Читать книгу Тихая грусть души. Рождённый в СССР - Василий РЕМ - Страница 6

Комендатура
Лесник и шакал

Оглавление

– Лев, я докладываю вам, что в твоём лесу бедлам.

Не могу из леса выйти по нахлынувшим делам.

Завёлся в лесу шакал: уж всех цыплят перетаскал,

Когда хочет, убегает – врун, бездельник и нахал.


Он ходит ночью в казино, проиграл там всё давно

И теперь ночами крутит в шашечках веретено.

Говорят лесные птицы, лапы моет в кринице,

Сказали вон синицы, поломал крыло жар-птице.


Лев послушал лесника и, почесав свои бока:

– Хорошо всё излагаешь, исписал вон два листка.

Где свидетели твои? Мне нашептали муравьи,

Что шакал – зверёк хороший, прочищал весной ручьи.


– Да вон свидетелей тут тьма: три записки, три письма,

Все там пишут откровенно – от него вся кутерьма.

Есть в твоём лесу закон? Ну прогони шакала вон!

Съел цыплят у куропаток, доберётся до ворон.


– Ну хорошо, – промолвил Лев, – я его закрою в хлев,

Волки быстро разберутся, чей он вытоптал посев.

Ты, лесник, давай беги, лес мой зорко стереги

И, когда настанет время, сам смотри не убеги.


Но шакал, он был хитер и изворотлив, как мажор,

И рассказывал округе, что он съел лишь мухомор.

Он нашептал на ухо Льву, что он кушал лишь траву,

Ну а кости грызли волки за поляною, во рву.


Так вот и думай, человек, проживая длинный век,

Что в лесу зверью товарищ – не лесник, а дровосек.

Тут морали вовсе нет, но вдруг простыл шакала след:

То ль ушёл на повышение, то ль съел кто на обед.


(уволенному работнику)

Зато остальные дежурные присмирели, всё пошло как положено по инструкции. Чем я был весьма доволен.

Но на этом всё ещё не закончилось, один из дежурных, полковник в отставке, бывший замполит. Через некоторое время начал снова свою политику гнуть. Жалуясь на меня начальству, что я отношусь к нему предвзято, унижаю его человеческое достоинство.

Первая стычка с ним была по поводу пропущенного им постороннего в столовую. Это был отец заведующей столовой, он приходил к ней пообедать. Как потом оказалось, он был в статусе «дитя войны», но это ему не давало права проходить без пропуска или, по крайней мере, без моего разрешения. О чем я и написал басню.

Тихая грусть души. Рождённый в СССР

Подняться наверх