Читать книгу Подводный патруль - Сергей Зверев - Страница 6

Глава 6

Оглавление

– Товарищ командир, – дежурный офицер связи поднялся со своего места и подошел к Морскому Волку, протягивая листок бумаги, – вам срочная шифрограмма из штаба Балтфлота.

– Что там еще? – обеспокоенно пробурчал Макаров, принимая депешу. Недовольство командира можно было понять. Сколько он себя помнил, поздравлений по шифрованному каналу из штаба флота не присылали никогда. Только приказы или новые вводные. И, как обычно, тогда, когда до родной базы остается всего-то несколько суток ходу. Так, пустяки, обогнуть Скандинавский полуостров.

Хоть не читай, честное слово! Экипаж почти месяц не видел берега, и у Морского Волка поднакопилось приличное количество неотложных дел: коммунальщикам заплатить, а через пять дней неплохо бы попасть на свадьбу к однокурснику, опять же – просто хотелось посидеть вечерок в ресторане «Волна», попить водочки, познакомиться с какой-нибудь прекрасной незнакомкой…

Илья Валентинович со вздохом развернул сложенный пополам листок. Быстро пробежав по тексту глазами, Макаров протянул послание старшему помощнику.

– Владимир Борисович, проложите новый курс на Мурманск. Сколько до него?

– Да, наверное, в перископ видать, – пожал плечами штурман, глянув на приборы, – мили две, две с половиной.

– Поднять перископ, – приказал командир и прильнул к окуляру. В перископном кругляше отчетливо был виден грузовой порт северного российского города. Можно было даже разглядеть попивающую пиво бригаду отдыхающих докеров. Везет же людям! Пивко потягивают, на солнышке греются. Что ни говори, а лето – штука хорошая…

– Командуй, старпом, – распорядился Морской Волк, разглядывая береговые пейзажи, – идем на мурманскую базу. Запросите разрешение на вход. По-видимому, нас там уже дожидаются, – добавил капитан второго ранга, углядев в мощный оптический прибор до боли знакомую легковушку со слегка тонированными стеклами. Номера на машине разглядеть на таком расстоянии было невозможно, но Макаров голову мог бы дать на отсечение, что это лимузин его непосредственного начальника вице-адмирала Столетова.

Спустя некоторое время субмарина вошла в подземный бокс. Как предмет научной гордости и вершина секретных российских технологий, «Макаров» никогда не афишировал своего присутствия. Где бы ни находился. Тем более на военно-морской базе. Технологии ведь сейчас такие, что со спутника можно прочесть выставленную в витрине киоска газету, не то что разглядеть главное достижений наших ученых – внешнее покрытие, делающее подводную лодку практически невидимой. А по характеру обшивки можно догадаться и о технологии. Конечно, как всякое подводное судно, «Макаров» не мог находиться под водой бесконечно долго, и время от времени ему приходилось всплывать. Но одно дело – вынырнуть на поверхность океана в какой-то случайной, непредсказуемой точке, и совсем другое – на базе флота. Уж что-что, а такие объекты находятся под самым пристальным вниманием. И не только спутников-шпионов.

Так что даже при входе в родные пенаты приходилось соблюдать режим секретности: в подводном положении пробираться между корпусами эсминцев, тральщиков и сторожевиков.

Морской Волк не ошибся. Прямо у кнехтов подводного бункера-стоянки маялся вице-адмирал Столетов, ожидая, когда же пришвартуется субмарина.

Такие хорошо оснащенные и, главное, скрытые от посторонних глаз базы для «Макарова» имелись практически по периметру всех морских границ бывшего Советского Союза. Дело в том, что в этом самом бывшем Советском Союзе уже предпринималась попытка создать нечто, вроде «Макарова» – мини-подлодки-разведчики класса «М». Их называли «Пиранья». Маневренные, небольшие по размеру, они должны были быть способны выполнять разведывательные и диверсионные функции. В то же время настроили дюжины замаскированных стоянок и даже выпустили со стапелей около десятка субмарин, но оказалось, что эти крошки малоэффективны – раз, очень дороги в обслуживании и эксплуатации – два. Лодки небольшие, топлива много взять не могут, следовательно, радиус действия небольшой. Какие диверсии можно было совершать в своих территориальных водах? Во всяком случае, до Америки они точно добраться не могли. Но это еще полбеды. Окончательный крест на производстве этих подлодок поставил тот факт, что их легко обнаруживали. Засекали их и наши военные корабли, и натовские. Уж пытались гугукать «под китов», и кашалотами прикидывались, и бревном – ничего не помогало. А что же это за диверсант, которого за версту, точнее, за милю видать? Производство, понятное дело, закрыли, а базы законсервировали. На всякий случай. И правильно сделали, потому что для одного «Макарова», понятное дело, по всем морским границам России никто бы не стал рыть подводные катакомбы. А вот старые базы пришлись для нашей секретной субмарины весьма кстати.

Едва между подводной лодкой и берегом был перекинут мостик, как Морской Волк проворно сбежал по нему, вытянулся перед начальством в струнку и вскинул к козырьку фуражки руку:

– Товарищ вице-адмирал… – начал капитан второго ранга, но Столетов тут же остановил его:

– Вольно, Илья Валентинович, – с этими словами он подхватил Морского Волка под локоть и, словно барышню, галантно потащил в сторонку, подальше от чужих глаз и ушей.

– Мне очень жаль, Илья Валентинович, – начал с извинений вице-адмирал, когда оба моряка оказались в одиночестве, – понимаю, что участвовали в походе, в учениях и так далее, что команда месяц не была на берегу, но вам приказано через час выйти в море.

– Как через час? – опешил Морской Волк. – И на сколько времени?

– Не знаю, – честно ответил начальник.

– А продовольствие? Топливо? Вода?

– За час вас загрузят под завязку, – вице-адмирал кивнул за спину Морского Волка, в сторону «Макарова». Пространство возле субмарины на глазах превращалось прямо-таки в настоящий муравейник. Обслуживающий персонал облепил прибрежную полосу, точно мураши. Казалось, что возле подлодки клокочет какой-то хаотический ручей, но, присмотревшись, можно было разглядеть, что люди организованы не хуже этих трудолюбивых насекомых. Каждый человек действовал точно и четко, со знанием дела подключая кабели питания, трубы подачи воды и топлива, торопливо бегая с ящиками по трапу от грузовиков к открытому люку субмарины. Все происходило быстро, без лишней суеты, без шума, и Морской Волк понял: где-то случилось нечто такое, что дорог не просто каждый час, а каждая минута, если не секунда.

– Сергей Константинович, – спросил Макаров, – что произошло, где и что мне предстоит выполнять?

– Слыхал про нашу экспедицию к подводному хребту Ломоносова? – вместо ответа спросил Столетов.

– Новости смотрю, – ответил Морской Волк и добавил: – Это где-то здесь, в Арктике.

– Правильно, – поддакнул вице-адмирал.

– Давайте с этого момента поподробнее. – Макаров сосредоточился, приготовившись внимательно слушать. Случалось, и не раз, что мелочь спасала жизнь не только ему, но и экипажу его субмарины.

– А вот с подробностями, Илья, хреново, – печально произнес вице-адмирал и нервно потер висок. – Известно только, что на точку погружения научно-исследовательское судно «Академик Королев» вышло без проблем. Спускаемый аппарат был в норме, и сегодня в восемь утра по Москве батискаф начал погружение и достиг дна. Дальше квадрат накрыло плотным туманом, и откуда-то принесло поле крупного льда и айсберги. Системы жизнеобеспечения батискафа подвесили к понтону, а сами пытались вырваться и уйти. Не вышло. Получили пробоину ниже ватерлинии, и наше научное судно топориком пошло ко дну.

– Интересно, – задумчиво произнес Макаров, ничуть не смутившись тем, что перебивает своего начальника. – Отдельные айсберги в это время года – это еще куда ни шло. Бывает. Но про целые поля я что-то ничего не слыхал…

– Я тоже, – кивнул вице-адмирал и продолжал: – Спустя полтора часа экипаж «Академика Королева» подобрал шведский сухогруз, и наш капитан вышел с борта этого сухогруза с нами на связь. Понятное дело, что по причинам конспирации он нам всего рассказать не мог. Шведы, сам знаешь, они себе на уме…

– А что рассказать-то? – искренне удивился Макаров.

– Про батискаф наш, который остался на дне, – нетерпеливо пояснил вице-адмирал, – шведам знать совсем необязательно. Как и американцам.

– А янки-то здесь при чем? – Морской Волк снова не понял хода мыслей начальника.

– А при том, что на сигнал «SOS» откликнулся американский корвет и спустя два часа прибыл в квадрат. Он, кстати, до сих пор там курсирует. А поскольку миссия секретная…

– Господи, да что там секретного в этом батискафе? – искренне изумился капитан второго ранга. – Про него все уши в новостях прожужжали, и тут – на тебе! Секретная миссия!

– А вот это, Илья, не твоего ума дело. И не моего – тоже, – примирительно добавил Столетов. – Москва сказала – секретная, значит, так оно и есть.

– Понятно, – обреченно вздохнул Морской Волк, – дело привычное… Я так понимаю, что мне надо будет вызволить этих горе-ученых? – резонно предположил капитан второго ранга, глянув на своего патрона.

– Именно так, Илья Валентинович, – подтвердил вице-адмирал догадку Морского Волка. – Это решение принято на самом высоком уровне. – Столетов многозначительно воздел к небу указательный палец.

– Понятно, – смиренно произнес Макаров, на секунду задумался, прикинул что-то в уме и обратился к своему начальнику: – Тогда, Сергей Константинович, расскажите мне хотя бы то, что вам известно. Сами понимаете, – пояснил он, – тут важна каждая мелочь.

– Спрашивай, – с готовностью согласился вице-адмирал, – расскажу все, что знаю.

– Что это за секретность такая? – Морской Волк решил начать сразу с главного.

– Не знаю, – честно ответил Столетов. – Во всяком случае, по военно-морскому ведомству ничего особого не проходило. По крайней мере, ни о каких испытаниях какого-либо нового секретного оружия или каких-то систем я ничего не слышал.

– Ладно, верю, – согласился капитан второго ранга, проследив за мимикой начальника, – тогда какого лешего делать из обычной нештатной ситуации такую тайну? И как я их буду спасать? Вы ведь, Сергей Константинович, сказали, что батискаф лег на грунт, так, да? – задал он очередной вопрос начальнику, и тот согласился:

– Так. Во всяком случае, с научно-исследовательского судна пришла именно такая информация.

– А это, насколько я помню по выпускам новостей, на глубину порядка где-то около двух километров, правильно? – поинтересовался Морской Волк.

– Верно, – снова подтвердил слова подчиненного Столетов. – И что, у твоего экипажа нет навыков работы на такой глубине? – в свою очередь, задал вопрос вице-адмирал.

– Навыки-то есть, – Морской Волк неопределенно махнул рукой, – не в этом дело. Просто мне непонятно: не проще ли подогнать пару спасательных судов и спокойно, без «чрезвычайки» поднять на поверхность и людей, и эту странно засекреченную глубоководную научную консервную банку?

– Я это уже предлагал, – вздохнул Столетов, – говорил и о том, что спасательная операция с участием «Макарова» вызовет куда больший резонанс и привлечет намного больше внимания, чем просто спасательная операция гражданского флота. Не дай бог, конечно, если на тебя там кто-то нарвется, – суеверный Столетов мелко перекрестил Морского Волка, – но в штабе понимающе покивали и приказали исполнять операцию с помощью твоего экипажа. Тут, Ильюша, дело уже решенное.

– Это-то я понял, – Макаров снова досадливо махнул рукой, – я просто хочу понять, с какой стороны мне ждать подвоха. Коль уж все так сверхсекретно, значит, об этом обязательно знает кто-то посторонний. Сколько раз убеждался на личном опыте.

– Ну, Илья Валентинович, тут уж я не знаю, чем тебе помочь, – вице-адмирал пожал плечами, – я и сам-то толком ничего не знаю.

Морской Волк снял фуражку, сунул ее под мышку левой руки и забарабанил по лакированному козырьку пальцами правой, сосредоточенно о чем-то думая. Столетов тоже замолчал, не желая отвлекать подчиненного от размышлений.

– Товарищ вице-адмирал, – прервал наконец короткую паузу Макаров, – насколько я себе представляю – до хребта Ломоносова моему кораблю отсюда хода суток пять-шесть, если не больше. Я, правда, по северным морям не большой специалист, все больше по южным широтам, но так, навскидку, могу себе представить, где это.

– Все верно, – согласился Столетов. – Что ты хочешь этим сказать?

– С устройством глубоководного научно-исследовательского батискафа я, конечно, не знаком. Особенно с его секретной частью, – добавил Морской Волк с иронией, – но могу предположить, что запаса кислорода на нем, при всех ухищрениях и изысках, хватит часов на пятнадцать-двадцать. Максимум – на сутки. Сколько уже прошло времени с момента погружения?

– Четыре часа, двадцать шесть минут и сорок три секунды, – педантично ответил вице-адмирал, глянув на «Командирские». Эту марку часов он носил уже лет сорок и отказался бы променять ее даже на дорогостоящий «Ролекс».

– Сергей Константинович, – Морской Волк снова пристально посмотрел в глаза вице-адмирала, – кого мне нужно будет спасать? Или, вернее – что? Как я понимаю, живых там уже не будет. Мне нужно снять и доставить какое-то секретное оборудование?

– Нет, – вице-адмирал коротко дернул головой, – спасать надо как раз именно людей.

– Что-то я, Сергей Константинович, не понимаю, – удивился Макаров, – с математикой я вроде бы всегда дружил, а вот тут как-то у меня цифры не складываются. Я ж не птица. За два часа я до нужного места никак не доберусь.

– Доберешься, – уверенно констатировал Столетов, загадочно улыбаясь, и эта загадочность вывела из себя Макарова.

– Сергей Константинович, что вы мне голову дурите! – не выдержал он. – То в какие-то шпионские игры решили поиграть с батискафами, то теперь загадки задаете. Я так понимаю, лишнего времени нет ни у меня, ни тем более у тех, кто сейчас сидит внутри батискафа и экономит каждый глоток воздуха…

– Спокойно, товарищ капитан второго ранга, – по-доброму напомнил о субординации вице-адмирал, – не кипятись. Пока твою посудину не приготовят к отплытию, мы можем спокойно и в деталях обговорить весь ход предстоящей операции. А к месту крушения «Академика Королева» ты как раз таки и полетишь.

– Не по-о-о-о-онял… – оторопело произнес Макаров. – Разрешите узнать – это каким образом?

– Сейчас твою субмарину упакуют: на это уйдет еще минут двадцать, – вице-адмирал снова глянул на циферблат, – потом ее аккуратно сунут в военный трейлер и довезут до аэродрома. Там со всей возможной аккуратностью сгрузят в «Антей», и через максимум полтора часа ты и твоя подводная лодка вместе с экипажем будете в воздухе. Как тебе, а? Красота!

– Ага, – ошалело подтвердил Морской Волк, – как в том анекдоте – подводная лодка в песках Каракумов… Если американцы узнают о таком сверхновом виде российского оружия, они не просто охренеют, они моментально нам сдадутся.

– Я тоже так думаю, – со всей серьезностью подтвердил вице-адмирал, – жаль только, что они об этом не узнают, – с сожалением добавил он.

– Но, – прервал Макаров своего патрона, – насколько я осведомлен, взлетно-посадочных полос, способных принять такую махину, как «Антей», кроме как здесь – больше нигде поблизости нет. – Капитан второго ранга настороженно, с опаской и смутной тревогой посмотрел на Столетова, и, как оказалось, не зря.

– Так точно, взлеток здесь рядом нет, – поддакнул вице-адмирал, – но они и не понадобятся. Над заданным квадратом транспортный самолет снизится, – начал свои пояснения Столетов, – и вас выбросят прямо в море! – торжествующе закончил он.

– Ни хрена себе повидло… – только и смог произнести Морской Волк. Он был в тяжелом нокауте, и шеф быстро пояснил, пытаясь привести подчиненного в чувство:

– Не просто выбросят, конечно, а десантируют на парашютах.

– «Вчера небольшими группами, по пять-шесть миллионов человек, китайская армия стала незаметно просачиваться через государственную границу Советского Союза…» – Макаров процитировал строчку из забытого старого анекдота, ехидно посмотрел на своего начальника и спросил: – И в чью же это светлую голову пришла такая гениальная мысль? Столь сногсшибательный план спасения людей?

– В мою, – простецки ответил вице-адмирал. – А что было делать? Я сопротивлялся, по сути, но меня не послушали. А когда задача была сформулирована и поставлена, я только разработал план операции.

– Секретной, – саркастически подметил Морской Волк. – С высоты птичьего полета на американский корвет, зловеще наяривая круги, спускается российская субмарина, – с поэтическим пафосом продолжал Макаров, – ощерившись всеми пушками, радарами и торпэ-э-э-эдами. Представляю себе это зрелище… – От удовольствия капитан второго ранга даже причмокнул губами. – По такому случаю я даже прикажу экипажу поднять все флаги расцвечивания. На месте супостата я бы тут же обделался со всеми вытекающими из этого последствиями, – резонно заметил Морской Волк, заканчивая свои ораторские изыски. – Жаль, что вас там не будет, Сергей Константинович, полюбовались бы на творение рук своих. Будь моя воля, я бы всех штабных собрал…

– Не язви, – оборвал Столетов пламенную речь своего подчиненного, – там, между прочим, люди гибнут, и других путей для их спасения нет. Я бы с удовольствием принял твое предложение и полюбовался на десантирование, но, боюсь, мне, как и всем остальным, кто будет поблизости, насладиться столь грандиозным и великолепным зрелищем помешает туман, – колкостью на колкость ответил вице-адмирал.

– Хорошенькое дело! – воскликнул Макаров с обидой в голосе. – Мало того, что присвоили помимо моей воли квалификацию «подводный десантник», так еще и норовят на айсберги сбросить! Или ледяное поле куда-нибудь ушло?

– Нет, – Столетов отрицательно качнул головой, – пока еще нет. Но ваше десантирование пройдет в стороне ото льдов, – добавил он.

– Хоть одно успокаивающее сообщение, – облегченно выдохнул Морской Волк. – Сергей Константинович, – он глянул на шефа, – а почему батискаф не может просто взять – и всплыть самостоятельно? Он ведь, как я понял, не поврежден?

– Не поврежден, – подтвердил Столетов, – и режим аварийного всплытия никто не отменял. Если жизням членов экипажа будет что-то угрожать, батискаф, конечно, поднимется на поверхность, где его моментально обнаружат, а вот этого как раз допускать нельзя ни в коем случае. Причин я, как уже говорил, не знаю, – повторился Столетов, – поэтому твое задание и сводится к тому, чтобы никто не обнаружил, во-первых, ни тебя, а во-вторых, ни батискаф и членов его команды.

– Понятно, – ответил Морской Волк, – разрешите выполнять?

– Это еще не все, – остановил подчиненного вице-адмирал. – Установить точное месторасположение подводного аппарата, установить связь с экипажем и в случае необходимости принять членов команды на борт – это то, что интересует, скажем так, Москву. Но кое-что заинтересовало и меня, и начальника штаба флота.

– Что еще? – встревожился Макаров.

– Ледник, – коротко ответил вице-адмирал и пояснил: – Все метеослужбы, все сводки и анализы говорят о том, что никаких айсбергов, а тем более ледяных полей в этом районе отродясь не бывало. И вот это меня очень даже заинтриговало.

– Ну, мало ли что, – пожал плечами Морской Волк, – глобальное потепление, еще какая-нибудь ерундовина…

– К месту крушения «Академика Королева» идет спасательная подъемная платформа, – продолжал Столетов, не обращая внимания на доводы капитана второго ранга, – на месте катастрофы она, при благоприятных погодных условиях, будет дней через пять-шесть. Подойдут и наши военные. Американцев мы шуганем и спокойно приступим к спасательной операции. А до того времени тебе надо будет подойти к леднику, откуда сошли айсберги, как можно ближе и взять пробы воды и льда.

– Думаете, это не случайный оползень? – поинтересовался Морской Волк.

– Поживем – увидим, – уклончиво ответил вице-адмирал, – однако во всей этой истории многое для меня остается непонятным. И все это списывается на случайности. А случайностей я не люблю, сам знаешь, – задумчиво закончил Столетов.

– Понятно, Сергей Константинович, – в тон начальнику ответил Морской Волк, – разрешите выполнять?

– Давай, Ильюша, действуй, – кивнул вице-адмирал, – и поосторожнее там, – напутствовал он своего подчиненного.

Тем временем обслуживающий персонал закончил свою работу и сошел на берег, а к пришвартовавшейся субмарине подкатили два мощных крана и огромная платформа, которую тащил мощный шестнадцатиосный военный тягач. Субмарина готовилась совершить, пожалуй, самое рискованное и увлекательное путешествие в своей жизни: на тягаче по земле, в утробе гиганта-«Антея» по воздуху и самостоятельно по морю…

Подводный патруль

Подняться наверх