Читать книгу Сурск 2: Попаданец на рыбалке. Мы наш, мы новый… От Суры до самых до окраин… Жизнь продолжается (сборник) - Владимир Скворцов - Страница 1

Сурск. Вик

– Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! – такими словами закончил свое выступление Вышеслав.

Надо немного пояснить причину, по которой сейчас произносились такие речи. Сегодня мы праздновали десятилетие Сурска. Да-да, он уже прожил свой первый десяток лет из тех столетий, которые, как я надеялся, ждали его впереди.

Если проводить сравнение с ребенком, то получается, что мальчик вырос из пеленок, колготок и шортиков и начал носить брюки, пусть еще маленькие, не форменный камуфляж, но уже настоящие штаны. А это признак взросления. Тем более когда мы говорим о городе, причем определяющем порядок жизни во многих окружающих его землях. Да, уже именно так обстоят дела, и сейчас можно смело говорить о том, что это десятилетие, потребовавшее от нас напряжения всех сил, труда, сравнимого разве что с каторжным, участия в нескольких войнах за свою свободу, расставило все по своим местам.

Сейчас город контролировал по меркам этого мира огромную территорию, начиная от устья Оки на западе и заканчивая устьем Камы на востоке. На север была пробита дорога до Белого моря. На юге была проложена дорога на Дон, так что наши корабли уже выходили в Азовское море, правда, дальше пока не пошли. Но раз уж пробило меня на оценку сделанного, придется вспоминать по порядку.

А начать лучше всего с прихода в наши земли словен, которых привел Вышеслав, и под руководством Явана людей с верховий Оки, как я считаю, тех, кто в свое время был ассимилировал или уничтожен отступившими в те места после своего разгрома антами или венедами. Сейчас трудно определить, кто есть ху, но местным от этого лучше не стало. Приход такого большого числа новых людей едва не привел к трагическим для города последствиям – но благодаря установленному нами приоритету мастерства и соответственно социальному положению, нам удалось с этим справиться.

Начало положил Азамат своим памятным всем марш-броском на полигоне. Потом произошли похожие споры с мастерами из словен, пытавшихся доказать свое превосходство над лесными дикарями. В этом случае все практически повторилось, правда, происходило несколько по-другому, но результат был тот же самый. Для этого пришлось провести несколько конкурсов профессионального мастерства, причем судейство отдать сторонним людям.

И практически все наши специалисты в очном соперничестве доказали, что они лучше владеют своим мастерством. А Могута, Житко и Путята вообще вне конкуренции. И правильную позицию заняли приведшие сюда эту вольницу люди – Вышеслав и его друзья. В результате через несколько месяцев это брожение прекратилось и началось создание нормального общества, основанного на простых и понятных всем принципах. Тем более что почти всех, годных по состоянию здоровья, прогнали через подготовку ополченца, правда, несколько ее подправив.

Зато через полгода мы уже имели единое общество, живущее по одним принципам. Немаловажную роль в таком воспитании сыграл наш театр и концерты художественной самодеятельности, да и школа внесла свою лепту, когда освоившие грамоту помогали осваивать ее новичкам, добиваясь при этом дружеского к себе расположения. В общем, можно сказать, что военно-патриотическое воспитание населения в духе любви и преданности городу принесло свои плоды. В результате к концу четвертого года своего существования город достиг численности немногим меньше двух тысяч человек и имел около пяти сотен регулярной армии, вооруженной огнестрельным оружием.

Благодаря росту численности мы смогли решить множество проблем. Наши мастерские заработали на полную мощность, что позволило резко нарастить выпуск продукции и увеличить объем торговли. А вырученные деньги опять пошли на улучшение условий жизни людей и дальнейшее развитие промышленности, рост и укрепление других поселений. В магазинах появились новые товары – ткани и украшения, сладости, фрукты и продукты питания, порой и заморского происхождения. Так что у всех сложилось стойкое убеждение, что своим трудом можно обеспечить, по меркам этого времени, вполне сказочную жизнь.

Но кроме развития самого города развивались и соседние поселения. Там появились свои школы и производства, было выполнено благоустройство территорий, организованы водопровод и переработка отходов. За порядок и чистоту старейшины драли всех хуже сидоровых коз, так что с этим там было все в порядке. Безопасность обеспечивало земское ополчение, засеки, стены и система блокпостов. Кроме того, движение по Суре и Ветлуге чужим судам было недоступно. Свои плавали, а чужие нет, их просто не пускали. Им вообще допуск был только до рынка в Шумске.

Вообще-то как такового плавания по Волге не было, некому в это время было плавать здесь по рекам. Был Булгар, связанный караванными маршрутами с арабами; существовало Гнездово, со временем превратившееся в Смоленск, и куда добирались самые отчаянные купцы из будущей Европы; имелось небольшое поселение Самботас, со временем ставшее Киевом и, по-видимому, исполнявшее роль не только местного племенного центра, но вполне возможно и местной торговли; появилась Ладога, с которой товары могли через Скандинавию уходить дальше на запад.

А на всей остальной территории существовали отдельные племенные поселения, никак не способные создать мощный торговый флот. Строительство корабля само по себе подразумевает владение определенными технологиями и инструментом, а его эксплуатация и непосредственно торговля – несколько другие отношения между людьми, порой значительно отличающиеся от общепринятых в данное время в конкретной местности.

Вся торговля была на Средиземном море и в других центрах цивилизации, никоим образом не связанных с Волгой. Она для всего мира просто не существовала и никого не интересовала, хотя меха отсюда все очень даже уважали. Вот здесь и возник город Сурск, ставший фактически центром торговли и поставки многих необычных для этого времени товаров.

А кроме того, он послужил своеобразным центром кристаллизации, из которого могла зародиться и начать свое развитие новая цивилизация, коренным образом отличающаяся от уже известных. Благодаря чему вся история этого мира могла пойти по другому пути и избежать проблем, едва не уничтоживших планету в мое время. Но подобные уже геополитические прогнозы дело неблагодарное, а сейчас меня интересует непосредственно торговля с внешним миром.

И пока в роли посредников в ней выступали булгарские купцы, имевшие возможность принять участие в такой торговле благодаря караванным путям, связывающим их с известными центрами – арабами, Средней Азией и Средиземноморьем, ну и если смотреть по максимуму – то и с Китаем через Великий Шелковый путь. Наш местный рынок в таких условиях процветал.

Теперь на нем постоянно бывают купцы из Булгара, иногда приходят лодии из Ладоги, постоянными посетителями стали местные жители со всей округи, приезжают чуваши с Цивиля и мордва выше устья Суры, меряне из племен, проживающих выше по Волге, черемисы из лесов Заволжья. Да и вообще, сейчас он стал местной достопримечательностью, здесь старается побывать каждый, если появляется для этого хоть малейшая возможность.

На нашем рынке можно в любой момент купить отличный стальной инструмент, наконечники, топоры, посуду, железную, глиняную, стеклянную или деревянную, предметы роскоши, приобрести инструмент, необходимый для ежедневной работы. Много, очень много произошло изменений в нашей повседневной жизни, просто так все и не упомнить, но самое главное, что стоит отметить – я сумел сделать двигатель.

На это потребовалось пять лет и организация нескольких новых производств, начиная от изготовления медной проволоки, ее покрытия и изоляции, и заканчивая роликовыми подшипниками и смазкой. Но сейчас были готовы появиться первые моторные баржи и боевые корабли, вернее почти готовы первые корпуса для них, и они ждут только силовых агрегатов.

После долгих раздумий и проведения различных расчетов и прикидок, я выбрал более длинный, но технологически более простой путь. Я остановился на двигателе Стирлинга, вернее на комбинации его и генератора электрического тока. Стирлинг служил источником механической энергии, приводившим во вращение генератор, а тот обеспечивал электроэнергией асинхронный электродвигатель.

И хотя мне пришлось разбираться с кучей лишних проблем и создавать дополнительно электротехническое производство, но каждая из этих задач решалась или могла быть решена на уже достигнутом техническом уровне. Тогда как создать даже обычный ДВС при существующем уровне техники было невозможно. А делать паровой – может быть, и проще, но ненамного, да и вряд ли безопасней. Поэтому и появился такой гибридный силовой агрегат.

Можно, конечно, было сразу делать Стирлинг, совмещенный с линейным генератором, но по имеющимся у меня сведениям в мое время не удалось с него получить мощность более одного киловатта, а мне этого было мало. Может быть, я еще вернусь, скорее всего – не может, а обязательно вернусь к этому проекту, но мне требовался более мощный мотор. И я его получил – моя гибридная установка сегодня давала восемнадцать лошадиных сил. Не бог весть что, но первые паровые волжские буксиры развивали в несколько раз меньшую мощность. И спокойно плавали по всей Волге.

Но усилий это требовало неимоверных. Мало сказать, что каждый из первых двигателей представлял собой практически уникальное изделие. Первоначально у нас с мастерами не получалось сделать все одинаковым, на каждом образце появлялись какие-то отклонения, и приходилось под них делать свои детали. Но радовало, что они работали, и наработка на отказ составляла уже больше ста часов. Учились все: мастера, мотористы, занимающиеся улучшением и эксплуатацией моторов, и все, кто хоть каким-то краем имел отношение к их производству.

Первые образцы работали в цехах, использовались для привода станков. Мой «уазик», бывший до этого главным и единственным источником энергии, обеспечивающим работу станков, был при последнем издыхании. Но новый мотор снял эту проблему, а его работа в цехах позволяла всем пройти своеобразный курс по обучению, ремонту и обслуживанию такого силового агрегата. И уже появились местные специалисты, способные сами эксплуатировать подобный двигатель.

Во всяком случае, благодаря всем принимаемым мерам удалось добиться некоторого соответствия моторов друг другу, появилось хоть что-то, похожее на стандартизацию. И теперь можно было готовить корабли для этих двигателей. Да и мне пора опять посетить все земские поселения, навестить хана Атагула и бека Айдара. А то за это время виделся со всеми как-то урывками, да и своим глазом надо глянуть, что творится в земских поселениях.

Сурск. Вышеслав и его друзья

– Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! – завершив такими словами свое выступление, я сел на место и приложился к кружке с медовухой. Что-то в горле запершило, да и глаза заслезились, от ветра, наверное.

– Молодец, Вышеслав, красиво сказал, а главное, правильно, – поддержал меня Мстислав, поднимая свою кружку.

Да, постепенно за эти годы мои друзья перебрались сюда. Уж больно тут жизнь началась интересная, да и торговля пошла такая, что только мечтать можно. Вот и перебрались сюда Мстислав и Мень, два моих друга купца. А все началось после первой встречи Вика с ханом Атагулом и первого прихода булгарских купцов в Шумск. При виде предлагаемых к продаже Сурском товаров у Каракуза, старшего булгарского купца, чуть руки не затряслись. Он был готов взять всё, но не мог.

Стекло в самых разных его видах – посуда, грубая, для повседневного пользования, и особо ценная, тонкая, для парадных приемов, достойная любых правителей. Стекло, прозрачное оконное и цветное для витражей, а также готовые витражи, бутылки, фигурки и самые разные бусы, отличающиеся по форме и цвету.

Глиняная посуда, обычная и глазурованная, игрушки, свистульки и прочие поделки из глины. Деревянная посуда, в том числе и расписная, достойная украсить стол любого правителя. Бочки, ведра, ушаты и все, необходимое для обычного быта в любом селище. Металлическая посуда – котлы самых разных размеров, в которых можно приготовить пищу как для одного человека, так и на целое селение. Топоры, ножи, пилы, наконечники, иглы, блесны, крючки, косы, фонари и лампы – все хотелось купить, при перепродаже в других местах эти товары принесли бы не менее чем тройную прибыль.

Но ведь и это далеко не всё. Кожаные сапоги, доспехи, вязаные изделия – свитера, носки, рукавицы с их замысловатыми и хитрыми узорами буквально притягивали к себе взгляд и кричали: купи, будет красиво и тепло. Журналы и тетради манили чистотой листов, приглашая оставить свои мысли и размышления, описания пройденных дорог для потомков. А тут же лежали ручки и чернильницы, готовые помочь в этом благом деле.

А драгоценности? Сверкающие стразы, блестящие, золотые, и скромные, отсвечивающие мягким светом серебряные поделки, зеркала из белой бронзы как бы говорили: смотри, не обожгись, это товар не для всякого. Зато наливки, настойки и чистый спирт приглашали в гости любого. В общем, даже сейчас я не могу вспомнить всего, что показали мастера на первой своей ярмарке.

Вот и занялись мои друзья торговлей, тем более что Вик договорился с ханом Атагулом о строительстве торгового двора в Булгаре. Пока это был обычный дом со множеством надворных построек, правда обнесенный стеной высотой в два человеческих роста с установленными на ней станкачами. Из охраны там постоянно находилось два десятка бойцов. По договоренности с Виком торговлей в Булгаре занимался Мень, налаживая связи с приезжими купцами, подготавливая новые торговые маршруты на восход и на полдень. Он очень выгодно торговал, да и информация от него поступала крайне интересная. Кстати, совсем забыл.

– Мень, ты с теми купцами, что приходили с низовий Волги, встречался?

– Да, а что?

– Они тебе обещали карту дать, сделали?

– Привезли, хотел тебе завтра передать. Ты что-то задумал?

– Есть одна задумка. По словам Вика, надо пройти до города, где нефть получают. Он его Баку называет. Хочется мне туда попасть, да и само это море посмотреть. Там много интересного. Сам же рассказывал.

– Да, такое место известно. Мне много про него рассказывали. Но я пока не могу туда пойти, у меня в Булгаре появились очень интересные купцы, пришли откуда-то с гор, по-видимому с Урала, как Вик говорит. Завтра буду рассказывать ему, так что приходи, послушай. Тебе будет интересно.

– Приду, конечно.

А вот Мстислав занимался больше торговлей по Волге, Суре и Ветлуге. И здесь все обстояло очень даже хорошо. Серебра, правда, такая торговля давала мало, но зато мехов приносила много, очень много. А я занимался, как и хотел, прокладкой новых маршрутов. Нашли мы с помощью Булгака дорогу к франкам, правда долго добираться, за сезон не обернуться. Но Вик обещал сделать новые самоходные лодии, так что скоро и туда пойдем.

Здесь очень интересной была торговля с буртасами. Вику удалось и с ними договориться, бек Айдар оказался в достаточной степени жадным, но вполне вменяемым человеком. Получив еще пару раз от наших бойцов по самое не могу и собрав сведения о городе, в том числе выяснив, что хан Атагул наш друг, он воспылал к Сурску горячей любовью и согласился на прямую торговлю, получая, как Вик это называет, откат. Зато после этого к нам пошел дополнительный поток мехов, зерна и скотины.

И самое главное, удалось пройти по Суре и через найденный волок на Дон. Вик долго объяснял Маску, что надо, но он сумел найти. Правда, чуть не схлестнулся с буртасами, но вовремя опомнились и договорились. Теперь осталось только пройти по этой дороге к ромеям.

– Мстислав, а ты пойдешь к ромеям? – поинтересовался я у соседа.

– Пока нет. Вик все дальние экспедиции запретил, только на север разведку отправляет. Правда, и там не все так просто, дорога очень трудная, и значительную ее часть составляет путешествие на телегах и санях. Но очень выгодный маршрут. Говорит, пока не будут готовы новые корабли, никого не пустит. Мне, говорит, нельзя ждать два года до вашего возвращения, надо обернуться за один сезон. Здесь хватает маршрутов для торговли.