Читать книгу Сигнал SOS - Валерий Лашманов - Страница 2

Юпитер. Империя. Кабинет Софоса.

Софос5[1] был мрачен и молчалив. Гора документов перед ним казалась неподъемной, а личные невзгоды мешали сосредоточиться на работе. Его главная забота – безопасность девушек в этой непростой ситуации. Стало очевидно, что дело куда сложнее, чем кажется. Да и угроза серьезная. Для Софоса, Императора с вековым опытом, это было очевидно. Но что произойдет с девушками, если возникнет опасность? Хотя они и закалили себя в прошлом, долгие годы спокойствия и материнство могли сделать их уязвимыми. Соня воспитывала дочь без отца, Настя с Егором обрели счастье после битвы с Фраусом, а у Маши был сын от Артема. Кому они оставят своих детей? Что станет с малышами, если их матерям не удастся выжить?

Подобный подход к решению вопросов не является оптимальным. Тем не менее, женщины проявили настойчивость в вопросе отправки на Луну. Возникает резонный вопрос: чем обусловлено такое решение? Является ли чувство долга приоритетнее благополучия будущих поколений? Это, безусловно, ошибочное решение, несущее в себе значительные риски.

Софос забегал пальцами по клавиатуре. – Падение Луны. – напечатал он и стал изучать появившуюся информацию. Он жаждал найти хотя бы малейшие зацепки, фрагменты видеозаписей, которые могли бы пролить свет на произошедшее. К сожалению, интернет хранил лишь пустоту. Тогда Софос погрузился в изучение статей, стремясь разгадать личность противника и постичь его мотивы. Хотя люди окрестили нападавших «пришельцами», Софос безошибочно чувствовал в этом деле человеческий след. – Неужели история снова повторяет свои кровавые уроки? – пронеслось в его голове. – Неужели человечество так и не усвоило горький опыт войны с Фраусом, унесшей миллионы жизней? И с артефактами покончено… Что же теперь готовит нам судьба?

И Арэла нет в Галактике, когда он так нужен людям…

– Где же ты пропадаешь, Арэл? – прошептал Софос, обращаясь к самому себе. – Неужели твои дела важнее всего происходящего?

А знает ли он о происходящем?

Дверь с грохотом распахнулась и вонзилась в стену. На пороге стоял Факс6[1], с тревогой глядевший на Софоса.

– Брат, почему ты не предупредил меня? – Софос услышал отчаяние в его голосе. – Почему ты не рассказал мне о экспедиции на Марс? И вот… я слышу про отбытие Императора не с твоих слов, а от Главы ЛКМК. Почему, брат?

– Я не хотел тебя беспокоить и попусту тревожить. – усмехнулся Софос. – Прости, брат. Я не сказал тебе правду, потому что знаю, как бы ты отреагировал.

– И как же?

– Ты бы выпрашивал у меня разрешение лететь вместо меня. Я же тебя знаю, как свои пять пальцев.

– Вот именно! Брат, почему летишь ты, а не я? Ты же Император!

– Это необходимость, брат. Да и с парнями я работал дольше тебя, поэтому и знаю их лучше.

– И что? Флэм7[1] тоже задавался этим вопросом. Он спрашивал: «Почему Софос принял такое решение?»

– Я засиделся на своем месте, брат. Тысячелетия сидел, а толку нет. Император из меня, как дерево из веника.

– Эй! Не говори так, брат. Я считаю твое правление достойным. Ты привел государство к процветанию. Если бы не ты и Арэл, то я бы повторил эксперимент с Нептунским камнем, уничтожив все самое дорогое. Все, что ценил наш отец.

– Это уже в прошлом. Ты же знаешь, что я не достоин престола. Да, я умен, но хотел быть межгалактическим журналистом. Трон всегда предназначался тебе, брат.

– Брат… ты меня смущаешь.

– Просто побудь на моем месте. Временно. Ничего же не случится, Факс.

– Но, брат… я тоже соскучился по битвам. Не хочу сидеть сложа руки, пока вы будете сражаться. Как же вы будете сражаться, не имея прикрытия за спиной?

– Это секретная операция, Факс. Я понимаю тебя, но не могу оставить государство без присмотра. А доверять могу только тебе и Джону. Но из Джона не получится Император. Поэтому на престол сядешь ты. А я посмотрю со стороны, насколько стал сильнее.

– Софос… Я, конечно, не против, ибо всегда мечтал стать Императором. Но и отпускать тебя не хочу.

– Я понимаю, но ничего не могу сделать. Прости, брат.

– Все было хорошо, брат. Зачем ты так сильно рвешься сбежать? Ненавидишь меня?

– Не говори так, Факс. У каждого действия есть свои причины. И не следует говорить о каждой из них.

– Даже родному брату?

– К сожалению, да. Когда-нибудь ты все поймешь.

– Не говори так, будто прощаешься со мной. Даже не смей.

– Прощаюсь, но вернусь. Все уже решено. Империя в твоих руках, брат. – сказал Софос и подойдя к Факсу, протянул ему руку.

– Я не подведу тебя, брат. Даю тебе слово. – улыбнулся Факс и пожал руку. На этом их пути разошлись. Софос, накинув пальто, покинул кабинет, оставив Факса наедине с собой. Факс не последовал за ним, понимая неприязнь брата к прощаниям. Однако он выглянул в окно. У шаттла уже ждала небольшая группа бойцов, все приготовления были завершены. Софос обменялся рукопожатием и парой слов с пилотом, после чего вместе с бойцами поднялся на борт. Через мгновение космический корабль взмыл в небо. – Обязательно вернись, брат… – напоследок сказал Факс, смахивая слезу с щеки.

***

Земля. Татис-Сити.

– Мам, а когда ты вернешься домой? – Егор подбежал к Маше и вцепился в ее ногу.

– Я не знаю, сынок. – Маша потрепала сына по голове. Вот, в чем было ее счастье. Это плод любви. Ее дитя было продолжением той любви, что жила в ее сердце вечно. Маша грезила о материнстве, и в своих самых сокровенных желаниях видела рядом Артема. Видела в нем отца своего будущего ребенка. И, казалось, сама судьба улыбнулась ей, подарив эту мечту. Теперь она лелеяла их обоих – свое единственное, бесценное счастье. – Постараюсь сделать свои дела побыстрее, хорошо?

– Да-м, мама. – Егор засмеялся и отпустил ногу Маши. – А это как-то связано с папой? Когда он вернется?

– Прости, сынок, но я не знаю, ибо он не выходит на связь.

– С ним все хорошо?

– Конечно, сынок. Это же твой папа. С ним вообще не может случиться ничего плохого. – сказала Маша и тут же вспомнила, как Паладиус избивал Артема, пока он защищал ее – Машу. Ее передернуло от этого воспоминания, и она быстро выбросила его из головы.

Звонок в дверь нарушил тишину. Егор, охваченный предвкушением, бросился к ней, радостно крича, что это, должно быть, папа. Маша, с легкой улыбкой на лице, подошла к двери. Заглянув в глазок, она отворила ее. На пороге стояла Настя с сыном. Увидев Машу, ее лицо озарилось счастливой усмешкой.

– Тетя Настя! – закричал Егор. – Влад, ты тоже пришел!

Егор с Владом закричали и убежали в соседнюю комнату, оставив девушек наедине.

– Ну, как ты? – спросила Маша, обнимая подругу. – Волнуешься?

– Да. – призналась Настя, входя внутрь и закрывая за собой дверь. – С 23 марта, словно на иголках. Егор улетел, но переживания не отпускают меня. Не дают покоя. Почему мне кажется, что он больше не вернется?

Маша безошибочно уловила суть слов Насти. В ее собственной душе отзывалось то же самое чувство, когда Артем отправлялся в дальние командировки по межгалактическим делам. Казалось бы, самые страшные угрозы миновали, но вместо заслуженного отдыха навалилось еще больше работы. Быть героем галактического масштаба – это непосильный труд, и все это прекрасно осознавали. Однако, нуждаясь в его защите, они предпочитали хранить молчание.

– Я понимаю, о чем ты. – сказала Маша, похлопав Настю по плечу. – Я чувствую то же самое, когда Артем улетает. Это пройдет. Со временем. Егор вернется, ведь Артем всегда возвращался.

– Но Егор… Он ведь не Артем… вдруг случится что-нибудь страшное?

– Он так же силен, как и Артем. Они вместе прошли столько бурь и кровопролитных битв, а ты думаешь, что трагедия на Марсе может с ним что-то сделать? Это смешно, уж извини. Такая чепуха не сможет убить Егора.

– Ну… может быть, ты и права. – улыбнулась Настя, чувствуя, как поднимается настроение. И так было всегда – Маша умела поддержать и поднять настроение. За это она ее и уважала. – «Наверное, поэтому Артем и выбрал именно ее».

С игрушками в руках, Егор и Влад вылетели из детской, словно два маленьких вихря. Дети замерли перед своими мамами. Те, с нежной улыбкой, смущенно любовались своим безмерным счастьем, запечатленным в этом трогательном мгновении.

– Мам, а где мы будем жить? – спросил Влад у Насти, смотря в пол. Интересная реакция. На что же они рассчитывали?

– Вы поживете у дяди Факса. Заодно посмотрите на Юпитер. – улыбнулась Настя.

– Дядя Факс? Ур-р-р-а! – хором закричали Егор и Влад. – Мы будем жить у дяди Факса!

– Я уже сказала ему, что мы у тебя. – прошептала Настя, обращаясь к Маше. – По идее…

Не успела она договорить, как стена перед ней разверзлась, явив портал. По ту сторону, с портальной пушкой наготове, стоял Факс. – Не промахнулся? – спросил он, и в его глазах мелькнула усмешка.

– Нет, дядя Факс. – прокричал Егор. – Как всегда. Прямо в стену!

– Рад, что вам понравилось. – ухмыльнулся он и перевел взгляд на девушек. – Ну, я их забираю?

Женщины склонили головы в знак согласия и опустились на колени, оказавшись рядом со своими детьми. Маша, обняв Егора, прижалась к нему лбом, повторяя их давний, трогательный ритуал с Артемом. – Будь послушным и не шали, сынок. Слушайся дядю Факса во всем, ведь сейчас только он может вас уберечь. – прошептала она, но ее голос дрожал от нежности и боли. – Я люблю тебя больше всего на свете. Прощай, сынок.

– А папу тоже любишь? – спросил Егор, широко улыбаясь.

– И папу… тоже люблю. – улыбнулась Маша, сметая слезу со щеки. – Очень сильно люблю.

На этом прощание девушек с их отпрысками было окончено. Мальчишки, с радостным смехом, шагнули в мерцающий портал и с разбегу бросились в объятия Факса. Едва они оказались в безопасности, как портал без следа исчез.

Девушки переглянулись. В квартире стояла мертвая тишина, из-за которой в ушах звенело. Только что кто-то шумел, а теперь…

– Не знаю, как ты, – начала Маша. – но кем бы ни был Факс, доверять я могу только ему.

– А больше и некому. – согласилась Настя. – Софос убыл на Марс, оставив Империю брату.

На дворе стояло 7 апреля. Заветный день, поэтому Маша с Настей вышли из дома и отправились в ЛКМК, где их уже все заждались.

***

Земля. Космодром. Окраины Татис-Сити.

Джон сидел рядом, но Соня как будто его не замечала, не проронив ни слова. Утром они добрались до Лунного комитета, и это было так кстати! Ведь комитет находился прямо в городе, где родился наш герой – Артем Фролов.

Вокруг собралось немало добровольцев. Одни погрузились в тишину, другие уносились в мир книг. Третьи же наполняли пространство гомоном или были поглощены мерцанием экранов смартфонов. Соня же, отстранившись от этого оживленного хора, искала уединения в собственных мыслях.

Сжимая в ладони поблекшую фотографию Джейка, она находила утешение. Каждый взгляд на снимок пробуждал волну теплых воспоминаний, но не только. Она вспоминала их знакомство, произошедшее в кругу Артема, в то время как Факс сеял разрушение в городе. Помнила первый ужас, охвативший ее при виде Камнезубов, и как Джейк был рядом, даря ей опору. Их совместные сражения на Сатурне, а затем и в Татис-Сити, остались в памяти как нечто поистине грандиозное. И, конечно, гонки за Фраусом и его хитроумные загадки. Все шло гладко, пока не появился этот мерзкий Фраус. Подлый трус, он постоянно искажал реальность, перематывая время, чтобы обеспечить себе победу. Это было отвратительно. А потом… потом погиб Джейк.

По щеке Сони скользнула одинокая слеза. Джейк оставил ей лишь одно – их дочь, Кейт. В моменты отчаяния именно Кейт становилась для Сони лучом света. Единственным смыслом, который удерживал ее на плаву. И это при том, что сама Кейт с ранних лет познала жизнь без отцовского плеча, получая мужское воспитание от Софоса и Факса. Именно им, на время миссии, она доверила она свою дочь. Доверила, зная, что Кейт там найдет утешение и встретится с Егором и Владом. Эта мысль, как ничто другое, приносила Соне спокойствие.

На снимке Джейк запечатлен рядом с Соней, его лицо озарено улыбкой. Этот кадр был сделан в день, когда Артем и Маша связали себя узами брака. Тогда Джейк еще не ведал о грядущем финале своей жизни, не знал о грядущем появлении на свет дочери. Он жил моментом, купаясь в безмятежном счастье, и лишь улыбался. О, как же Соня жаждет повернуть время вспять, чтобы вернуться в те дни и изменить судьбу. Чтобы не допустить трагический конец Джейка. Этого не должно было произойти ни при каких обстоятельствах!

Джон не стал нарушать покой Сони. Стоило ему взглянуть на фотографию Джейка, как все стало кристально ясно. Девушка была переполнена чувствами, не в силах расстаться с прошлым и смириться с утратой любимого. Это вполне естественно. Джон и сам переживал потери, но никогда не терял того, кого любил. Он не мог постичь всей глубины ее ситуации, но прекрасно понимал, что происходит в ее душе. За свою жизнь он не раз становился свидетелем того, как близкие люди теряли друзей, детей, родителей, возлюбленных. Наблюдать за чужой болью так же тяжело, как и переживать собственную.

Фотография выскользнула из пальцев Сони, словно не желая оставаться в ее руках. На запечатленный момент упала одинокая слеза, растворяя чернила и оставляя влажный след. Сколько же времени Соня держала свои переживания взаперти? Неужели страх перед тем, чтобы потревожить хрупкий детский мир дочери, заставлял ее скрывать свою боль? Это истинное проявление самоотверженности, требующее недюжинного терпения и несгибаемой силы духа.

Джон уже потянулся к фотографии, когда дверь распахнулась, и в зал хлынула толпа. Соня, вытерев слезы, подняла взгляд. У входа стояли Маша и Настя, остальные гости уже занимали места, проверяя свои вещи. Конечно, Маша и Настя увидели и фотографию под ногами Сони, и ее заплаканное лицо. Обеспокоенные, они подошли к ней. Но увидев подруг, Соня почувствовала облегчение, расслабилась и улыбнулась. Она всегда была рада их видеть, ведь, как и Кейт, они помогали ей не терять надежду на счастье.

Подруги, словно стайка птиц, слетелись к Соне. Присев по обе стороны от нее, они обняли ее так крепко, что Соня, не в силах сдержать этот ласковый натиск, залилась звонким смехом. Вскоре к ее веселью присоединились и они, и их общий смех заполнил пространство.

– Мы рядом, Соня. – улыбнулась Маша, откидывая прядь волос со лба. – Не расклеивайся без нашего ведома.

– Все будет хорошо. – поддержала ее Настя, подмигивая Соне.

– Я все еще люблю его и скучаю. Мне его не хватает. – Соня молчать не стала, зная, что подруги и так все понимают. Они же тоже там были и все видели.

– Я понимаю, но… для поддержки у тебя есть мы, Джон, Софос и Факс. Друзья и знакомые… в конце-то концов. Твоя прелестная Кейт. Не нужно все держать в себе. Нужно давать волю эмоциям. Иногда. Хотя бы.

Соня согласилась. Маша была той, кто понимал ее как никто другой. И ее слова были весомы. Маша пережила потерю родителей и друзей в юности, видела страдания Артема и теряла его, как и других близких. Она стала свидетелем гибели невинных, но никогда не сдавалась. Несмотря на постоянную опасность, которой подвергался Артем, и страх его потерять, Маша продолжала любить его и доверять ему, отправляя в бой. Она всегда верила в его успех, даже если ей приходилось месяцами ждать его возвращения из космоса. В эти долгие периоды ожидания она воспитывала сына, сохраняя свою любовь и веру. Такая женщина достойна восхищения.

Жизнь Насти была полна утрат, но самая страшная из них произошла на глазах у Арэла: она пожертвовала собой, чтобы спасти его и весь мир от Факса. Эта жертва была продиктована ее любовью к нему, и именно поэтому подруги так глубоко понимали чувства Сони.

– Маш… – Соня смущенно обратилась к подруге.

– Хм-м? – промычала Маша. – Что случилось?

– Ты все еще любишь Артема?

– А почему ты спрашиваешь? – удивлению Маши не было предела. – Ты к чему-то клонишь?

– Нет. Мне действительно стало интересно. Я задумалась над этим и теперь интересуюсь. Чтобы, так сказать, сделать определенные выводы.

Ничего особенного в самом вопросе не было, однако он вызвал у Маши неожиданное смущение. Стоило прозвучать имени ее супруга, как перед ее мысленным взором возник его образ, и щеки залились румянцем. Забыв о заданном вопросе, Маша неловко переминалась с ноги на ногу, едва касаясь пола носком туфли. Подруги, заметив ее реакцию, не смогли сдержать смеха.

– Смотри-ка, ха-ха-ха! Покраснела! – заулыбалась Настя. – Что же она вспомнила? Свой первый раз с Артемом?

Осознав происходящее, Маша вернулась к реальности. Заметив веселые лица подруг, она мгновенно уловила, что их смех направлен на нее. Чтобы избежать дальнейшего смущения, она решила поскорее сменить тему и забыть об этом инциденте.

– Конечно, я люблю его всем сердцем. – смущенно ответила она, все еще вспоминая мужа.

– А как ты относишься к его командировкам? К образу жизни и… – начала Соня, но Маша тут же перебила ее.

– А-а, так вот, к чему ты клонишь! – воскликнула Маша с пониманием в голосе. – Ну, такой интерес мне понятен. Я бы задала такой же вопрос, окажись на твоем месте. Но тут, в принципе, все понятно. Я люблю Артема. Люблю его в любом случае, каким бы он не был. Где бы он не был. Мы же люди взрослые, а потому адекватно ко всему относимся. Как бы ты отнеслась к тому, что твой муж работает месяц на вахте? А потом несколько месяцев сидит дома?

– Ну… – задумалась Соня, прикусывая губу. – Нормально бы отреагировала. Это же обычная работа.

– Вот и для Артема… это обычная работа. – усмехнулась Маша. – Он редко отлучается, а если и улетает, то ненадолго. Обычно это пара коротких поездок в месяц, а порой он и вовсе месяцами сидит дома. Причины, по которым он избегает дальних путешествий или быстро возвращается, мне понятны. Его редкие и непродолжительные отлучки не мешают нашей любви. Меня это совершенно не беспокоит, ведь я люблю его таким, какой он есть. Да, его предназначение – помогать людям. Я осознаю его роль и образ жизни. Но я также вижу, насколько он необходим окружающим. Меня греет мысль, что его сила направлена на добро, а не на зло. В конце концов, героям приходится заниматься не только битвами, но и бумажной волокитой.

– Вот уж воистину речь девушки, которая действительно влюблена в своего мужа. – усмехнулась Настя. – И все мы об этом знаем.

– Сколько дней вы не виделись после его отъезда? – спросила Соня, но сделала это боязно, не имея причин и помыслов обидеть Машу. Но подруга сразу поняла об этом.

– 63 дня. – ответила Маша.

– Боже, какая же ты… Все-таки сильная девушка… – сказала Соня с завистью в голосе. – Через многое пройти, да еще и быть такой преданной. Иметь такого красивого и сильного мужа, но при этом знать, что он тоже любит только тебя. Завидую… Тебе, Маша, такой юной и милой девушке, с ним очень повезло. Цени его, как пуп земли.

– Я знаю… – Маша тут же покраснела.

– Скучаешь? – спросила Настя, поправляя волосы, упавшие на лоб.

– Конечно, скучаю.

– А второго ребеночка хочешь? – спросила Соня, зная, как сильно Маша любит своего сына.

– Ну… да, наверное. – смущаясь, ответила Маша.

– А… – Настя только открыла рот, как в дверях появился подполковник Игнис. Увидев своих друзей, он усмехнулся и подошел к ним.

– Ну? Всем привет! Готовы лететь на Луну?

– Игнис? – удивилась Соня. – Что ты здесь забыл? Записался добровольцем?

– Это она так рада тебя видеть. – в разговор включился Джон, понимая, что девушки наконец ушли от женских секретов и разговор стал оживленным.

– Соня, я вообще-то пилот. И Маша тоже. – усмехнувшись, сказал Игнис. – Мы доставим отряд к Луне.

– Маша? Пилот? – Соня раскрыла рот от удивления.

– Пилот-штурман, если быть точнее. – улыбнулась Маша, понимая свою ценность.

– Но… почему именно она?

– Ты думаешь, что так-то просто найти опытных пилотов, разбирающихся в полетах и оборудовании шаттла? Мы ведь не на курорт летим, а на выполнение боевой задачи. У Маши есть хороший и долгий опыт, поэтому я и взял ее вторым пилотом.

– На Луне, кстати, красиво. – добавила Маша. – Я была там с Артемом. Это хорошо, что люди лезут в космос и изучают его, но сделали это поздновато. Если бы не Артем, то шут их знает, когда бы они решились на это.

– Так-с… – Игнис хлопнул в ладоши, чем привлек внимание пассажиров. – Рассаживайтесь поудобнее, друзья. Я, подполковник Игнис, буду вашим пилотом. А Мария Фролова будет моим пилот-штурманом. Уж ее-то вы все знаете. – с этими словами Игнис поставил девушку перед собой, будто пластиковый манекен. – В скором времени мы отправимся на Луну, поэтому займите свои места в шаттле и пристегните ремни. Вылетаем через 10 минут.