Читать книгу Мир, где приносят в жертву планеты - Виталий Вавикин - Страница 3

2

Оглавление

Миру объявили о Великом переселении в лето, когда Джуд Левенталь окончила четырехлетний курс обучения в школе актерского мастерства. Хотела ли она стать актрисой? Наверное, да, особенно если учитывать, что все ее предки, включая далеких прабабушек, снимались в кино. Джуд шутила, что это семейное проклятие. Известие о гибели планеты, которое преподносили сразу, решив, что так удастся свести панику к минимуму, Джуд и ее друзья тоже встретили как шутку. Представьте себе загородный дом, компанию подвыпивших подростков, включенный телевизор – и тут такое заявление!

Диктор на экране смотрит прямо в камеру и говорит, что планета умирает и что вскоре состоится Великое переселение. Потом идут длительные дебаты, где сторонники переселения уверяют людей, что когда-нибудь им удастся вернуться, что планета исцелит себя, но для этого ей нужно сбросить на какое-то время гнет человечества. Слишком много людей, слишком мало природных ресурсов и близкое к новой катастрофе количество опасных источников энергии, чтобы поддержать жизнь людей.

– Да ладно! – Джуд рассмеялась первой, толкнула своего друга детства и начинающего режиссера Феликса Денсмора в плечо. – Признайся, это ты сделал! Нанял актера, добавил эффектов…

Следом за Джуд на Феликса набросилась и остальная компания.

– Шутка что надо! – гоготал Алекс Донов.

– Да, действительно, что надо… – кивала уже изрядно набравшаяся Мэри Свон.

Все они испугались, и все хотели верить, что это шутка. Но Феликс Денсмор не улыбался, не признавался в розыгрыше. И нетрезвая компания начала требовать от него признание.

– Это уже не смешно, Феликс! – кричали девушки. – Совсем не смешно!

– Чертов придурок! – ворчали парни. – Пошутили и хватит…

Джуд не знала, почему из раскрасневшихся, возбужденных лиц запомнила лицо Йоны Келлера. Молодой музыкант, приглашенный Феликсом Денсмором, сидел на подоконнике и курил, не принимая участия в нетрезвых дебатах. Средней комплекции, среднего роста, средней внешности. Джуд не замечала его прежде, да и сегодня бы не заметила, если бы не это его спокойствие.

– Признайся, – сказала Джуд, подходя к нему, – Феликс уже сказал тебе, что это розыгрыш?

– Что? – Келлер поднял на нее нетрезвые глаза.

– Брось! Все взволнованы здесь, кроме тебя. Скажи, когда Феликс задумал этот розыгрыш?

– Ты говоришь о том, что показали по телевизору?

– Ну конечно.

– Тогда это не розыгрыш. – Келлер жадно затянулся сигаретой.

Джуд смотрела ему в глаза, пытаясь отыскать хоть что-то, способное выявить в нем лжеца, но либо он был хорошим актером, либо говорил правду.

– Откуда ты знаешь, что это не розыгрыш Феликса? – спросила Джуд.

– Думаю, он бы уже признался, если бы это был розыгрыш. – Еще одна жадная затяжка. – К тому же посмотри на него. Он напуган не меньше вас.

Джуд долго разглядывала Феликса, затем решила, что Келлер прав, и тихо выругалась. Она села рядом с музыкантом и попросила у него сигарету. Ночь за открытым окном была тихой и светлой.

– Думаешь, мы все умрем? – спросила Джуд.

– Правительство обещает забрать почти всех.

– И ты в это веришь?

– Не знаю… Почему бы и нет? Атараксики обещают помочь. Кажется, именно они нашли для нас планету.

– Мне не нравятся атараксики. Они как камни. Никаких чувств.

– Поэтому они здесь. Хотят понять, сравнить себя и нас. Что-то исправить.

– Ничего они не исправят, – Джуд тяжело вздохнула и посмотрела на друзей, которые продолжали прессовать Феликса, заставляя признаться в розыгрыше.

– Чертовы придурки! – улыбаясь сказала Джуд.

– Почему бы тебе не вступиться за своего парня? – предложил Келлер.

– Он не мой парень. К тому же… – она пытливо, по-юношески игриво заглянула своему новому знакомому в глаза. – Почему бы тебе не заступиться за своего друга?

– Он не мой друг.

– Нет? Я думала, это он пригласил тебя.

– Мой отец работал на его семью. Мы были с Феликсом знакомы с детства. Но мы не друзья. Не можем быть друзьями.

– Теперь понимаю, почему ты держишься обособленно.

– Нет. Не понимаешь. Даже Феликс не понимает. Притворяется, что понимает, но между нами всегда будет пропасть.

– Он режиссер, ты музыкант, я актриса, – Джуд перестала улыбаться. – Неважно, каким было наше детство, теперь мы все играем в одной песочнице. – Она нахмурилась, увидев улыбку, изогнувшую губы Келлера. – Что теперь не так?

– Ничего. – Келлер перекинул ноги через подоконник и начал выбираться из окна загородного дома Денсморов.

– Куда ты, черт возьми?

– Там есть озеро. Сейчас мало осталось чистых озер. И лодка. – Келлер достал из кармана спичечный коробок. – И еще вот это.

– Что там?

– Сейчас такого тоже осталось мало, – Келлер заговорщически подмигнул. – Я вырастил это сам, – он развернулся, собираясь уйти.

– Подожди! – остановила его Джуд и тоже начала выбираться из окна, свесила ноги, замерла. – Помоги же мне, Йона! – нетерпеливо сказала она Келлеру, боясь, что сейчас кто-то из друзей заметит бегство. – У меня большие каблуки, я не смогу спрыгнуть.

– Сними туфли, – Келлер не то издевался, не то просто не хотел делиться содержимым своего спичечного коробка.

– Чертовы музыканты! – заворчала Джуд, однако туфли все-таки сняла, спрыгнула с подоконника в тот самый момент, когда Келлер снова отвернулся, решив, что Джуд передумала. – И не надейся! – сказала она, догнав его.

Правая нога после неудачного прыжка болела. Туфли Джуд несла в руках. Трава была высокой, почти до колен. Голоса друзей, доносившиеся из открытого окна, стихали, оставались за спиной. Пролесок с раскидистыми кронами старых деревьев скрыл небо. Под ногами захрустели сухие ветви.

– Думаю, лучше тебе обуться, – сказал Келлер, но Джуд уже и сама поняла это.

– Никогда не знала, что здесь есть озеро, – сказала она, стараясь не отставать от музыканта.

– Здесь много чего есть, о чем никто не знает. Даже Феликс.

– Мне кажется или в твоем голосе сквозит пренебрежение?

– Мне кажется или ты училась на актрису, а не на психолога?

– Ну точно – пренебрежение.

– Нет пренебрежения. Просто мой отец работал здесь, а когда живешь в одном доме не один год, многое о нем узнаешь.

– Феликс тоже жил здесь.

– Он приезжал сюда отдыхать. Это не одно и то же.

– Так ты упрекаешь его за то, что он богат, а ты нет?

– Планета умирает. Какое значение имеет кто богат, а кто нет?

– Ну, если атараксики действительно помогут нам переселиться на другую планету, то, возможно, деньги дадут шанс найти себе место получше?

– Атараксикам плевать на деньги. Деньги помогут, если только кто-то захочет остаться. А я не собираюсь оставаться.

– А я бы осталась.

– Здесь будет скучно.

– Зато это наш дом.

– Дом там, где сердце.

– Так ты музыкант или философ?

– Ты никогда не слышала этого выражения?

– Слышала, конечно.

– Тогда причем здесь философия?

– Ну не знаю. Наверное, просто пытаюсь поддержать разговор.

Пролесок закончился, и они вышли на берег озера. Деревянный причал вгрызался в монолитную водную гладь, на которой отражались звезды. Ветра не было. Все словно застыло, лишь где-то далеко ухала полуночная птица.

– Почему Феликс никогда не приводит нас сюда? – растерянно спросила Джуд, пытаясь разглядеть затерявшийся в темноте противоположный берег.

– Почему не приводит? Некоторые девушки бывают здесь с Феликсом.

– Ах, вот оно что… – Джуд окинула Келлера внимательным взглядом. – Так ты позвал меня сюда тоже для этого?

– Я тебя не звал. Ты сама напросилась.

Келлер отвязал одну из двух весельных лодок. Воды озера всколыхнулись. Джуд не двигалась, наблюдая, как музыкант пытается усесться за веслами.

– Какого черта ты так уверен в себе? – спросила она Келлера. – Я что, похожа на ту, с которой можно переспать, покатав ее на лодке?

– И мысли не было, – Келлер широко улыбался, разрезая темноту белизной зубов.

– Как же, не было у него мысли. Ага… – ворчала Джуд, забираясь в лодку. – Не идти же назад одной! – всплеснула она руками, желая хоть как-то стянуть улыбку с лица музыканта. Но улыбка ей нравилась – не хищная, без намека на плотоядность, скорее, по-детски добрая, чем агрессивная. – Сколько ты уже выкурил сегодня той дури, что в твоем спичечном коробке?

– Пока еще нисколько. Ждал подходящего момента.

Келлер опустил весла в воду. Всплеск. Лодка вздрогнула и нехотя поползла прочь от причала.

– Как ты думаешь, сколько времени потребуется, чтобы построить эти гигантские корабли? – спросила Джуд, устав от молчания. – Пара лет?

– Скорее, пара десятилетий.

– А может, все это ложь? Нет, не то, что планета умирает, а то, что нас спасут атараксики.

– Сомневаюсь. Если пришельцы сказали, что спасут, значит, спасут. Они не умеют врать. Они почти что машины.

– Значит, мне на карьеру осталось чуть больше двадцати лет? – не то пошутила, не то спросила всерьез Джуд – она и сама не поняла. – Интересно, какой будет жизнь на кораблях? Они усыпят нас всех или что?

– Думаю, они используют генераторы времени. Ради этого атараксики и хотят помочь нам. Как те города, которые они строили здесь до того, как наши ученые едва не убили планету. Атараксики будут изучать нас. Целая раса. Представляешь?

– А мне кажется, все будет наоборот. Они останутся здесь и продолжат наблюдения за уцелевшими городами. К тому же, чтобы путешествовать на большие расстояния, нужно замедлять для пассажиров время, а не ускорять его, – Джуд смутилась и тут же сказала, что просто встречалась какое-то время с парнем, который интересовался подобным. – Он говорил о пришельцах долгими часами, так что попробуй тут не запомни.

– Что плохого в том, что ты разбираешься в пришельцах? Мне кажется, атараксики давно стали частью нашей жизни. Я уже не говорю о вахах.

– Я актриса, а не ботаник.

– Это тебе Феликс сказал?

– Он режиссер. Мне нужно прислушиваться к его словам. Тем более что он понимает, какой должна быть актриса.

– Он так же понимает, каким должен быть музыкант и даже садовник.

– Феликс говорил нечто подобное и тебе?

– Думаю, он всем говорит такое, – Келлер снова наградил Джуд своей неестественной в темноте белозубой улыбкой, налегая на весла.

– Ты хорошо справляешься с лодкой, – похвалила его Джуд, затем услышала, как что-то ударило о днище, и тихо вскрикнула. – Ты слышал? Что это было?

– Наверное, рыба.

– Рыба? – Джуд осторожно перегнулась через борт. Что-то черное и огромное неспешно проплывало рядом с лодкой. – Смотри! Смотри! – закричала Джуд, хватая Келлера за руку.

Лодка качнулась. Джуд едва удержалась на ногах.

– Какая большая! Господи! – эмоции буквально распирали ее изнутри. – Это же не океан! Как может в озере жить рыба таких размеров? – Джуд посмотрела на Келлера, но он был спокоен.

Подняв над водой весла, Келлер зафиксировал их на краю лодки, затем достал спичечный коробок, ради которого Джуд пошла за ним на озеро.

– Да посмотри же ты! – начала она злиться, видя, как он потрошит две сигареты и забивает их молотой сушеной травой из своего спичечного коробка. – Нашел время!

– Здесь есть и другие рыбы, – сказал Келлер, сосредоточившись на своем процессе.

– Такие же большие?

– Не только.

– Что значит «не только»? – Джуд растерянно смотрела, как Келлер, забив сигарету, сунул ее себе за ухо и начал забивать другую.

Еще одна гигантская рыба прочертила своим плавником о борт лодки. И еще одна. И еще. Казалось, что озеро ожило. Его разбудила лодка, и сейчас жители подводного царства поднимутся к поверхности и проглотят чужаков.

– Йона? – заволновалась Джуд, не в силах урезонить фантазии.

– Они не причинят нам зла, – заверил Келлер. – Никогда не причиняли. Можешь попробовать прикоснуться к одной из них.

– Прикоснуться? – презрительно сморщилась Джуд, но предложение захватило ее. Оно соблазняло, искушало.

Словно завороженная, Джуд перегнулась через край лодки. «Я только посмотрю», – говорила она себе, но ее рука уже тянулась к спине ближайшей гигантской рыбы. Черная чешуя была мокрой, скользкой. Но Джуд чувствовала, как волнение искрится в груди, вспыхивает перед глазами. Или же не волнение?

– Что это? – растерялась Джуд.

Крошечные светящиеся рыбы поднимались с черного дна.

– Йона! Йона, черт возьми!

Она почувствовала сладкий запах дыма раскуренной сигареты и, обернувшись, растерянно уставилась на Келлера. Красный уголь сигареты в его руке светился, разрезая ночь своим светом, но еще больший свет поднимался со дна озера.

– Ты что, совсем себе все мозги прокурил? – спросила она, уставившись на сигарету, которую он протягивал ей. – Ты что, не видишь? Там… Там светящиеся рыбы, черт возьми!

– Поэтому мы и здесь.

– Что?

– Затянись и расслабься. Это будет нечто, – Келлер в очередной раз широко улыбнулся, увидев, как маленькая рыба, не больше мизинца, выпрыгнула из воды и, описав дугу, плюхнулась в черное озеро – крошечный белый уголек.

– Так ты знал? Знал об этих… Ух… – Джуд растерянно оглядывалась. Озеро, казалось, ожило, забурлило светом. – Что это за вид рыб?

– Я не знаю.

– Но…

– Думаю, они появились после того, как ученые едва не уничтожили планету. Все те выбросы в атмосферу…

– Как радиация после Третьей мировой войны?

– Может быть, даже хуже.

– Но ведь с людьми все в порядке. По крайней мере, здесь.

– С рыбами тоже все было в порядке. Старый садовник, который был здесь до моего отца, говорил, что ничего подобного не видел.

– Тебя послушать, так люди тоже скоро начнут светиться в темноте.

– Не начнут. Люди скоро покинут эту планету. Останутся лишь эти рыбы. – Келлер нетерпеливо взмахнул рукой. – Ты будешь курить или нет?

Джуд взяла у него сигарету. Старая вытертая зажигалка Келлера вспыхнула, привлекая светящихся рыб, которые, выпрыгивая из воды, старались оказаться как можно ближе к этому искусственному источнику света – их собрату. Джуд вскрикнула и пригнулась – рыбы прыгали над лодкой.

– Сигарету не урони, – сказал Келлер.

Джуд потянулась вперед, пытаясь прикурить. Сладкий дым заполнил легкие. В ушах зазвенело. Еще десяток рыб пролетел над лодкой после того, как Келлер потушил зажигалку. Джуд сидела напротив него – потрясенная, завороженная. Она сделала еще одну затяжку, задерживая в легких дым, затем спешно выдохнула, пока не начался кашель. Звон в ушах стих. Всплески воды за бортом лодки стали четкими, громкими. Джуд попыталась рассмотреть далекие берега озера, но не смогла.

– Йона, – тихо попросила после очередной затяжки Джуд, – ты можешь еще раз включить свою зажигалку.

– Можешь сделать это сама, – Келлер протянул ей зажигалку.

– Я не могу, – решительно тряхнула головой Джуд. – Мне страшно.

– Чего?

– Не знаю. Все эти рыбы… – она чувствовала, как путаются от выкуренного в голове мысли. – Вдруг они набросятся на меня?

– Не говори ерунды. На меня же они не набрасываются.

– Может, ты особенный.

Джуд услышала смех Келлера и неуверенно рассмеялась вместе с ним, затем вспомнила, что он протягивает ей зажигалку.

– Можно я только сяду рядом с тобой? – спросила она. – Ничего такого, просто мне кажется, что стоит мне воспользоваться твоей зажигалкой – и эти рыбы… – Джуд увидела, как Келлер подвинулся, и улыбнулась. – Спасибо, что показал мне это место, – сказала она и подняла высоко над головой зажигалку.

Мир, где приносят в жертву планеты

Подняться наверх