Читать книгу Изида. Месть. Знакомство - Виктор Чирков - Страница 11

Сон этой ночи Изиде не понравился. Если Анубис в своей обычной ипостаси шакала из черного камня еще куда ни шло, то ущелье, лестница скорби и треугольное святилище гулов и кутрубов с жаровней оставили тягостное ощущение.

Приоткрыв один глаз и убедившись, что голов из жаровни в святилище рядом с кроватью не появилось, Изида блаженно потянулась. После душа она порылась в волшебном шкафу от Жанны, оделась и спустилась в зал. На лестнице, на фоне часов ее и увидела Жанна.

– Доброе утро. Кажется, я зря этот шкаф оставила… Пуффу он ничего кроме тапок и пива не производил. Они ж тебя переодеваться заставят.

– Не заставят, – ответила Изида, выражение ее лица осталось крайне мрачным.

– Да, эта ножка в этой тонкой коже, на шпильке, курточка, песочный свитерок, цвет к глазам, элегантные перчатки и шарф. Какая кожа. Можно потрогать?

– Можно, – немного оттаяла дева.

– Не кожа. Эластичный какой? Не холодный? Куда же ты собралась? Что кушать будешь?

– Можно кофе, сок и бутербродик. Не лезет ничего.

– Сделаем.

После кофе выражение лица Изиды не особенно изменилось.

– Рассказывай, на лице всё написано. Куда собралась?

– Точнее, послали. Твои, мои, ну наши… Короче, сначала пытались к психологу, потом посоветовались и сразу на кладбище. Психолог видимо уже не поможет, только перевозчик на тот свет. Но это еще не всё, сон плохой приснился. Какой-то филиал ада, где властвуют гулы и кутрубы с жаровней.

– А, к Харону. Ну не разговорчивый он конечно, да и не приходил давно к Пантелеймону, впрочем, по этой причине, может, и ответит на твои вопросы.

Монетки держи, он от такой не сможет отказаться. А сны и есть сны. У тебя трасса веселая была, так что придется смириться. И вообще…

Жанна замерла, взгляд ее остановился. Изида даже потрогала руку девушки и ведьмочка оттаяла.

– Мне кажется, это просто адрес, он тебе пригодится, чтобы зря не мучилась выбором при расчете.

– Не поняла?!

– Позже. Пора тебе. Отвезти-то хоть обещали? Тут, конечно, близко, но на шпильке… Карлос? Ты где? Кто девушку отправил на гравий? Отвезешь?

– Без вопросов. Уже готова? – донеслось из недр дома.

– Удачи тебе, и не круши ничего.

_______

Мало что изменилось на широкой аллее, где стоял изысканный кованый стол с круглой столешницей из стекла и три стула в его стиле. На одном, как и прежде, «сидел» перевозчик душ в рубище. Всё вокруг скрывал туман, на нижней поверхности стола, на металле висели капли воды, они увеличивались и, созрев, падали вниз. Только туманных силуэтов, похожих на мешки с чем-то, добавилось на краю аллеи.

– Может, я в деревню прогуляюсь?

– Она попила кофе и едет сюда. Переоденься… Лик одень. Гостья очень красивая, но нервная.

– Может, свернет.

– Нет. Она знает весь путь до дна и обратно. Если спугнешь – срок добавлю!

Лохмотья на перевозчике превратились в черный плащ с капюшоном, скрывавшем голову.

Где-то далеко, на входной арке прозвучал колокол.

_______

Место скорби находилось в конце переулка, проходившего между гостиницей и храмом, в котором служил отец Феофан. Величественный, строгий портик в древнегреческом стиле отделял тот мир от этого… В боковых частях здания размещались какие-то помещения, посредине же широкий проход, завершавшийся черной мраморной лестницей в бескрайнюю долину надгробий. Дверь автомобиля открылась, Карлос подал руку, и на черную плиту ступила великолепная лодочка. В арке ударил колокол.

– Что-то новое. Будь начеку.

Изида помахала Карлосу ручкой из-под арки и прошла дальше. Что-то другое было в этом месте упокоения… Она пересекла белую ступень на лестнице, но ничего не почувствовала. Колокол ударил еще раз.

– Ну и где этот советчик? – произнесла дева, оглядывая бесконечные поля надгробий, укрытые клубами тумана, смыкавшегося с серым безликим небом.

– Сыро, печально. Идти по этому гравию…

Она нащупала в кармане монету.

– В конце-то концов, что мне тут до ночи торчать?!

Изида подкинула золотистый кружек, тот завертелся и повис в воздухе, разбрасывая блики желтого света. У браслета возник зуд.

– Найди мне Харона.

Монета пулей улетела в туман, и дева увидела далеко в глубине аллей стеклянный стол, освещенный желтым светом словно фонарем.

– Биче, помоги, пожалуйста. В туфлях по гравию, это капец.

В воздухе прозвучал веселый смешок, и от черной лестницы до далекого фонаря легли золотистые плитки. Дева ступила на дорожку и мгновенно оказалась рядом со столом. Монета продолжала вращаться над серединой столешницы, существо в черном плаще с капюшоном, надвинутым на голову, неподвижно сидело напротив. Вокруг стула, угодившего в прицел Беатриче, образовался круг всё той же плитки, а металл каркаса стал золотым. Стекло высохло. Изида села за стол.

– Ну и где Харон? Может быть, вы? – спросила дева, сняв перчатки.

Над стулом напротив черный дым сгустился в нечто, напоминающее мужской силуэт.

– Ты его немного обездвижила. Здравствуй.

– Доброе утро. Я случайно. Как мне было его искать? Мне спросить нужно.

– И что?

– Куда всё девается, неправильно как-то.

– Смотри, – клубящееся подобие руки указало в сторону.

Туман разошелся, там висели несколько двойных прозрачных пакетов. В верхней части каждого переливалось синеватое облачко, в нижнем отсеке покалеченные тела. Из земли к нижним пакетам шли трубки. В двух, по размочаленным лицам она узнала своих обидчиков с дороги. Еще два были неизвестны, а пятый очень походил на типа из бара, приказавшего ее отравить.

– Оно. Еще и живое! Я-то думала, в ад попал…

Монета закрутилась быстрее.

– Отчасти. Разделение заторможено. Пожалуйста, спокойно. Так что всё в тебе нормально, извини.

– Но зачем души в пакетах?! – спросила дева, и монета снизила скорость вращения.

– А как тебя дозваться поговорить? Спугнуть не хотел, натерпелась уже, хватит.

– Да, камень в склепе не кровать на вилле.

– У меня есть предложение…

– На..врёт, – услышала Изида и увидела золотые туфли рядом, почувствовала руку на плече, а манжеты песочного свитера почернели и зашевелились, переливаясь зелеными искрами.

– В асфальт закатать. Нет, сжечь! Утопить! Нет, удавить! – неожиданно для себя произнесла дева.

– Сгинь, дурман! – выдал дым.

– Счас, – не осталась в долгу Беатриче, – бегом прямо, спотыкаюсь уже.

– Тихо! – произнесла дева, и глаза приняли недоброе выражение.

– Тем не менее, с таким арсеналом ты можешь править миром. Навести в нем порядок. Стать богиней! Тебе будут поклоняться все. Сделаешь мир прекрасным. И за это…

Монета завертелась так, что слилась в желтую сферу.

– Ага. Позволю цитату от своего спасителя: «Опять охрана, ювелирка, возьми, надень, правь, отдай то, о чем не знаешь, скрепим кровью…» А она у меня вообще есть? А пошли вы все в жо…

– Он так не говорил, а уж воспитанная леди, – парировало человекообразное облако.

– Это у него на морде написано крупным шрифтом. А характер леди изъела моль, пока она пребывала в кандалах в том волшебном мире!

– Ну да, про адрес – пожалуй, ему просто твой братец не давал высказаться.

Волчок резко снизил скорость вращения.

– Я их видела всего две минуты.

– И этого хватило, и от него впитала, лучше б с братом пообщалась…

– Я не успела. Ничего не успела. Котик первым был. Он такой хороший.

– И я не пугаю?

– Ты мне ничего плохого не сделал, так, заманил поговорить, да предложение сделал…

– Идиотское, еще бы замуж предложил! – прокомментировала красавица в золотых туфлях и черном брючном костюме.

– Ты заткнешься? Извините, мадам!

– А я особа свободная…

– Так, не нужно обижать Биче, – строго прервала перепалку Изида.

– Вот как!? Уже и Биче… Защищаешь. Времени прошло всего ничего!

– Еще раз, ты не пугаешь, больше мешают кошмарные сны из филиала ада.

– Покажи.

Дым и рука девы встретились над столом, точно под волчком, напротив неподвижного перевозчика. Некоторое время ничего не происходило.

– Ну?!

– Ерунда. Есть такое место по утилизации. Даже точный адрес могу дать. Пригодится.

– Как Жанна сказала.

– Что, и ведьмочка местная уже руку приложила, или ты к ней?

– Ну, я чуть-чуть, только… – Изида виновато опустила глазки.

– Такое впечатление, что это ты меня вербуешь.

– А ты, собственно, кто? Бог? Дьявол? Архангел? Демон?

– Хуже. Исполнитель.

– Вот сам помойку и чисть, – незамедлительно сообщила Беатриче.

– Я могу только всё сразу. Может, ты избирательно зачистишь, созидательница как-никак. Останется что-то, – не поддался на провокацию собеседник.

Изида посмотрела в глаза Биче, потом на «манжеты», задумалась на мгновение, монета медленно поворачивалась над столом, не меняя скорость.

– Я думаю, выражу всеобщее мнение свое и помощников. Пусть эта должность идет в место, столь точно указанное прелестным котиком.

– Жаль. С таким наборчиком справилась… И выжила! А править не хочет. Не понимаю. Ух, дева, но чековая книжка осталась, занятно-то как, книжку придется отработать. Их долги. Извини.

– Это в смысле обидчиков?

– Как ты мягко к палачам. У них разветвленный генотип и связи. Хотя, и просто встречные господа бывают разные. Увидишь. В бар-то один раз сходила, и что? Сеть на вилле смотрела?

– Через куб? Гаденько.

– Вот, а погуляешь по миру, может, где избирательно зачистишь, весы отклонятся, а я уж точно всех. Подожди, куб. И с ним уже успела?

– Угу, – Изида обернулась на уходившую в бесконечность дорожку из золотых плиток, – только хвост здесь золотой, плоский, а там зеленый и круглый.

– Хвост ее беспокоит и головы отрубленные в снах.

– Меня не беспокоит. Хвост зеленый только шерифа беспокоит… Золотой шлейф на нем еще не пробовала.

– Золотой нормально переживет, – со знанием дела сообщила Беатриче.

– Да уйми ты свой волчок, наконец!

– Хорошо.

Дева щелкнула пальцами, монетка упала перед Хароном. Черный дым стал еще плотнее, и на его месте вылепились мужчина в изумительном сером костюме с лицом итальянского мафиози и дама в черном длинном платье, широкополой шляпе. Мужчина сидел, дама стояла за его спиной, рука в черной кружевной перчатке лежала на плече господина. Лица под полями видно не было.

– Что я раньше не догадалась?!

– А может, так и лучше. Образ не отвлекает.

– Ты? – удивилась Беатриче.

– Ты? – ответила дама с не меньшим удивлением, – но цвет…

– Форма.

– Согласна. Мне тоже в цветочек не гоже, работа.

– Я что-то пропустил? Обе? – донеслось из темноты капюшона.

– Долго плащ без дыр искал, – произнесла дама в черном платье.

– Тебе работа будет, – добавила обладательница золотых туфель, указав на монету, замершую на стекле.

Капюшон повернулся к Изиде. Они какое-то время смотрели друг на друга. Дева увидела в черных глазах на имитации лица такую глубину безысходности и неотвратимости, накопившейся у перевозчика, что даже прониклась сочувствием.

– Не зря я плащ выбирал, а что пропустил, может, и к лучшему.

– Ага, а то сделает красивые ноги без волос и ногти в пять секунд, – не удержалась Беатриче.

– Ну не так быстро… – начала Изида.

– А что?! Я за. В деревню прогуляется с ушками потрепаться, – хихикнули под черной шляпой, – вот ушки удивятся, если, конечно, они еще есть.

– Пока не согласился, – машинально ответила Изида.

Дамы противно и синхронно засмеялись.

Харон вздрогнул. Он не любил, когда эта шутила. Всегда кончалось одним.

– Дамы!

– Хорошо. Что-то поняла. Правда, ответы вызвали новые вопросы. Пока хватит. Только что теперь с зависшим транзитом делать?

– Решай сама, – ответил итальянец.

Она встала с золотого стула, надела перчатки и направилась к контейнерам. Золотые плитки заботливо выложились до края аллеи. Дева прошлась вдоль объектов. Пятно вымощенной поверхности с характерным шелестом сопровождало Изиду. В шелесте слышалось «только не вляпайся в грязь», причем словно хор, включая Жанну и Карлоса. Собственно, четыре объекта интереса не представляли, там вместо душ имелись скорее заглушки, и ничего более. А вот пятый, дева остановилась и поднесла руку. Забавное сплетение наркотического дурмана и прочих низменных историй. Это тоже нельзя было назвать душой в полном смысле слова, но всё же изучить глубже стоило. Монета на стекле задрожала. Дева попыталась щелкнуть пальцами, с третьей попытки это удалось.

– Руки пачкать не хочется. Отравить меня хотел. Посмотрим?

Изрезанное тело открыло глаза, синее облачко во втором контейнере пришло в движение. Между девой и столом возникла проекция событий из бара, где подручные подсыпают в сок девушке порошок, причем сбоку шли комментарии, кто что скомандовал и сделал.

– Прямо модель на подиуме, – отметил итальянец, а остальные согласно кивнули.

– А если копнуть глубже?

На этот раз щелчок получился с первого раза. Возник еще один экран с подобной картиной. Монета на столе задрожала сильнее. Дева повторила процедуру, еще и еще, на седьмом экране она остановилась, поскольку диск так дребезжал о стекло, что стал мешать. Она достала еще один золотой и бросила на стол, точно в первый. Деньги успокоились и застыли ровной стопкой. Повисла гнетущая тишина. Неожиданно Изида развернулась вполоборота, подперла кулачком бок.

– И что вы от меня хотите?

– Богиня, – прокомментировала Беатриче.

– Да, – согласился итальянец, потом посмотрел на свою спутницу, – если что…

– Согласна, приду, – произнесла дама в черном.

– Из этого что ни делай, одно получится, – тряхнула волосами дева, – и я тут не при делах. Еще те два идиота, восставшие против булочек, ладно, а уж вызов через терминал, с перехватом и подменой, увольте. Сами выгребайте. Как мне кажется, он уже выбрал свою дорогу сам. Хотя…

– Что? – оживилась дама в черном платье.

– Я ведь заплатила две монеты, не использовала, соответственно имею кредит.

Харон кивнул.

– Кто-то про адрес из сна говорил?

Итальянец усмехнулся, провел рукой над стеклом. На столе остался прозрачный лист. На нем оказался изображен треугольный объект с оплывшими, словно свечи, колоннами. Треть листа покрывали какие-то символы, а внизу объемный гибрид кубика Рубика и QR кода, только голубой и клетки мелкие.

– И сюда эти технологии пробрались…

– Или им отсюда подсунули.

– Хорошо, имеем точный транзит без случайностей. Документы оформлены, но деньги остались. О, наслаждение!

Одна монета перекатилась на треугольник в документе и прилипла.

– Всё, – Изида вернулась за стол, сняла и отряхнула перчатки.

Итальянец развел руками. Дама в черном махнула кистью, нижние части с телами потеряли подпитку и распались. Верхние лишились своих пузырей, документ поднялся в воздух, перелетел к субстанциям душ и приклеился к облачку, генерировавшему истории их падения. Экраны пропали.

– В лодку, – скомандовал Харон, и аллея очистилась от реквизита на краю.

Изида встала, обворожительно улыбнулась.

– Благодарю вас за беседу и знакомство. При случае, я могу вас пригласить на ужин?

Итальянец кивнул.

_______

Сначала пропала Беатриче, потом сложилась, унося вдаль Изиду, золотая тропа.

– Словно не мы ее приглашали, а она нас, – проворчал перевозчик, возвращая себе лохмотья, – монеты растратила, наслаждение какое-то.

– Ты красавицу не гневи, как говорится, не плюй в колодец, даже если тебе кажется, что ты сильнее, это лишь иллюзия. Ее искренность и зеркальность поражают, задумайся, для нее золотой дурман – Биче. Вообще-то она пришла сама. Теперь груз точно проследует лестницей скорби.

– Наслаждение, говоришь, она подарила ему возможность услаждать гулов и кутрубов, а потом служить обедом, на века, – добавила особа в черном платье, – они, как и обозначенный господин в своей прошлой жизни, не будут спрашивать согласия, твое существование покажется райским садом в сравнении с пребыванием там. Каждая жертва будет возникать перед ним, обращаясь в одного из служителей филиала ада, потом трапеза. Так во веки веков.

– И создал он это сам. О сколько нам сюрпризов чудных готовит дивный мир, – усмехнулся итальянец, – все свободны.