Читать книгу Отпуск на войну - Альберт Байкалов - Страница 8

Глава 6
Ты тоже «ватник»

Оглавление

В клубе было душно. Густой запах немытых тел и сдержанный гул заполнили помещение. В первых рядах, как водится, сидела администрация.

– Чего собрали? – наклонился к Балуну Шипа.

– Понятия не имею… – пожал тот плечами.

– Ты такими фразами не бросайся, – тут же воспользовался случаем сделать наставление Шипа. – Как же в зоне без понятий?

– Не цепляйся, – поморщился Балун. – Сам знаешь, что хотел сказать.

– Тише! – шикнул на них сидевший с краю отрядный.

– Встать! – раздалось откуда-то сзади.

По проходу шел Хозяин. Плешивый подполковник с бегающими глазками поднялся на сцену и обвел взглядом зал:

– Садись! – Дождавшись, когда шум утихнет, он положил фуражку на стол и подошел к краю сцены: – Обстановка в стране напряженная и тяжелая! В городе идут уличные бои. На фоне этого в нашем учреждении увеличилось количество нарушений режима. Я хочу, чтобы, выйдя отсюда, каждый понимал, что никто больше с вами церемониться не будет. Идет война, и каждый день гибнут люди. Армии не хватает продуктов питания и денег. Родители и волонтеры на свои средства закупают для солдат обмундирование и бронежилеты…

– Красть меньше надо было, – не удержавшись, прошептал Шипа.

– …Вы должны понимать, что содержание заключенных становится накладным, – продолжал вещать Хозяин. – Поэтому в правительстве всерьез собираются рассмотреть вопрос о том, чтобы избавиться от дармоедов.

По залу прокатился вздох негодования, но высказаться не осмеливался никто.

– Пока город в руках, – неожиданно замолчал подполковник, словно споткнулся на слове, которое никак не получалось выговорить, – ополченцев…

– Боится сепаратистами и террористами назвать, – пробормотал Шипа, – за забором быстро башку снесут.

– …А они, то есть ополченцы, вашего брата тем более не жалуют. Всем известно, что суды сейчас не работают, поэтому находящихся под следствием в СИЗО просто вывезли ночью куда-то в район аэропорта и расстреляли.

Зал загудел.

– Брешет! – толкнул Балуна в бок Шипа.

– Тихо! – Хозяин свел на переносице брови. – Так это или не так, точно не знаю. Связь у нас отсутствует. Пока есть договоренность, что объекты пенициарных учреждений никто не трогает. Поэтому с нашей стороны требуется сидеть и не высовываться. Любые попытки использовать ситуацию будут подавляться по закону военного времени…

– Он что, собрал нас, чтобы попугать? – недоумевал во время обеда Шипа.

– Просто боится, – неожиданно высказал свое мнение Гришко.

– Чего ему бояться? – услышав его слова, хмыкнул Крым.

– Хозяин сейчас между двух огней. – Гришко сунул ложку в карман. – С одной стороны, ополчение, с другой – «укры».

– Насколько мне известно, украинцы и там, и там, – заметил Шипа.

– Где ты видел здесь украинцев?! – с набитым ртом пробубнил Курок. – «Ватники» они!

– Объясни мне, – подался вперед Балун, – почему «ватники»?

– Потому что в ватниках ходят…

– Хорошо, а не «ватники» что надевают?

– Как что? – растерянно захлопал глазами Курок.

– Если это оскорбление, то ты должен за базар ответить. – Балун смерил взглядом расстояние до надзирателя и, убедившись, что тот не слышит разговор, с угрозой в голосе продолжил: – Вы там у себя на западе только и знаете, что в Польшу кататься, а потом в Украине шмотки перепродавать. Все так живут. А здесь мужики в шахтах работают и у плавильных печей стоят. Именно труд вы и презираете!

– А ты, никак, работяга! – вмешался в разговор Винт.

Все это время он лишь стучал по дну миски ложкой, вычерпывая суп, который больше походил на воду, в которой прополоскали посудную тряпку.

Не считая нужным продолжать разговор, Балун подвинул к себе кружку.

Никто так и не понял, для чего начальство стращало в клубе. Как только за забором стали рваться снаряды, в колонии прекратили проводить утреннюю зарядку, а окна заклеили крест-накрест полосками из газет. Война отразилась не только на внутреннем распорядке и рационе питания, изменились даже отношения между сидельцами. Теперь было меньше склок и потасовок. Почти перестали перечить администрации. Впрочем, послабление режима стало настолько ощутимым и необычным для «строгача», что бузить себе дороже. Ненароком взбредет что-нибудь в голову Хозяину, возьмет да и грохнет, а спишет на случайно залетевшую из-за забора мину. И хотя пока они не залетали, сидельцы без всяких предупреждений вели себя относительно спокойно и терпеливо ждали, чем все закончится. Однако сегодняшние откровения Хозяина все равно настораживали. А вдруг не врет?

Отпуск на войну

Подняться наверх