Читать книгу Четверо против оборотня - Сергей Сухинов - Страница 3

Глава 2
Эх, загублено лето!

Оглавление

На следующий день к обеду из Тулы приехали родители. Они выглядели усталыми, но очень довольными.

– Вот что, сынок, – сказал Андрей Данилович, когда все семья уселась за обеденным столом. – Дело идет к тому, что мы к осени купим машину. Да и не развалюху какую-нибудь, а новые «Жигули»!

Лёнька изумленно захлопал ресницами.

– А на какие деньги? Вы что, клад нашли?

Родители добродушно рассмеялись.

– Можно сказать, что и клад, – кивнул Андрей Данилович. – Понимаешь, съездили мы на похороны, попрощались с моей покойной теткой Аграфеной Матвеевной, как положено. А на поминках узнали новость. Оказалось, Аграфена Матвеевна оставила в наследство свой деревенский дом. Прямых родственников у нее не осталось, так что на этот дом претендуем только я да мой старший брат. Ну, мы посидели вчера с Петром за поминальным столом, покумекали, и решили теткин дом продать. Вроде, уже и покупатель объявился. Много не дает, но нашей доли на «Жигули» хватит!

Лёнька радостно захлопал в ладоши.

– Вот здорово! А где же мы машину поставим? Ведь у нас и гаража-то нет!

Андрей Данилович одобрительно похлопал сына по плечу.

– В корень смотришь, Лёня. Конечно, на нашем участке десять машин поставить можно, места между яблонями хватит. Но это не дело, так мне кажется. Мы с матерью три года деньги на машину копили – теперь, вроде, они ни к чему. Может, стоит их на гараж пустить, а?

Анна Леонидовна сразу же поправила мужа:

– Только подвал надо под тем гаражом сделать. Наш-то погреб под домом уж больно маловат. Да и вырыли его при царе горохе – в любую минуту стены рухнуть могут. У всех соседей под гаражами большие подвалы вырыты – хоть танцуй! Неужто вы, два мужика, такой подвал для меня соорудить не сможете?

Андрей Данилович налил себе очередную стопку водки, залпом выпил ее и весело посмотрел на сразу же насупившегося Лёньку.

– Чего поскучнел, сынок? Неохота летом в земле копаться, верно? Конечно, гулять и собак гонять куда лучше. Мозолей от безделья не натрешь, и спину от лежания на диване не натрудишь. Но не зря ведь говорится: без труда не выловишь и рыбку из пруда! Придется нам с тобой, Лёнька, поплевать на ладони, взяться за лопаты и начать копать котлован под гараж. Небольшой – пять на пять метров. Ну а в глубину, думаю, метра три хватит.

Лёнька чуть не поперхнулся куском хлеба.

– Да ты что, пап! Это же будет… э-э, целых семьдесят пять кубов! Понимаешь, какую кучу земли нам предстоит перекидать?

– Ничего не поделаешь, – пожал плечами Андрей Данилович. – Перекидаем как-нибудь с божьей помощью.

Лёнька хитро прищурился.

– А может, нам позвать на помощь экскаватор, а? Он-то за день с такой работой справится! Пап, ты же можешь договориться у себя на ферме, у вас там много разных машин есть!

Мать сердито нахмурилась.

– Еще чего надумал! Только пусти экскаватор на наш участок, и все, на саде можно крест поставить. Он здесь такого наворотит!

– Это точно, – кивнул Андрей Данилович. – И потом, Лёнька, не забывай – на нашем участке нельзя экскаватором копать. Нельзя! Соседи тоже такое не одобрят – сам понимаешь, почему.

Лёнька тяжело вздохнул и опустил голову. Да, он знал, почему нельзя было здесь копать экскаватором, но от этого легче ему не стало. Семьдесят пять кубов… Да это же целая гора земли! Если в день выбирать из котлована по кубометру, то работы как раз на все лето и хватит! А как же каникулы? Когда купаться, собирать землянику и грибы, играть в футбол, просто шататься с ребятами по улицам – и самое главное, когда читать?

– Может, обойдемся без подвала? – спросил он, с тайной надеждой поглядев на мать. Но та только сурово нахмурилась.

– Еще чего надумал! А где мы картошку хранить будем, и другие овощи? В погребе под домом урожай не помещаются. Да и сыро там, со всех стен капает. К весне почти все сгнивает. Ведь этому погребу уже восемь десятков лет! Все соседи уже нормальные подвалы себе соорудили, чем же мы хуже? Нет уж, мужики, хотите кататься на дармовой автомашине – извольте хотя бы малость потрудиться!

– Ничего себе – малость! – фыркнул Лёнька.

Анна Леонидовна рассмеялась.

– Тебе бы, конечно, только книжки днями напролет читать, трутень!.. Да ты не куксись, Лёнька. В августе мы с отцом выпросим по паре недель в счет отпусков, позовем всех родственников в округе, дружно навалимся, и все доделаем! А уж потом, когда подвал соорудим, то гараж быстро построим. Мой сводный брат Василий, как-никак каменщик, ему трех дней хватит, чтобы стены сложить из бетонных блоков!

– Скажешь тоже – трех! – хмыкнул Андрей Данилович, доставая из пачки папиросу и разминая ее в грубых, желтых от солярки пальцах. – За день отмолотим! Из блоков – это плевое дело. Потом еще день надо положить на крышу, полдня на установку железных ворот… Вообщем, трех дней на все про все запросто хватит. Да и помощников в этом деле сколько хошь. А вот копать котлован мало охотников найдется. И это грязное дело придется нам взять на себя, сынок. Зато обещаю – чуток подрастешь, и начну тебя учить водить машину!

На этом разговор и закончился. Расстроенный донельзя Лёнька поплелся в свою «старую башню» и не выходил оттуда да самого вечера. Сидя в кресле возле окна, он грустно смотрел на сад. Конечно, экскаватору тут негде развернуться. Как ни крути, а пару-тройку яблонь он наверняка бы сломал. Мать такого безобразия ни за что бы не стерпела! Да и не только в одних яблонях тут дело…

Эту тайну не знал никто из лёнькиных друзей. Больше того, далеко не все взрослые петровские жители знали о том, где стоит дом Кротицыных. А те кто знали, помалкивали. Андрей Данилович и Анна Леонидовна пользовались уважением у петровских жителей – чего же их зазря травить разными разговорами?

Сам Лёнька дожил до восьми лет, и даже не подозревал, на каком месте стоял их дом. Все, что он узнал от отца – это то, что усадьба Кротицыных располагалась на краю бывшего огромного княжеского парка. Он был разбит в начале 19 века – тогда же, когда на месте деревянных хоромов боярина Петра Прозоровского, прежнего владельца Петровского, был построен белокаменный особняк князей Голицыных. От тех далеких времен на участке Кротицыных сохранилась каменная беседка и огромный ливанский кедр – удивительное южное дерево, родина которого находилась аж на самом побережье Средиземного моря.

Но, как оказалось, земля рядом с лёнькиным домом хранила и другие секреты…

Лет семь назад отец нанял нескольких мужиков и принялся копать на краю участка второй колодец. Водопровода в деревне не было, а одного колодца для полива большого сада и огорода не хватало. Лёнька, понятное дело, начал болтаться у взрослых под ногами, сгорая от любопытства. Его сердито отгоняли – мол, нечего здесь шастать, еще провалишься в яму!

Но Лёнька все же улучил удобный момент, и пробрался тайными тропами к новому колодцу вдоль забора, прячась в зарослях малины. Он выбрался наружу, только оказавшись за огромной горой из песка и глины. Взрослые, занятые работой, не заметили его появления, и потому Лёнька спокойно начал лепить из влажной глины, словно из пластилина, маленькие домики и башенки. Увлекшись, он не глядя протянул руку за очередной порцией глины – и вдруг нащупал пальцами что-то твердое и гладкое.

Оказалось, что в желто-коричневой горе лежал какой-то довольно большой округлый камень, облепленный со всех сторон глиной. Лёнька поначалу хотел было отбросить его в сторону, а потом передумал. Камень с голову величиной показался ему до странности легким. «А что если это огромная морская раковина?» – подумал мечтательно Лёнька. Как раз на днях воспитательница детского сада Варвара Сергеевна рассказывала о том, что когда-то, миллионы лет назад, место, где нынче располагалось Петровское, было дном огромного моря. А где море, там и раковины, разве не так?

Обрадовавшись своей догадке, он начал лихорадочно счишать со странного камня твердую глину. Она никак не желала счищаться, и тогда Лёнька тихонько отнес «раковину» к дому, налил в корыто воды и вновь терпеливо принялся за нелегкую работу.

… Анна Леонидовна трудилась над изготовлением очередной порции пирогов, когда услышала с улицы дикий вопль сына. От неожиданности она выронила миску с мясной начинкой и схватилась за сердце. Неужто Лёнька все-таки свалился в яму?!

Она пулей вылетела из дома – и остановилась, увидев, что возле крыльца стоит зареванный Лёнька и с ужасом показывает пальцем на корыто. В мутной желтой жиже лежал… серый человеческий череп!

– Ах ты, боже мой… – прошептала Анна Леонидовна и торопливо перекрестилась. – Докопались все-таки до чьей-то могилки… Эй, мужики! Куда вы смотрели, олухи несчастные?

Вскоре прибежали Андрей Данилович и двое его подручных. Увидев череп, они оторопели.

Рытье колодца было приостановлено почти на неделю. За это время родители Лёньки с помощью немереного количества бутылок водки сумели-таки уговорить двух подручных держать язык за зубами.

Вот так Лёнька и узнал, что его дом, сад и огород были разбиты на месте древнего петровского кладбища!

Оказалось, что именно здесь, на высоком берегу Москва-реки, первые петровские жители хоронили своих покойников. Началось это еще в середине шестнадцатого века, когда было основано Петровское. Стояла где-то здесь и деревянная часовенка, построенная еще боярином Прозоровским. Она сгорела в конце 17 века при загадочных обстоятельствах.

В 18 веке Петровское отошло к князьям Голицыным. К тому времени на старом погосте уже давно не хоронили – новое кладбище появилось в другом конце деревни, рядом с сосновой рощей. Расширяя свой парк, князья протянули его вдоль Москва-реки до бывшей часовни, и обнесли оградой. Прошли годы, десятилетия. Первое петровское кладбище сошло на нет как-то само собой, и превратилось в часть княжеского парка. Тогда-то здесь и был посажен ливанский кедр и поставлена каменная беседка.

После революции вся прибрежная часть парка была отдана петровским жителям для поселения. Дед Андрея Даниловича, Данила Кротицын, одним из первых построил здесь дом. Зная, какое место ему досталось, он не решился рыть большой подвал, и обошелся небольшим погребом.

Услышав этот рассказ, Лёнька почувствовал, что его словно бы кто-то ударил пыльным мешком по голове. Вот это да! Выходит, его дом и сад стоят… на костях мертвецов?

Несколько недель он боялся ходить по саду. А когда родители начали копать картошку на огороде, он убежал в свою комнату и заперся там на щеколду. Ему казалось, что вместо картошки родители вот-вот начнут выкапывать черепа да кости, а то и целые скелеты!

Но конечно, ничего такого не произошло. Отец потом долго объяснял ему, что древнее кладбище за долгие столетия покрылось толстым слоем земли, и теперь захоронения находились на глубине по крайней мере в три, а то и все четыре метра. Да и к тому же, большинство костей уже истлело, превратилось в прах и смешалось с землей. Это просто чудо, что при рытье колодца они нашли совершенно целый череп!

Лёньку эти слова успокоили, но не очень. По-прежнему по ночам его мучали кошмары. Любой шорох в темном саду он принимал за шаги покойников. А если они иногда в самые темные ночи выкапываются из земли и бродят между деревьев? На всякий случай Лёнька стал поплотнее закрывать занавеску на своем окне.

Разумеется, он и словом не обмолвился приятелям о жуткой тайне своей усадьбы. Но легче от этого ему не стало. Повзрослев, Лёнька решил, что надо тренировать нервы. Вот тогда он и увлекся сначала фильмами-ужастиками, а затем начал всеми правдами и неправдами раздобывать «страшные» книги в деревенской библиотеке и у приятелей.

И постепенно все пришло в норму. Лёньке даже стало нравится читать про всякие ужасы. Среди одноклассников он завоевал славу «человека без нервов». Дошло до того, что трое закадычных приятелей – Антон, Родик и Тёма, прозванные за свою неразлучность АРТ, готовы были принять его в свою компанию.

И вот тебе на! Так чудесно начавшееся лето грозило полететь коту под хвост. Мало того, что теперь его прикуют к лопате, словно египетского раба. Еще хуже было то, что теперь запросто могут вновь ожить его детские страхи. Подвал размером пять на пять, да еще в три метра глубиной – это вам не колодец! Тут столько можно раскопать черепов да скелетов – мало никому не покажется. Соседи, конечно, возражать против котлована не станут – сами такие копали в свое время. Но и экскаватору не дадут громить могилы древних петровских жителей своим беспощадным стальным ковшом. Лопаты – это другое дело. Но лопатами перебросать семь с половиной десятков кубов земли… Это же жуть, как много!

Невеселые мысли Лёньки были прерваны голосом отца:

– Эй ты, мечтатель? Куда спрятался? Выходи, пора приниматься за работу! Как говорится, чем раньше начнем, тем раньше закончим!

Четверо против оборотня

Подняться наверх