Читать книгу Брат подруги. Тайны прошлого - Юлия Крынская - Страница 6

Вера

Я уже не знаю, как лучше ответить Алексею Матвеевичу. Сказать, что мы встречаемся в семь часов с Филлипом, значит, обнаружить наметившиеся между нами отношения. Скрыть это – лишить себя всяческой надежды, что вдруг, всё-таки совесть шевельнётся в душе Алексея Матвеевича. Ведь Лиля сумела отстоять свою любовь и не вышла замуж по указке отца. Что вообще за дичь, заставлять взрослого сына идти на брак по расчёту?

– Мы договорились встретиться с Филиппом в семь часов, чтобы…

– Встречи не будет. Ни этой, ни других. Поняла?

– Нет! Сейчас не то время, чтобы родители диктовали своим детям кого им любить.

Алексей Матвеевич заливается смехом, отсмеявшись смотрит на меня снисходительно.

– По тебе сцена плачет, девочка. Ты, дочь нищего чиновника, конечно же, можешь выйти замуж за кого угодно. Но мой сын принадлежит к высшей касте, поэтому подобное исключается. Он, конечно, может распечатать тебя и сделать своей любовницей. Не более того. Я же могу предложить тебе такое содержание, что ты до конца жизни ни в чём не будешь нуждаться.

Слова Алексея Матвеевича звучат оскорбительно и полыхают словно следы пощёчин на моих щеках.

– Я не буду вашей содержанкой и не собираюсь работать на вас.

– Я не пророк, но деньги в скором времени тебе очень понадобятся.

– К вам я за ними точно не обращусь! – Мне сложно выдерживать взгляд старого хищника, но я сижу с гордо поднятой головой и смотрю в его холодные глаза, подавляя страх. После того, как он чуть не изнасиловал меня, тело болит так, словно меня избили.

– Обратишься к Филиппу, пойдёшь на корм моим пираньям. Ты, кстати, не видела мой аквариум в спальне. Я тебе его покажу сегодня.

Я вздрагиваю. Кабинет и спальня Алексея Матвеевича всегда запирались на ключ, и, я действительно, зная дом Лили как свои пять пальцев, никогда не была в этих комнатах. Да как-то и желания особого не было туда заходить. Алексей Матвеевич никогда не поднимал руку на своих детей, но растил их в строгости. Они на его территорию не лезли.

Сейчас Лиля переехала в город, Филипп давно не живёт с отцом, и от перспективы оказаться в опустевшем доме один на один с Алексеем Матвеевичем вмиг доводит меня до трясучки.

– В гости по своей воле ходят, – я не узнаю свой голос.

– Смотря к кому.

Машину затрясло на ухабах, и я вцепляюсь в сиденье. Асфальт в посёлке, где живёт Алексей Матвеевич разобрали на той неделе. Значит, мы, действительно, едем к нему, и мучительная дорога подходит к концу. Но что дальше? Неужели этот человек вообще ничего не боится.

– Я пожалуюсь родителям.

– Напугала так, что сейчас обделаюсь, – усмехается Алексей Матвеевич. – Да хоть в лигу наций.

Машина останавливается, хлопают двери, со скрежетом в сторону отъезжает та, которую я безуспешно пыталась открыть. Вместо солнечного света в салон проникает голубой свет лампочек гаража. Я вцепляюсь двумя руками в сумку и вжимаюсь в кресло.

– Никуда я с вами не пойду.

– Вера, ну что за детский сад? – Алексей Матвеевич хитро щурится. – Покушаем вкусно, сделаем друг другу хорошо. За работу поговорим.

– Нет! Велите своим людям отвезти меня в город.

– Да что ты упёртая такая? – он хватает меня за руку, выдёргивает из машины и, тащит к лестнице, под масляными взглядами мужика в чёрной майке и того, кто по всей видимости, сидел за рулём. Оба крепкие бугаи, без тени интеллекта на ехидных рожах.

Упираться бессмысленно. Вхожу в дом и оглядываюсь. Впервые я здесь нахожусь без Лили. Более чем странно оказаться в знакомом доме в совсем ином качестве. Здесь всегда встречала меня подруга, здесь я пережила самые трепетные моменты своей первой любви. Сегодня меня привели сюда как овцу на заклание.

В гостиной богато накрытый стол, но нигде не видно Нины, прислуги семьи Переверзевых. Неужели Алексей Матвеевич отослал её? Он ведёт меня в ванную, прилегающую к гостиной.

– Помоем ручки, малышка, – подталкивает Алексей Матвеевич меня к раковине и, прижавшись к моей спине, открывает кран. Его лапищи по обе стороны от меня упираются в столешницу. В отражении зеркала на меня смотрят его потемневшие от похоти глаза.

Я капаю себе мыла на ладонь из диффузора и тщательно намыливаю руки, раздумывая, как сбежать от этого монстра.

– Всё время думаю о том, что ты сейчас без трусиков, – и без того хриплый голос Алексея Матвеевича, сейчас походит на сип. Он изучающе смотрит на меня в зеркало.

Алексей Матвеевич откидывает мои волосы на плечо и проводит пальцами по шее. Быстрым движением расстёгивает ворот моего платья и сдёргивает его, обнажая мою грудь. Длинные рукава спущены от плеч до локтя, и теперь я связана своим же платьем.

Вырваться не представляется никакой возможности, мы одни в огромном доме и кричать бессмысленно. Но, обезумев от ужаса, я ору что есть мочи.

– Помогите!

– В доме никого нет, Вера. Можешь не надрываться, – Алексей Матвеевич без труда удерживает меня, прижав к раковине.

– Да пустите вы!