Читать книгу Вторжение - Алексей Титов - Страница 5

Просидев так под деревом, по ощущениям, несколько часов, я вскрыл ещё одну банку каши, а также разложил вещи в рюкзаке. Теперь даже при беге они не будут так больно бить по копчику.

Регенерация уже начала действовать: раны покрылись корочкой и начали потихоньку стягиваться. У человека на это ушло бы не меньше пары дней. С этого теперь возникает вопрос: человек ли я?

Сам не заметил, как погрузился в лёгкий сон. Дурак ли я, спать в такой обстановке? Безусловно, да, но тут уже ничего не поделаешь.

Сон оказался не из приятных. Мне снилось моё последнее сражение: как моя группа попала в засаду, как товарищи, ставшие за последнее время братьями, умирали. Нас поливали плазмой со всех сторон. Единственный шанс выжить был сквозной проход в многоэтажном доме, а потом – бежать. Но все попытки добежать двадцать метров не увенчались успехом. Из двенадцати человек нас осталось пятеро, из них два трёхсотых. Добив магазин, ухожу за укрытие. Рядом грохочет пулемёт, и вдруг – взрывная вспышка плазмы, и мир гаснет.

Просыпаюсь и резко хватаю ружьё. Сердце бешено стучит, но вокруг всё спокойно.

Открываю и делаю ещё глоток коньяка. Нужно успокоиться. Прошло уже много времени, а для меня это было как вчера.

Нужно найти часы. Я снова не знаю, сколько точно проспал. Но ноги, по большей части, уже затянулись. Неуверенно встаю и делаю несколько шагов босиком. Всё в порядке.

Что ж, надеюсь, носки из рюкзака были постираны, и я не занесу себе грибок или ещё что похуже. Надеваю их и снова лезу в большие берцы. Мне предстоит неблизкий путь непонятно куда, ведь пока что я даже не знаю, где нахожусь.

Встаю, закидываю рюкзак и выхожу к дороге. Прошагав километров семь, наконец-то появился первый значимый для меня знак. Оптимизма он не добавил: до Москвы 500 с лишним километров, но мой путь лежит в сторону Смоленска. Сам город был уничтожен, но в его округе был создан мой родной анклав. Возможно, я надеюсь, там ещё все будут живы.

Но в данный момент меня заинтересовал именно поворот на деревню Р… До неё всего пару километров, можно попробовать обжиться вещами и переночевать, солнце уже клонится к закату.

Дорога до первых домов не заняла много времени. Кстати, по пути в кювете лежал дорогой чёрный джипик, правда, всё ценное из него уже давно достали: даже аккумулятор и колёса тоже были кем-то сняты.

Подходя ближе, стало понятно, что эта деревня превратилась в дачный посёлок. Много хороших домов, ЛЭП, крепления от спутниковых антенн. Но даже невооружённым взглядом было понятно, что здесь не один раз уже были другие выжившие: разбитые окна и выбитые двери встречали меня возле каждого дома.

Уже без серьёзных надежд захожу на территорию первого двухэтажного дома. Когда-то здесь была красивая лужайка с качелями и беседкой, а вон там сбоку, похоже, стояла теплица, но сейчас это лишь заросший травой отголосок прошлого.

Внутри ничего особенного не было. Лёгкий бардак с перевёрнутыми вещами, сразу видно, выносили всё, что представляло хоть какую-то ценность: одежда, обувь, еда, электроника, инструменты. Но это было давно, огромный слой пыли свидетельствовал этому.

Потратив на дом минут пятнадцать, я понял, что это бесполезно. Даже одеяла и подушки и те вывезли. Хотя, пару кухонных ножей я забрал, предварительно, замотав их в тряпки, они отправились в рюкзак; туда же, кстати, полетели и вилка с ложкой.

Это были долгие три часа. Я осмотрел двенадцать домов и, наверное, столько же пристроек – везде пусто. Хотя нет, вру. Нашел колонку с водой и набрал воду в бутылки, а ещё в одном из домов обнаружил логово мутировавших крыс. Такие милашки, выросли и стали размером с домашних средних котов. Эти твари опасны в темноте, а сейчас: две получили по картечи, а в голове последней оказался топорик.

Последняя заставила немного попотеть. Разобравшись с двумя и не видя третью, я начал перезаряжать ружьё, и именно в этот момент эта крыса-переросток решила напасть. Спасла реакция, а также ружьё, которое полетело в тварь и сбило её в полёте. А дальше – топорик: шаг в сторону при её атаке, и загнанное лезвие прямо в черепашку.

Солнце уже садится. Пора всерьёз задуматься о ночлеге. Следующий дом был с приятным сюрпризом. Не знаю, что здесь произошло, но, похоже, уходили отсюда в спешке. Много полезных вещей было скинуто внутри, недалеко от входа, даже газовый баллон лежал в углу. Похоже, его тащили, а потом почему-то оставили.

В основном оставленные вещи были женские или, в данный момент, для меня бесполезные. Не знаю, чем мне сейчас может помочь разряженный планшет или тостер, но в этой груде я нашёл хорошие кроссовки своего размера. Как же приятно они сидят на ногах после огромных берцев! Ух, блаженство.

В этом же одноэтажном домике и устроил себе ночлежку. На улицу матрасы никто не выносил и предварительно закрыв окно передвинутым шкафом и проверил плотно ли фиксируется дверь я, снова вышел на улицу.

Разжёг небольшой костерок из найденных в городе журналов и газет, подогрел кашу, нашел в доме старый кипятильник и, сорвав листья с кустов малины, сделал себе чай.

Вернулся в комнату и плотно закрыл дверь, уселся на мягкую кровать. Кстати, забыл сказать: в этой же кучи нашлись и свечи, поэтому ночь в темноте меня не ожидает. Сново пригодилась найденная в первый же день зажигалка.

Вот такая вот романтика темная комната, свечи, ароматный чай, банка перловки и банка персиков.

Поев, положил двустволку рядом, оставил рядом одну горящую свечку, и лёг спать.

Ночью была гроза, поэтому раннее утро встретило меня чистым, прохладным воздухом. Где-то щебечут птички, а это хороший знак. День обещает быть удачным, подумалось мне.

По старой схеме разогрел тушёнку с чаем и позавтракал, а ещё смог умыться дождевой водой. Но не всё так радужно: пришлось снова переобуться в большие берцы. Грязь и лужи – мои почти новые модные кроссовки этого не переживут. С тоской и лёгкой грустью они отправились в рюкзак, а мой взгляд упал на напротив стоящий дом – вчера под вечер не захотел рисковать.

А дом оказался не простой: почему-то он был не тронут, только разбитое окно на втором этаже. По сравнению с остальными домами он казался ещё жилым. Красивый, большой, кирпичный, с красной черепичной крышей, окружённый красивым бордовым забором с каменными столбиками и дорожками из плитки, – это место выделялось на фоне остального апокалипсиса.

Будь я чуточку умнее, я бы, наверное, заподозрил что-то неладное и обошёл бы это место. Но грёбаное любопытство!

Хотя, признаю, чуйка орала об опасности, но, несмотря на это, я всё равно, аккуратно держа ружьё в руках, сначала зашёл на территорию, а потом и в сам дом.

Открыв дверь настежь, я позволил уличному свету осветить коридор. Длинное помещение с проходами в комнаты и широкая лестница вверх и вниз сразу бросились в глаза. А ещё я сразу подметил огромный слой пыли и явно нетронутую мебель.

Аккуратно и медленно начинаю заходить; пол предательски заскрипел, оповещая весь дом о нежданном госте.

Пройдя половину коридора, пол за мной снова заскрипел, и я резко понял, почему этот дом был не тронут.

Очень редкий случай, когда вирус заставляет несколько существ соединиться. Наши учёные не могли дать точное объяснение, почему это происходит, но сам факт – это происходит.

Однажды мою группу отправили на зачистку. Мы нашли документы, что за пару недель до вторжения в одной из школ полностью обновили медикаменты в медпункте. Туда отправилась одна мелкая группа добытчиков из пяти человек. Через десять минут после захода в здание начали раздаваться длинные очереди, как будто кто-то в панике за раз выстреливал по магазину. Ещё через пять минут из здания без оружия выбегает один из добытчиков. Он силой и с криками, что сама смерть пришла за ними, пытается вырвать ключи от машины у двух оставшихся снаружи людей.

Охранение машины, мягко сказать, офигело от такого. Этот выбежавший сорокалетний мужик не был профессиональным бойцом, но и трусость у него никогда не была замечена. Бывали случаи, когда он первый заходил в здание и вёл за собой бойцов. А тут он в панике кричит, дерётся и дрожит.

В анклаве, успокоив и расспросив Серёгу – так звали этого добытчика, – стало известно, что на них напала невидимая тварь: только глаза от луча фонарика светились.

Было принято решение отправить нас, все двенадцать человек, с тяжёлым вооружением. В процессе мы выяснили, что это была усовершенствованная Кара, которая слилась с хамелеоном, получив его способность менять свой окрас.

Ох и настрелялись мы по ней! Ловкая, шустрая и умная, она легко уходила и пряталась. У неё даже получилось ранить одного из группы: выпрыгнув из кабинета, она полоснула когтями по спине и руке и снова ушла в тень, изменив окрас. Бойца спас рюкзак и броник, но руку всё равно пришлось штопать.

Минут пятнадцать охоты, и пуля оказалась быстрее скорости зверя. Её труп мы отвезли научникам на изучение, а после нашли и террариумы, где держали ящериц. Задание мы, кстати, выполнили, и медикаменты тоже доставили на базу.

Так вот, сейчас ко мне на четырёх лапах вышел, похоже, ещё один подвид: упырь с, мать его, панцирем! Их кожа и так тяжело пробивается, а тут ещё и дополнительная защита, причём не только корпуса: выращенные пластины укрепляют лапы и даже голову. Это живой бронированный танк!

Шагаю спиной вперёд в одну из комнат, спотыкаюсь о порог и падаю на спину. Именно это меня и спасло: тварь пролетела прямо надо мной и врезалась в шкаф. Не теряя ни секунды, встаю и начинаю бежать в сторону выхода. Но не тут-то было. Этот живой танк оказался ещё и маневренным: он вылез из поломанного стеклянного шкафа с посудой и, оттолкнувшись от него, полетел в меня.

Столкновение было неприятным: по ощущениям, меня как будто грузовик сбил, а дальше мы… вместе полетели в стену. Удар пришелся на выставленные руки и ружье отлетело в сторону выхода.

Превозмогая боль кое-как ползу на коленях, тварь сзади держит меня за рюкзак и резко дёргает на себя, а я сопротивляюсь и рвусь вперед. У меня перехватывает дыхание, слышу как разрываются швы на рюкзаке, как-то лямки соскальзывают и я вырываюсь с этого плена. Спотыкаясь бегу к выходу, на ходу как мячик бью ногой ружье в открытую дверь, из-за этого удара происходит выстрел, картечь вонзается в стену. А я сам чуть ли не вылетаю на улицу в след за двустволкой.

Бегу, спотыкаюсь на скользкой грязи и мой полет продолжается прямо в лужу, супер! Перекатом ухожу за забор и смотрю: тварь вылетела с дома. Именно сейчас стало заметно: кто-то грамотный подстрелил ей глаза – она слепая.

Выбежав на улицу, упырь прыгнул в лужу, прямо в то место, где я сам приземлился. Тварь постояла так некоторое время, принюхалась, а потом ловким прыжком вернулась на крыльцо и зашла в дом. Кстати, то ли случайно, то ли намеренно, но, проходя возле двери, она коснулась её лапой, так что дверь прикрылась.

Сказать, что я охренел, – это не сказать ничего. И вот я, мокрый и грязный, лежу возле забора и думаю, как дальше быть.

Рюкзак потерян, еды и вещей больше нет. Всё, что я смог добыть за последние дни, осталось в доме. Хотя нет, не всё: обрез лежит возле крыльца. Хоть что-то хорошее.

Из того, что я успел заметить, дом полностью не тронут. А это значит, что если как-то убить тварь, то можно много чего полезного найти. Так, всё, пора вставать.

Подбираю ружьё и возвращаюсь в своё место ночлега. Снимаю мокрую и грязную одежду, остаюсь снова в одних шортах, опять разжигаю костёр. Вбив две палки в землю и связав в несколько слоёв толстые вязальные нитки, найденные в одной из полок, сделал подобие сушилки. Принёс табуретку, уселся и ещё минут двадцать потратил, чтобы протереть обрез.

Вообще идей нет. У меня осталось три патрона и топорик. Как с помощью этого уложить тварь, против которой нужно тяжёлое вооружение, я вообще не представляю.

Просидев в своих мыслях ещё полчаса, принимаю решение ещё покопаться в вещах, может, что полезное найдётся. Так же надо обследовать остальные дома. Шансы невелики, но они хотя бы есть, а соваться к той твари в нынешнем состоянии – это сродни самоубийству.

Подходя к вещам, в досаде пинаю первую попавшуюся игрушку. Она отлетает прямо в угол, где лежит газовый баллон. И тут у меня появляется идея. Проверяю на наличие газа по весу – всё отлично, и приступаю к реализации своего плана.

Баллон весом 18 килограммов дотащил довольно-таки легко. Уложил его на плитку в метрах восьми от крыльца и принёс вёдра и бутылки с водой, поставив их за забором. На всякий случай, пусть будет. Дальше ходил в поисках сухой травы, тряпок и маленьких деревяшек. Предварительно связал их так, чтобы можно было поджигать и кидать.

Провозившись с баллоном какое-то время, у меня получилось сделать так, что газ в небольшом количестве начал выходить. Теперь самое опасное. В кроссовках и шортах поднимаюсь на крыльцо. В руках тарелки и всё, что может вызвать много шума. Открываю дверь. Тварь, как и раньше, спряталась.

Ну, поехали. Несколько тарелок летят в центр коридора и громко разбиваются. Упырь среагировал мгновенно и выпрыгнул прямо на источник звука. Железная банка полетела в начало коридора. А дальше я уже сам, издавая громкие звуки, бегу на улицу, скидываю весь громкий хлам возле баллона, а сам максимально тихо ложусь за кирпичный заборный столбик.

Тварь выбежала вслед за мной и остановилась, сбив кучу барахла.

Это мой шанс: поджигаю импровизированную бомбочку. Бумага вспыхивает, а за ней и трава. Кидаю навесом из-за укрытия в сторону баллона. Вслед за первой кинул и вторую, и тут жахнуло. Да так, что в ушах какое-то время ещё свистело.

Аккуратно вылезаю из своего укрытия. В разных местах горит огонь, плитка стала отличным осколочным снарядом, всё вокруг было усеяно повреждениями и мелкими кусками. Верхняя часть твари лежала в нескольких метрах от дорожки, её, видимо, откинуло взрывом. А вот нижние лапы были в другой стороне. На всякий случай кинул в тело кусок плитки, а потом несколькими ударами топора отсоединил голову от тела.

Ещё какое-то время я тушил уже разгоревшееся пламя. Воды, понятное дело, не хватило, и в ход пошли руки и песок.

Разобравшись с огнём, я понял, что это очередная маленькая победа.

Весь в земле, я начинаю заходить в дом. Всё равно держу ружьё перед собой, готовый к выстрелу. Внутри, в конце коридора, возле лестницы под слоем пыли обнаружились засохшие лужи крови. И, судя по следу, тела тащили прямо в подвал.

Куда я решил пойти в первую очередь? Правильно, именно вниз. Но перед этим сходил к своим импровизированным огненным шарикам. Привязал их к черенку от лопаты и поджёг. На пару минут должно хватить.

И вот так, держа перед собой в одной руке источник света, а в другой ружьё, я начал спуск. В подвале меня встретила адская вонь, как и ожидалось: всё было завалено трупами, вернее, остатками. Да и похоже, давно здесь никто из людей не появлялся. Помимо четырёх человеческих тел, были видны остатки каких-то животных.

Сразу, за что зацепился взгляд, так это за генератор и канистры, стоящие возле него. Опускаю на пол уже почти потухший импровизированный факел и, как когда-то учили, заливаю топливо с рядом стоящим маслом. Несколько манипуляций, и вот приятный грохот нарушает тишину. Рядом загорается лампочка, и я ещё раз, но уже под нормальным светом, наблюдаю жуткую картину из разорванных тел, а также само помещение, которое у прошлых хозяев, похоже, использовалось как склад барахла.

Подхожу к человеческим остаткам, переворачиваю кусок и снимаю окровавленную «Ксюху». Похоже, АКС-74У был закреплён на ремешке и вместе с его обладателем был затащен вниз. Неполный магазин свидетельствовал о том, что стрелок успел пострелять.

Дальнейший осмотр добра на телах принёс мне ПМ с полным магазином и чудом уцелевшей кобурой, дополнительный целый рожок для «Калаша», а также 62 патрона 5.45 для той же «Ксюхи» и 4 целых патрона 12 калибра. Это всё с учётом одного целого магазина АК, плюс нескольких искорёженных, из которых я вытащил часть уцелевших боеприпасов.

Заряжаю полный магазин и вешаю АК на спину, после, взяв обрез, поднялся наверх. Исследование дома продолжается.

Как и ожидалось, живых здесь больше не было, а все помещения остались нетронутыми. Двигаясь дальше, на втором этаже, обнаружил разбитое окно. Похоже, упырь через него, когда имел зрение, и выбирался на… охоту. Много красивых комнат, ковры и 3d обои с картинами на стенах, всё это очень украшало.

Кстати в одной из комнат на первом этаже я обнаружил искореженную бинельку. На нее видимо и пришел первый удар упыря. Из ружья я смог вытащить только 1 вроде как целый патрон, все остальные были, как и само оружие смяты.

В доме ещё была интересная комнатка, в которой я надолго задержался. В ней лежали удочки, снасти, ножи, походные принадлежности, в углу была сложенная палатка, также в шкафу нашлись комплекты темно-зелёных горок и несколько пар облегченных берец моего размера. На соседней полке лежал футляр Открыв его я даже присвистнул, Винторез с оптикой! Но есть одно НО, взяв его в руки я понял, что что-то не так. Это крутая пушка оказалась обычным страйкбольным приводом. Грустно вздохнув я положил его обратно.

В этой комнате, за тумбой в стене, я обнаружил большой сейф; в таких обычно хранят боевое оружие. Вскрыть его я никак не мог: попробовав разок только что придуманную комбинацию, я оставил сейф в покое.

В доме, в ванной, висел старенький бойлер, в котором ещё снизу разжигался огонь, и с помощью него вода нагревалась.

Моему счастью не было предела. Быстро, в несколько ходок, я натаскал воду из колонки и зажёг огонёк. Ещё и пару наполненных вёдер рядом оставил. Для счастья, оказывается, много и не надо.

Тщательно помывшись, постояв под тёплой водой, я вышел с ружьём, завёрнутый в полотенце.

В одном из шкафов я нашёл чистое бельё. Хозяин этого дома был телосложением и ростом примерно как я, поэтому горка подошла как влитая.

Холодильник решил не открывать – мало ли что. В полках нашлись крупы, макароны, рис, даже консервы с кашей и мясом были. Запасливые жильцы! А упырь не давал шанса даже мышам.

Вышел на улицу, снова разжёг огонь. Из крутой комнаты вынес треногу и повесил на неё котелок. Дальше туда полетела вода, макароны, тушёнка и какие-то специи.

Пока готовился мой обед, продолжил изучать дом. В одной из комнат, в прикроватной тумбочке, нашлись походные часы. В них я наконец-то увидел дату и аж отлегло. May 15 2030 показывало на них. Привычная западная дата. Но это значит что прошло всего три с лишним месяца с моего исчезновения.

Надев часы на левую руку, продолжил осмотр. В этой же комнате, в комоде, нашлись женские украшения из драгоценных металлов и камней и остальные женские штучки. А ещё стояла рамка с фотографией: на ней, улыбаясь в камеру, смотрела обнявшаяся семья. Мужчина и женщина лет по 50. Рядом справа, похоже, их сын, на вид около 23; слева – девушка лет 17, и между ними – два мальчика-близнеца лет по 7.

Война не щадит никого. Поэтому упырю даже не понятно, кто из этой семьи это был до мутации.

Без эмоций опускаю фотографию. Прошло уже то время, когда такие фотографии вызывали тоску. Мы все кого-то потеряли, а потом эти потери стали ещё чаще.

Оставив пока всё как есть, я спустился вниз, заранее захватив тарелку и ложку. Плотно поел, запив всё водой, вернулся обследовать дом.

Ещё 20 минут хождения по комнатам и открывания каждой тумбочки особо ничего полезного не принесло, поэтому принимаю решение собрать рюкзак на будущее.

В необычной комнате нашёлся и тактический рюкзак на 36 литров; в нём отлично уместилась ещё одна горка с берцами и пара комплектов белья. Кстати, в доме нашлась и аптечка: большая часть медикаментов была просрочена, но бинты, уголь, вата, перекись и ещё что по мелочи отлично уместились в дополнительном кармане.

Палатку решил не брать, а вот спальник прицепил к рюкзаку. Так же посмотрел коллекцию ножей, длинный охотничий сразу повесил на ремень, парочку обычных отправились в рюкзак, а один небольшой смог зацепить под штанам над берцом, так сказать на всякий случай.

Фонарик скотчем примотал к Ксюхе, в кармашки так же полетели дополнительные батареи, которые я перед этим конечно же проверил. Ещё один фонарик разместился там же.

Крупы, макароны, банки каш и мясо, плюс пакетики чая и котелок с небольшой треногой тоже уместились и закрепились на рюкзаке. Кстати специи тоже захватил, а вместе с ним средства для умывания. Огниво и пару упаковок спичек и зажигалок. Женские украшения найденные в комодах были отправлены в карманы горки, а часть завёрнутые в ткань в тот же рюкзак. Вроде все. А нет, про воду забыл. Пару бутылок и походная фляга на ремень и бутылочка алкоголя, вот теперь всё.

Долго искал подобие карты, но ничего похожего не нашел, заряжать планшеты тоже бесполезно, связи нет практически с начала вторжения.

Со всеми собираниями забыл про разорванный рюкзак. Он лежал в том же месте. Похоже тварь выпустила всю ярость на этого беднягу. Из целого остался только один ИПП и одна банка каши. Понятно куда они отправились. А вот дорогой коньяк было жалко.

На часах всего 17:15, поэтому два часа потратил на хорошую чистку калаша, ПМ и ружья. Маслёнка нашлась в одном из шкафчиков, рядом с коллекцией ножей. И вот, наконец-то, я закончил это занятие: стволы аж блестели. Красота!

Ещё разок перекусил, завёл будильник на часах, минут пятнадцать разбирался, как это делается, и ушёл спать на мягкую кровать.

Проснулся я в шесть утра. Часы с будильником – отличная вещь. Быстро позавтракал, принял душ, по-быстрому перепроверил вещи, зацепил кобуру с пистолетом, зафиксировал на рюкзаке двустволку, раскидал по карманам горки дополнительный магазин и патроны и взял в руки «Ксюху». Вууух, вроде ничего не забыл. Как будто на курорт собираюсь.

Вышел за территорию, ещё раз обернулся. Красивое место, надо запомнить на будущее, как минимум, чтобы продать информацию о большом количестве полезных вещей.

Пройдя несколько домов, использовал приём «рука-лицо». Часть украшений осталась в высыхающей куртке. Тяжело вздохнув, вернулся обратно. Теперь, надеюсь, точно всё.

Выхожу на дорогу и возвращаюсь на уже знакомый перекрёсток. Снова в путь.

Через какое-то время начали попадаться вскрытые автомобили. Заглянув в парочку из них, до меня дошло: залезать и проверять их уже бесполезно. Во многих даже сиденья вырвали.

Идти в удобной горке и в облегчёнках было одно удовольствие: тёплая майская погода и зелёный пейзаж добавляли к этому красок. Прошагав километров пятнадцать, на очередном перекрёстке был установлен знак, на нём красной краской было написано: «Анклав Надежда: помощь, убежище, кров и торговля». И стрелочка – 12 километров.

Хмыкнув, проверил патрон в патроннике и свернул ближе к обочине. Человек всегда остаётся человеком. Тварей можно перехитрить, да и действуют они на инстинктах. А вот человек… В непредсказуемости нас обогнали только Залтисы.

И что делать? Взвесив все за и против, пришёл к выводу, что возможность разжиться картой, патронами и, если очень повезёт, транспортом не всегда выпадает, нужно рискнуть.

Через четыре километра указатели начали попадаться чуть ли не каждые пятьсот метров. Всё больше признаков указывало на наличие людей: искорёженные автомобили сдвинуты на обочину, упавшие деревья тоже откинуты в сторону.

Ещё несколько километров прошли вполне спокойно, но лесополоса, на которую я решил свернуть, начала заканчиваться, поэтому я зашёл в лес. Последние сто метров пробирался через деревья и редкие кусты. И знаете что? Не зря! Не доходя до конца, падаю за дерево.

Дорога немного заворачивала в сторону, и там, через метров двести, удачно расположился блокпост. Мешки с песком по обочине с двух сторон и старенький БТР-60 с направленным на дорогу пулемётом.

Полежал на мягкой траве минут двадцать. За это время насчитал пять человек: все вооружены и с лёгкими полицейскими бронежилетами. Трое сидят около костра за мешками, один смотрит за дорогой, и ещё один, похоже, за пулемётом в технике.

Несмотря на то, что блокпост хорошо виден из леса, мимо него ничего не пройдёт. Двести метров перед ним и где-то четыреста после легко заросшего поля. И всего одна единственная дорога. Незаметно пройти, наверное, невозможно.

Полежал ещё минут десять – всё без изменений. Жаль, разговоров не слышно. Отсюда сложно делать выводы, поэтому принимаю решение ещё понаблюдать. Но выбор сделали за меня.

Кто говорит, что у человека нет чутья, – ошибается! Оно есть, особенно когда часто играешь со смертью.

Вот и сейчас почему-то я решил повернуться. Моему взору предстали мутировавшие волки. Наши научники не стали мудрить и прозвали их просто вервульфами. Вообще, правильно «вервольф», но как-то прижилось через «у», да и никто не спорил.

Размером эти твари с небольшого бычка, с длинными лапами, короткой шерстью и острыми зубами, способными перекусить человека пополам. Как и у всех мутировавших, их кожа стала прочнее, но не настолько, чтобы остановить пулю. Вервульфы хорошо размножались и сразу вытесняли естественных волков. Известны случаи, когда те и другие объединялись, но мутировавшие всё равно стояли выше.

И вот эти создания сейчас аккуратно подходили ко мне. Между нами было ещё метров сто, но я уже насчитал не меньше шести мутировавших и пары обычных волков.

Сражаться с ними с одной Ксюхой бесполезно, поэтому принимаю единственное возможное решение, встаю и резко начинают убегать в направлении блокпоста. Держу автомат в одной руке стволом вверх, показывая что не я несу угрозу.

Тяжёлый пулемет БТРа сразу навёлся на меня, а через мгновение начал поливать свинцом мне за спину, через пару секунд подключились и остальные стрелки.

В момент когда подключились остальные стволы, я уже пробежал больше половины пути и когда рядом начали свистеть пули калашей, уже лежал в какой-то ямке. А прямо на меня бежала здоровенная клыкастая махина.

Перевожу переводчик огня на автоматический и в тот момент, когда до меня осталось несколько метров, всаживаю длинную очередь прямо в грудь и морду твари. Пули идеально вошли в плоть и огромное тело, падая, прочерчивает борозду в земле.

А я в этот момент уже целюсь в другое место, но бойцы на блокпосте явно не новички, и несколько тел вервульфов падает рядом со мной. Остальные твари поняв безвыходность ситуации разворачиваются и убегают обратно в лес.

Продолжаю лежать и вдруг слышу громкий разговор, состоящий из трёх голосов, направленный в мою сторон.

– Парень, жив?

– Да там столько зверья было вряд ли выжил, хотя бежал со скоростью косули, похоже, на адреналине из леса вылетал.

– Да подождите вы человека хоронить. Парень, если живой давай вставай поговорим. Главное, оружие держи на виду, мы как-никак тебе жизнь, возможно, спасли.

Полежав ещё секунд 10 на мягкой травке, начинаю аккуратно вставать. При этом калаш держу так, чтобы можно было воспользоваться, но не направляя в сторону людей.

Ох, неприятно идти под прицелом двух стволов. Один из самого БТРа, второй от РПК с дисковым магазином. Ещё три человека стояли с опущенными автоматами, но готовые к бою.

Не спеша подхожу к мешкам, в метрах десятиот мешков меня останавливает голос одного из стрелков.

– Стой на месте и теперь назовись.

Что ж, легенда была придумана ещё давно, осталось проверить её в деле, поэтому отвечаю: – Обычный странник, путешествую исключительно в собственных интересах. Сюда зашёл закупиться некоторыми вещами, там на знаке у вас было написано: «Торговля».

– Слышь, странник, ты нам не заливай. Снимай калаш, ложи рюкзак на землю и вали, пока не передумали. – Наводит на меня дуло другой стрелок.

Вот тут я уже очканул. Это же надо было так глупо встрять, ещё и сам к ним подошёл на чистом поле. Ну не дебил ли?

Но мои опасения не оправдались. В разговор влез тот, кто меня изначально первый окликнул.

– Боря, харе людей пугать. Нам ясно дали понять: всех путников, не несущих серьёзную угрозу, пропускать, дальше начальство решит. Плюс он может нам многое рассказать. Но твоя история вызывает слишком много подозрений, – а это он уже ко мне обращается. – На ближайшие сто километров в этом направлении лишь опустошённые деревни с тварями, куча мутировавшего зверья в лесах и город, заполненный упырями и Залтисами. И ты такой один, практически чистенький, в хорошей форме и с лёгким стрелковым. Поэтому я повторю ещё раз: кто ты и откуда взялся?!

Развернуться и уйти? Честно, была такая мысль. Но будь что будет. Посмотрим, какой из меня актёр.

– Ладно, мужики, хотите подробности, вот они. Я реально странник, но таких, как я, было восемь. Ездим, ищем, торгуем. Так сказать, в поисках приключений на пятую точку. Возле города нас подбили. Я единственный, кто в этот момент отошёл в кусты и не словил плазму. Часть вещей была на мне, а часть, считая ружья, нашёл в одном из домов в какой-то деревне. Там был скрытый подвал, который до меня никто не обнаружил. Там же, под колонкой, разогревая огнём, помылся и привёл себя в порядок. Как выжил, не знаю. Просто повезло, а ещё бегаю быстро. Вот мой краткий пересказ.

– Ну ты даёшь, парень, много пробелов, очень интересно услышать полную версию твоих приключений, да и в составе твоей погибшей группы тоже. Но если это правда, ты капец какой фартовый. А сейчас можешь проходить. И спасибо за шкуры волкодавов, за них мы выручим немного прибыли.

Пообщавшись ещё минут пять с ними, я узнал, что у главного, который меня допрашивал, позывной Стриж. Толковый мужик. Он мне и рассказал: этих мутировавших волков они называли волкодавами, в этих лесах их много расплодилось, но кожа ценится. А также поведал систему и вкратце, куда лучше зайти в самом анклаве. Кстати, принятые деньги у них называются просто «карточками».

Вроде всё хорошо, но что-то они не договаривают, опасно всё это. Но уже идём до конца, поэтому, попрощавшись с мужиками, я пошёл дальше по дороге в сторону анклава.

До поселения добрался быстро. Сам анклав находился на месте бывшего санатория. Вон даже буквы ещё видны, хотя прямо по верху красной краской написано: «Поселение Анклава Надежда».

Обычный забор был везде усилен разным хламом. Где-то прикрепили листы шифера с досками, где-то вообще части автомобилей укрепляли стену. Такая себе защита, но два с половиной метра в высоту она набирала.

Сам вход был представлен металлическими воротами, к которым приварили стальные листы. С обеих сторон от входа, на спущенных колесах, параллельно забору стояли два прицепа от фур с такими же наваренными листами, выполняющие роль дополнительной защиты. На дороге змейкой также стояли сваренные из рельс противотанковые ежи. Из КПП санатория сделали полноценную огневую точку. Между мешками с песком торчит дуло крупняка, ДШК, если не ошибаюсь, даже бронеплиты где-то достали. Отсюда видно минимум троих: два в самой будке и один стоит снаружи. А прямо за воротами – вышка с прожектором и стрелком на ней.

Подходя к самим воротам, мне навстречу выдвинулся один из охранников бандитской наружности, вооруженный «Сайгой». Он вёл себя вполне спокойно. Без приветствий сказал мне, что их предупредили о моём приходе, а ещё объяснил местные правила. Ничего особенного, по типу: не воровать, чужое имущество не трогать, оружие держать в кобуре или в рюкзаке, брать в руки только при непосредственной угрозе. Во всех остальных случаях, он с улыбкой указал на «Сайгу».

В целом ничего особенного: большинство анклавов устроено примерно одинаково. Хорошо хоть за вход платить не надо. Но меня зацепила одна-единственная фраза, после которой я напрягся: «Чужое имущество не трогать».

Весь разговор занял от силы пару минут, и меня пропустили через встроенную дверь. Перед этим пришлось сложить АКС-74У в рюкзак. Правила есть правила.

Не успел я пройти и пятидесяти метров по территории, как до меня всё дошло.

Вообще, изначально я увидел хорошо убранную территорию. В санатории ещё изначально были построены жилые корпуса, которые сейчас переоборудовали под разные нужды. Если идти прямо по асфальту и миновать когда-то работающий фонтан, то можно зайти в ещё одно большое здание, в одном крыле которого была столовая, а в другом – медицинские помещения.

Как я это понял? Так там большими буквами написано «СТОЛОВАЯ», а в другом – табличка «МЕДИЦИНСКИЙ КОРПУС». Что первое, что второе, было видно прямо со входа. Прямо на этом центральном здании и стоит специальная антенна-отпугиватель – устройство, которое создаёт волны, неприятные большинству тварей, поэтому без провокации и серьёзной причины они не лезут. Принцип там довольно простой, и именно этот способ используют большинство поселений.

Санаторий представлял собой одну широкую прямую дорогу, ведущую к большому зданию. Параллельно ей когда-то были посажены клумбы с цветами. Местами в разные стороны уходили проходы, ведущие в жилые и не только постройки. В самом центре, где находился фонтан, было что-то наподобие дорожного кольца.

И вроде всё хорошо, но снова есть одно «но». И это рабы. Они сразу выделялись из общей массы: ослабленные, истощённые, грязные, в порванной и потёртой одежде, все в собачьих ошейниках. Несколько человек прямо рядом со мной катили на тележке небольшой железобетонный блок.

Рядом с ними шёл человек – полная противоположность тех бедолаг: в хорошей одежде, чистый, в руках держал кнут, а на ремне висел шокер. Таких групп было много. Сбоку шла какая-то стройка.

В моём родном анклаве и в его окрестностях рабства не было. Даже не так: оно было запрещено под угрозой расстрела. С подобными поселениями мы не вели никаких отношений, и были случаи, когда сами же и уничтожали их, освобождая невольников.

И вот сейчас я иду по этой дороге, наблюдаю всю картину и ничего не могу сделать! Именно моё бессилие раздражало больше всего.

Невольники тоже имели различия, основное из которых – железная бирка на ошейниках у некоторых. Как я узнал позже, там указывались номер и имя владельца раба. Те, у кого этих табличек не было, принадлежали анклаву.

Благодаря Стрижу с блокпоста я примерно знаю, куда идти. Одно из зданий переоборудовано под магазины. Туда я и отправился. Одно я знаю точно: в этом месте я надолго не задержусь.

Иду, стараюсь не смотреть на рабов и никак не выдавать себя. И тут девчонка лет одиннадцати, в старом грязном платье и сандаликах, на ошейнике бирка…

Сердце пропустило удар. Она посмотрела на меня замученными, уставшими глазами, а у меня внутри всё сжалось. Секунд семь я не мог отвести от неё взгляд, но меня оторвал голос:

– Что, парень, понравилась? Всего 40 карточек, и она твоя на ночь. Молодая и нетронутая, доставлю к тебе в самом лучшем виде.

Сука, клянусь всем чем только можно, я еле сдержался, чтобы не достать ПМ из кобуры и не высадить в эту ухмыляющуюся обезьянью морду всю обойму. Руки сами потянулись к рукояти, но в последний момент я сделал вид, что поправляю ремень. Даже если я достану калаш, шансов выбраться отсюда не будет. Либо сам попаду под этот ошейник, либо прощай, этот жёсткий мир. Но девочку всё равно не спасу…

Пришлось промолчать, сделать незаинтересованный вид, отвернуться и пойти дальше.

Ладно, мы, взрослые люди, мы много дерьма в жизни совершили, но детям это за что?

С такими мыслями я дошёл до нужного мне двухэтажного корпуса.

На входе меня встретил охранник, но, ничего не сказав, просто проводил меня заинтересованным взглядом. Прямо в центре была поставлена табличка с указателями, где какой магазинчик. Походив и прикинув примерно цены, я поднялся на второй этаж и зашёл в дверь с надписью «Ломбард».

Внутри не было ничего примечательного. Обычное спальное помещение, переоборудованное под другие нужды. В дальней части стоял стол, и за ним сидел какой-то старичок.

Вежливо поздоровавшись, я положил перед ним заранее смятую бумажку, в которой лежали две золотые женские цепочки не самого лучшего качества и одно такое же кольцо.

Внимательно осмотрев, старик выдал вердикт: – Шестнадцать карточек за всё, и ни одной сверху.

Попробовал торгануть, но он был непреклонен. Честно говоря, рассчитывал на большее. Я знал, что золото упало в цене, но чтобы настолько!

Делаю вид, что задумался, достаю небольшую пачку макарон. И вот тут я попал в самое яблочко: глаза старика на миг загорелись. Пусть он и попытался это скрыть, но я понял, на что давить.

– Семь за пачку, – говорит он мне.

И главное, смотрит с таким лицом, как будто это не просто цена, а якобы он мне ещё и сверху накидывает.

Ну нет, так дело не пойдёт.

– Пятнадцать, – устанавливаю я цену.

– Дам десять, – отвечает, офигевший от моей цены, старик.

И вот тут начались настоящие торги. Мы боролись за каждую карточку. Дело дошло до того, что я схватил пачку макарон и развернулся, чтобы уйти.

В общем, сошлись мы на двенадцати. Апокалипсис – страшная вещь: пачка макарон продаётся дороже золота.

Но это не конец наших отношений, и я с улыбкой достаю банку высококлассной, отборной тушёнки. Ох, как же громко он сглотнул слюну! Ставлю на стол и говорю лишь одно число: «Двадцать».

– Смилуйся, я же не на продажу, ни карточки за это не получу, чисто для себя возьму, давай за 15, – с щенячьими глазами говорит он мне.

Не прокатит, разворачиваюсь в сторону выхода. Уже открывая дверь, слышу:

– Стой, хорошо, договорились.

Не скрывая улыбки, возвращаюсь и ставлю банку на стол. Я даже заметить не успел, как она оказалась в руках старика, причём держал он её как настоящее сокровище.

Пересчитал деньги и вышел за дверь.

Итак, у меня 48 карточек – довольно крупная сумма для местного населения. В первую очередь нужно зайти в оружейный магазин. Он, в свою очередь, находился на первом этаже и объединял в себе несколько помещений, усиленных решётками. Для покупателей выделено две комнаты: одна со стволами, другая с боеприпасами. Держали этот магазинчик два брата-близнеца.

Поздоровавшись сразу с обоими на входе, приступаю к осмотру содержимого.

Арсенал впечатлял, но и цены кусались. АК-74У стоил 20 карточек, а такая же модель, только со складывающимся прикладом, – 23. За АК-74 базовой комплектации просили 30. А за АКМ под патрон 7.62 вообще 40. В нынешних реалиях оружие под более мощный патрон ценилось больше. ПМ отдавали всего за 10, а вот за ту же СВД нужно было отвалить целых 55 штук. В общем, перечислять можно очень долго, выбор был большой и, по правде говоря, мне не по карману.

Идти и продавать остальное золото – такое себе решение. Я и так уже засветился, потом просто прирежут и скажут, что так и было. Поэтому отправился прямо к торговцу боеприпасами.

Вышел я из магазина без карточек. Это с учётом того, что смог продать ПМ с восемью патронами за 7. А для чего? Чтобы купить ТТ последнего выпуска с мощным патроном 7,62 за 20 карточек и два полных магазина за 8. С него и по тварям бить можно, и по людям.

Также взял 130 патронов для Ксюхи и три самих рожка, плюс маленькая маслёнка и сам подсумок для магазинов.

Ради интереса по-быстрому прошёлся по остальным магазинчикам. Теперь я понял, почему у старика горели глаза. Крупы и овощи продавали по нормальной цене, но мясо… Оно стоило слишком дорого. Кстати, долго искал карту, но ничего похожего здесь не продавалось.

Выхожу из здания в 16:55. В принципе, если сейчас выйти, я успею за 3 часа отдалиться от поселения и переждать ночь в каком-нибудь автомобиле, не засыпая. Но моим планам не суждено было сбыться.

На выходе меня поджидали.

– Извините, мой господин хочет с вами поговорить, – обращается ко мне какой-то заросший невольник с биркой на ошейнике, при этом взгляд направлен вниз.

Из одежды на мужчине были лишь старые спортивные штаны и такая же рубашка, порванная в нескольких местах; на ногах – потёртые туфли. Неухоженная борода у мужчины доставала до кадыка. Так и вшей завести можно.

– А если я откажусь? – спрашиваю его.

– Вынужден настаивать, господин сказал, что это ненадолго.

– А твой господин сказал, о чём именно будет разговор?

– Простите, но я ничего не знаю, меня послали лишь сопроводить вас. Господин сказал, что вас заинтересуют его слова.

И тут он поднял взгляд. Этому мужчине, оказывается, и 35 не было, а во взгляде читалась мольба.

Что ж, надеюсь, я об этом не пожалею, и делаю отмашку, показывая, что готов следовать за ним.

Через десять минут быстрого шага мы были возле отдельно стоящих домиков. Похоже, когда-то здесь находились VIP-номера.

Пока шли, увидел вдалеке солнечные панели и подобие теплиц.

На входе в дом нас остановил вооруженный охранник, который перегородил мне дорогу и приказал сдать всё оружие. Интересный момент: у этого мужчины отсутствовал левый глаз, и от него в сторону виска шёл жуткий шрам.

Ну нет, мы так не играем.

– Либо я захожу со своим снаряжением, либо до свидания, и приятно было пообщаться.

И тут из рации охранника вырвался смешок и последующее слово: «Запускай».

Здоровенная детина открыла дверь и отошла в сторону, а я с невольником вошёл в помещение. Внутри меня встретил очень дорогой интерьер и ещё один охранник. Кожаный диван и богатая люстра были прямо в коридоре, но раб повёл меня дальше и завёл в гостиную.

Вот это я понимаю, VIP-комнатка: камин, барная стойка, дорогое освещение, кожаная мебель, вон даже бильярдный стол стоит. Сколько же электричества уходит только на этот домик?

За диваном сидел человек в спортивном костюме и с сигаретой в зубах. Именно к нему меня повели. Он и начал диалог.

– Здравствуй, присаживайся. Что-нибудь будешь: чай, кофе, алкоголь, сигаретку?

– Добрый вечер. Спасибо, откажусь. – Но сам присел напротив, поставив рюкзак рядом.

– Ну как хочешь, а я вот от кофейку не откажусь. – И, сделав знак рабам, затянул сигарету. – Я Михаил Александрович, один из управляющих этим местом. Как тебе у нас тут, нравится?

– Я Серафим, вольный странник. А что касается вопроса, то довольно специфично.

– Надеюсь, это не доставит нам обоим проблем?

– Долго я тут задерживаться не планирую, – вполне честно отвечаю ему. – Цены у вас кусаются, а я мясо люблю.

Лёгкий смешок служит мне ответом. В этот момент молодая полуобнажённая девушка с ошейником поставила перед нами чашку кофе и блюдце с печеньем, после чего быстро удалилась из комнаты.

Взяв одну печеньку и отпив горячий кофе, местный лидер продолжил:

– На дорогах нынче опасно. Приходят весточки, что на юге новые мутации появились. Слышал что-нибудь о них?

– Не знаю, возможно, несколько существ снова объединились, но при всём уважении, я очень тороплюсь, поэтому давайте переходить прямо к делу.

Лицо Михаила на секунду изменилось, похоже, не привык он к такому общению, но вовремя взял себя в руки и, сделав миловидную улыбку, продолжил наш диалог.

– Ну, давай сразу к делу. Несколько дней назад мои люди предприняли попытку сунуться в город и атаковать цитадель Залтисов. В атаку я отправил кучу техники и людей. Оказалось, что в той постройке была своя инопланетная техника и даже пара Демонов. Операция превратилась в мясорубку, только самоходка и смогла выкатиться обратно. Всех остальных, кто сбежал, тупо порвали упыри.

– Для чего вы мне это всё рассказываете?

– Не перебивай, пожалуйста, и дослушай. Судя по твоей истории, ты не так прост, как кажешься. Мотаться по очень опасному миру, уверен, в одиночку ты тоже не один день ходишь. Думаю, воевать ты умеешь не только с людьми и тварями, с Залтисами тоже опыт имеется, – сделал паузу, посмотрел на меня, улыбнулся своим мыслям и продолжил. – Я предлагаю тебе очень опасное, но весьма, весьма выгодное предложение. Видишь ли, недалеко от иноземной базы есть подземный склад, наполненный консервами и другими долго не портящимися продуктами. Еды хватит на много лет вперёд. Грубой силой не получилось, поэтому будем пробовать скрытность. Ты человек с опытом, а мне такие и нужны. Твоя задача будет вместе с остальной группой скрытно проникнуть и открыть подземный проход, который там имеется.

Ох и угораздило же меня во всё это вляпаться, но, сделав заинтересованное лицо, спрашиваю:

– Какое снаряжение и что в качестве гонорара?

– Снаряжение: ПНВ, прицелы и всё остальное – весь арсенал будет в вашем распоряжении. А что насчёт гонорара? АК-12 под патрон 7,62, подствольник и коллиматор, цинк патронов к нему, банки с тушёнкой и фрукты. Также получишь бронированный транспорт с бензином. Твой же уничтожили вместе с группой. Устраивает?

Предложение ой какое выгодное, даже слишком щедрое, но, честно говоря, попахивает кидаловом. Лезть к Залтисам, у которых есть демоны, – это уже почти самоубийство. И даже если у меня получится остаться в живых, мне просто пустят пулю в затылок. Если сейчас так скажу, то исход будет такой же. Я просто отсюда не выйду. Поэтому, немного подумав, отвечаю:

– Предложение очень выгодное, и мне нравится, но я привык принимать решение на свежую голову и скажу свой ответ завтра утром.

Не такого ответа он ждал, но и негатива я не увидел. Вместо этого услышал другое предложение:

– Без проблем, располагайся у меня. Алкоголь, еда, ванна, девочки. – Он щёлкнул пальцами, и из комнаты рядом вышли красивые полуобнажённые девушки, все с ошейниками и бирками. Они встали прямо перед нами. – Можешь выбрать любую или взять всех сразу. В общем, располагайся, мне нужна твоя услуга, а я умею быть благодарным.

Ну-ну, что-то мне подсказывает, что в случае отказа из этой комнаты вышли бы не девушки, а вооружённые мужчины, и разговор был бы короткий.

– Благодарю, но, пожалуй, откажусь. Не люблю роскошь. Мне спокойнее в стандарт.

– Ха-ха, человек, походу. Ну, тогда до встречи завтра, надеюсь на твой положительный ответ.

– Типа того, до завтра.

Выходя из дома, мой мозг уже был загружен. Надо валить отсюда и валить срочно. Но на часах уже почти шесть. Сейчас уходить слишком опасно, ночь – время тварей. Нужно переночевать и где-то в районе четырёх утра уходить отсюда. Надеюсь, за пару часов за стеной ко мне никто из ночных обитателей не выйдет. А сейчас надо достать ещё карточек и где-то переночевать, поэтому, знакомый старичок, я снова к тебе.

Ломбард был уже закрыт. Порасспрашивал народ и узнал, где находится местная гостиница. Не получилось карточками – значит, пойдём на обмен.

Местная ночлежка была где? Правильно, в одном из бывших жилых зданий. Первый этаж был переоборудован под бар-кафе, а вот второй – уже с комнатами.

Снял комнату и взял поесть: кашу с салатом. И то, и другое мне стоило золотой цепочки. Перекусив на первом этаже, решил пойти к себе, но мне снова не дали. Да что это такое сегодня?

Вернулась с моей смены группа Стрижа. Мужики, завидев меня, сразу окружили и заставили выпить за их счёт со словами: «Отказа не потерпим, мы тебе жизнь спасли, так почему бы не выпить за это?»

Посидели, пообщались, немного выпили. Узнал, например, почему Стриж именно Стриж: не нравится ему его имя Ярик. Не знаю, можно ли назвать нормальными людей, которые живут и участвуют в этой системе, но в данный момент эта группа казалась нормальной.

Пока мужики весело обсуждали какую-то женщину, я всё время поглядывал на соседний столик. Ну не давала мне покоя эта компания. Что я могу с этим поделать?

Там сидело семь человек, примерно от 17 до 25 лет. Жрали, пили, кричали. Но моё внимание привлекло не это, а то, что в этой компании сидела уже знакомая обезьяна. Почему, кстати, обезьяна? Потому что морда у него была именно такая и характер, похоже, соответствовал. А рядом на полу сидела знакомая девочка, явно голодная, периодически бросала взгляды на еду, и эти мрази моментами игрались и бросали в нее кусочками, а дальше ржали и смотрели, как она это ест. Ну не сволочи?

Я честно старался держать себя в руках, но когда проходил рядом, тот самый с обезьяньей рожей решил выйти, и вместо того, чтобы сделать полшага в сторону, он просто толкнул ребенка ногой. Хрупкая девочка аж отлетела. И тут я уже не выдержал.

– Эй, мудила! – громко окликнул его и прописал боковой в челюсть.

Пьяное тело никак не успело среагировать, и обезьянья морда отправилась в полёт.

Не трезвая компания подлетела из своих мест и направилась ко мне. Ну, давайте, уроды, поиграем.

Тут случилось то, на что я в принципе и надеялся. Группа Стрижа стала рядом со мной.

Краем глаза вижу, как охранник что-то говорит по рации и достает длинный шокер. Как вдруг то ли мой удар включил ему мозги, то ли там серое вещество ещё осталось, но парень с обезьяньей мордой встал и произнес:

– Не нужно, мужики, третью драку за неделю нам не простят. А ты, гнида, – посмотрел он на меня, – лучше глаза ночью не закрывай.

Сказав это, парень с улыбкой пошёл к выходу. Вся банда последовала следом, ребёнок также был рядом. Я уже хотел сделать шаг в их сторону, как меня остановил Стриж и сказал:

– Зря ты так, эти от тебя теперь не отстанут.

– Ну-ну, посмотрим, – шепчу я, продолжая смотреть в только что закрывшуюся дверь.

Дальше я узнал, что эти семь человек зарабатывают на жизнь ловлей людей и последующей их продажей.

На противоположной стороне, если смотреть от направления, откуда я пришёл, оказывается, много небольших поселений от 15 до 100 человек. И вот эта банда ездит и пакует всех, кто выходит из своей охраняемой территории. Были случаи, когда они врывались в поселение из человек семнадцати, убивали немногочисленных мужчин, а всех женщин и детей везли сюда на торги.

А эта девочка с ним уже несколько месяцев. Решил оставить себе после одного из рейдов, говорят, лично убил её родителей. Но мне кажется, врут.

Причём сам её не насилует, избивает, да, но не насилует. Всё пытается продать её невинность. Сейчас она у него в качестве прислуги.

В общем, после всего этого настроение испортилось, и я, попрощавшись с группой, ушёл в свою снятую комнату.

Умылся холодной водой, завёл будильник на 4:10, снял берцы и, не раздеваясь, завалился спать, предварительно положив пистолет под подушку.

Снова знакомый сон: последний бой с моим отрядом. Всё, как и раньше, я отстреливаюсь из-за укрытия. Нас уже окружили. В метрах восьми от меня грохочет пулемёт, рядом лежит мой раненый друг и что-то пытается мне сказать, я не слышу, продолжаю стрелять. Добив магазин, сажусь за укрытие. На мгновение пулемёт замолчал, и я слышу, что повторяет мне раненый товарищ, а там было всего одно слово: «ПРОСНИСЬ!»

Просыпаюсь и на одних рефлексах достаю ствол из-под подушки, представляю его к голове рядом стоящему человеку.

От моих действий офигели оба: и я сам, и рядом стоящий человек, который лишний раз теперь даже дыхнуть боится.

Остатки сна слетели мгновенно, а в руке у ночного посетителя был нож.

– Медленно положил оружие, сделал три шага назад и встал на колени, – шёпотом говорю я ему.

Ночной гость выполнил всё, что я сказал, и только после этого я встаю и включаю прикроватную лампу.

Подхожу к нему с целью снять маску, и вот тут я совершил ошибку. Незадачливый убийца сделал резкий выпад на меня. Опять спасли рефлексы и навыки рукопашного боя, которым меня обучили в родном анклаве. Резкий уклон вбок, хватаю свободной рукой руку с ещё одним ножом, бью коленом по лицу, дальше пара движений, и ночной гость лежит лицом в пол, а нож – в другой части комнаты.

В принципе, я не удивлён: сняв балаклаву, я обнаружил уже знакомую обезьянью морду.

Просто вырубил ударом по затылку, связал простынёй, засунул тряпку в рот, обшмонал, нашёл десяток карточек, ещё один нож и очередной ПМ, который сразу переместился в рюкзак. Туда же полетел и один из самых, как мне показалось, качественных ножей, ну а сами карточки – в карман.

Хочется грохнуть его, очень хочется. Но почему-то не могу: убивать спящего связанного человека, пусть даже и такого подонка, пока что не могу…

Время 4:06. Выключаю будильник, надеваю берцы, скидываю рюкзак с окна и сам прыгаю за ним. Благо, высота там небольшая, хоть и второй этаж. Да и трава с землёй немного смягчают падение.

Дальше мой план был прост: перелезть через забор, сделать небольшой круг и выйти на дорогу со стороны второго КПП.

Начинаю движение в сторону забора и слышу тихий детский голос:

– Дядя, не получится, там на заборе колючая проволока.

Честно говоря, я немного опешил: это говорила та самая девочка, видимо, её «хозяин» взял ребёнка с собой.

– А с чего ты решила, что я собираюсь бежать?

– Дядя, там мой хозяин, он хотел вас убить, а раз вы здесь и прыгнули через окно – значит, он не справился, и вы решили сбежать. – Сделав небольшую паузу, она продолжила: – Возьмите меня с собой, пожалуйста, я пригожусь: я готовить умею, стирать, кушаю мало, знаю некоторые моменты в медицине и бегаю быстро. Я пригожусь, пожалуйста. Вы человек хороший, вы первый, кто заступился за меня за последние месяцы.

Всё это девочка протараторила очень быстро. Но смогу ли я взять её? Я тут сам от тварей бегаю, а ещё и ребёнок рядом будет. Есть шанс, что меня самого сразу за стеной загрызут. Как всё сложно! Не я же хотел её спасти, значит, будем пробовать.

– Ладно, идём со мной, но при условии, что будешь делать всё, что я скажу, без пререканий и лишних вопросов. – И, видя, как у ребёнка от ужаса расширились глаза, поспешил добавить: – Нет, нет, я не об этом. От тебя мне это не нужно, я о том, что если скажу стоять – ты стоишь, скажу бежать – ты сразу без лишних вопросов бежишь, скажу тихо – ты сразу молчишь. В общем, суть ты уловила. За стеной очень опасно, и зачастую лишний шаг или звук может стоить жизни. И ещё, как тебя зовут и знаешь ли ты обходные пути?

– София, а путь знаю, и у меня кое-что ещё есть.

Короче, она отправила меня в определенную часть территории, и там, в пышных зелёных кустах, я начал её ждать.

Ребёнка не было минут пятнадцать. И вот, наконец-то, я её увидел. Девочка бежит ко мне, а за ней мчится патрульный. Поначалу я напрягся, хотя нет, я и так не расслаблялся. Не добегая до кустов метров пять, София спотыкается и падает.

Патрульный подбегает к ней, даёт ей сильную пощёчину и поднимает за волосы. Малая, в свою очередь, молящими глазами смотрит на меня.

Выйти я не могу, не потому что не хочу, а потому что, пока я добегу, он может успеть поднять тревогу. Сжав кулаки, жду.

Держа ребёнка, охранник попытался узнать, где её хозяин, но, ничего не добившись, развернулся. Этого и ждав, я вырываюсь из кустов, преодолеваю расстояние и вонзаю нож ему прямо в горло. Девочка падает, а ещё живое тело начинает заваливаться, чего я ему, понятное дело, не даю: быстрым движением перехватываю и тащу в кусты. Там, уже проверив пульс и убедившись в смерти, возвращаюсь.

Малая, видимо, привыкшая к боли, уже шла ко мне.

– Ты в порядке?

Лёгкий кивок служит мне ответом.

Шмонать тело нельзя, мы и так потеряли слишком много времени, поэтому, отстегнув магазин от АК, следую за Софией.

Так, лёгким бегом, двигаясь между кустами и деревьями, мы приблизились к забору. Оказывается, в нём был лаз: проволоку кто-то грамотно перерезал.

Освободив проход, я первый на коленках вылез на другой стороне и сразу же взял на прицел пистолета все окрестности. София быстро появилась рядом. Отдалившись на метров пятьдесят, я снял рюкзак и достал АКС-74У, плюс дополнительные магазины, которые я снарядил вчера вечером, отправив их в подсумок.

– Ну что, София, готова?

– Угу.

– Тогда подходи, я срежу тебе этот проклятый ошейник, и пошли.