Читать книгу Грабеж – дело тонкое - Вячеслав Денисов - Страница 4

Часть первая
Глава 3

Оглавление

У Коли Рубакова в доме жила рысь. У Каршикова в пристроенном к коттеджу террариуме жили питон и две эфы. Даже у Вити Соломьянинова, чей авторитет никогда не поднимался выше городской канализации, у него, у Вити, которого никогда не приглашали на сходняки, в загородном доме резвился маленький медвежонок. У всех, кто мало-мальски так или иначе относился к правильным пацанам, были звери. У Якова Шебанина, второго по значимости человека в терновском криминальном мире, не было никого, кем он, пригласив братву в дом, мог бы похвастаться.

Рубрика «Братья наши меньшие» в терновской «Доске объявлений» была изучена Шебаниным от начала до конца. Животных предлагалось много, но все они были из прирученных, одомашненных, то есть не вызывавших уважения в рвущейся в глубину джунглей душе авторитета. Даже сам текст объявлений наталкивал на мысль, что ему хотят всучить какую-то тварь, которая может лишь тереться о ноги, попрошайнически урчать и дремать в углу квартиры на мягкой подстилке. Ну что это такое – «Отдам в добрые руки курильского бобтейла»? Само название «бобтейл» – нормальное, крутое. Однако если он может жить лишь в добрых руках, то какой это зверь? Так, кошка очередная. Были и толковые объявы. Например: «Продам бультерьера, суку». Но не хватало, чтобы среди братвы пошел слушок, что он в своем доме пригрел суку. Да и сам Яша сук не переваривал еще с малолетства.

Лежа на диване и подергивая ногой в такт несущейся из динамиков «кенвуда» песне Элтона Джона, Яша пускал в потолок дымные кольца и размышлял над очевидной несправедливостью. У всех, как у людей, в доме животные. Причем не босяцкие пуделя да рыбки, а самые настоящие обитатели диких краев, в которые без проводника соваться просто неразумно. Один медведь Витька Соломы чего стоит. Сразу видно – братан слился кровью с природой, ему близок зов предков и налицо хищнические природные инстинкты. Если бы было не так, то Солома держал бы в доме хомячка или морскую свинку. А он содержит косолапого, следовательно, требует к себе заслуженного уважения. Полгода назад Валерьян Николаевич Полевых, держатель Птичьего рынка, предлагал Якову росомаху. Яков отказался, и ее тут же перехватил Алик Бабаев из «крымской» бригады.

– Мариш! – крикнул Яша в глубь спальни. Там, у туалетного столика, сидела жена и пыталась посредством применения свежей клубники и пакетиков чая уничтожить с лица следы вчерашнего празднования дня рождения сына Николая Рубакова, известного в городе, как Буденный. – Ты не помнишь, почему я от росомахи отказался?

– От чего??

– Да от росомахи! Мне ее Полевых за три штуки баксов справить хотел.

– А... Ты тогда пьяный был. Слона требовал... Яш, у нас «Туборга» в холодильнике нет?

Шебанин не ответил. Он был настолько погружен в идею приобретения хищного зверя, что даже похмелье не могло нарушить ход его мыслей.

– Мариш, а у нас на Птичьем рынке дичь есть?

– Лучше на базаре купить. Там птица свежее. Сходи на кухню за пивом, а? Я ногти о банку боюсь поломать. Я вообще сегодня какая-то несуразная... Сегодня к Таньке Пашининой на свадьбу ехать, а у меня еще лицо не отошло...

– Короче, собирайся. – Яша вскочил с дивана и принялся натягивать джинсы. – По дороге пивка попьем.

– Куда? Я в таком виде!

– Да ты всегда в таком виде! – огрызнулся Шебанин. – Кончай прихериваться под Софи Лорен! На рынок едем. Птица, птица... На кой мне твоя птица? Посвежее... Мне пострашнее нужно!

Пока жена одевалась, Яша быстро спустился на нулевой этаж, которым была занята подземная парковка дома, и выгнал на улицу красавец «Ягуар». Притормозив у подъезда, он вынул из кармана мобильный телефон и промурлыкал:

– Солнышко, ну, ты скоро?

Жена ответила, что уже завязывает на полусапожках шнурки. Когда после этого сообщения прошло пять минут, а она так и не появилась, Яша опустил стекло и заорал, уставясь в окна третьего этажа:

– Ты че, в натуре, как свидетель?!! Может, тебя еще поискать сходить?!!

Через тридцать секунд Марина Шебанина была внизу.

Еще через четверть часа, когда часы на панели «Ягуара» показывали начало двенадцатого, Яша, косясь на жену из-под рассеченных в боксерских поединках бровей, подъехал к Терновскому птичьему рынку.

– Хватит пить, – посоветовал он, вынимая ключ из замка. – Вторую банку приканчиваешь. Мне тебя потом, у Пашининых, опять волоком таскать?

– Да ладно, ты! – бросила жена. – Раскудахтался... Ну и что ты покупать собрался? Сразу говорю – если обезьяну, выселю вас обоих за город. У моих знакомых в Серпухове маленькая мартышка вилки узлом завязала и стереосистему молотком разбила. Давай ужика купим? Я с ним играть буду.

– «Ужика», – передразнил, оскалившись, Яша. – Какого ужика? Тварь беспонтовую, которая даже укусить толком не может?! Да меня братва с твоим ужиком запоганит, как лоха!

– «Братва»! – не пожелала остаться в долгу Марина. – Я посмотрю, что твой Соломьянинов делать будет, когда его медведь вырастет и бабу затребует! Не дай бог твоему Соломе в тот момент к нему в клетку войти! Кто тут запоганенный останется, еще не ясно...

– Заткнись, дура! – окончательно вышел из себя Шебанин. – Закрой свой рот и не открывай его, пока от рынка не отъедем! Поняла?

Мариша поняла. В такие моменты Яше лучше не перечить.


Выбор был. Миновав клетки с попугаями и банки с белыми мышами, Яша прошел в глубь рынка и оказался посреди жулья, приторговывающего животными редких видов. Первый же милицейский налет мог закончиться конфискацией дорогостоящих животных и пополнением Терновского зоопарка. Будущим хозяевам саламандр, оцелотов и койотов предлагались для просмотра фотографии, после чего ударившие по рукам партнеры ехали к месту содержания зверя. Там зверь осматривался, помещался в тару нового владельца и увозился на новое место жительства. Об этих сделках органы знали, но до сих пор не могли разыграть комбинацию наверняка. Чтобы привлечь к ответственности, нужны неоспоримые доказательства. Например, контрольная покупка какого-нибудь мангуста или тайского сурка. Однако продавцы животных разговаривали только с людьми, прибывшими к ним по рекомендации. А публично они продавали рыбок и корм для канареек. Была еще одна проблема. Станут ли опера из районного отдела заниматься спасением попавших в плен лемуров и сурикатов, если на территории «темняками» висят кражи и разбои? А прослыть оперативником, раскрывшим преступление, предусмотренное санкциями статьи Уголовного кодекса за жестокое обращение с животными или контрабанду, не мечтает ни один опер в здравом уме.

Яшу знали все. Не только на рынке, но и в самом Тернове. Именно по этой причине в рекомендациях он не нуждался и разговаривал не полунамеками, а по-деловому.

– Какие звери есть?

Слушая ответы на свой вопрос, Яша чувствовал, как приближалось похмелье. Перечислялось и демонстрировалось все, что имелось в наличии. Все знали – если Яша Шебанин желает что-то купить, то вопрос не в деньгах, а в симпатиях.

Щенок гиены симпатий не вызвал. Увидев фото, Яша едва не содрогнулся от приступа рвоты.

– Убери эту собаку по-хорошему!.. Нет, и это не нравится... И это... А вот это что за дичь?

Перед Шебаниным красовалось изображение муравьеда.

– Не, где я ему муравьев в мае наберу?

Чувствуя, как начинает нестерпимо болеть голова, Яша снова покосился на жену. Та была в прекрасном расположении духа и, присев перед какими-то коробками, гладила котят.

– Короче, ничего толкового у вас нет, – отрезал Яша.

Он повернулся и, высматривая ближайший коммерческий киоск, стал выходить из рядов. Обрадовавшись решению мужа, Марина поспевала за ним.

– Слышь, черепаха есть.

Этот голос прозвучал для Шебанина, словно голос хирурга за секунду до выхода из наркоза.

– Чего?

Яша обернулся и увидел тридцатилетнего парня. Тот стоял на самом краю рядов и пальцем указывал на дно стоящего на земле аквариума.

– Черепаха, – повторил парень. – Таких нигде нет. Посмотри, какая морда у нее необычная. Клюв. И формы какие, а? Таких в Тернове нет ни у кого.

Яша почесал щеку. Действительно, таких черепах он ни у кого не видел. Овальный панцирь, вытянутые конечности... Потом она наверняка мало ест и причиняет минимум неудобств. Кстати...

– А что она хавает?

– Все.

– Что значит – все? – набычился огромный Шебанин. Привыкший разговаривать через губу, он мгновенно превратился в известного в Тернове «братка». – Это же не шакал!

– Травку, кузнечиков, рыбку... – выдавил продавец.

Яша решил черепаху приобрести, а потом уже думать, что с ней делать. В любом случае, пепельница из нее получится что надо.

– Сколько?

– Сто баксов, – скромно заявил парень.

Шебанин пошарил в карманах в поисках мелочи.

– Вот тебе пятьдесят и будь свободен.

Увидев, как тот резво исчез из его поля зрения, Яша понял, что переплатил. Однако покупкой остался доволен. Подойдя к ожидавшей окончания этого разговора жене, он показал ей черепаху:

– Во.

– Тебя, Шебанин, электричеством лечить нужно.

– Заткнись, дура. Иди травки какой прикупи. Побольше... Пакет травки купи.

– Пива лучше попей. Где я тебе «траву» на рынке найду?!

– Да не «махорки», контуженная, а травы! Зеленой, свежей! Для черепахи!


Всю дорогу Мариша старалась держаться подальше от чудовища, которое за пятьдесят долларов купил ее муж. Черепаха имела в длину около тридцати сантиметров и внушала женщине отвращение. Эти вялые полумертвые шевеления конечностями вызывали у нее чувство неприятного холодка. Коробка стояла между сиденьями, и на каждый скрежет внутри ее Яша отзывался поощрительными восклицаниями:

– Видишь, какая сильная? Такой в Тернове ни у кого нет. Только у меня. Медведю десять килограммов минтая нужно, а черепахе – что? Щепоть зелени. Кстати, покормить ее не мешало бы.

Прижав «Ягуар» к обочине дороги, Шебанин вытащил из-за сиденья мешок и зацепил пучок травы:

– Кушай.

Увидев перед собой пищу, черепаха медленно открыла пасть и потянулась...

Что произошло дальше, Яша понимал плохо. Ориентируясь на заторможенность рептилии, он, сгорая от желания посмотреть, как его эксклюзивное приобретение будет жевать траву, сунул ему зелень в пасть...

Пьющая рядом пиво Мариша, услышав дикий визг мужа, дернулась всем телом, и густая пена «Туборга» залила все ветровое стекло.

Яша Шебанин орал так, словно ему без анестезии вырезали паховую грыжу. Его вопль прорывался сквозь поднятые стекла машины и оглушал следующих по тротуару прохожих. Извиваясь всем телом, преступный авторитет орал, покрывался потом и держал перед своим носом обливающуюся кровью черепаху. Ее стальные челюсти, ухватив указательный палец Шебанина, раздавили плоть и теперь намертво вцепились в кость. Она висела в воздухе, прочно ухватив как раз ту пищу, которая ее интересовала. Безынтересные для нее пучки зелени, прилипнув к крови на панцире, придавали картине живописный вид. Вяло перебирая конечностями, черепаха висела, и по ее обтекаемым формам скользили ручейки человеческой крови...

– Она жует!.. – округляя глаза, ревел Шебанин. – Она жует, гадина!!

Чем больше он прилагал усилий для того, чтобы вытащить палец из пасти черепахи, тем глубже захваченный палец уходил в ее нутро.

– Не дергай рукой!! – завизжала Маришка. – Иначе она тебя всего засосет!! Садись на мое место!!

Картина не для слабонервных. Из черного «Ягуара» выскакивает на улицу мужик с цепью на шее и черепахой на пальце, материт весь свет и заскакивает на сиденье пассажира. Очерчивая окружность, асфальт окропляет кровь.

– Яша, где здесь ближайшая ветеринарная клиника?! – Маришка, водящая машину лучше мужа, стала постепенно приходить в себя. То ли пиво после бессонной ночи оказало на нее живительное воздействие, то ли вид пожираемого черепахой мужа заставлял соображать быстрее, но женщина мгновенно сообразила, что гнать нужно не к обычной больнице, а к учреждению, сотрудники которого могут правильно оценить ситуацию и оказать квалифицированную помощь. – Я вывеску у ТЮЗа видела! Поехали туда!!

Собственно, она уже ехала, не требуя ответов. Шебанин, находясь в состоянии болевого и психологического шока, был бледен как мел и, не отрываясь, смотрел на кровожадное существо, пожирающее его палец. К его горлу подкатился комок величиной с голову ребенка, но усилием воли он выдержал первый приступ.

Таких приступов было еще два или три. К концу поездки Яша уже совершенно ничего не соображал и лишь чувствовал, как отвратительные челюсти черепахи достали до кости фаланги его пальца. Мысль о том, что до полной ампутации осталось минуты две-три, заставила авторитета выскочить из машины сразу же, едва жена остановилась у огромной вывески с нарисованным синим крестом.

– Пропустите, пропустите!! – кричала Мариша, торопясь по коридору и расталкивая посетителей.

Эти крики были совершенно излишни, так как хозяева морских свинок, кошек и собак, увидев мужика, мчащегося по коридору с чудовищем на пальце, сами освобождали проход, стараясь уберечь свою одежду от летящей во все стороны крови. И потом, было бы глупо ставить этого «братка» с цепью, напоминающей строгий собачий ошейник, в очередь. Это было бы бесчеловечно.

Яша ворвался в кабинет ветеринаров, когда там заканчивался прием. Крепкий мужик сидел на стуле у входа и теребил шерсть на холке огромной немецкой овчарки. Обследование пса, по всей видимости, закончилось, потому что врачи сидели расслабленно и переговаривались с хозяином собаки. Молодой парень в зеленом костюме писал какие-то рекомендации, а девушка, не в силах отвести умиленных глаз от красавца-»немца», улыбалась и называла собаку «хорошим мальчиком» и «лапочкой». Увидев ворвавшегося в кабинет сумасшедшего мужика с ужасным наростом на руке, «немец» вскочил и издал через намордник устрашающий рык.

– Сидеть! – негромко приказал ему хозяин, не сводя удивленных глаз с окровавленной черепахи.

– Господи, что случилось?! – заверещала молодая медичка.

– Его черепаха укусила!! – завизжала Мариша.

– Черт! – вырвалось из уст медика. – Это первый случай! Ирина, набери кубик димедрола и дай скальпель!

Медичка послушно метнулась к стеклянному шкафу, но не удержалась от замечания:

– Саша, ей нельзя делать инъекцию! Боль может вызвать непроизвольное сжатие челюстей, и тогда она откусит палец!

Шебанин взревел:

– Штука баксов! Только снимите ее с меня!! Отрежьте ей голову!

– Как ей голову отрезать, если она ее втянула?! – вопил медик, держа черепаху на весу. Увидев, как Шебанин, уже не в силах терпеть боль, потянулся к столу, он немедленно вскрикнул: – Не смейте класть ее на панцирь! Оказавшись в нормальном состоянии, она затянет палец! Ей не отрезать голову еще и потому, что палец проник ей в горло на всю длину!..

Поняв, что спасения нет, Яша стал изрыгать неслыханные маты.

Собака в углу окончательно потеряла терпение и рычала, как заведенная. Вскочить и разобраться с мерзкой тварью, из которой торчали и шевелились лапы, ей мешало лишь требование хозяина сидеть.

Пока врачи решали, каким образом избавить пациента от черепахи, весь кабинет наполнился криками и стонами. И тут произошло неожиданное. Хозяин овчарки встал и, мягко растолкав врачей, подошел к Яше.

– Иди сюда, – приказал он тоном, не терпящим возражений. – Клади ее спиной на стол.

– Нельзя!! – запротестовал медик.

– Клади, если хочешь в носу ковыряться! – еще жестче повторил мужчина.

Яше пришлось выбирать. С одной стороны – сильные в теории, но не могущие на практике содрать с его пальца черепаху врачи, с другой – «браток» в кожаных штанах, который, по всей видимости, лох в медицине, но спец по части быстрого принятия решений. Шебанин, всю свою жизнь ориентирующийся на второе, незамедлительно подошел к столу и, вытянув руку, уложил свою убийцу на спину.

Ни слова не говоря, мужчина привстал на носки и изо всех сил обрушил свой кулак на черепаху. Удар был такой силы, что панцирь треснул и вмялся в тело рептилии. Мгновенно вытянув лапы на всю длину, животное судорожно дернулось и разжало челюсти. Она распахнула пасть так широко, что, казалось, собирается вывернуть себя наизнанку...

Яша мгновенно выдернул палец.

– Блин!.. – взревел он. – На что это похоже?!!

«Это», именуемое в быту и профессиональной медицине «пальцем», было похоже на кусок сырого мяса, который зачем-то разодрали вилкой. Ужасные рваные раны, доходящие местами до кости, разошлись по всей его длине.

– Мы наложим вам тугую повязку! – метнувшись к шкафу, заявил медик. Было видно, что он испытывает непомерное счастье от того, что ситуация нормализовалась. – Но потом вам нужно срочно ехать в больницу! Господи, где вы нашли в Тернове каймановую черепаху?!

Мужчина, уже выходящий в коридор вместе с растревоженной овчаркой, остановился и снова прикрыл дверь.

– Брат! – взревел, обращаясь к нему, Шебанин. – Подожди минуту! Ты мне жизнь спас! Гадом буду, если не отблагодарю!

Он стоял и восклицал вполоборота к двери. Повернуться к спасителю лицом ему мешала девушка-медичка, наматывающая ему на руку бинт. Однако хозяин собаки обратился не к нему, а к врачу:

– Как, вы сказали, эта черепаха называется?..

– Каймановая... – вздохнул, вытирая со лба пот, парень. – Ума не приложу, где он ее здесь нашел. Да какая крупная... Упаси бог ей в пасть палец совать! Зажует, как «Дирол»! Это очень повезло, что он вовремя обратился – эти рептилии плотоядные, и челюсти у них приспособлены к тому, чтобы затягивать добычу внутрь себя. Вы видите эту морду, напоминающую клюв?

Да, мужчина видел. Теперь, когда кровожадное создание было умерщвлено, оно лежало на верхней части панциря, демонстрируя все свои прелести – хищные лапы, сухую, морщинистую кожу конечностей и огромную, перепачканную кровью пасть.

– Я в Тернове каймановых черепах не видел, – между тем объяснял медик. – А в Питере месяц назад такое же создание откусило ребенку палец. Идиоты-родители, совершенно не понимая, кого несут в дом, подарили черепашку сыну. В результате – ампутация большого пальца, а на двух других порваны сухожилия...

– Может, хватит, а?!! – взревел Шебанин, морщась от тугой повязки. – Брат, не уходи. Сейчас меня «лепилы» замотают...

Посмотрев на попутчицу потерпевшего, пьющую из банки пиво, мужчина с собакой молча вышел из кабинета.

– А что это вообще за твари? – просипел Яша, качнув головой в сторону деформированной рептилии.

– Каймановые черепахи обитают в бассейне Карибского моря. Питаются рыбой и иными живыми существами. Попав в неприемлемые для их проживания места, например в Тернов, разыскивают слезливых и добрых хозяев. Тем и живут...

– Купил, блин, тортиллу... – бормотал Яков, торопясь к выходу и прижимая изувеченную руку к груди.

Повернувшись к жене, он покосился на посетителей и с угрожающей интонацией в голосе тихо произнес:

– Упаси тебя бог рассказать кому, что меня черепашка покусала...

Мариша допивала пиво, и ей было все равно. Муж всегда угрожал и иногда был необоснованно груб, но за все восемь лет супружества этот зловещий для города Тернова авторитет даже ни разу на нее не замахнулся. Понятия ему, видите ли, бабу не позволяют ударить. А иногда так хочется, как у нормальных людей, по роже получить... Вроде – обидно, но свои же люди. Так нет, не бьет...

– Я тебя знаю, – продолжал Яша, выходя на улицу. – Опять наберешься у Пашининых и начнешь по «голубой воде» языком мести! Оторву, блин, когда-нибудь этот язык!

Мариша знала, что не оторвет. Любит.

Мужик с кобелем стоял у крыльца клиники и курил. Яше это понравилось. Он не любил, когда люди махали на него рукой и уходили прочь, не закончив разговор. Собака уже успокоилась.

– Ну, спасибо, брат! – сказал, подходя, Шебанин. – Эти лекари еще полчаса смотрели бы, как меня черепаха пожирает, а потом вызвали бы «Скорую». Или труповозку. Слушай, у меня сегодня небольшие посиделки. Я тебя приглашаю, а?

Мужчина усмехнулся:

– Недосуг. Слушай, где такую кровожадную черепашку взял?

– А!.. – Яша хотел в ярости махнуть, но, вспомнив, что обе руки заняты, дернулся мощным телом. – Прикинь, хотел дома какую-нибудь несчастную зверушку приютить, чисто из человеческого сострадания...

Мариша улыбнулась и икнула, после чего Шебанин поторопился закончить рассказ:

– Короче, хотел собачку купить, но потом про мебель новую вспомнил. А тут черт какой-то подвернулся и говорит – «купи, блин, черепаху». Ты знаешь, она такая несчастная была, типа обиженная на несправедливость. Лапками шевелит, смотрит жалобно... Я и купил. За полста баксов. Сейчас бы мне этого пидорка с рынка увидеть, я бы... Ну, ничего, мне его быстро разыщут. Пойдем, посидим в кабачке?

Мужчина опять качнул головой:

– Не думаю, что это пойдет на пользу твоему реноме.

– Мент, что ли? – спросил Яша. – А мне это фиолетово. Ты мне жизнь спас.

– Нет, не мусор. Ты извини, я на самом деле занят. Я почему остался-то? Не для того, чтобы ты меня отблагодарил. Псу подышать нужно да кусты проинспектировать. И потом, если бы я в беду попал, ты что, не помог бы? А если бы у меня при этом денег на кабак не было? Одним словом, забыли.

Но Яков Шебанин был неумолим. Долги он помнил как чужие, так и свои. И привык их возвращать, чувствуя ответственность, либо забирать, ощущая полную правоту.

– Я тебя все равно найду, – немного расстроившись, что с ним не идут на контакт, заявил он. – И отблагодарю.

В его устах эта фраза прозвучала, как: «Я тебя хоть из-под земли достану и горло перережу».

Хозяин овчарки помедлил и отбросил в сторону сигарету.

– Береги руку, друг. – Щелкнув пальцами, он повернулся к псу: – Рольф, домой.

Грабеж – дело тонкое

Подняться наверх