Читать книгу Схемы судьбы - Юрий Гус - Страница 2

Часть 1
Глава I. Отец

Оглавление

Выходя из бара, Алексей почувствовал, что ноги почти перестали слушаться, а в голове, среди тумана мыслей, ясным было лишь одно желание – быстрее добраться до дома, где его ждала любимая жена и двухлетний сын. Они, наверное, уже спят. Образ улыбающегося сына, тянущего к нему свои ручки, не выходил из головы. Он такой беззащитный. Любовь младенца – это, пожалуй, самая чистая и искренняя любовь, какая только может быть.

Какой смысл был так напиваться? Вроде и повода особого не было, но жизненная усталость сама привела его этим вечером в бар. Алкоголь почему-то всегда отрезвлял его ум, очищая голову от лишней информации и помогая яснее понять то, что творится вокруг. Многие месяцы, изо дня в день, как муравей, Алексей совершал одни и те же действия – метался от работы к дому, а от дома к работе. И казалось, что этот цикл продолжался до бесконечности. Годы сменяли друг друга, как минуты, и вот он – тот самый момент, когда Алексей поставил свою жизнь на паузу и стоит сейчас у входа в бар, пытаясь переосмыслить всё это. К тому же лишь несколько дней тому назад ему исполнилось тридцать три года, и, оглянувшись, он понял, что на самом деле ничего по-настоящему он так и не достиг в этой жизни. Вкалывая, как раб на галере, он тонул в серых буднях, где давно уже пропали из вида близкие ему друзья, и в этой суете потерялась даже дата смерти отца. А ведь он его так любил. Алексей вспоминал, как в юности отец брал его ловить рыбу, как ласково называл его «Лёшик». Вспомнив это, Алексей почувствовал внутреннюю теплоту и уже даже перестал замечать, как промозглый ветер пытается побыстрее загнать его обратно в тёплое помещение. Желание вернуться обратно усиливалось ещё и из-за того, что в окне бара были видны лица счастливых людей, удобно развалившихся на мягких диванах. Они весело общались, неторопливо отпивая из своих кружек пенный напиток. Но на улице не было слышно голосов из бара. Здесь с Алексеем наедине был лишь ветер, который насвистывал свою монотонную мелодию.

Алексей перевёл дух, попытался взять себя в руки, и в голове созрел чёткий план, как он попадёт домой и заберётся под под тёплое одеяло к своей любимой. Он опустил руку во внутренний карман плаща за ключами от старого красного пикапа. Пошарив по карману, Алексей нащупал брелок в виде фигурки медведя, вырезанный из винной пробки. Он крепко сжал брелок в руке и только после этого с облегчением выдохнул. Ключи были на месте, и это уже хорошо. Машина верно ждала своего хозяина у тротуара, и Алексей, слегка покачиваясь, подошёл к ней. Нащупав замочную скважину, он уверенно вставил ключ в замок и, открыв дверь, шумно плюхнулся на сиденье.

Несколько секунд Алексей сидел неподвижно, а затем медленно огляделся. Его взгляд остановился на зеркале заднего вида. Оттуда на него смотрели усталые карие глаза удручённого жизнью человека, а хмурое и немного глуповатое выражение лица ввергало в депрессию. Алексей улыбнулся и произнёс: «Всё будет хорошо. Меня ждут. Надо ехать». Пикап на удивление быстро завёлся и включилась музыка на его любимой кантри-волне. Девушка под гитару пела, как хорошо путешествовать по миру и что её ждут где-то там, за горизонтом, в прекрасной и чуждой ей стране. Алексей нажал на педаль газа, и старенький автомобиль тронулся.


Путь обещал быть неблизким, и после четырёх выпитых кружек крепкого пива чувствовалось, как глаза слипаются. Тем более что время уже было далеко за полночь. Свет фар пикапа, словно призрачные руки, раздвигал тьму и помогал машине двигаться вперёд. В мыслях Лёши снова возник образ отца. Солнечный день, берег реки. Всё как раньше. Тишина и душевное спокойствие. И вот задёргалась леска! Поймал! Резкий толчок, звук разбившегося стекла, темнота. Последняя мысль – ну вот и всё. Звук кантри-музыки уходит вдаль. Девушка поёт всё тише и тише, дальше Тишина. «Нет, мне не страшно, – пронеслась мысль в голове Алексея. – Жаль лишь, что у этой истории такое глупое окончание…»


– Лёшик. Лёшик! Ты меня слышишь? – нежный шёпот мужчины пронзил тишину.


Яркий свет ударил в глаза, и сквозь белую размытую пелену Алексей увидел длинную белую палату и трубки, тянущиеся к его шее.

Не может быть. Это голос отца. Где я? Я выжил? Рядом отец. Он сидит у края кровати и держит меня за руку. Но… он молод. Таким я помнил его лишь по старым семейным фотоснимкам. Ему едва ли можно дать сорок лет, хотя смерть настигла его уже далеко за семьдесят. Круглое лицо, аккуратная чёрная густая бородка, мягкий серый свитер с высоким горлом и добродушный взгляд.


– Отец?

– Лёшик, я ждал тебя. – Он не отпускал руку Алексея.

– Где я?

– Твоя программа закончилась. Теперь ты свободен. Мне сказали включить это, когда ты придёшь в себя.


Отец потянулся к кнопке у кровати и нажал на неё. Полупрозрачная голографическая проекция появилась из ниоткуда прямо у изножья кровати. Возник образ миловидной девушки в полный рост. Девушка монотонным голосом произнесла:


– Здравствуйте, заключённый B677. Вы находитесь в секторе перевоспитания преступников и были помещены под стражу по решению суда за пропаганду запрещённого мнения. Мерой наказания Вам была выбрана виртуальная программа, в которой вы должны были вести размеренную жизнь без эмоциональных потрясений, сроком на 65 земных лет, три месяца и пять часов. По запросу о досрочном освобождении срок заключения был сокращён. Желаю Вам прекрасного дня.


– Папа… – неуверенно проговорил Алексей.

– Нет, Лёшик, я не твой отец. Я такой же, как и ты, бывший заключённый и стал твоим отцом на Земле лишь по указанию алгоритма системы.

– А как же возраст?

– Да, возраст в виртуальной среде практически ничего не значит. По моим подсчётам, мои семьдесят с хвостом лет виртуальности пролетели за полгода реального времени. И хотя здесь мы с тобой почти одногодки, но попал я в программу чуть раньше тебя. Время в виртуальности бежит куда быстрее, чем в реальном мире. И ещё… полгода – это совсем маленький срок для знакомства, но почти всегда близкие в виртуальности люди после выхода на свободу продолжают дружить. А встреча с бывшими земными семьями в момент пробуждения рекомендована самой программой.

– А как же моя семья? – Алексея пробрал холодный пот. – Как же мой сын? Ему всего два года. Как они теперь без меня?

– Не волнуйся. Позже тебе дадут информацию о том, сколько месяцев ты будешь ждать их здесь. И ты даже сможешь их навестить. Только ты должен понимать, что здесь, в реальном мире, у них есть свои семьи. Даже у твоего двухлетнего на Земле сына на самом деле может быть свой двадцатилетний сын в нашем мире. Сейчас ты ничего не помнишь о своей прежней жизни в настоящем мире, но память в течение недели должна будет полностью восстановится.

Шоковое состояние Алексея начало проходить, и только теперь он смог немного оглядеться и понять, что находится не на больничной кушетке, а в открытой прозрачной капсуле, а его палата представляет собой длинное светлое помещение с огромными круглыми окнами. Бесконечный ряд закрытых капсул, с людьми внутри, уходит далеко вглубь помещения. И лишь вдалеке отчётливо видна ещё одна открытая капсула, у которой сидят два человека и молча смотрят на голограмму девушки, монотонно объясняющую суть исправительной программы. Судя по всему, на Земле только что произошла ещё одна смерть.

Алексей не мог во всё это поверить. Его взгляд сверлил белую стену палаты, а в голове крутились воспоминания о бывшей земной жизни. Но теперь они уже казались ему просто сном. Нет, не может быть. Это просто невозможно. Они же там. Они живут без меня, чувствуют горе утраты. Я же был частью их жизни, а они частью моей. И теперь меня там нет. Алексей осторожно вынул из шеи трубки и на удивление легко встал с кровати. Тело совершенно не чувствовало усталости, а от опьянения, которым была затуманена его голова всего несколько минут назад, уже не осталось и следа. Он накинул на себя тонкий синий халат, лежавший на спинке стула, подошёл к окну, и перед ним предстал необычный пейзаж.


Схемы судьбы

Подняться наверх