Читать книгу Железные лилии - Александра фон Лоренц - Страница 5

Помолвка

Оглавление

– Где этот дрянной старик? – в коридоре замка Кольчестер раздался рев Альмера и гулкий грохот его тяжелых шагов. – Этот Дирк Хоукхарт, граф Эссекс? Я желаю взглянуть ему в лицо! – он звонко стучал коваными сапогами по каменному полу и орал так громко, что из всех дверей стали выглядывать испуганные лица. Ударом ноги Альмер распахнул дубовую дверь – с кровати метнулась голая девушка.

– А, Мона! – ухмыльнулся граф. – Ты уже выросла. А когда я последний раз видел эту грубую физиономию, – он указал в сторону отца, – ты была еще совсем юная!

– Прикройся! – рявкнул на нее старик, натягивая штаны.

Служанка явно не спешила покидать спальню, с интересом рассматривая молодого хозяина.

– Брысь! – беззлобно поторопил ее старый граф, и она исчезла.

Наконец Дирк поднялся, подошел к сыну, рассматривая его, и вдруг сильно ударил его открытой ладонью в плечо. Альмер пошатнулся, но устоял. Отец размахнулся еще сильнее, но его рука была перехвачена графом и опущена вниз.

– Неплохо, сынок! Есть силенка! – удовлетворенно заметил старый Хоукхарт.

Он явно любовался сыном. Мужчины стояли друг против друга. Молодой – высокий, широкоплечий, с густой черной шевелюрой. Пожилой тоже высокого роста, крепкий, хотя и с наметившимся животом, но с гордой осанкой. Лицо у него было красноватое, на голове копна рыжих с проседью густых волос.

Отец Альмера, Дирк Хоукхарт, граф Эссекс, признавал только силу. Дед Альмера, норвежский ярл, захватил поместье Хоукхарт силой и силой принудил наследницу графов Хоукхартов выйти за него замуж. В таком же духе действовал и его сын Дирк, захватчик по характеру и жестокий воин. Такими Дирк воспитывал своих сыновей. Трое братьев Альмера от первой жены графа Эссекса, английской наследницы, были точные копии своего отца – наглые, свирепые и беспощадные. Альмер был сыном второй жены Дирка, дочери ирландского барона, прекрасной черноволосой женщины с ярко-синими глазами. Но матери Альмер не помнил, она умерла родами. Его воспитала экономка Регина, которую он помнил красивой и статной женщиной, – отец насильно затащил ее к себе в кровать еще при жизни матери.

– Ну, садись, сынок, – указал на стул Дирк. – Вижу, на пользу пошли тебе и Палестина, и отцовские зуботычины. Конечно, доставалось тебе от старших братьев, но воспитывал тебя я правильно. Видишь, какой результат? Орел!

И старик теперь уже легонько похлопал сына по плечу, хотя тот еще поглаживал его после первого удара.

– Это тебе за дрянного старика, – засмеялся Дирк, – ну да ладно, я не обижаюсь. Пусть юные леди обижаются, а мы мужчины, воины – так и должны общаться! Я жизнь прожил, сынок, и скажу тебе, кто прав в нашем мире! Правильно! У кого больше кулак! – сам ответил за сына старик. – Да еще тут должно быть, – Дирк постучал по тому месту, где обычно висел кошелек. – Но я этим тоже тебя не обидел. Всем сыновьям досталось по замку! Никого не обидел старый Хоукхарт! А что мне оставил отец? Лишь одно поместье! Вот и смотри, как я заработал! Всем сыновьям по замку!

– А Рей? – поправил его сын.

– Есть такие правила, Альмер, – протянул старик, – сладких пирожков никогда не хватает на всех! – и он потрепал Альмера по голове, как будто тот был еще совсем маленьким. – Славному парню Рею Богом отведена роль бастарда в этой жизни. У каждого своя значимость.

– Богом? – ехидно проговорил граф.

– Все, что творим мы, – старик набожно поднял глаза к небу, – все в руках Господних. Но я и его тоже не дам в обиду! Уже договорено. Графиня Анна Фолкхерст! – старый граф поднял к потолку свой толстый палец. – Два замка!

– Ты хочешь сказать, что это ты договорился?…Но ей сто лет в обед! – воскликнул Альмер.

– Сто? Не сто, а еще нет и сорока, курочка еще может нести яйца! – и Дирк опять захохотал. – Два замка, сын, я повторяю для тугодумов – два замка! А любить можно и другую, сердцу не прикажешь.

– Как ты, отец, например! – ухмыльнулся рыцарь.

– Неправда, Альмер, – запротестовал Дирк, – я любил твою мать!

– Ты любил мать и одновременно любил Регину…

– И Регину, и твою мать, и даже Мону люблю… – на секунду задумался старик, – я их всех люблю! Так уж я устроен. Люблю женщин. Люблю вино. Люблю драться. Одним словом, люблю жить!

Мужчины улыбнулись.

– И тебе советую, сынок, – старик придвинулся к Альмеру поближе и улыбнулся, – бери от жизни побольше! Сам бери, не жди, что тебе принесут на блюдечке. Вот поехали вы с Реем в Палестину. Молодцы! С мечом в руках взяли себе, что хотели! Так ведь?

– Ну, в общем-то да, – ухмыльнулся Аль мер.

– И думаю, неплохо взяли, – похвалил старик, – так и надо. И этих боровов Хью, Уно и Кирка нужно тоже туда отправить! Зажрались тут на моей шее, – старик похлопал себя по толстому, красному загривку. – Конечно, они сами управляют своими имениями, живут самостоятельно, но где же рост? Где развитие? Надо побольше перчику настоящему мужчине! Вот вы с Реем молодцы! Поехали и привезли. Да, еще вот что! Я уже и насчет тебя договорился. Ты у меня всегда был любимцем, Альмер!

Сын недоверчиво улыбнулся.

– А что, не веришь? – запальчиво спросил старик. – Кого любят, того и чубят! Видишь, какой ты стал? Что, разве я не приложил к этому свою руку? Вылитый герцог!

Альмер сделал вид, что удивился. Он уже знал, почему их с Реем вызвали из Палестины.

– Не вытягивай физиономию, как осел, тянущийся к сену! – засмеялся Дирк. – Будешь герцогом Норфолком!

– Мы воевали вместе с ним в Палестине, – сказал граф.

– Да, он тебя хорошо знает, – согласился старик. – И очень хорошо отзывался о тебе. И еще – это мой старый друг! Отец все сделает для своих сыновей. Я уже переговорил с ним. Двенадцать замков! Ты будешь самым могущественным из моих сыновей! Герцог Хоукхарт! Звучит!

– Не совсем понимаю…

– Старик уже ждет тебя. Ему уже недолго осталось… – продолжил отец. – Его дочь Алисия, конечно, не подарок. Но что же – за все нужно платить, сын мой. Игра стоит свеч! Накинь ей на лошадиную морду камзол и продолжи род Норфолков, как просит герцог! Пользуйся умело и тем мечом, и этим! – и старик грубо пихнул Альмера рукой в пах, так что тот чуть не вскочил с ног. – Не бойся – не лишу своего лучшего сына наследников! – захохотал старик. – Видишь, и сам я еще ничего. Что, сомневаешься? – Дирк вызывающе посмотрел на сына. – Спроси Мону.

– Но я не могу на нее даже смотреть, отец! – воскликнул Аль мер.

– Ты хочешь сказать, что тебя не слушается твой друг? – опять рассмеялся старик. – Я не знал таких проблем в твоем возрасте. – Дирк склонился к уху сына и громко зашептал ему в ухо, так что оно заболело. – Ты знаешь, я всех хотел – и девиц, и теток постарше, и мне все казались красивыми. А что, тебе, чтобы переспать, нужна богиня?

– Нет… – недоуменно ответил сын.

– А знаешь, зачем наш король гнал перед армией целое стадо овец? – старик опять дико заржал. – Лучше овца, чем ничего. Для хорошего мужика и овца сгодится!

Альмер поморщился.

– Ладно, сынок, готовься к герцогу на аудиенцию. Он тебя ждет, – уже серьезно заговорил старый граф. – А сейчас за стол, за стол. Будем пировать! Не часто сыновья возвращаются из Палестины! Зови Рея! Я его тоже хочу обнять по-отцовски!


Пир уже подходил к концу. Гости постарше, откинувшись на спинки стульев, с удовольствием наблюдали за пируэтами акробатов – худеньких мальчика и девочки. Мальчик ловко жонглировал горящими факелами, причем один из них неизменно оказывался у него в зубах. Девочка же изгибалась и танцевала вокруг него, как грациозная лань. Порой она прыгала через голову, мягко и бесшумно приземляясь, как это умеют делать только кошки.

Молодежь вышла на свежий воздух. Заезжий менестрель уже закончил свою балладу, и начались веселые танцы. Дочь старого герцога Норфолка Алисия тоже старательно выплясывала в общем хороводе. Ее высокая фигура в роскошном платье неуклюже выполняла женские движения. Казалось, поменяйся она местом с кем-либо из молодых людей – и сама поведет девушку по кругу.

Альмер обратил внимание, что герцог поморщился. Видимо, раны так и не зажили после того страшного сражения, когда сарацины окружили их небольшой отряд. Альмер со своим братом разметали тогда окруживших герцога Норфолка врагов, но было поздно – поверженный герцог лежал распростертым на горячем палестинском песке. Эверард Норфолк на мгновение пришел в себя и спросил, где его сын. Сын герцога был убит. Горю старика не было предела. Возможно, поэтому восточные лекарства и не смогли вылечить его раны. К делу приступили английские лекари, когда Норфолк был вынужден вернуться из Палестины. Альмер видел, что и здесь лечение не принесло успеха. Герцог был бледен и держался за бок.

Увидев, что рыцарь наблюдает за ним, Норфолк улыбнулся и подмигнул Альмеру. Затем он встал и двинулся к выходу. В дверях больной повернулся и снова посмотрел на графа. Альмер понял, что хозяин замка приглашает его к себе.


– Друг Альмер, – начал герцог, полулежа на кровати, – что же ты не весел? Почему не пляшешь с девушками во дворе?

– Уже не занимают меня безмятежные игры, милорд, – скупо улыбнулся граф. – Бои и сражения проплывают перед глазами, больно за тех, кто не вернулся из Палестины.

– Не нужно думать об этом, – на глазах старика блеснула слеза. – Бог взял их в рай, а наш долг закончить здесь начатое дело. Скоро и я отправлюсь вслед за своим Ирвином… да, да, – герцог поднял руку, останавливая возражения Альмера. – Это так, друг мой…

Норфолк поморщился и потер бок.

– У меня к тебе разговор, Альмер, – продолжил он. – Это важно, и поэтому прошу выслушать меня серьезно. Ты спас мне жизнь, и мы повязаны кровью. Думаю я, что это знак Божий мне, старику. Остался мой род без наследника. Славное имя Норфолков сгинет в веках. Грустно мне от таких мыслей. Мой отец и мой дед, Тристан Отважный, взирают на меня с небес. И они не простят такого последнему из Норфолков!

Герцог внимательно посмотрел на молодого мужчину. Альмер сидел на краю стула, упершись локтями в колени. Его задумчивый взгляд был направлен куда-то в пространство. Он знал, о чем будет этот разговор, отец обстоятельно побеседовал с ним после приезда из Палестины.

– Это моя последняя просьба к тебе, Альмер.

Граф поднял вопросительный взгляд на больного.

– Я прошу тебя сохранить наше славное имя. Возьми в жены мою дочь Алисию. Знаю! – герцог остановил жестом нетерпеливое движение собеседника. – Она не красавица. Скажем больше… я, как мужчина, вполне понимаю тебя. Я сам недоволен своей покойной женой, что родила мне такую неудачную девочку. Но она также принесла мне и огромное приданое. Зато сыном, которого она мне подарила, был бы доволен любой отец. Да что тебе рассказывать, ты сам знал графа Ирвина! – На глаза пожилого человека опять набежала скупая слеза, которую он смахнул исхудавшей рукой. – И планы относительно ее были совсем другими. Когда был жив мой сын, я не думал, что мне вообще придется выдавать замуж Алисию. Она была предназначена Богу, должна была стать аббатисой в монастыре, который она бы выбрала по своему усмотрению.

Норфолк опять положил руку на сердце.

– Пусть брак будет по расчету, не по любви. Единственное, что я хочу, чтобы у вас родился наследник рода. И ты должен взять наше имя. Ты достоин такой чести.

Норфолк приподнялся. Было видно, что сделать это ему уже было нелегко.

– Ты получишь двенадцать замков, имения, богатство, земли, славное имя Норфолков. Неужели не стоит мужчине ради всего этого немного попотеть? – граф хрипло рассмеялся. Улыбнулся и Альмер.

– У нас, мужчин, должно быть хорошее воображение, не правда ли? – и пожилой мужчина закашлялся. – Ты сможешь иметь любовниц сколько захочешь, Альмер, – опять улыбнулся герцог. – Кто тебе, герцогу, может отказать в этом?

– Но Алисия… – начал было граф, но старик прервал его:

– Алисия не будет возражать. Она и так не очень-то интересуется мужчинами. Все монастырь да молитвы. Пусть будет довольна, что хоть иногда покрасуется рядом с таким мужчиной.

Старый Эверард встал и вытянулся во весь свой еще немалый рост.

– Это моя предсмертная воля! – неожиданно твердо произнес он и пошатнулся. – И попробуй только отказать старику!

Альмер подскочил к больному и поддержал его за локоть.

– Что вы, милорд! – тихо проговорил он. – Это большая честь для меня.

– Да и сестра моя не возражает против замужества с твоим любимым братом Реем. Она, конечно, не Алисия, немного приятнее, но редкостная дура. Но все же титул графа и два больших имения принесет своему мужу в приданое. Ей тридцать пять лет, и она не смогла родить своему лорду наследника. Хотя тот был могучий воин. Ты же его знаешь, был у него оруженосцем. Пусть Рей возьмет себе наложницу и сделает ей ребенка. Я думаю, сестра с удовольствием будет растить сына своего мужа, у нее нерастраченное материнское чувство. Пусть лучше займется ребенком, чем своими котами!

Железные лилии

Подняться наверх