Читать книгу Третья мировая сетевая война - Валерий Коровин - Страница 7

Часть I
Мировая геополитика и сетевые войны
Америка строит империю

Оглавление

То, что Америка строит именно «Империю», наиболее полно и убедительно доказали итальянский журналист Тони Негри и американский политолог Майкл Хардт в своём совместном труде «Еmpire» («Империя»). Выступая с левых позиций, что в эпоху конца идеологий демонстрирует некоторую несостоятельность, они тем не менее подводят серьёзную доказательную базу именно под утверждение о существовании американской империи. Используя левую терминологию, они замечают, что носителем Труда в эпоху постмодерна становится не рабочий класс, но «множество» (multitude). Подобной же позиции придерживается и французский философ Ален де Бенуа, утверждающий, что глобализации, предоставляющей базу для американского имперостроительства, предшествует сначала процесс атомизации – отрыва человека от корней, от естественных связей, делающих его неуязвимым для «системы» или «империи», в понятиях Негри и Хардта, а затем запускается процесс массификации, превращающий теперь уже обездоленных, разорванных индивидуумов в обезличенную массу для простоты управления ею со стороны «системы». Таким образом, американская империя опирается именно на управляемого индивидуума, на социальный атом, представляющий собой, в терминах Алена де Бенуа, «источник производства и потребления».

Продолжая цепочку левых сопоставлений, Негри и Хардт указывают на то, что вместо марксистской «дисциплины» победивший капитал использует «контроль». «В планетарном масштабе учреждается общество надзора, то есть создается целая серия методов и технологий, которые позволяют отслеживать поведение людей, проверять, не отклоняются ли люди от норм», – вторит Негри и Хардту основатель европейского движения «новых правых» Ален де Бенуа. К «контролю» де Бенуа относит контроль за общением – начиная с прослушивания телефонов, просмотра почты и т. д. и заканчивая системами повсеместного видеонаблюдения, дронами, использованием различных электронных методов слежения, которые позволяют определять, где люди находятся, чем они занимаются, каковы их вкусы и взгляды. И здесь Ален де Бенуа констатирует даже некоторый парадокс: «Именно наиболее развитые с технологической точки зрения общества сегодня располагают целым арсеналом средств для того, чтобы шпионить за согражданами. Такими средствами не располагал прежде ни один тоталитарный режим в прошлом».

Вместо же ставшего привычным для нас «государства» Негри и Хардт выявляют становление планетарных сетей.

Именно «сети» являются базой строительства планетарной американской Империи. Империя простирается туда, где есть сеть: «Имперский порядок формируется не только благодаря возможностям аккумуляции и расширения до уровня глобальной системы, но также и на основе своей способности к развитию вглубь, к возрождению и самораспространению через биополитические сетевые структуры мирового сообщества»[3].

Негри и Хардт совершенно справедливо настаивают на том, что «Империя» не имеет ничего общего с классическим «империализмом». Классический империализм оперирует понятиями метрополия и колония, сухопутная «имперскость» – с центром и периферией. И колония, и периферия – это то, что физически освоено метрополией или центром, то, куда ступала нога представителя империи. Структура же «Империи» в постмодернистском смысле такова, что включает в себя любую зону, попавшую под контроль «Империи», который необязательно выражается в физическом присутствии. Достаточно присутствия в этой зоне подключенной сети. А порой достаточно даже медийного присутствия.

«Империя» децентрирована, она не имеет единой метрополии или центра. Этот фактор предопределён структурой «сети», лежащей в основе постмодернистской «Империи». Там, где присутствует имперская сеть, там есть и узел сети – её локальный центр. Множество центров, созданных по единому мировоззренческому шаблону, но разных по структуре, в свою очередь предопределяют то, что «Империя» заведомо и изначально планетарна и универсальна.

Третья мировая сетевая война

Подняться наверх