Читать книгу Запечатанная книга. Образ будущего: кризис понимания. 2-е издание - Юрий Ротенфельд - Страница 4

II. Какой быть философии?

Оглавление

Характерной особенностью человеческой истории является развитие трех социальных феноменов, обусловленных интересами мыслящих, верящих и действующих индивидов. Мышление человека связано с обобщенным отражением реальности и решением тех или иных задач, с его научно-технологической деятельностью и образованием, вера — с повседневными ожиданиями людей, формирующими ход будущих событий, с убежденностью в осуществление этих ожиданий, а действия — это взаимоотношения между человеком и его окружением, обусловленные существующим воспитанием. Причем, все три феномена – мышление, вера и действие как интеллектуальный, духовный и социальный ресурс определяют виртуальные потенции общечеловеческой эволюции, в рамках которой совместно развиваются и сами эти атрибуты человеческого характера. Во всех трех ипостасях налицо определенный прогресс, хотя прогресс в деле человеческого общения и веры мог бы быть заметнее.

Причина отставания, на мой взгляд, в отсутствии понимания объективных законов общественного и индивидуального развития. И, прежде всего, в отсутствии адекватных понятийных средств, превращающих философию и родственные ей гуманитарные дисциплины в объективное знание, в котором на тот или иной вопрос, подобно естественным наукам должен существовать один, и только один ответ.

Вместе с тем, все попытки философов взвешенно оценить прошлое, получить определенность в понимании настоящего и хотя бы как-то предвидеть будущее общества, а, значит, понять эволюцию мышления, веры и человеческих взаимоотношений пока не привели к успеху. Причем, даже методы естественных наук, с их логическими связями не в состоянии были описать законы взаимодействий между людьми, которые в отличие от естественнонаучных законов обусловлены тем, что наше мышление активно влияет на события, в которых мы участвуем. Оно искажает картину и не позволяет нам присваивать право на абсолютную истину.

Возникла ситуация, когда без четкой и однозначной интерпретации всех социальных взаимодействий невозможно предсказать будущий ход событий. Ни одна из существующих секулярных или религиозных идеологий, практически, не способна убедительно ответить на актуальные вопросы современности, объяснить наше теперешнее состояние, и предсказать, что должно произойти с нами завтра. Не означает ли такое положение, что существующий сегодня плюрализм мнений – это вовсе не достоинство нашего времени, а его недостаток, свидетельство всеобщего непонимания законов истории, доказательство субъективности прогнозов, фактор, обусловливающий возможность глобальной социальной катастрофы?

Такой разброс мнений обусловлен объективными причинами и, прежде всего, различным уровнем развития людей в возрастном, социальном, духовном или интеллектуальном плане. И он предполагает терпимость и к чужим верованиям, и к чужим мнениям. Но эта толерантность вовсе не означает, что каждый по-своему прав, что принятие решений, особенно на государственном уровне, можно доверить или несовершеннолетним детям, или недоразвитым в каком-либо отношении взрослым.

Истина в том, что будущее всего человечества, подобно генетическому коду отдельного индивида, запрограммировано бытием. И зная законы общественного развития, как, зная законы индивидуального развития, мы можем в общих чертах его предсказать. Будущее не трагично, хотя от самого человека, как и от самого человечества, зависит, идти ли ему по предназначенной дороге вперед, или на каком-то из этапов возвратиться назад. Двигаться по этому пути быстро или медленно, оборвать движение по кругу жизни сразу или приближать свой конец постепенно, выбрав для этой цели любой из возможных вариантов.

И в этом плане каждый последующий шаг нашей личной жизни, как и всего человечества, во многом зависит от нас. Но это не веер возможных направлений индивидуального и социального развития, а жесткая необходимость: либо движение по предначертанному пути и выполнение своей вселенской миссии, своего космического предназначения, либо прозябание и последующая гибель. Осмысление индивидуальной или национальной жизни надо проводить не вообще, а в соответствии с движением общечеловеческой истории!

Ставка на приоритетное развитие научного мышления привела только к одному – к диспропорции между образованием и воспитанием. В результате – интеллектуальное развитие человека значительно опередило его духовное и социальное развитие, т.е. его веру и действия как способ общения с миром. Получив прекрасное образование, современный человек, зачастую, остается духовным карликом, недоразвившимся в социальном и нравственном отношении типом. Добившись власти и имея в своих руках гигантский военный и научно-технический потенциал, имея тотальную власть над людьми и природой, такой индивид, зачастую, не может умело ею пользоваться. Значит, современного человека нужно развивать не только в интеллектуальном, но и в нравственном отношении, его надо воспитывать, а, значит, нужно перевести часть денежных средств с образовательных государственных программ на нужды воспитания. Речь идет об обычном воспитательном процессе на основе понимания реальности, а не о создании некой авторитарной системы воспитания.

Вместе с тем, представители гуманитарных наук не сумели найти свежий и объективный взгляд, позволяющий понять действительность и на этой основе предложить современную идеологию, современную веру, и современную мораль. Мы не знаем, в каком направлении идти, как и зачем строить общество, совместимое и с реалиями жизни, и с возможностями биосферы, и с существующими между нами возрастными, национальными, расовыми различиями.

Чтобы решить эти проблемы, на мой взгляд, нужна совершенно новая философия, которая могла бы стать основой объективного мировоззрения. И это новое воззрение на мир призвано научить человека мыслить, верить и действовать в соответствии с теми проблемами, которые ему предстоит решать, и тем временем, в котором ему предстоит жить.

Такая философия возможна, если арсенал наших мыслительных средств пополнить рядом конкретно-всеобщих категорий – сравнительных понятий, лежащих между абстрактным тождеством и абстрактным различием. Благодаря чему многие человеческие взаимоотношения могут быть представлены в виде совокупности форм обмена ресурсами, как это имеет место в конкретных науках. И тогда общественно-исторический процесс может быть осмыслен как коэволюция, как совместное развитие всех форм действия: авторитарных и противоположных им – аллоритарных, всех форм веры: аллотеизма и аутотеизма, всех форм мышления: субъективного и объективного. Аллотеизм – это вера в реальное существование высшей духовной сферы, выходящей за пределы человека, тогда как аутотеизм – – это вера Человека в самого себя, в свой разум и свои силы.

Но оказывается, что сравнительными понятиями люди научились пользоваться задолго до нас в связи с осознанием того факта, что «все познается в сравнении». Именно это обусловило появление в 6 – 7 в. до н. э. необычной формы духовной деятельности – философии, мышление которой отличалось и от мифологического, дологического мышления, и от литературного творчества как филологической, формально-логической формы мышления. Философия сумела вобрать в себя не только духовно-практическое, но, благодаря сравнительным понятиям, – и научно-теоретическое начало, и этим стала выгодно отличаться от предыдущих форм духовной деятельности: от мифологии и литературы. При этом сравнительные понятия, которыми стали выражать свои мысли философы, «заранее продумывали за них почти все»4.

Типологию сравнительных понятий, а вместе с ними и проблему реконструкции древнегреческой философии как конкретно-всеобщего способа мышления, лежащего в основе древней, синкретической науки, предлагаю, вкратце, обсудить в данной главе. И на этом основании подумать: какой может быть современная философия?

Чтобы понять суть вопроса, вначале следует рассмотреть три типа мыслительных средств: классификационные, сравнительные и количественные понятия. При этом классификационные понятия отражают качественное многообразие мира. А пользование этими понятиями характеризует мифологическое и филологическое мышление, представляющие собой первую и вторую ступени осмысления реальности на основе отношений абстрактного тождества и абстрактного различия. Но, если мифология во многом давала фантастическое, дологическое отражение действительности, то литература, шаг за шагом, избавлялась от иллюзорных представлений, давала относительно правильное, логически непротиворечивое, хотя не всегда однозначное и соответствующее фактам описание природных и общественных явлений. Отсюда – и плюрализм мнений.

Философское мышление возникает лишь тогда, когда появляется необходимость в более глубоком осмыслении реальности, в постижении ее как гармонического единства фактов. Эта потребность обусловила появление сравнительных понятий, которые позволяют осмысливать противоречивость мира, его релятивность. Они служат средством выражения гармонии и порядка, самодвижения и самоорганизации бытия: природного и социального. Они дают возможность сравнивать и отождествлять те явления, которые принято было считать различными. И, наоборот, позволяют различать сходное, а, значит, строить все более и более общие теоретические модели мира. Кроме того, они дают возможность рассматривать мир с единых и объективных мировоззренческих позиций, что приводит к взаимопониманию. Все это было не под силу филологическому и мифологическому мышлению.

Поэтому философское мышление можно отнести к третьему этапу в развитии мышления, как более сложному и научному, нежели мифологическое и филологическое мышление, поскольку оно базируется на двух типах понятий – классификационных и сравнительных. Причем, сравнительные понятия не только расширяют арсенал мыслительных средств философии, но, главное, они наполняют ее объективным содержанием, поскольку каждое из этих понятий представляет собой объективную точку зрения на мир, на ту или иную его структуру.

Если же реальность осмысливать посредством трех типов понятий: классификационных, сравнительных и количественных, а, кроме того, на основе множества чисто математических абстракций, то речь идет о действительно научном мышлении, о его четвертой ступени.

Это означает, что на основе способности человека отождествлять и различать ситуации, на основе понимания им различий между качественным, количественным и структурным многообразием мира можно показать развитие мышления от самой простой, дологической его формы к самой совершенной — научному мышлению.


Формы мышления:


1. Мифологическое – дологическое мышление классификационными понятиями.

2. Филологическое – формально-логическое мышление классификационными понятиями.

3. Философское – диалектико-логическое мышление классификационными и сравнительными понятиями.

4. Научное – мышление классификационными, сравнительными и количественными понятиями.

С учетом освоения трех типов понятий, отражающих этапы в развитии мышления, следует рассмотреть учения древнегреческих философов. Однако до появления их теорий мифический Прометей (предвидящий) уже научил людей различать количественное и качественное многообразие мира, т.е. научил их считать и писать. Поэтому на философов Древней Греции легла новая задача – дать людям сравнительные понятия. И они научили людей осмысливать действительность с объективных точек зрения и на этой основе получать соответствующее фактам теоретическое знание. При этом каждая философская школа выбирала свою объективную гносеологическую позицию, т.е. ту точку зрения, с которой и рассматривала бытие.

4

Гадамер Г.-Х. Истина и метод. – М., 1988. – С. 147.

Запечатанная книга. Образ будущего: кризис понимания. 2-е издание

Подняться наверх