Читать книгу Вереск на костях - Владимир Юрьевич Малянкин - Страница 4

Приземление было похоже на падение в ледяную воду, которая оказалась сухой и пыльной. Я рухнула на колени, и под ладонями захрустел не мох, а миллионы крошечных, истлевших фрагментов. Кости. Весь этот мир был соткан из них. Воздух висел густой, неподвижный, серый, как пепел. Небо представляло собой купол из сгущённой тени без солнца, звёзд или луны, излучающий тусклое, фосфоресцирующее сияние, достаточное, чтобы различать очертания. Передо мной высился лес, но какой! Деревья были гигантскими, искривлёнными скелетами давно умерших исполинов, их ветви сплетениями рёбер, а листья шелестящими на невидимом сквозняке осколками черепов и позвонков. Безмолвный, леденящий душу звон витал в пространстве.

Позади раздался тяжёлый звук Кай материализовался из пустоты, приняв боевую стойку, меч наготове. Он тут же осмотрелся, и его лицо, обычно непроницаемое, на миг исказилось от отвращения и первобытного страха.

Преисподняя, пробормотал он.

Его царство, поправила я, поднимаясь. Серебряная нить, связывавшая меня с нашим миром, оборвалась, как только мы пересекли порог. Теперь мы были в западне. Оно питается смертью и памятью о жизни. Чем древнее кость, тем она здесь сильнее.

Я потянулась внутренним чувством, той самой запретной частью себя. Мир отозвался оглушительным шёпотом. Каждая частица здесь пела свою унылую, затухающую песню: о полёте, о беге, о жевании травы, о последнем вздохе. Это было ошеломляюще, почти сводило с ума. Я зажмурилась, пытаясь отфильтровать шум, найти одну единственную, знакомую ноту.

Лера.

Её след был слабым, но тёплым пятном в этой ледяной симфонии смерти. Он вёл вглубь костяного леса.

Она там, указала я. Жива. Но её жизненная сила… её вытягивают.

Тогда не будем терять время, Кай сделал шаг вперёд, но я резко схватила его за рукав.

Стой! Ты думаешь, он просто позволит нам пройти? Это его территория. Здесь каждый камень, каждая ветка его часть.

Как будто в ответ на мои слова, земля слегка дрогнула. Скелеты деревьев заскрипели, и с их «ветвей» посыпался костяной дождь. Осколки на лету начали собираться, слипаться в причудливые формы: нечто среднее между пауком и змеёй с множеством острых конечностей. Их глазницы загорелись знакомым зелёным светом.

Стражи.

Их было с дюжину. Они двигались рывками, с сухим треском.

Кай взвесил меч в руке.

Я займусь ими. Ты ищи путь к сестре.

Ты с ними не справишься в одиночку, возразила я, чувствуя, как в висках стучит страх и просыпается что то иное. Холодный гнев. Они были частью его, частью того, что украло Леру. Они не живые. Их нельзя просто разрубить. Нужно разорвать магию, что их держит.

Один из стражей прыгнул. Кай парировал удар конечностью, и с треском отсек её. Но отрубленная часть тут же поползла обратно к телу, как железные опилки к магниту.

Видишь? крикнула я, отскакивая от другой твари. Их суть в самом старейшем фрагменте! Найди его и разрушь!

Но как? Они двигались слишком быстро. Мне нужен был взгляд изнутри. Нужно было слушать.

Я отпрыгнула за спину Кая, прижалась ладонями к «земле» спрессованному слою костяной муки. Закрыла глаза, отгородившись от ужаса происходящего. Я сосредоточилась на стражах, на их противной, искажённой магией песне. И среди этого какофонического визга я нашла его тихий, устойчивый гул. Ядро. В каждом из них было маленькое, тёмное семя силы Владыки Теней, обёрнутое вокруг древнего обломка.

У того, что слева, ядро в третьей «ножке» от земли! выкрикнула я.

Кай, не задавая вопросов, сделал молниеносный выпад. Его меч, пылая рунами, пронзил указанную конечность. Раздался не сухой треск, а звонкое, будто стеклянное, дребезжание. Страж рассыпался, превратившись в кучу безжизненного мусора.

Следующий! Грудная клетка, справа!

Ещё один страж пал.

Мы заработали как единый механизм: я глаза и уши, он клинок. Его движения были смертоносным танцем, а моё сознание рыскало по астральному плану этого кошмара, находя слабые точки. Это был странный, извращённый симбиоз. Он доверял моим словам, я доверяла его умению убивать. Ненависть никуда не делась, но её оттеснила на второй край необходимость.

Последний страж рухнул. Тишина вернулась, теперь ещё более зловещая.

Кай тяжело дышал, опираясь на меч.

Как ты это делаешь?

Я их слышу, просто сказала я, вставая. Мои руки дрожали от перенапряжения. Каждая кость здесь помнит. Я просто… слушаю громче.

Он смотрел на меня с новым, невыносимо сложным выражением. Брезгливость смешивалась с уважением к инструменту, который оказался острее, чем он думал.

Это отвратительно.

Это факт, огрызнулась я, встряхивая головой. Теперь идём. Её след слабеет.

Мы двинулись вглубь леса. Пейзаж менялся. Костяные деревья становились выше, плотнее, они образовывали своды, похожие на ребра гигантского зверя. Воздух густел, и в нём поплыли бледные огоньки духи маячки, призраки животных, завлечённых сюда и переваренных этим местом. Они кружились вокруг нас, но не нападали, лишь шептали обрывки воспоминаний: вкус сочной травы, ужас перед когтями, холод снега.

Не слушай, предупредила я Кая, видя, как он напрягся. Они пытаются увести нас с пути, закормить чужими воспоминаниями, пока мы не забудем, кто мы.

Легко сказать, сквозь зубы процедил он, отмахиваясь от одного особенно навязчивого огонька, шептавшего о тепле очага и детском смехе.

След Леры привёл нас к поляне. Но это была не поляна. Это была чаша. Огромное углубление, выложенное идеально подогнанными, отполированными до блеска костями, образующими сложный, гипнотизирующий узор. В центре, на своеобразном троне из переплетённых рогов и позвонков, сидел он Владыка Теней. Его форма была более осязаемой здесь, в его логове. Высокий, похожий на сухое дерево силуэт, покрытый чем то вроде коры, которая на самом деле была спрессованными чешуйками старых костяных пластин. Его рога, настоящие, огромные, лосиные, тянулись к пепельному небу. В груди, где должно быть сердце, пульсировала тусклым зелёным светом сложная структура, похожая на сплетение корней и вересковых веток, но сделанная из тёмного, почти чёрного вещества.

И у его ног, обвитая теми же корнями тенями, лежала Лера. Она была бледна как снег, глаза закрыты, но грудь слабо поднималась. От неё к пульсирующему «сердцу» духа тянулись тонкие, почти невидимые нити света, высасывая из неё жизненные силы.

Я сделала шаг вперёд, но Кай грубо оттащил меня назад, за укрытие огромного костяного «ствола».

С ума сошла? Он тебя увидит!

Она умирает! прошипела я в ответ.

И мы ей не поможем, если умрём тут же! Нужен план.

В его глазах горел тот самый холодный, расчётливый огонь. Охотник оценивал добычу.

Его сила сосредоточена в том ядре, сказал он тихо. Как у стражей, только в миллион раз больше. Твоя магия… можешь ли ты найти в нём слабость? Что то, что не принадлежит ему?

Я заставила себя оторвать взгляд от сестры и сосредоточиться на духе. Я распахнула своё внутреннее чувство, направила его на пульсирующее зелёное сердце. И чуть не вскрикнула от боли. Это был не просто источник силы. Это был узел тысяч, миллионов стенаний. Дух не просто жил здесь он был этим местом, сросся с ним, питался страданиями всего, что умерло в этом лесу за тысячелетия. Его ядро было чудовищным симбиозом, древним и почти неразрушимым.

Но почти.

В самом центре этого клубка боли, я различила другую ноту. Не костяную, не древесную. Каменную. Твёрдую, холодную, неподвластную разложению. Это был крошечный осколок, вмурованный в самое сердце ядра. Осколок обсидиана, тёмного вулканического стекла. Чуждый элемент. Не его. Возможно, рана, нанесённая ему в далёком прошлом. Его ахиллесова пята.

Есть, выдохнула я, открывая глаза. В самом центре. Маленький чёрный камень. Он… не отсюда. Он нарушает единство. Если ударить точно туда…

Мечом? уточнил Кай.

Чем угодно, что может сконцентрировать огромную силу в одной точке. Твои руны… они горят святой силой? Силой порядка?

Они горят верой, поправил он мрачно. Верой в то, что хаос должен быть упорядочен. А это… он кивнул в сторону духа, абсолютный хаос.

Значит, может сработать. Но чтобы добраться до сердца, нужно отвлечь его. Надолго.

Наши глаза встретились. Мы оба поняли, что это значит. Одному из нас придётся стать приманкой.

Я выйду, сказала я сразу. Он хочет меня. Он отвлечётся.

И поглотит тебя за секунду. Ты его цель, а не помеха, отрезал Кай. Его взгляд скользнул по моей руке со знаком. Но если ты дашь ему то, чего он хочет… частично. Если ты вступишь с ним в борьбу, свяжешь его силу своей, заставишь сосредоточиться на подчинении тебя… У меня будет окно.

Это был безумный план. Использовать свою магию не как оружие, а как капкан. Впустить его силу в себя, чтобы связать её.

Я могу не выдержать, честно призналась я. Его сила… она древняя и чуждая. Она может стереть то, кто я есть.

А я могу промахнуться, так же честно ответил он. Или не успеть. Шансы ничтожны.

Я посмотрела на бледное лицо Леры.

Это единственный шанс, который у нас есть.

Мы больше не говорили. Просто кивнули друг другу. Враги, союзники, два осколка в механизме одного смертельного замысла.

Кай исчез в тенях костяных деревьев, двигаясь бесшумно, как призрак, огибая поляну, чтобы зайти с тыла. Я же глубоко вдохнула, выпрямилась и вышла на открытое пространство.

Владыка Теней медленно повернул ко мне свою «голову». Зелёные глаза вспыхнули ярче.

«Костяная дева. Я знал, что ты примешь мой дар. Ты пришла, чтобы занять место рядом со мной. Чтобы править этим царством вечного покоя».

Его голос гремел у меня прямо в сознании, ласковый и властный.

Я пришла за своей сестрой, громко сказала я, останавливаясь в десятке шагов от него. Отпусти её.

«Наивное дитя. Она уже стала частью гармонии. Её жизнь питает красоту этого мира. А твоя… твоя жизнь может стать его ядром. Отдайся мне, и я отпущу её тень. Она будет блуждать здесь в мире, свободная от страданий плоти».

Он лгал. Я чувствовала это каждой клеткой. Он не отпустит ни её, ни меня.

Хочешь мою силу? Я подняла руку со знаком. Он вспыхнул так ярко, что осветил всю поляну серым, призрачным светом. Тогда возьми.

И я не стала ждать, пока он нападет. Я сама открыла шлюзы. Не для того, чтобы атаковать, а для того, чтобы ПРИНЯТЬ. Я протянула свои чувства к его ядру, к тому бушующему океану смерти, и сделала себя воронкой.

Боль.

Холод.

Бесконечный, ненасытный голод.

Тысячи голосов вскрикнули во мне одновременно. Я рухнула на колени, вцепившись пальцами в костяную крошку. Его сила хлынула в меня, как ледяная река, выжигая всё на своём пути. Она пыталась переписать меня, превратить в ещё одно эхо в его хоре. Знак на руке пылал, превращаясь из клейма в ворота.

«ДА!» проревел дух, и в его голосе звучало ликование. Он встал с трона, его теневая форма стала ещё массивнее, стягиваясь к моей хрупкой фигурке, как вода в водоворот. Зелёные нити, связывавшие его с Лерой, ослабели он переключал всё внимание на меня, на лакомый, мощный кусок.

Я видела, как из за трона, из тени, метнулась вперёд чёрная фигура. Кай. Он мчался к пульсирующему ядру, меч занесён для удара. Но дух, даже отвлечённый, почуял угрозу. Из земли вокруг трона взметнулись щупальца плотной тени, пытаясь сбить его с ног, пронзить.

Я закричала. Не от своей боли, а от отчаяния. Он не успеет. И тогда я сделала то, о чём даже не думала. Я не просто впитывала силу духа. Я направила её. Не против него против его же творений. Я схватила сознанием те самые щупальца, увидела в них те же древние кости, сплавленные магией, и приказала им ЗАМЕРЗНУТЬ.

Моя магия Костей, усиленная влившейся в меня чужой силой, сработала. Щупальца на миг окаменели, стали хрупкими. Кай, не сбавляя скорости, рубил их на своём пути, как сухие ветки.

Дух взревел от ярости и боли. Его внимание дрогнуло, разделилось между мной, пожирающей его силу, и охотником, прорывающимся к его сердцу.

«Предательница!»

Удар его воли отбросил меня назад, как тряпичную куклу. Связь оборвалась, оставив во рту вкус пепла и крови. Но окно было создано.

Кай взлетел в последнем, отчаянном прыжке. Его меч, пылая синим пламенем, описывал в воздухе дугу, нацеленную прямо в пульсирующее зелёное сердце. В самый последний момент дух попытался закрыться, сжать своё ядро, защитить его.

Клинок вонзился.

Не в самую середину, но достаточно близко. Он ударил рядом с тем самым обсидиановым осколком.

Раздался звук, которого я никогда не забуду. Не крик, а вселенский ТРЕСК, будто ломалась сама ось мира. Зелёный свет взорвался миллиардом осколков. Ядро потухло, затем почернело и начало рассыпаться, как гнилой плод.

Владыка Теней замер. Его теневая форма задрожала, начала расплываться, терять очертания. Его рога потускнели и осыпались.

«Нет… не может… быть…» его шёпот стал едва слышным, полным детского недоумения. «Я… был… лесом…»

И затем он рухнул, превратившись в кучу тёмного пепла и рассыпавшихся древних костей. Тишина, наступившая после, была оглушительной.

Кай упал рядом с потухшим троном, выпустив меч из ослабевших пальцев. Он тяжело дышал, по его лицу текла кровь из пореза на лбу.

Я, превозмогая тошноту и слабость, поползла к Лере. Корни тени, державшие её, истлели и рассыпались. Я сорвала их остатки, прижала сестру к себе. Она была холодной, но дыхание стало чуть глубже, чуть ровнее.

Лера… Лер, это я. Проснись.

Её веки дрогнули. Она медленно открыла глаза, смутные, ничего не понимающие.

Ага… та? её голос был слабым, как шелест листьев. Где… я? Так холодно…

Всё кончено, прошептала я, прижимая её крепче. Мы идём домой.

Но домой ли? Мир вокруг нас начал меняться. С исчезновением духа, его власть над этим пространством слабела. Костяные деревья начали медленно оседать, рассыпаться в пыль. Небо купол потрескалось, и сквозь трещины хлынул слепящий, непривычный после вечных сумерек свет. Портал. Он открывался сам, потому что мир паразит умирал.

Кай! крикнула я. Портал!

Охотник поднял голову, увидел свет. Он с трудом встал, подобрал меч. Подошёл к нам, шатаясь. Без слов, он помог мне поднять Леру. Мы понесли её между собой к самой большой трещине в реальности, из которой лился чистый, живой свет нашего мира.

Оглянувшись в последний раз, я увидела, как царство костей тихо и безропотно возвращается в небытие, оставляя после себя лишь пустоту и тишину.

Мы вывалились обратно в наш лес, у подножия Сторожевого Дуба. Был день, светило солнце, пели птицы. Воздух пах дождём, хвоей и жизнью. Мы рухнули на мягкую, настоящую землю, задыхаясь.

Лера сразу потеряла сознание, истощённая до предела, но её дыхание было ровным, сном живого человека, а не жертвы. Я сидела, обняв её, и смотрела на свои руки. Знак на правой руке потускнел, но не исчез. Он был теперь просто бледным шрамом, напоминанием.

Кай поднялся первым. Он вытер клинок о мох и медленно вложил его в ножны. Потом его рука потянулась к поясу, где висели серебряные наручники. Он снял их. Долго смотрел на них, затем на меня, на спящую Леру.

Знак почти не виден, наконец сказал он, и его голос был хриплым от усталости. Для отчёта… можно сказать, что он исчез после смерти духа. Что магия была временным следствием его влияния.

Я смотрела на него, не веря своим ушам.

Ты… отпускаешь меня?

Я выполняю свою миссию, сухо ответил он. Угроза в виде древнего духа устранена. Похищенная спасена. Проводник… он сделал паузу, проводник, по всей видимости, погиб в битве, будучи поглощённым существом, которого пыталась остановить.

Он не смотрел на меня, глядя куда то вдаль, в чащу.

Но… твой долг… закон…

Мой долг защищать людей от реальных угроз, перебил он. Ты сегодня спасла жизнь мне и своей сестре. Истребила существо, которое моё начальство даже не смогло бы правильно классифицировать. Ты серая зона, Агата. И пока ты не станешь чёрной… у меня к тебе нет вопросов.

Он повернулся, чтобы уйти.

Кай!

Он остановился, но не обернулся.

Спасибо.

Он кивнул, один раз, резко.

Живи, Весна. И помни если твоя магия выйдет из под контроля, если ты причинишь вред невинным… я найду тебя. И на этот раз наручники будут единственной твоей проблемой.

Понимаю.

Он сделал несколько шагов и снова остановился.

И… учись контролировать это. То, что ты сделала там… это было не просто выживание. Это был выбор. Выбор в сторону жизни. Держись его.

И он ушёл, растворившись между деревьями так же бесшумно, как и появился.

Я осталась сидеть на земле, обнимая сестру, слушая, как бьётся её сердце. Знак на моей руке почти не чувствовался. Но сила внутри никуда не делась. Она была тише, глубже, подконтрольнее. Она была частью меня. Не проклятием, а даром. Страшным, опасным, но моим.

Я посмотрела на вереск, росший у корней дуба. Он был живым, зелёным, упрямым. Как и я.

Лера пошевелилась, прошептала что то во сне. Я погладила её по волосам.

Всё хорошо, сестрёнка. Мы дома.

И впервые за много дней я улыбнулась. Потому что это была правда. Дом был не в стенах, а в этом мире, полном жизни, смерти и бесконечной, хрупкой красоты между ними. И я, Агата Весна, костяная дева, была его частью. Со всеми вытекающими.

Где то вдали, за горами, в столице, охотник Кай писал в отчёте: «Существо нейтрализовано. Жертва спасена. Проводник погиб». И ставил печать, закрывая дело.

А в лесу, у Сторожевых Дубов, две сестры, одна тёмная, одна светлая, начинали свой долгий путь к исцелению и пониманию. Их истории только начинались.

Продолжение следует…