Оглавление
Валерия Артемова. Метод «Триггер». Детские травмы: от теории к провокации
Вступление
Часть 1. Теория детских травм
Все проблемы из детства. Серьёзно?
Что такое травмы детства и какими они бывают?
Виды травм: эмоциональный и когнитивный акценты
Как детские травмы влияют на взрослую жизнь?
А как понять, есть ли у меня детская травма?
Частые стереотипные реакции, которые явно не соответствуют масштабу ситуации
Иррациональное чувство вины, одиночества или безысходности
Убеждённость в собственной никчёмности, слабости или непривлекательности
Избегающее поведение и подавление эмоций
Излишняя бдительность и впечатлительность
Флешбэки
Необъяснимые боли и психосоматика
Фобии
Все ли помнят, с чего всё начиналось?
А если вы помните себя в ползунках – это нормально?
Родительские фразы, которые звучат в нас годами
Перинатальный след: когда тело все помнит
Границы перинатального периода
Зачатие и всё, что было до него
Рождение: чудо и первая травма
Первый год жизни: уязвимый период психики
Детство в кабинете терапевта: от Фрейда до современности
Лучшие цитаты о детстве
Детство через призму провокативной терапии
Провокативный психолог против иллюзий о семье и детстве
Хотите застрять в детстве? Вините родителей всю жизнь!
Почему нам так нравится обвинять?
Почему ещё глупо винить родителей?
Принципы провокативных психологов
Часть 2. Семь сценариев родом из детства
Сценарий № 1. Запрети ребёнку быть слабым – воспитай агрессора
Как чувства обретают пол, или почему мужчине нельзя плакать?
Последствия «настоящей» мужественности
Идеал сквозь века: мужские архетипы
Скуфы, масики и тюбики: трендовые психотипы мужчин
Почему мы так любим вешать ярлыки?
Фанатские драки в истории
А что об этом думают учёные?
Несколько печально известных столкновений футбольных фанатов по всему миру
Другие законные способы выплеснуть гнев
Сценарий № 2. Убеди, что предательство карается смертью – и вырасти того, кто боится любить
Паническая атака: бежать нельзя остаться
Важные факты о панических атаках
Кармическая расплата: удобная сказка или реальность?
Существует ли карма, по мнению учёных?
Родовые программы, которые могут мешать в жизни
Сценарий № 3. Сделай из ребёнка проект – лиши его детства
Энергия в волосах, или почему, когда плохо – хочется постричься?
Суеверия вокруг волос
Сверхродители и выгоревшие дети: KPI вместо жизни
Когда враг – внутри. Что такое аутоагрессия и откуда она берётся?
Тест. Как распознать аутоагрессию у себя
Сценарий № 4. Не замечай ревности к себе между детьми – сломай одному из них психику
Сиблинговая конкуренция: битва за любовь и внимание
А что, если ты средний или единственный ребёнок в семье?
На что это влияет, когда мы вырастаем?
А что с этим делать-то и надо ли?
Перфекционизм – стремление быть идеальным или самоистязание?
Тест. Насколько вы перфекционист?
Сценарий № 5. Сделай ребёнка крайним – обеспечь человеку пожизненный страх ответственности
Парентификация: когда ребёнок «взрослеет» раньше времени
Кидалты. Почему взрослым иногда жизненно важно впасть в детство
Сценарий № 6. Научи не ранить близких – получи взрослого, который скрывает боль и правду
Танатофобия: страх, который мешает жить… или держит в тонусе?
Страх смерти как ресурс: враг или учитель?
Что делать с этим страхом?
Ложь во спасение: щит, который не спасает
Моральная дилемма: бывает ли ложь оправданной?
Сценарий № 7. Не интересуйся своим ребёнком – вырасти того, кто спасает всех, но не себя
Синдром спасателя: когда помочь хочет самозваный герой
Почему возникает синдром спасателя?
Мегаломания: когда эго надевает корону
Признаки и проявления мании величия
Мегаломания VS. Обычный нарциссизм
Феномен «снохачества»: когда рушатся границы семьи
Провокационные советы Стрелецкому
Заключение
Отрывок из книги
Когда-то сериал «Триггер» ворвался в жизнь зрителей, как вихрь, ломающий шаблоны о том, какой может быть психология. Первые два сезона публика была в восторге: самоуверенность, наглость, дерзость, непредсказуемость – за это мы полюбили Артёма Стрелецкого, психолога-провокатора, специалиста по нажатию на болезненные точки клиентов. Он говорил и делал то, на что обычно не решаются. А главное – это приносило свои плоды. И это будоражило.
Но эффект новизны – штука коварная. То, что в первый раз казалось глотком свежего воздуха, на третий уже воспринимается как «ну да, мы это уже видели». Привыкание – естественный враг восторга. Именно оно отвечает за то, что вторую чашку кофе мы пьём без трепета, а на третий день отпуска можем начать скучать. Добавим сюда ещё одну ловушку восприятия. Чем сильнее нас «торкнуло» в первый раз, тем выше планка. Первый сезон – как первая любовь: остро, неожиданно, на грани. Второй – как возвращение к уже полюбившемуся: знакомо, но также живо и всё ещё интригует. А вот третий встречают уже иначе. С завышенными ожиданиями. С требованием: удивите, шокируйте, встряхните. Слабо2?
.....
Да-да, звучит банально. Всё снова свелось к детству. Опять мама, опять папа, травмы и обиды. Кажется, Фрейд уже всё про это сказал. Юнг – расширил и углубил. А системные терапевты разобрали по полочкам. И всё равно – каждый раз как в первый. Потому что на чужую боль можно насмотреться, но свою всё равно придётся распаковывать самостоятельно. Тема детских травм может раздражать, утомлять, казаться избитой, но никуда не денешься: именно там, в сложных и неоднозначных связях, всё и начинается.
Но не Фрейдом единым. И не только к психоанализу стоит обращаться, если речь заходит о детстве. Интересно ведь: одни терапевтические школы погружаются туда с головой, копают, интерпретируют, ищут травмы и первичные фиксации. Другие – обходят детство стороной, фокусируясь на «здесь и сейчас», на ответственности взрослого и работе с текущими установками. А как же провокативное направление?
.....
