Читать книгу Холостая война - Сергей Зверев - Страница 2

Глава 2

Оглавление

На карте мира можно отыскать немало неспокойных мест, так называемых горячих точек, где периодически вспыхивают военные конфликты. Это Средний и Ближний Восток, Юго-Восточная Азия, Южная Америка и Центральная Африка. Одним словом, мало где царят мир и спокойствие. Впрочем, даже в этих местах кровь перестала литься относительно недавно.

Пожалуй, одним из самых взрывоопасных регионов на нашей планете является Центральная Азия. Тому есть несколько причин. А если быть точным – две. Во-первых, в этом регионе расположены проблемные государства, которые испокон веков не могли найти между собой общего языка в силу тех или иных причин. Такая ситуация сохраняется здесь до сих пор. Во-вторых, Центральная Азия небогата водными ресурсами. Именно из-за них возникали и, безусловно, станут еще полыхать в недалеком будущем военные конфликты. Ведь с каждым годом на нашей планете становится все меньше и меньше пресной воды.

Правда, все эти причины – глобальные, так сказать, глубинные. А есть же еще и поверхностные, повседневные: исламский экстремизм, производство и контрабанда наркотиков. Они-то и являются тем самым катализатором, который ежедневно разжигает вражду между центральноазиатскими странами. По большей части во всем этом виновато лишь одно государство – Афганистан. Именно оно является рассадником терроризма и основным производителем наркотиков в Центрально-Азиатском регионе.

Больше всего от Афганистана достается соседнему Таджикистану. Эта страна уже успела превратиться в своеобразный перевалочный пункт для наркоторговцев и воинствующих талибов, что в принципе одно и то же.

Однако так было не всегда. Еще совсем недавно на таджикско-афганской границе несли службу российские военные, которые обеспечивали стабильность в регионе. Но по каким-то причинам Таджикистан тогда отказался от их услуг. И вот теперь, когда Соединенные Штаты Америки собрались выводить свои войска из Афганистана, таджикские власти поняли, что над их страной нависла угроза. Похлеще прежней. Ведь можно было не сомневаться в том, что с уходом американцев талибы почувствуют себя еще вольнее. Они непрерывным потоком хлынут в Таджикистан, превратят эту страну в подобие своего родного Афганистана со всеми вытекающими отсюда последствиями. Поэтому высшее таджикское руководство вновь обратилось за помощью к Российской Федерации. Отказывать российская сторона не стала.

Одним из реальных объектов российского военного и геополитического присутствия в Центрально-Азиатском регионе являлась дважды Краснознаменная 201-я Гатчинская военная база, расположенная на территории Таджикистана. Она не только отпугивала талибов, но и давала работу местным жителям. Те с радостью сдавали в аренду российским военным жилье, продавали им еду и вообще чувствовали себя в присутствии русских как за каменной стенной. Ведь с тех пор, как они здесь появились, талибы стали обходить это место стороной.

Несмотря на то что в последнее время личный состав базы ни к каким реальным боевым действиям не привлекался, ее командир полковник Емельянов постоянно проводил военные учения. Он понимал, что иначе его подчиненные в ответственный момент не смогут дать достойный отпор потенциальному противнику. Некоторые его за это недолюбливали. Дескать, какой смысл напрягаться, если от нас этого не требуют? Сидели бы себе, в ус не дули, зарплату получали бы. Но таких было немного. А после того как стало известно, что Таджикистан попросил Россию возобновить военное присутствие на границе с Афганистаном, подобных персон и вовсе не осталось.

«Хорошо, что нас полкан гонял, не давал жиром заплыть. Как знал, что нам поручат границу патрулировать. Эх, чувствую, тяжелые времена нас ждут. Ведь одно дело в хорошо укрепленной базе сидеть, а другое – по горам за талибами бегать», – как-то услышал краем уха нерадостный монолог одного из офицеров Емельянов.

А вскоре командиру базы пришло предписание из министерства провести в определенный день боевые учения, которые сымитировали бы возможное проникновение на таджикскую территорию вооруженного отряда талибов. В этом же предписании говорилось, что на учения прибудет подполковник спецназа Лаврухин Владимир Николаевич – мастер диверсий, контрдиверсий и вообще участник многочисленных спецопераций. Он приедет для того, чтобы проконсультировать, а затем и самолично проконтролировать действия российских военных, которые должны будут уничтожить отряд талибов.

Что ж, для Емельянова это не стало неожиданной новостью. Более того, полкан воодушевился, воспрянул духом. Ведь ему наконец-то представилась реальная возможность показать, на что способны лучшие из его ребят. Да не кому-нибудь, а легендарному подполковнику Лаврухину, о геройстве которого он был наслышан.

С самого утра в небольшом гарнизоне, где дислоцировалось одно из отдельных подразделений спецназа дважды Краснознаменной 201-й Гатчинской военной базы, шли приготовления к встрече именитого московского гостя. Крепкие плечистые парни в беретах подкрашивали белой краской бордюры, фасады казарм, утюжили триммерами и без того идеальные газоны, подметали дорожки, вывешивали то тут, то там российские триколоры. Глядя на всю эту суету, складывалось впечатление, что в гарнизоне ожидают появления по крайней мере министра обороны, если не самого президента.

Тем временем на кухне колдовали двое поваров. Краснолицый парень тушил в казане баранину, купленную у одного из местных пастухов. Его помощник нарезал овощи, фрукты, колбасу. Он так усиленно работал ножом, что казалось, вот-вот отрежет себе палец. При этом оба истекали потом, так как вытяжка не работала, а на улице стояла жаркая безветренная погода. От окон, распахнутых настежь, не было никакого толка.

– Запаримся мы с тобой здесь. – Краснолицый парень тяжко вздохнул, протирая носовым платком вспотевший лоб.

– Не запаримся, а попаримся. Прямо как в баньке, – разрядил напряженную атмосферу его помощник и еще энергичнее застучал ножом по деревянной доске.

В это время в столовой, примыкающей к кухне, трудились жены спецназовцев. Правда, трудились – это громко сказано. Скорее хлопотали. Представительницам слабого пола поручили самую легкую работу: накрыть столы скатертями, выставить на них тарелки, столовые приборы, стаканы с рюмками, ну и, конечно же, спиртное.

– Чувствует мое сердце, что наши мужики сегодня в хлам нажрутся, – цокнула язычком миловидная брюнетка, прижимая к груди трехлитровую стеклянную бутыль, в которой плескался местный самогон.

– Ну и пускай. Хоть не будет ко мне ночью приставать, а то замучил уже, – заявила обворожительная грудастая блондинка.

Женщины громко засмеялись. Тут в столовую вошел командир отдельного подразделения спецназа дважды Краснознаменной 201-й Гатчинской военной базы капитан Андрей Гришанов и зло зыркнул на блондинку. Та моментально смолкла, потупила взгляд в пол. Следом за ней затихли и другие женщины.

– Лида, подойди! Разговор небольшой есть, – холодно бросил Гришанов.

Блондинка сглотнула и грустно посмотрела на своих подруг. Те поняли ее без слов, сделали вид, что ничего не произошло, и как ни в чем не бывало продолжили накрывать на столы.

Лида же нехотя приблизилась к капитану. Тот бесцеремонно взял ее за руку, вывел за дверь в коридор и буквально прижал к стенке, навалившись на нее всем своим телом.

– Мне больно!.. – запротестовала женщина, но при этом даже не попыталась вырваться – знала, что бесполезно.

– Ты мне жена? – прохрипел Гришанов.

– Да… – Голос Лиды дрогнул.

– Так какого хрена ты перестала в последнее время?.. – грубо наседал капитан.

– Я же тебе говорила. У меня проблемы по женской части. Гинеколог сказал, что мне некоторое время придется воздержаться от…

– А мне плевать, что он сказал! – рыкнул Гришанов. – Жена должна ублажать мужа по первому его требованию. И точка.

С этими словами командир отдельного подразделения спецназа резко отстранился от Лиды и зашагал по коридору. У него за спиной послышался сдавленный плач. Но он даже не обернулся, что-то зло прошипел себе под нос, вышел на улицу и громко хлопнул дверью.

– Эй, капитан, чего такой грустный? – окрикнул его выбравшийся из «УАЗа» полковник Емельянов, который прибыл в гарнизон, чтобы лично проверить, как идут приготовления к встрече московского гостя.

Гришанов моментально подобрался, нацепил на лицо дежурную улыбку и отозвался:

– Все в порядке, товарищ полковник.

Эта реплика прозвучала неискренне и натянуто.

– Вижу, что не в порядке, – раздалось в ответ. – Садись в машину, поговорим о твоей проблеме.

В приспущенные боковые стекла влетал едва уловимый ветер. Тихо играло радио. Молодой сержант буквально засыпал за рулем. Вот уже целых десять минут «УАЗ» болотного цвета медленно кружил вокруг казармы, фасад которой подкрашивали оголенные по пояс спецназовцы. Задумчивый Емельянов поглядывал то на них, то на полусонного водителя, то удостаивал взглядом несмолкающего капитана.

Наконец, полковник не выдержал, перебил подчиненного и вкрадчиво проговорил:

– Как мужик я тебя прекрасно понимаю. Но и ты ее пойми. Думаешь, ей самой не хочется?

– Я уже не знаю, что и думать. – Гришанов сжал пальцы так сильно, что аж костяшки побелели.

– Подозреваешь, что у нее любовник есть? – Емельянов хмыкнул и сам же ответил на свой вопрос: – Это исключено. Моя Валя и твоя Лида – лучшие подруги. Все друг другу рассказывают. Так вот, я на днях с Валькой говорил. Она напрочь отмела подобную версию.

Капитан хотел было сказать, что все бабы искусные актрисы и им ничего не стоит обмануть мужика, но вовремя попридержал язык. Понял, что Емельянов может неправильно воспринять эту реплику, счесть, что он имеет в виду не собственную жену, а его супругу Валю.

– Моя жена ее не выгораживает, – словно прочитав мысли Гришанова, произнес полковник. – Ты уж мне поверь. Я свою Вальку как облупленную знаю. Понимаю, когда она мне врет, а когда правду говорит. В общем, капитан, скоро учения, и ты должен выбросить из своей головы все посторонние мысли прочь, чтобы вместе со своими людьми продемонстрировать этому контролеру из Москвы высший класс. Так что на время забудь про свою интимную жизнь. Сконцентрируйся только на учениях. Ты меня понял?

Конечно же, Гришанов командира военной базы понял. Тем не менее он отдавал себе отчет в том, что не сможет вот так абстрагироваться от «этого». Ведь любой мужчина в первую очередь будет думать не о работе, а о том, как удовлетворить свои физиологические потребности.

– Постараюсь, – все же пообещал Гришанов и сразу же перевел разговор на другую тему, наивно полагая, что это поможет забыть ему о Лиде: – Кстати, товарищ полковник, зачем вы этому проверяющему из столицы такой пышный прием готовите? – поинтересовался он. – Он же всего лишь подполковник.

Вопрос капитана немного смутил Емельянова. Он-то думал, что командир спецназа все прекрасно понимает и даже негласно разделяет его старания.

– Как зачем? – Полковник удивленно округлил глаза. – Он же, так сказать, настоящая легенда спецназа. Не мне тебе об этом говорить. Ты и сам наслышан о его героических подвигах. Вот я и решил оказать этому Лаврухину достойный прием, показать тем самым, что наша дважды Краснознаменная 201-я Гатчинская военная база чтит его и уважает. Или ты считаешь по-другому? – прищурился он.

– Это все, конечно, очень хорошо. – Гришанов почесал небритую щеку. – Но, по-моему… – Он запнулся, подбирая нужное слово. – Мне кажется, это явный перебор. Можно было бы просто организовать шашлыки на природе. А если уж начистоту, то я не вижу никакого смысла в приезде Лаврухина. Ну да, герой, этакий супермен. Но его время давно прошло. Если я не ошибаюсь, то он уже несколько лет не при делах. Сидит себе в кабинете да бумажку за бумажкой подписывает. Одним словом, до пенсии дотягивает. К тому же у каждого командира спецназа свой подход к решению тех или иных задач. Наши с ним методы кардинально расходятся, если судить по тому, что я про него слышал. Поэтому я не понимаю, как он собирается меня контролировать и уж тем более консультировать. Нет, для приличия я его, безусловно, послушаю и покиваю в ответ. Но не более того. Ведь все равно поступлю по-своему, так, как посчитаю нужным.

Не ожидал Емельянов услышать от своего подчиненного подобные суждения. Впрочем, обиды на него не затаил. Списал все на пресловутую мужскую неудовлетворенность. Дескать, бедолага теперь озлоблен на весь белый свет, вот и срывает свою злость на ком ни попадя.

– Ладно, капитан. Закрыли эту тему. – Командир военной базы тяжко вздохнул и тронул водителя за плечо, а тот резко затормозил. – Отдохни, развейся немного, выпей сегодня вечером. В меру, конечно. И готовься к учениям. Лады?

– Есть, товарищ полковник. – Гришанов козырнул и вышел из машины.

Проводив взглядом удаляющийся «УАЗ», он подошел к своим бойцам, которые усердно красили фасад казармы, какое-то время молча понаблюдал за их работой, а затем не выдержал и раздраженно проговорил:

– Да хватит уже! И так сойдет! – Потом тихо пробубнил себе под нос: – Велика честь этого старпера Лаврухина принимать. Тьфу ты! – Он сплюнул себе под ноги.

К раннему вечеру гарнизон уже был готов к приему гостя из Москвы. Фасады зданий блестели свежей краской. Белели покрашенные бордюры. Трепыхались на ветру российские триколоры. Столы в столовой ломились от еды и выпивки.

На просторном плацу расхаживали офицеры дважды Краснознаменной 201-й Гатчинской военной базы вместе с женами. Тут же неподалеку топтались и парадно одетые спецназовцы со своим командиром капитаном Гришановым. Он не был рад происходящему, но внешне этого не показывал, дежурно улыбался, иногда даже шутил. А когда к нему подошел Емельянов, он заверил того, что с ним все в полном порядке. Дескать, забудьте недавний разговор, тогда я был немного не в себе. Когда же ничего не подозревающий полковник ретировался, Гришанов гневно зыркнул на Лиду, которая о чем-то беседовала со своими подружками. Поймав на себе испепеляющий взгляд мужа, блондинка нервно передернула плечами и отвернулась.

«Думает, что я сегодня нажрусь и сразу же отрублюсь, лишь только до кровати доползу. Дура наивная. Еще как приставать буду. А если опять начнет отказывать, силой возьму». – Капитан возбужденно кусал губы.

Наконец створка ворот, на которых золотился двуглавый орел, отъехала в сторону. На территорию гарнизона вкатилась черная как смоль «Волга» с тонированными стеклами. Все присутствующие на плацу смолкли. Емельянов подобрался, расправил плечи и пошел навстречу машине, неспешно катящейся по узкому проезду.

Скрипнув тормозами, «Волга» остановилась. Дверца приоткрылась. Из темного салона выбрался поджарый мужчина с волевым лицом: глубоко посаженные глаза, выступающие скулы, рубленый подбородок с ярко выраженной ямочкой, которая так нравится представительницам слабого пола. Несмотря всего-то на сорок пять лет, волосы подполковника Лаврухина Владимира Николаевича были уже седыми. Оно и не удивительно. Ведь за свою жизнь он повидал такие вещи, от которых не то что поседеешь, но и заикаться начнешь.

– Здравия желаю, товарищ полковник, – поприветствовал Лаврухин командира военной базы, подошедшего к нему.

– Для меня большая честь видеть вас в нашем гарнизоне, товарищ подполковник. – Емельянов крепко пожал протянутую руку и тут же с некоторой стеснительностью добавил: – Вы не против, если я буду обращаться к вам по имени-отчеству?

– Лучше просто по имени. – Лаврухин, который и сам не любил всех этих воинских церемоний, широко улыбнулся: – Кстати, а как вас величать?

– Игорь Петрович. – Емельянов улыбнулся в ответ, чувствуя, как между ним и собеседником сокращается дистанция.

Продолжая разговор и уже обращаясь друг к другу исключительно по имени, Емельянов и Лаврухин зашагали к столовой. Следом за ними потянулись и остальные. В какой-то момент подполковник уловил на себе пристрастный взгляд капитана Гришанова, но виду не подал.

– Вот так и живем, – заключил командир военной базы, распахивая перед московским гостем дверь столовой.

– Я, конечно, польщен таким приемом, – осторожно проговорил Владимир, чтобы не обидеть Емельянова. – Но я человек скромный. – С этими словами он вдруг обернулся и взглянул на одного из спецназовцев, на щеке которого белел странный мазок. – По моему глубокому убеждению, военный человек должен оттачивать боевое мастерство, а не малярить.

Реплика, оброненная московским гостем, смутила командира базы, но он тут же нашел ответ:

– Мы давно хотели подкрасить казарму и бордюры. Да все времени не было. Учения, учения и еще раз учения. А тут вы к нам в гости засобирались, вот я и решил воспользоваться случаем. – Емельянов как бы оправдывался, отчего складывалось впечатление, что он общался со старшим по званию.

– Тогда понятно, – бросил Лаврухин, переступая порог столовой.

Через несколько минут все столики были уже заняты, но никто не притрагивался к еде и выпивке. Все ждали, когда командир дважды Краснознаменной 201-й Гатчинской военной базы толкнет речь. Тот не заставил себя долго ждать. Встал со стула с зажатой в кулаке рюмкой, наполненной до самых краев ядреным таджикским самогоном, взглянул на подполковника, сидевшего от него по правую руку, и начал вещать. Когда он завершил свою речь, в которой перечислил все известные ему подвиги Лаврухина, присутствующие дружно вознесли над столами рюмки. Пришлось поднять ее и капитану Гришанову, который то и дело поглядывал на Лиду, как бы посылая тем самым ей сигнал. Мол, не отвертишься сегодня ночью.

Выпили. Немного закусили. Вновь выпили. Крепкий алкоголь сделал свое дело. Атмосфера стала непринужденной, раскованной. Напряженные прежде офицеры Краснознаменной 201-й Гатчинской военной базы, которые с самого начала ожидали увидеть этакого сурового, железного подполковника, поняли, что он совсем другой, ведет себя не вызывающе, а подстраивается под присутствующих, и заметно расслабились. При этом никто из них воли себе не давал. Все пили в меру.

Кроме одного – капитана Гришанова. Не проходило и пяти минут, как тот обновлял свою рюмку, при этом не закусывал.

Пока мужчины вели неспешные разговоры, их жены, сидевшие за отдельным столом, бурно, но в то же время тихо, чтобы не слышали мужья, обсуждали подполковника Лаврухина.

– Ему же всего сорок пять, а выглядит на все пятьдесят пять, если не на шестьдесят. – Брюнетка Наташа покачала головой.

– Наверное, многое пережил. – Шатенка Катя вздохнула.

– Не знаю, как вам, девчонки, а что-то в нем есть. Пускай он и не выглядит как мачо. Но от него некая притягивающая энергетика прет, – разоткровенничалась слегка захмелевшая блондинка Лида.

Жена командира военной базы тут же дернула ее за руку, поднесла указательный палец к губам и прошептала:

– Ты бы еще встала и об этом во всеуслышание заявила.

– А что тут такого? – искренне удивилась Лида.

– Что такого? – опешила Валя. – Да ты посмотри на своего бедного мужа. Льет в себя самогон так, будто никогда в жизни его не видел. А ты тут сидишь и другим мужиком восхищаешься. Подошла бы к нему, приласкала, что-нибудь приятное на ушко прошептала. Глядишь, и пришли бы к какому-нибудь компромиссу. А так напьется с горя.

Сказанное Валей огорчило блондинку. Ведь она была уверена, что та полностью ее поддерживает. А тут выходит…

– К компромиссу? – вспылила Лида. – Да я же тебе сто раз говорила, что договориться с ним невозможно. Ему только одно от меня нужно – секс, секс и еще раз секс. И вообще, с каких это пор ты стала его защищать? – Она пьяновато прищурилась.

– Я не защищаю твоего мужа, – твердо заявила жена командира военной базы. – Мне просто его жаль. К тому же для мужчины секс очень важен. Но если у тебя временные проблемы по этой части, то нужно искать какой-то выход. Предложи ему в постели что-нибудь необычное, экзотическое. – Она закатила глаза на потолок. – Ведь довести мужика до оргазма можно не только одним местом…

– И какое же это другое место? – перебила ее блондинка.

Валя ехидно улыбнулась, повела длинными накрашенными ногтями и принялась просвещать подругу.

– Ну, уж точно не то место, о котором ты подумала, – для начала заметила она. – Есть такой способ, его изобрели на Востоке, когда мужчина и женщина получают взаимное удовольствие, не прикасаясь друг к другу. Они просто страстно пожирают друг друга взглядами. Правда, при этом мужчина должен быть привязан к кровати. Ведь сильные представители рода человеческого, в отличие от нас, слабых созданий, не могут держать себя в руках. Они обязательно попытаются прикоснуться к прекрасному женскому телу. Короче говоря, предложи своему мужу провести подобный эксперимент.

– Да скорее он меня привяжет, чем я его, – убежденно проговорила Лида, косясь на початую бутылку. – Ладно, хватит о грустном. Давай лучше еще выпьем. – По ее шаловливому взгляду было видно, что она собралась сегодня напиться в отместку мужу.

Тем временем за соседним столиком краснощекий майор-весельчак травил непристойные анекдоты своим товарищам. Те дружно смеялись над его шутками, периодически подливая в рюмки самогон.

– И вот открывает муж шкаф, а там незнакомый мужик сидит. Он спрашивает: «Ты кто такой?» Тот ему отвечает: «Моль». – Майор вопросительно посмотрел на своих товарищей, вмиг посерьезневших. – Что, не смешно? – Он часто заморгал.

– И это все? – не понял юмора моложавый старлей.

– Странный какой-то анекдот, – вторил ему лейтенант.

– Это вы странные какие-то. – Майор, у которого пропало всякое желание рассказывать анекдоты, пожал плечами.

Какое-то время мужчины молча ели, а затем старлей неожиданно отодвинул тарелку, вытер салфеткой губы и стал вертеть головой по сторонам. Он словно выискивал кого-то.

– Ты чего это делаешь? – удивился майор странному поведению старшего лейтенанта.

– Свою жену ищу, – бросил тот.

– Что, соскучился? – ухмыльнулся майор. – Или боишься, что и у тебя в шкафу моль заведется? – съехидничал он.

– Да нет. Просто надоело сидеть. Хочется немного развеяться, – раздалось в ответ.

– Развеяться? В смысле? – подал голос лейтенант.

– Ну а как еще с женой можно развеяться? – продолжал ерничать весельчак майор.

– Потанцевать, к примеру, – парировал старлей.

Тут в голову майора неожиданно пришла креативная идея. Оставалось только претворить ее в жизнь. Он спешно выбрался из-за стола, подмигнул своим товарищам и направился к командиру военной базы, который о чем-то говорил с Лаврухиным.

– Товарищ полковник, разрешите обратиться? – Майор вытянулся в струнку перед Емельяновым.

Тот извинился перед московским гостем, мол, вынужден прервать нашу беседу, поднял глаза на любителя потравить анекдоты и неохотно поинтересовался:

– Чего тебе, майор?

– У меня есть одно предложение. – Майор обвел рукой столовую: – Народ уже устал пить и есть. Развеяться ему немного надо.

– А откуда ты знаешь, что этому народу надо? Или сам додумал? – Емельянов весело заулыбался, было видно, что он пребывал в хорошем расположении духа.

– Я, так сказать, товарищ полковник, прочитал мысли всех здесь присутствующих.

– И что же ты в них прочитал?

– Все хотят танцевать, товарищ полковник. Надоело всем есть и пить. – Майор всплеснул руками.

Идея, озвученная майором, пришлась слегка захмелевшему Емельянову по душе. Он и сам был не прочь немного размяться.

– А что? Можно, – заулыбался полковник. – Вот только где нам музыку взять? – Он озадаченно наморщил лоб.

– Сейчас все организуем, – раздалось в ответ.

Майор куда-то вприпрыжку побежал, а Емельянов подмигнул Лаврухину. Мол, сейчас оторвемся. Но тот лишь пожал плечами. Во-первых, подполковник не любил танцев. Во-вторых, у него не было партнерши. Не станешь же клеить одну из жен здешних офицеров. За это и в морду могут дать. Причем правильно сделают.

Вскоре майор вернулся с видавшим виды магнитофоном, поставил его на тумбочку, отщелкнул отсек, запихнул туда диск.

Прежде чем включить музыку, он громко прокашлялся, привлек к себе всеобщее внимание и провозгласил:

– Уважаемые дамы и господа, сейчас состоится белый танец! – Сказав это, майор нажал кнопку «плей» и завел колесико громкости до максимума.

Из динамиков полилась тихая, спокойная музыка, похожая на ту, которая звучит в кинофильме «Титаник». Женщины, уставшие сидеть за столами, с охотой повставали со стульев и начали приглашать на танец своих мужей.

– Разрешите, товарищ полковник? – игриво промурлыкала Валя, обращаясь к Емельянову.

Тот улыбнулся и поцеловал ей руку.

– Кстати, это моя жена Валентина, – представил он подполковнику свою супругу.

– Очень приятно, – кивнул Лаврухин.

Когда командир военной базы с супругой отправились танцевать, к подполковнику на непослушных ногах приблизилась изрядно набравшаяся Лида. Глаза ее бегали по сторонам. На губах застыла пьяная ухмылка.

– Можно пригласить вас на танец?.. – Блондинка еле ворочала языком.

– Конечно, можно, но лучше не нужно, – деликатно ответил Лаврухин. – Ведь у вас наверняка есть кавалер. Думаю, ему будет неприятно, если вы станете танцевать с другим мужчиной.

– Есть, – не стала скрывать Лида и указала рукой на капитана Гришанова, не спускающего с нее глаз.

Несмотря на выпитое, тот выглядел абсолютно трезвым и с нескрываемым недовольством наблюдал за тем, как его жена подкатывала к московскому гостю.

– Понимаете, мы с ним… Как это вам сказать?.. – Женщина икнула. – Да, поссорились. Я хочу ему отомстить, потанцевав с другим мужчиной.

– Разбирайтесь сами. – Подполковник отвел взгляд в сторону.

Тут к Лиде буквально подлетел Гришанов, крепко схватил ее за запястье и вывел из столовой. Лаврухин только хмыкнул себе под нос, дескать, во дают.

В скором времени музыка стихла. Командир военной базы вернулся за стол. Подполковник не удержался и поведал ему о случившемся.

– Блондинка?.. – Емельянов почесал затылок. – Так это же Лида. Жена командира нашего спецназа капитана Гришанова. Именно его тебе предстоит контролировать и консультировать в ходе учений.

– Просто зашибись. – Лаврухин вздохнул, уже понимая, что этот самый Гришанов начнет ревновать его к своей жене, а это будет только вредить общему делу и ни к чему хорошему не приведет.

Холостая война

Подняться наверх