Читать книгу Третья мировая сетевая война - Валерий Коровин - Страница 16

Часть I
Мировая геополитика и сетевые войны
Глава 1
Введение в область новой теории войны
Сетевые войны в «международных отношениях»
Три парадигмы войны

Оглавление

Говоря об отличии сетевых войн от обычных войн индустриальной эпохи, необходимо учитывать три фазы развития человеческой истории: аграрную, индустриальную (промышленную) и постиндустриальную (информационную). Им соответствуют три социальных формата – это премодерн, модерн и постмодерн. Нынешнее современное нам общество всё больше постмодернизируется, соответственно технологии модерна, то есть индустриальные технологии, которые реализовывались в ведении обычных войн, где доминируют армии, военная техника, численный состав, – уходят в прошлое. Постиндустриализация современного мира и постиндустриальные технологии делают акцент на передаче информации – и здесь ключевым моментом, главной функцией, областью передачи и средой распространения этой информации является сеть. Сеть – это уже само по себе явление постмодерна.

Всё это необходимо понимать, чтобы оценить, насколько устарели индустриальные подходы ведения обычных войн, а следовательно, чтобы адекватно представить себе, какова роль сугубо индустриальной системы так называемого ядерного сдерживания, на которой покоилась безопасность двухполярного Ялтинского мира эпохи модерна. Старая поговорка о том, что генералы всегда готовятся к прошедшей войне, приобретает здесь действительно жизненно важное значение. Без осознания сути «новой теории войны» можно просто забыть о понятии безопасности, как и о возможности сохранения суверенитета.

Многочисленные примеры, в том числе и из новейшей истории, доказали, что Америка ни при каких обстоятельствах не пойдёт на ядерное обострение до тех пор, пока у России хотя бы номинально остаётся её ядерный потенциал и пока она даже гипотетически способна нанести ответный ядерный удар. Однако это не исключает прямого неядерного военного столкновения основных сил Запада с российской армией[20]. И уже тем более совершенно не исключены ситуации непрямого столкновения в локальных конфликтах либо «обоснованные» локальные удары по территории России в случае, если это будет вызвано необходимостью подавления отдельных точек сопротивления небольших террористических групп, возможность чего прямо прописана в концепции национальной безопасности США. В этом случае ядерный ответ со стороны России является несоизмеримым, а значит, в представлении западных стратегов маловероятным. Ну а главным инструментом горячей фазы сетевой войны является «спровоцированный» военный удар по территории противника (или по территории, находящейся под его стратегическим контролем) со стороны третьей силы. Данный метод ведения войны вытекает из стратегии «Анаконда»[21], активно применяемой США, на чём мы ещё остановимся подробнее в следующих главах. Примером же такого «спровоцированного» военного удара стало нападение Грузии на Южную Осетию, сетевой операции США против России, под реализацию которой были созданы так называемые граничные условия для военной агрессии на территорию, стратегически подконтрольную России, без прямой увязки с американским центром принятия данного решения.

Таким образом, спокойствие относительно безопасности России, связанное с надеждой на наш «ядерный щит», доставшийся нам от эпохи модерна, при наличии постмодернистской технологии сетевых войн является мнимым. Это всё равно что надеяться на свой арбалет или тугой лук с острыми стрелами в ситуации, когда противник готовит авианалёт эскадры сверхзвуковых бомбардировщиков. Вооружения индустриальной эпохи так же проигрывают перед постиндустриальными информационными стратегиями, как воинство эпохи премодерна перед лицом индустриальных армий. Кавалерия, конечно, принимала участие во Второй мировой войне, но не стала решающим фактором победы.

Третья мировая сетевая война

Подняться наверх