Читать книгу Холостая война - Сергей Зверев - Страница 3

Глава 3

Оглавление

Карим Наджиб торопливо шагал по тропинке. Человеку, выросшему в горах, они как дом родной. Это жителям равнин скалы, перевалы, вершины, ущелья кажутся враждебными и чужыми. Бывший террорист спешил, ведь ему приходилось преодолевать вдвое большее расстояние, чем каравану, в котором следовал Али Назар. Сбегай вперед на десяток километров, разведай дорогу, убедись, что она безопасна, а затем возвращайся и доложи своему господину обстановку.

Карим, как и многие афганцы, родившиеся и выросшие в то время, когда их страну постоянно сотрясали то войны, то внутренние конфликты, определился со своей «профессией», еще будучи ребенком. Он не мечтал стать военным, ученым или университетским преподавателем. Выбор за него делала сама жизнь. Куда еще подашься, если восемьдесят процентов населения кормится с производства и транспортировки наркотиков? Он даже точно не помнил, когда впервые взял в руки автомат. Ему казалось, что он родился вместе с ним.

Картой Наджиб не пользовался, хотя она и лежала в его рюкзаке. Здешние места он знал даже лучше, чем линии на своих ладонях, сколько раз уже перемерял их пешком. Карта как татуировка отпечаталась в его мозгу. Но карта – это местность. А на ней могут поджидать сюрпризы. Тем более что время сейчас стояло неспокойное. В ожидании вывода американских войск из Афганистана активизировались и сами таджики, и российский контингент.

Поэтому Карим был весь слух, зрение, обоняние. Он даже улавливал вибрации скал, обращал внимание на любую мелочь. Ведь противник может отлично замаскироваться. Но если знаешь хитрые приметы, то обязательно его обнаружишь. Вон рощица по левую сторону от тропинки. В ней мирно чирикают птички. А вот если бы там царила тишина, то это могло бы означать, что в ней объявился человек или крупный хищник. Птицы испугались и улетели.

Наджиб прикинул, что пройдет еще около километра и повернет назад. Для этого ему предстояло взойти на невысокий перевал, откуда можно будет глянуть дальше. Карим срезал себе путь, оказался на плоском камне, криво застывшем на вершине перевала, прилег и глянул в бинокль.

С этой точки открывалась прекрасная панорама. Пологие горные вершины. Редкие зеленые пятна. Рощица. Контрастные тени скал. Слева извивалось русло небольшого ручья. За невысокими каменными набросками зеленела долина. По ней неторопливо следовала отара овец, которую подгоняли старик в белом балахоне, молодой мужчина в джинсах и мальчишка лет семи. Им в этом деле помогали две овчарки. Карим прикинул направление движения отары и остался вполне удовлетворен увиденным. Маршруты каравана и овец не пересекались. Старик с мальчишкой наверняка просто перегоняли овечек на новое пастбище.

Затем Наджиб подозрительно потянул носом, принюхался. Явственно пахло дымком. Ближайший поселок был виден, но располагался слишком далеко, чтобы запах горящего дерева принесло сюда ветром. Выходило, что где-то неподалеку объявились люди. Там, где их обычно не бывает. Но при этом они особо не прятались, раз позволяли себе жечь костер. В любом случае следовало выяснить, кто они такие, откуда пришли и с какой целью. Ведь это входило в прямые обязанности разведчика, посланного от каравана.

Изучив местность в бинокль, Наджиб заприметил дымок костра, поднимающийся над деревьями. Там, как он помнил, была каменистая площадка – хорошее место для стоянки. Неподалеку протекал горный ручей с чистой холодной прозрачной водой. Его берегом Карим и направился к костру. Он особо не боялся попасться кому-либо на глаза, был чист, наркотиков при себе не имел. Ну, а то, что ходит без документов, так все местные жители оставляют паспорта дома, выбираясь в поле или в горы.

Ручей поворачивал. На берегу высился завал из камней. Оползни и осыпи в здешних местах не редкость. Тут до слуха Наджиба донесся женский смех, такой же прозрачный и звонкий, как журчание горного ручья. Зазвучали голоса. Говорили явно по-русски, хотя слов Карим еще не различал. Они доносились из-за каменной осыпи.

Наджиб, стараясь не шуметь, осторожно взобрался на каменный завал и выглянул сквозь щель между камнями. Там, где ручей делал поворот, образовался небольшой пляж из белой окатанной гальки. У бывшего террориста перехватило дыхание.

У берега по колено в воде стояли две обнаженные девушки. Одна – белокурая. Другая – шатенка. Их белоснежные тела, абсолютно не тронутые загаром, казались нереальными. Девушки вели себя абсолютно беззаботно. Они плескались водой, ежились от ее холода, смеялись, шутили.

– Наташка, смотри, я краба поймала. – Шатенка держала двумя пальцами пресноводного крабика.

Он был еще совсем маленький, полупрозрачный, шевелил клешнями, пытаясь освободиться.

– А я, Катя, и не знала, что в пресной воде могут водиться крабы. – Блондинка склонилась, чтобы получше рассмотреть находку. – Какой крохотный! Отпусти, жалко.

– Уж не думаешь ли ты, что я собралась его варить?..

Карим впивался взглядом в родинки на обнаженных девичьих телах, облизывал им аппетитные округлости. Ему казалось, что приоткрылось маленькое окошечко в рай, где ему, борцу за веру, заранее уготовано место. Он созерцал божественных гурий. Именно такими они и будут на том свете: белоснежными, вечно молодыми. Их смех станет звучать журчанием горного ручья.

Наджиб забыл почти обо всем. Кто он такой, как его зовут, почему оказался здесь. Карим смотрел и смотрел, еле сдерживаясь, чтобы не выскочить из-за камней. Да, в самом деле есть три вещи, на которые мужчина может смотреть, не отрываясь, очень долго: огонь, бегущая вода и обнаженное женское тело.

Внезапно блондинка насторожилась:

– Катя, мне кажется, за нами кто-то наблюдает. – При этом Наташа почему-то посмотрела на небо.

Шатенка тоже задрала голову, вытянула и без того длинную шею. Они вглядывались в таджикское небо, выцветшее от яркого солнца, что-то высматривали там, среди легких перистых облачков.

Предположение блондинки вернуло Карима к реальности. Он вспомнил, что оказался здесь не сам по себе, а послан в разведку Али Назаром. От его расторопности и трезвого рассудка зависит судьба каравана, переправляющего сто двадцать килограммов героина. А это не шутки. За такие объемы товара людей убивают пачками.

Посерьезневшие обнаженные купальщицы переглянулись.

– Точно, Катька, за нами наблюдают. Руку даю на отсечение.

Девушки вышли из воды и стали надевать рубашки на мокрые тела. Почему-то они начали именно с этой части гардероба.

«Неужели заметили?» – с опаской подумал Карим и прикинул, как поступить ему дальше.

Вообще-то, свидетелей полагалось убирать. Но назвать купальщиц свидетельницами можно было с большой натяжкой. Во-первых, разведчика они не видели. Даже если бы и столкнулись с ним нос к носу, то какие проблемы? Наджиб мог вполне сойти за местного жителя. А еще девушки здесь появились наверняка не одни. Кто-то же развел костер.

Катя с Наташей уже натянули джинсы, и рассматривать Кариму, по большому счету, стало нечего. Гурии превратились в земных русских девушек. Карим осторожно спустился с каменного завала, пригнулся и шмыгнул в рощу, чтобы узнать, что делается возле костра. Он выглянул из-за деревьев.

На слегка наклонной каменистой площадке стояли две одинаковые ярко-оранжевые палатки. Двое молодых людей в походной одежде деловито пилили сухие ветки, ярко горел костер, над которым на треножнике висел закопченный казан с водой. Судя по всему, русские здесь появились не так давно, раз заготавливали дрова впрок. Да и пепла в костре нагорело совсем мало.

«Вот же черт, – подумал Наджиб, – принесло их на нашу голову! Туристы? Какие туристы могут быть неподалеку от границы?! Да и не курортные здесь места».

Он вновь принялся рассуждать, как ему обойтись с вновь открывшимися обстоятельствами в лице этих русских парней и девушек.

Всякие туристы плохи тем, что непредсказуемы. В том смысле, что непонятно, где они окажутся завтра.

Карим поколебался, даже вытащил нож, но затем вновь засунул его за пояс. Он постарался придать своему зверскому лицу добродушное выражение, уже не таясь, вышел из-под деревьев и махнул рукой парням.

– Здравствуйте! Не помешаю? – сказал он по-русски с сильным акцентом.

Рослый сухощавый парень отложил пилу и поприветствовал незнакомца:

– Добрый день. Присаживайтесь, – он указал на раскладной походный стульчик. – Если чем-то можем помочь…

Карим благодарно кивнул, сел на стульчик, достал сигарету и увеличительное стекло. Он прикурил, сконцентрировав яркий свет на кончике сигареты. Это была одна из его уловок, чтобы расположить собеседника к себе, заинтересовать его. Ведь можно было прикурить от тлеющей головешки, от зажигалки, лежавшей в кармане, но Наджиб выбрал такой вот эффектный способ.

– Ловко вы, – восхитился худощавый парень. – Надо будет перенять ваш опыт экологического способа добычи огня. Меня, кстати, Романом зовут. А это мой друг, Кирилл.

– Отдыхаете? – поспешно спросил Карим, чтобы не представляться самому.

– Можно и так сказать.

– Странное место вы выбрали. Люди отдыхать на море ездят. Да и горы есть поспокойнее здешних. Тут все-таки приграничная зона. А у нас договоренность с пограничниками. Если чужаков увидим – сообщать. Правда, обычно это всякие моджахеды с талибами бывают, с другой стороны границы, из Афганистана приходят. А тут – русские, – Наджиб искренне удивлялся. – Ребята, я вижу, вы хорошие. Даже мусор в пакеты собираете. Я не хотел бы, чтобы у вас возникли неприятности. Пограничники, они очень подозрительные.

– С пограничниками у нас проблем нет. Покажи гостю, Кирилл, – сказал Роман.

Кирилл отправился в палатку и принес прозрачный файлик с официальным документом на бланке. Карим внимательно прочитал его. Власти Таджикистана разрешали членам экспедиции «Космопоиска» из Новосибирска находиться в приграничной зоне. На листке стояла дата въезда и предполагаемая дата выезда – целый месяц.

– Хорошо, когда местные жители проявляют бдительность, – улыбнулся Роман.

Наджиб вернул документ.

– Значит, не отдых, а экспедиция. А что это за организация такая «Космопоиск»? Чего ищете?

– Ни разу не слышали? – удивился Кирилл.

Ему казалось, что все в мире должны быть осведомлены о существовании организации, занимающейся поиском внеземной жизни и прочей аномальщины.

Карим пожал плечами:

– Первый раз слышу.

– А вот и наши гурии идут, – словно телепатически прочитав прежние мысли Наджиба, сказал Роман.

Девушки со слегка подсохшими волосами вышли из-за деревьев и настороженно посмотрели на гостя.

– Катя и Наташа, – представил их Роман.

Кариму что-то следовало сказать в ответ.

– Очень приятно. А я тут недалеко живу, в десяти километрах, – расплывчато объяснил свое появление Наджиб.

– Представляете, – обратился Роман к девчонкам, – наш гость впервые слышит о «Космопоиске». Не знает, чем мы занимаемся.

– Так надо его просветить, – вызвалась Наташа.

Карим смотрел на девушек и продолжал видеть сквозь их одежду обнаженные тела. Он помнил каждую родинку, ямочку, складку, но внимательно слушал то, что говорили ему девушки.

– Мы ищем внеземные цивилизации – пришельцев.

Заметив кривоватую ухмылку Наджиба, Наташа улыбнулась:

– Некоторые в них не верят, но они есть. Просто не все умеют их видеть. А у вас, вот в этом месте, настоящая аномальная зона. Не верите?

– Почему же? Верю. – Карим пожал плечами, лихорадочно пытаясь выработать план действий по отношению к искателям паранормальных явлений.

– Я сейчас вам покажу. – Наташа достала компас и навигатор. – Видите? Показания стрелки компаса и электроники не совпадают. Компас утверждает, что север вон там, – она указала на вершину, закрывавшую горизонт. – А космическая навигация дает его на десять градусов восточнее.

– Всякое может быть. – Наджиб покачал головой. – Вдруг здесь железная руда внизу или что-нибудь магнитное?

– Это еще не все. – Наташа взяла бутылку с минералкой и положила ее на каменную плиту.

Тут и в самом деле случилось чудо. Бутылка покатилась не вниз по наклонной, а вверх, на гору, хотя и медленно.

Карим, конечно же, мог возразить, если бы хорошо подумал, что наклон плиты – просто оптический эффект. В горах практически нет ровной линии горизонта. Не с чем сравнивать. Поэтому наблюдателю лишь кажется, что бутылка катится наверх. На самом же деле она, как и положено по законам физики, скатывается вниз.

Но Наджиб из данного сомнительного эксперимента вынес важную для себя вещь. Он понял, что эти люди одержимы паранормальным.

– На этом месте уже десять лет подряд фиксируются странные явления. Огненные шары, летающие тарелки. Есть даже свидетельства контакта с инопланетянами.

В мозгу Карима щелкнул тумблер. Он окончательно выработал тактику по отношению к уфологам.

– Это точно. Места здесь странные. Сам один раз видел.

– Что? Когда? – в один голос спросили Роман и Катя.

Кирилл достал видеокамеру и направил ее на Наджиба, собираясь зафиксировать для науки признание еще одного свидетеля появления летающих тарелок или даже контактера с зелеными человечками.

Карим тут же замахал руками:

– Не надо меня снимать – ни на камеру, ни на фотоаппарат.

– Почему? – удивился Кирилл.

– А вы что, не знаете? – Наджиб прикинулся дремучим горцем. – У нас есть поверье, что фотография крадет душу человека.

– Ладно, – согласились уфологи. – Но хотя бы на диктофон вас записать можно? Это же не изображение, а только голос.

– Хорошо, – вздохнул Карим. – Значит, это было в прошлом году. Вот точно в такое же время, как сейчас. Я тут три огненных шара видел. Они каждую ночь появлялись в течение десяти дней. Повисят над этим местом, а потом раз – и в небо взмывают. А еще из одного огненного шара луч в землю бил. Белый такой, прямо как лунный свет, и яркий-яркий.

Заметив, что сильно заинтересовал участников экспедиции, Наджиб стал развивать свою историю. Он рассказал им, что странные явления именно в это время и в этом же месте наблюдал еще раньше и его мифический двоюродный брат, тракторист из соседнего аула. Якобы в момент появления белого луча трактор внезапно заглох и сам собой завелся, когда шары исчезли.

Карим не просто так, ради красного словца, рассказывал небылицы. Он хотел добиться вполне конкретной цели, заставить уфологов проторчать десять дней именно на этой площадке в ожидании появления пришельцев. Тем временем караван спокойно обошел бы их стоянку по другой горной тропе.

Глаза уфологов горели, когда Наджиб произнес:

– Что сам видел, то и рассказал. Так что желаю удачи в ваших поисках. Тут и в самом деле настоящая аномальная зона. А теперь пойду. – Он поднялся с походного стульчика.

– Простите, я забыл, как вас зовут. Еще год рождения, место жительства назовите. Это для науки важно.

Карим брякнул первое, что пришло ему в голову. Единственно реальным было название аула, расположенного в десяти километрах отсюда. Все остальное являлось полной выдумкой. Наджиб, прищурившись, еще раз облизал взглядом девушек, вспомнил в подробностях увиденное у ручья и пошел в рощу.

Наташа села на нагретый солнцем камень и мечтательно посмотрела в небо:

– Я же говорила вам, ребята, что именно здесь нужно располагать базу нашей экспедиции. Лучшего места мы не найдем. Этого туземца нам словно сами инопланетяне послали, чтобы предупредить о возможном контакте.

– Инопланетяне никого к людям не посылают, – возразил Роман, сел рядом с девушкой и забросил руку на ее плечо. – Мы для них дикари, что-то вроде неандертальцев с каменными топорами. Мы сами должны постараться зафиксировать их появление и выйти с ними на контакт. Это они нам интересны, а не мы им.

– В этот раз все у нас получится, – проговорил Кирилл. – Только нужно хорошо поработать.

Он вынес из палатки ноутбук, поставил его на камень. Засветился монитор, защелкали клавиши. Все четверо смотрели на то, как экран компьютера дробился на маленькие квадратики. Всего их было девять. Кирилл проверял, как работают замаскированные миниатюрные видеокамеры, воспринимающие не только дневной свет, но и инфракрасный диапазон. Уфологи были уверены в том, что инопланетяне тоже являются теплокровными существами.

Исследователи установили камеры еще с утра на всех ближайших горных тропинках. Человек ты или инопланетянин, а все равно пойдешь протоптанной дорогой. Не станешь продираться через колючие заросли и нагромождения камней.

– Все, запись включена, – сообщил Кирилл, воткнув в USB-порт ноутбука накопитель на четыре терабайта. – Теперь мы пришельцев точно вычислим.

– Конечно, если они здесь появятся, – засомневалась Наташа.

– Они за нами уже следят, – вставила Катя. – Я это прямо кожей почувствовала, когда мы с тобой, подруга, в ручье плескались.

Роман засмеялся:

– Я же всегда утверждал, что пришельцы антропоморфны, человекоподобны. У них тоже существует женский и мужской пол. Иначе как они будут размножаться? Вы же голяком плескались. Вот и не выдержали зеленые мужички, пялились на вас. Спасибо вам за то, что поработали приманкой, девчонки.

Включенный ноутбук подзаряжался от солнечной батареи и бесстрастно записывал на накопитель все, что ему передавали девять видеокамер, замаскированных на горных тропинках.


Карим Наджиб спешил, наверстывал время, потраченное на разговоры с уфологами. Он считал, что поступил абсолютно правильно. В конце концов, главное для него – это обезопасить путь каравана. Все остальное вторично. Он был уверен в том, что экспедиция «Космопоиска» будет как минимум неделю сидеть на аномальном месте, где бутылки с минералкой сами собой катятся на гору.

Все-таки транспортировка наркотиков была по большей части бизнесом, а не идейной борьбой. Да и убить четырех русских молодых людей – это не борьба. Подобные уфологи, с точки зрения Наджиба, и так уже были кем-то вроде наркоманов, подсаженных на иглу инопланетных контактов. От них враждебной России только вред и никакой пользы.

Бывший террорист прикидывал, что вот-вот должен встретиться с караваном, который продолжал движение. Он обогнул нависающую скалу и вышел из-под нее. Наджиб услышал у себя над головой сухой щелчок предохранителя автомата, мгновенно схватился за нож и прижался к скале, чтобы выйти из возможного сектора обстрела.

– Это свои, – раздался сверху знакомый голос.

Карим с облегчением вздохнул, узнав Али Назара, и вышел из-под скалы. Главарь легко сбежал по тропинке и вопросительно посмотрел на своего разведчика, высланного вперед и вернувшегося.

– Докладывай!

– Путь чист, ни постов, ни засад. Единственное, что в семи километрах отсюда расположились сумасшедшие русские. – Наджиб достал навигатор и указал место, где находилась база экспедиции «Космопоиска».

Он стал подбирать слова, чтобы описать, чем занимаются парни и девушки, но Али Назар оборвал его:

– Да и без тебя я знаю, что они верят в зеленых человечков и собираются выйти с ними на контакт. Их четверо, молодые люди. Мне тоже известно, что путь чист.

Карим удивленно смотрел на главаря. Тот наверняка владел всей этой информацией, прежде чем выслал его, Наджиба, вперед. Но откуда?

– Послушайте, господин, если вы знаете все без меня, то зачем тогда я?

– Ты хочешь узнать, почему я плачу тебе деньги, если мне все известно заранее? – ухмыльнулся Назар. – А потому, что я верю только в подтвержденную информацию. Один человек может всегда обмануть или обмануться сам. А вот двое, если они незнакомы между собой, доставят каждый свою информацию. Совпало – говорят правду. Не совпадает – один из них предатель. Поэтому, Карим, держи со мной ухо востро. Ты же не хочешь быть предателем? – прищурился он.

Наджибу показалось, что между зрачков у главаря торчат два острых гвоздика. Они буквально впиваются в него. Ему даже показалось, что главарю известно и о том, как он подсматривал за купающимися девушками. Для Али нет ничего тайного. Он почти как Всевышний. Все видит. Знает события наперед. Вездесущ, оставаясь при этом незамеченным.

– Эй, вьючные животные! – с легким смешком крикнул Назар. – Пора в дорогу!


Овечки пугливо жались друг к другу, потому как собаки не давали им разбрестись по пастбищу. Траву они уже выели в этих местах под самый корень, поэтому старик со своим сыном и внуком спешил перегнать их до наступления темноты на новое место. Путь предстоял неблизкий.

– Пошевеливайтесь! – кричал молодой мужчина и щелкал длинным кнутом.

Тот врезался в землю, поднимая пыль.

– Дед, а что там? – спросил мальчик, указывая в небо, в котором виднелся небольшой черный крестик.

– Это орел, – отвечал старик.

– Орлы – хорошие или плохие? – допытывался внук.

– А почему ты спрашиваешь?

– Ну, иногда говорят, что человек храбрый, что он настоящий орел. В другой раз – что он такой же кровожадный.

– Дело в том, – задумчиво произнес старик, продолжая шагать вслед за отарой, – что можно быть храбрым, но при этом оставаться плохим человеком, жестоким и кровожадным. Храбрость – это как талант. Один умеет рисовать. Другой – петь. Третий отлично плетет мебель. А вот кому-то Аллах послал талант не бояться смерти. Но сам по себе этот талант не плох и не хорош. Все зависит от того, кому он достался.

– А я думал, быть храбрым – это всегда хорошо, – сказал внук. – Когда я вырасту, то стану смелым.

Старик засмеялся:

– Конечно, станешь. Это пока маленький, темноты боишься, просишь, чтобы я посидел возле тебя, когда ты засыпаешь. А ты ведь уже почти мужчина.

– Дед, а что он делает? – Мальчишка смотрел в небо, где черный крестик внезапно превратился в полоску.

Орел, долго высматривавший себе жертву, наконец-то выбрал ягненка, сложил крылья и ринулся вниз. Благодаря внуку старик вовремя заметил его маневр, крикнул собакам и сам побежал, размахивая кнутом. В последний момент хищной птице пришлось уйти в сторону, чтобы не попасть под кнут старика и не оказаться в зубах у собак. Он вцепился в спину взрослой овцы, принялся клевать ее, размахивая широкими крыльями. Только воздух засвистел. Испуганная овца побежала. За ней увязалась еще пара.

– Улетай, улетай! – кричал старик, пытаясь догнать отбившихся овец.

Следом за ним бежал внук. Молодой мужчина не знал, куда ему броситься. Отара всполошилась. Собаки кое-как сбивали ее в кучу.

Запыхавшийся старик остановился и позвал одну из собак:

– Ас, Ас!

Овчарка тут же повиновалась хозяину, поняла, что от нее требуется. Стелясь над землей, она помчалась вслед за отбившимися овцами, догнала их и прыгнула, пытаясь схватить орла зубами. Собака и птица на короткое время сцепились, катались по земле. Затем орел взмахнул крыльями и взлетел в небо, теряя по дороге перья. Овчарка поднялась и, виновато поджав хвост, заковыляла к старику. Орел успел разбить ей клювом нос, и теперь с него густо капала кровь. Отбившиеся три овцы уже взбегали по тропинке в горы. Старик в белых одеждах тяжело вздохнул, провожая их взглядом. Предстояло держать семейный совет и решать, что делать дальше.

– Я погоню отару по долине, – предложил молодой мужчина.

– Справишься? – спросил старик.

Пастух кивнул.

– Дед, это же всего только три овцы. Неужели ты пойдешь в горы, чтобы вернуть пропажу? Мы никогда их не найдем.

– Да, это всего три овцы, – согласился старик. – Но ты же сам знаешь, как радуется пастух, когда отбившаяся овца возвращается в стадо. Если мы не вернем их, то они погибнут от зубов шакалов. Можешь остаться с отцом. Но если ты хочешь стать смелым, то пошли со мной в горы.

– Хорошо, дед. Я обещаю не бояться, – сказал мальчик.

Он попрощался с отцом и заспешил вслед за дедом, который уже шагал к близким горам, опираясь на рукоятку кнута как на посох.


Впереди носильщиков шли Карим с Али. Они не оборачивались, наверняка зная, что вьючный скот покорно следует за ними. Наджиб, смеясь, рассказывал главарю о своей беседе с сумасшедшими русскими. Особенно он напирал на то, как ему удалось провести их и наплести об огненных шарах и белом луче.

– Я им рассказал один в один то, как видел это в телевизоре. Там тоже какой-то американский фермер перегонял трактор ночью с поля на поле. Над ним завис огненный шар. Тут трактор и заглох. Потом этого фермера по белому лучу инопланетяне забрали к себе на корабль. Чушь, конечно, несусветная. Американцы накурятся, обколются нашей дурью, потом им и не такое мерещится. Там еще одна женщина рассказывала, как зеленые человечки с ней сексом занимались…

Али внезапно вскинул руку, давая знать носильщикам, чтобы те остановились, замер и сам. Наджиб затих, стал прислушиваться. Тропинка делала поворот. Что ждет впереди, рассмотреть было никак нельзя. Но там явно происходило какое-то движение.

– Ты же сказал, что путь чист, – процедил сквозь зубы Назар.

– Здесь никого не должно быть. В этих местах люди ходят очень редко.

– Но кто-то же протоптал тропинку, которой мы пользуемся. – Главарь криво ухмыльнулся, вытащил пистолет и передернул затвор.

Карим взял в руки нож, готовый в любой момент его метнуть. Носильщики сбились в кучу и опасливо косились, не зная, что сейчас произойдет. Больше всего они опасались встречи с пограничниками, а то и того хуже – с российскими военными. С таджиками еще можно было договориться, а вот с русскими сложно. Напряжение возрастало.

И тут из-за скалы одна за одной выбежали три овечки. Они сами испугались людей. Али засмеялся:

– А ты прав, Карим, службу несешь исправно. Это всего лишь овцы, отбившиеся от отары. У нас будет неплохой ужин. Свяжите их, – обратился он к носильщикам.

Но они не успели исполнить приказ. Следом за овцами из-за скалы вышли старик с кнутом и мальчишка. Они тут же замерли, встретившись взглядами с главарем.

– Не трогайте, это мои овцы. Они отбились от отары, – произнес старик.

По его взгляду было прекрасно понятно, что он не сомневается в том, кто перед ним.

– Овцы? – переспросил Али, которого сейчас больше занимало другое.

Старик и мальчишка стали невольными свидетелями, судьба каравана повисла на волоске. Отпустишь их – могут рассказать пограничникам.

Старик понял ход мыслей главаря и пообещал:

– Мы никому о вас ничего не скажем.

Эта фраза только укрепила Назара в уже принятом решении.

– Ты прав, – сказал он старику. – Вы никому ничего о нас не расскажете. – Главарь вскинул пистолет и выстрелил.

Старик покачнулся, успел крикнуть внуку: «Беги!» – после чего осел на каменистую землю.

Мальчишка замешкался, не знал, куда броситься: то ли помочь деду, то ли исполнить его последнее пожелание – бежать. Сомнения довершил следующий выстрел. Но Али поспешил, хорошо не прицелился. Пуля врезалась в скалу, поднялся фонтанчик пыли, брызнули каменные осколки. Мальчишка побежал. Карим сорвался следом за ним.

Тропинка петляла. Мальчик бежал, постоянно оглядываясь. Наджиб, тяжело дыша, еле поспевал за ним. Нож он держал наготове, чтобы метнуть его в подходящий момент. Мальчишка на секунду приостановился, чтобы выбрать, куда бежать дальше. Тропинка раздваивалась.

Остро отточенное тяжелое лезвие вспороло воздух. Наджиб промахнулся совсем ненамного. Нож вошел в ствол дерева над самой головой мальчика. Тот с перепугу понесся по тропинке, круто забиравшей вверх, хотя, конечно же, легче было бежать на спуск.

Карим подбежал к дереву, схватил нож за рукоятку, но сразу не сумел его вырвать – так глубоко и плотно зашло лезвие в сухой ствол. Наконец нож снова оказался у него в руках.

Сверху по тропинке осыпались камешки. Слышалось, как испуганно мечется мальчишка, закрытый от взгляда камнями. Затем раздался протяжный крик. На него наложился грохот камней. Крик раздался и внезапно стих, словно его обрезало. Наджиб взбежал по тропинке. Она выходила к крутому склону, сплошь усыпанному каменными обломками. Они находились в движении!

Карим еле успел остановиться, иначе его и самого понесло бы осыпью вниз. Последние камни скатились и замерли. В воздухе стояла пыль и внезапная тишина. Наджиб дождался, когда пыль снесет ветер, и всмотрелся в осыпь. Мальчишки он так и не увидел. Но это было и немудрено. Камни могли завалить тело.

– Вот так-то, даже шакалы не потребуются, – решил Карим.

Холостая война

Подняться наверх