Читать книгу Дом масок. Сказки-притчи - Виктор Кротов, Виктор Гаврилович Кротов - Страница 3

Часть I. Для детей и взрослых
Сборник 1. Добрая борода

Оглавление

Конфетный кактус

На окне стоял кактус. Он никогда не цвёл. И вдруг зацвёл конфетами. Конфеты были в пёстрых фантиках и свисали с него пучками. Их рвали с кактуса и ели, пока не съели все. Кактус от огорчения покрылся колючками. Ведь если бы хоть одну конфету зарыли в землю, вырос бы новый конфетный кактус.

Лямба

Слизнячок Лямба ощущал всё, что творилось в мире. И не мог понять, зачем люди мешают друг другу жить: воюют и дерутся. Сам он двигался осторожно, чтобы никому не мешать. Наконец не выдержал Лямба и сказал: «Да хватит вам!» Все услышали эти слова, перестали вредить другу другу и стали помогать. Безобразия кончились, и Лямба успокоился.

Крямнямчики

Великий повар Кусини однажды испёк крямнямчики. Такие вкусные, что на их запах собрался весь город. И каждый свежий крямнямчик тут же съедали. Кусини пёк их неделю без перерыва, но сам ни одного не попробовал. Тогда он заплакал – и больше крямнямчиков не пёк.

Секундёнок

У Секундочки родился Секундёнок, да так и остался навсегда крошечным. Он всё делал так быстро, будто это делалось само. Люди удивлялись, а Секундёнку нравилось вытворять чудеса. Только самого Секундёнка люди не замечали. Иногда ему становилось так обидно, что он даже плакал. Но и это он делал быстро и незаметно.

Компьюша

Старенький Компьюша не любил стоять без дела. Он мысленно звал к себе человека. Звал, пока его не включали. Тут он сразу хватал человека всеми кнопками за пальцы. И работал с ним или играл, пока тому не удавалось вырваться. Если Компьюшу выключали слишком быстро, он думал: «Надо нового человека завести, этот какой-то маломощный.»

Дорожный скользун

Он живёт на рельсах. Если ты увидел в окно поезда, как блестящие рельсы понеслись вперёд вместе с тобой, берегись. Это он, скользун, мчится рядом. Он уцепил тебя за кончик взгляда и вполне может проскользнуть прямо внутрь. И если потом тебе не сидится дома, значит это дорожный скользун поселился внутри и тянет в дорогу.

Божья коровка Пятнашка

Самую весёлую из божьих коровок звали Пятнашка. Она обожала играть и больше ничем не занималась. «Как тебе не стыдно бездельничать! – сказал ей строгий жук Дормидонт. – Хоть бы молоко давала, как другие коровы.» – «Я не простая коровка, а Божья, – ответила Пятнашка. Обычные коровы дают молоко, а я – радость. Пойдём поиграем?»

Песенка

Жила-была счастливая девочка Эу. У неё ничего не было, кроме песенки без слов, а мотив был, какой захочется. Встретилась Эу с богачом, у которого ничего не было, кроме богатства. Пожалела его Эу, хотела отдать ему песенку, но не смогла. Очень уж внутренняя была песенка. А богач даже не огорчился.

Червячок Игнатий

Когда червячок Игнатий уставал рыхлить землю, он читал книжки. Когда уставал читать, выползал подышать свежим воздухом и поразмышлять о жизни. А те, кто больше любил поболтать, чем думать, приходили к нему пить чай. И разговоры за чаем у червячка Игнатия были самой замечательной болтовнёй на свете.

Добрая борода

Выросло однажды на дворе дерево с бородой. Если кто-нибудь из детей гладил бороду и говорил: «Борода-борода, хочу эскимо!» – тут же на дереве вырастало эскимо. Что могла борода вырастить в ответ на просьбу, непременно выращивала. А если её просто гладили и ничего не просили, борода начинала рассказывать интересные истории.

Зелёный парус

На высоком-высоком этаже у Речного вокзала жила девочка Ка со своей семьёй. Летом мама задёргивала лоджию от солнца зелёной шторой. Но однажды девочке Ка так захотелось к морю, что её желание надуло штору, как парус, и вся квартира поплыла на юг. Ну, они и напутешествовались!..

Дом в доме в доме

В одном большом доме посреди квартиры стоял маленький дом. А в нём братец построил сестрице её особый домик. А в нём сестрица сделала дом для кукол. А из него был выход на свободу. Но никто в большом доме об этом не знал.

Карусель аттракционов

Это была карусель размером с город. Вместо сидений там были тысячи замечательных бесплатных аттракционов. Шоколадки и мороженое тоже раздавали просто так. Некоторые здесь оставались навсегда и не вырастали. Их называли «карусельные дети». У них в зрачках всегда крутились две крошечные карусельки.

Жук Дормидонт

Жук Дормидонт был очень серьёзным. Он всегда знал, что и как надо делать, чтобы было правильно. Если его не слушали, он с возмущённым жужжанием улетал прочь. Разыскивал капельку росы и хохотал над своим выпученным отражением. «Ну и смешной ты жук!» – говорил он себе и возвращался обратно совершенно спокойным.

Паук Пафнутий

На сто километров вокруг искуснейшим мастером плетения паутины был паук Пафнутий. Питался он цветочной пыльцой. Многие попадались к нему в сеть, заглядевшись на её узоры. Каждого он освобождал, угощал пыльцой и говорил с ним так ласково, что тут же становился его другом. И на всю жизнь между ними протягивалась невидимая паутинка.

Мальчик в картинках

У одного мальчика была двойная болезнь. Во-первых, он таскал чужие вещи. А во-вторых, стоило ему что-нибудь стащить, как на теле у него появлялась картинка украденного. Пришлось ему уехать к дикарям, которые раскрашивают себя с ног до головы. Но дикари сразу всё поняли, быстро вылечили его и отправили обратно.

Клубок светлячков

Светлячок Веля почти не светился. Его это очень огорчало. Однажды он увидел светящийся шар. Оттуда раздалось: «Иди к нам, Веля!» Так он оказался в клубке светлячков. Напитался общим светом – и сам стал светиться в десять раз ярче. Да и каждого светлячка, побывавшего в клубке, можно было узнать по особому свету.

Стихиали

На лугу, в лесу, на горе, в реке – всюду живут невидимые существа Стихиали. Когда человек приходит к ним в гости, они радуются – и стараются его тоже наполнить радостью. Многие дружат со Стихиалями. А кое-кто не обращает на них внимания. Словно их и нет. Тогда Стихиали скучнеют и прячутся. И человек возвращается от них ничем не наполненный.

Искрящаяся лошадка

У Джи-Джи была искрящаяся лошадка. Когда ему трудно – появится невесть откуда и Джи-Джи подхватит. Куда надо домчит, через что надо перенесёт, на любую высоту запрыгнет. И совершенно невидимая. Джи-Джи просто чувствовал, как летучие искорки его вверх поднимают. А дедушка сказал ему, что такие лошадки бывают только у радостных людей.

Мир из бумаги

Вырезали дети из бумаги целый мир. Вот только исправить что-нибудь не получалось. Захочешь перестроить домик, а его обитатели не дают: привыкли. Поймаешь бумажного жителя, чтобы его улучшить, а он вырывается, пищит: «Я сам за собой послежу!» Были дети создателями, а стали – наблюдателями.

Заблуждение в голове

Жила-была девочка. Такая крошечная, что заблудилась в собственных волосах. И забрела внутрь головы. Оказалась она там одна-одинёшенька. Ходит и отражается в своих мыслях, как в зеркалах. «Ой, как здесь скучно…» – затосковала она. И вдруг догадалась: «Надо о других подумать!» Тут же появились и другие. Кстати, и выбраться ей помогли.

Королевство Юю

В королевстве Юю жили юлы и юлочки. Мастерицы вращения, танцовщицы на носочке. Любоваться на их танцы приезжали со всего света. Но вот увлеклись они соревнованиями: кто кого, кружась, на землю собьёт. Зубчатыми стали. Какие уж там танцы! Теперь юлки годились только в колёсики для будильника: цепляться там зубчиками друг за друга.

Что было когда-то

Бабушка Лися часто рассказывала внукам, какое необычное пирожное ела в детстве. Но с тех пор она такого не встречала. «Попробовать бы его ещё разок,» – вздыхала она. «Съешь-ка лучше вот это пирожное: такого никогда не бывало!» – угостила её однажды внучка. Попробовала бабушка и аж подпрыгнула: «Это оно и есть! Запомни. Внукам расскажешь!..»

Подсолнуховое поле

Забрёл однажды маленький мальчик в подсолнуховое поле. Словно тысячи солнышек золотились над ним и вокруг него подсолнухи. А самые зрелые роняли ему на ладонь крупные семечки. Дома мальчик положил их в спичечный коробок. Когда ему было плохо, он съедал одно из этих семечек, вспоминая подсолнуховое поле. И жизнь становилась золотистой.

Маломалиновка

Одна девочка очень любила малину. Сколько ни съест, всё мало. Так и прозвали её: Маломалиновка. И вот однажды она попала в малинник, бескрайний, как море. «Эх, – думает, – вот слилась бы вся эта малина в одну ягоду.» Надо же: так и произошло. И девочка эту ягоду проглотила. Вкусно было!.. Но уже никогда она не съела больше ни одной малининки.

Позолоченный фотик

Подарил папа маме фотик. Не простой, а позолоченный. И снимки получались не простые. Все на карточках были загорелые, белозубые, радостные. Папа с мамой – как король с королевой. Сын и дочка – словно принц и принцесса. А крошечная квартирка – как нарядные дворцовые покои. С тех пор они так и зажили по-королевски.

Гречишное зёрнышко

Все зёрнышки в пакете с гречкой хотели стать кашей. А вот одно – мечтало путешествовать. Выпрыгнуло оно, когда пакет из магазина несли, и понеслось с ветром по асфальту. Сначала его чуть воробей не склевал. Потом чуть ботинок не раздавил. Зарылось оно в землю. А после дождя проросло. И началось его путешествие из земли к небу.

Нагрудные родители

Был у мамы с папой сынок Еря, который вырос большим-большим. А мама с папой стали маленькими-маленькими. Еря их очень любил. Чтобы реже расставаться с ними, он сажал маму в левый нагрудный карман, а папу – в правый. И если Ере нужен был совет, мама или папа вылезали на плечо, вставали на цыпочки и шептали ему в ухо.

Дом масок. Сказки-притчи

Подняться наверх