не без оснований, стала мишенью для критики и сарказма. Многим казалось, что он отрицает самое очевидное, то, что настолько очевидно, что ни один нормальный человек не стал бы ставить это под сомнение, утверждая при этом, что оно вовсе не так очевидно. Такая философия казалась чистой экстравагантностью. Её автор должен быть либо умственно нездоров, как полагали некоторые, либо охотником за парадоксальными новинками, либо ирландским юмористом, предающимся остроумной игре. Но никто, кто верил или делал вид, что верит, будто дома, деревья, столы и горы суть идеи в душах или умах, не мог разумно рассчитывать на то, что другие люди разделят его мнения. Некоторые признавали, что аргументы Беркли остроумны, тонки и с ними трудно спорить. В то же время в этих аргументах должна была быть какая-то ошибка, раз они приводят к столь парадоксальным выводам. Другие же считали, напротив, что опровергнуть позицию Беркли легко. Их реакция на его философию была прекрасно символизирована знаменитым опровержением Сэмюэла Джонсона: мудрый доктор пнул большой камень со словами: «Вот как я его опровергаю».

Однако Беркли был весьма далёк от того, чтобы считать свою философию плодом экстравагантной фантазии, противоречащей здравому смыслу или хотя бы расходящейся со спонтанными убеждениями обычного человека. Напротив, он был убеждён, что стоит на стороне здравого смысла, и прямо причислял себя к «простонародью», противопоставляя себя учёным мужам и, по его мнению, заблудшим метафизикам, выдвигавшим странные теории. В его записных книжках находим значимую пометку: «Помнить: постоянно отвергать метафизиков и возвращать людей к здравому смыслу». Конечно, мы не можем считать всю философию Беркли примером отвержения метафизических теорий, но его отрицание локковской теории существования скрытой материальной субстанции было для него самого именно таким примером. И он, безусловно, не считал свой тезис о том, что тела или чувственные объекты зависят от воспринимающего их ума, несовместимым с обыденным мировоззрением. Конечно, обычный человек скажет, что стол существует и находится в комнате независимо от того, воспринимает его кто-то или нет. Но Беркли ответил бы ему, что он не утверждает, будто нельзя сказать, что стол существует в определённом смысле, когда в комнате никого нет. Вопрос не в том, истинно или ложно это утверждение, а в том, в каком смысле оно истинно. Что значит, что стол находится в комнате, когда там никого нет и его никто не воспринимает? Что это может означать, кроме того, что если бы кто-то вошёл в комнату, то он имел бы опыт, называемый «видеть стол»? Разве не это же имеет в виду обычный человек, говоря, что стол находится в комнате, даже если его никто не воспринимает? Я не утверждаю, что вопрос так прост, как могут навести на мысль эти соображения; и я не хочу солидаризироваться с тезисами Беркли. Но я хочу кратко указать на то, что Беркли отстаивал взгляды, которые, хотя его современники склонны были считать фантастическими, на деле были вполне в согласии со здравым смыслом.