Читать книгу Обретая его - Валерия Иванова - Страница 10

Олег

Припарковался около дома и заглушил мотор. Свет в доме нигде не горел, кроме нашей с Таней спальни. Что и не удивительно, время было позднее, и мелкие видят уже десятый сказочный сон. Но я не спешил выходить из машины. Откинул голову на сиденье и прикурил сигарету. Очередной раз спрашиваю себя, правильно ли я поступаю.

В голове крутились слова Кости. Когда я рассказал ему о том, что видел Таню с другим мужчиной, Зарецкий только устало покачал головой.

– Возьмись за ум, Филатов, и попробуй побыть человеком. Семейным человеком, мать твою. Может и втянешься.

А позже выяснилось, что тот мужик организатор какого-то очередного мероприятия.

Практически эти же самые слова про ум мне сказала и Катя. Только женщина была более сдержанная. И вообще в тот раз, как мне показалось, между нами что-то ощутимо изменилось. Она смотрела на меня так, будто видела не то, что на поверхности и что я готов всем и каждому показывать, а то, что у меня внутри. Так глубоко, что я и сам не помню, когда последний раз заглядывал в те места. Она другая.

Докурив, затушил окурок, а вместе с ним и все эти мысли. Я уже все решил для себя. Взяв с заднего сиденья сумку с вещами, вышел из машины. Тихо поднялся на второй этаж и сперва проверил детей, удостоверился, что они спят.

Когда я зашел в комнату, Таня лежала на кровати и листала какой-то глянцевый журнал. Жена посмотрела на меня несколько долгих секунд и, не сказав и слова, вернулась к чтению. Прошел вглубь комнаты и бросил сумку на пол около кресла. Стянул с себя пиджак и, ослабив узел галстука, устало сел на кровать.

– Таня, давай поговорим, – первым нарушил обволакивающее молчание, не дав ему заглушить нас.

– Ты у нас любитель поговорить, Филатов, – съязвила жена, – я тебя внимательно слушаю.

Произнесла она и продолжила листать журнал, словно я пустое место.

Развернулся к ней лицом и выхватил журнал из рук, швырнул его и тот глухо приземлился на ковер. Таня зло посмотрела на меня, скрестив руки на груди.

– Нам нужно что-то делать с этим, – показал поочередно на нее и на себя пальцем, – с нами.

– Только не начинай опять свою песню, Олег. Меня выворачивает от нее, не могу это слышать.

Зло проговорила жена и плотнее закуталась в халат, будто он был ее способом защиты от меня и всего того, что, по ее мнению, я хочу ей сказать.

– Я тебе не дам развод. Ты понял меня? Никогда. Я не стану одной из тех разведенок, на которых смотрят с сочувствием и за спиной обсуждают, какая она хреновая, что не может удержать мужика.

Я слушал и не перебивал ее. Если у меня была своя «песня», то у Тани была своя.

– Кто еще будет терпеть тебя, Филатов? Думаешь, что с тобой легко? Ты ангел? Ничего подобного. Так что не сотрясай воздух, мой ответ – нет.

Татьяна закончила свой монолог и попыталась встать с кровати, мне пришлось наклониться вперед, чтобы перехватить ее за запястье. От неожиданности она совсем не изящно завалилась обратно. Все еще держа ее за руку, я внимательно осмотрел ее.

Таня была потрясающе красивой. Платиновая блондинка, высокая, с идеальными формами, роды нисколько не повлияли на ее фигуру. Но глядя на нее, ничто во мне не находило отклик. Связь, которая должна быть у мужа с женой, она оборвалась. Может, ее и не было никогда. Но ведь это ненормально – жить так. Не чувствуя.

Главная причина, почему я решил вернуться – мои сыновья. Тогда в парке Егор подошел ко мне и со слезами на глазах спросил, когда я вернусь домой. Я настолько растерялся, что не знал, как правильно ответить. Как успокоить пацана. По его щекам начали катиться слезы, он подбежал и крепко обнял меня. Сказал, что скучает и не хочет, чтобы мы с мамочкой ссорились. И только в тот момент я задумался о том, как наше с Таней поведение влияет на детей. Ведь они растут и уже начинают что-то понимать. Видеть слезы собственного ребенка, причиной которых являешься ты – это самое гадкое, что может быть в жизни родителя. Было такое ощущение, что мне сердце вырывают наживую. И я все время думал об этом. Я готов был вернуться домой в ту же секунду, но мне нужно было уехать по работе. Но теперь я здесь и надеюсь, Таня поймет все то, что я хочу ей сказать.

Жена начала вырывать руку из моего захвата, возвращая меня к реальности. Выпустил ее кисть и запустил руки себе в волосы, слегка дергая за них, пытаясь понять, с чего начать, чтобы мы оба не начали психовать сразу.

– Господи, да говори уже, Филатов! Я не собираюсь всю ночь сидеть и ждать, пока ты выродишь из себя хоть слово! – проговорила Таня и села на кровати, прислонившись спиной к изголовью.

– Я думаю, нам стоит начать все сначала, – видя, что она собирается вставить реплику, предупреждающе выставил руку, чтобы замолчала, – я говорю про тебя и про себя. Нам нужно попробовать разобраться со всем этим дерьмом, что творится между нами. Пора взрослеть, Тата.

Я уже давно не называл ее этим прозвищем. Егорка, когда был совсем мелкий, не мог говорить Таня, говорил Тата. Жена молчала, она ждала совершенно иного разговора.

– Ты сейчас серьезно или это снова одна из твоих дебильных шуток? – спустя пару минут немного взволновано, как мне показалось, спросила Таня.

Я пристально посмотрел ей в глаза.

– Я абсолютно серьезно. Давай попробуем. Ради сыновей и если выйдет, то и ради себя.

– С чего вдруг такие перемены, а, Филатов? Неужели тебя где-то подловили свидетели Иеговы и ты стал верить в Иисуса Христа, спасителя нашего? – с сарказмом проговорила та, зная, как я отношусь к вопросам веры.

– Не ёрничай, Таня. Как, бл*ть, с тобой вообще можно разговаривать нормально? Побудь человеком немного, а не сучкой, может, тебе понравится. Я пытался, но не смог сдержать раздражения. Чувствую себя биполярным.

– Не ори на меня, Филатов! Ты весь такой заявился, давай начнем сначала, давай попробуем и все такое. Что конкретно ты хочешь от меня? Я не понимаю? Опять одна я, что ли, корень всех наших бед? Так? Ты куда? Ответь мне!

Я встал с кровати, собираясь выйти на улицу и выкурить сигарету, немного успокоиться. Как вдруг почувствовал, что мне в затылок что-то попало. Я резко развернулся. Таня стояла в нескольких шагах от меня и в руке сжимала тапок.

– Ты только что запустила мне в голову тапок? – тихо проговорил я, до сих пор не веря.

– Сначала ответь мне! Скажи, какая я, мать твою, хреновая и можешь валить на все четыре стороны.

За считанные секунды я пересек комнату и схватил ее за предплечья, тряхнув несколько раз, даже услышал, как клацнула ее челюсть.

– Да ты можешь хоть раз подумать, что мир крутится не только вокруг тебя, эгоистичная ты стерва? – прошипел я ей прямо в лицо, – подумай о наших детях. Егор и Даня, если вдруг ты забыла! Ради них, Таня, все ради них у нас должно быть.

Жена начала вырываться, и я почувствовал, как она схватила меня за галстук.

– Хорошо, мы попробуем, – она невесело засмеялась, – а что на счет твоих дешевых шлюх? Будем жить одной, бл*ть, большой шведской семьей?

Я поморщился.

– Только не надо делать вид, что тебе не по фиг.

– Боюсь подцепить чего, – парировала та.

– Я чист, каждый месяц проверяюсь, – ответил я не без сарказма.

– Отпусти меня.

Тихо проговорила Таня и я повиновался. Развернулся и пошел на выход из комнаты. Взялся за ручку, но прежде чем повернуть ее, меня остановил вопрос Тани.

– Так ты говоришь правду? Мы попробуем?