Читать книгу Десакрализация Души - Aleks_Moraleks - Страница 5

«Перейа» – маленькая планета, расположенная на второй орбите. Растения исключительного яркого цвета не дадут вашему взору пройти мимо как минимум потому, что цвет ненасыщенный, словно, если рассматривать палитру, передвигая ползунок от белого к зелёному, вы остановились на почти белом, но всë же с лëгкой зеленцой. Это обусловлено повышенным приëмом ультрафиолетовых лучей, кстати, с этим же связана смена цвета на насыщенно-сиреневый в более холодные периоды времени, когда планета чуточку отдаляется от светила.

Жил был дракон, не ведал разума он, не знал о сознании мира, о таком драконе в мирах пишется лира. Такие драконы на башнях охраняют принцесс, такие драконы на пашнях едят баронесс. Овец, впрочем, такие драконы кушают тоже, чего удивляться несмышленой, но миленькой роже.

Жил был дракон, жил в собственном мире он, были и другие драконы, что жили по мирскому шаблону. Дракону по имени Шарко однажды стало вдруг жарко и дунул он холодом в небо и задел дыханием дракона Фемеба. Фемеб парил под лучами светила, замëрзли крылья, и мысль его озарила.

– Шарко, дунь потеплее, моим крыльям не жарко, – сказал несмышлёный летун, удивился и бредущий топтун.

Шарко дунул огнëм, оказались великие силы при нëм, и сказал наш красный бродяга: «Чуть не расплавил беднягу. Я тоже умею летать, так же как умею дышать, но отчего же я лишь хожу? Зачем пешком по миру брожу?».

След уж простыл от Фемеба, умчал тот давно уж по небу весть разнести о словах, чтоб поумнели драконы в мирах. Шарко тем временем плыл на спине, нет, лентяем не слыл, просто в мыслях он был, поглощённый мыслями жил.

Мучила жажда дракона, но тяга была не к питью, мучали тайны драконьего дома, кто были те, кто были семью? «Али семьЯ? Что же всë это такое? Живут они вместе, не то, что бы Я хотел бы, что-то другое», – с этими мыслями Шарко встретил дракониху Карко, статная «Леди», услада для глаз, глаза цвета меди, достойные красочных фраз, эта талия, линии, блеск чешуи, заворожили Шарко мигом и разом они. Или она? Да, Карко здесь только одна, но еë красота, словно Боги спустились с небес, только вот, с крыльями, или же без?

– Какой прекрасный мужчина! Куда путь держишь, мужской силы пучина?

– Ам, эм, не уверен, признаюсь, был поражëн, ммм, и словами вашими довольно польщëн, вы прекрасны, словно мир воплотился в одной, и, кажется, не напрасно мы повстречались с тобой.

– А ты льстец, но тем и милее, давай прогуляемся, быть может, я подобрею…

Итак, теперь Шарко блуждает по миру с подругой по имени Карко, и даже в самых холодных местах этим двоим почему-то кажется жарко. Влюбились друг в друга, но пока не могут понять, почему вдруг округа стала прекрасней, да и как такое понять? Годы бродили драконы, что окрыляются силой любви, плыли, летели, лежали, ходили и, наконец, открыли чувства свои.

– Ты мне дорог, дракоша, хочу с тобой создать я семью…

– Но так ведь негоже, я тоже хотел и хочу открыть тебе тайну свою. Бродил я по свету тысячи лет, искал в этом мире я сердцем ответ, нëс грамоту расе и жителям, в целом, но из раза в раз писал на камне я мелом: «Что такое Семья? И познаю ли это когда-нибудь Я?» И вот, научив всех не путаться чувствами в мыслях и излагать на словах, добившись развития драконов в мирах, нашëл вдруг ту, с которой не захочу попрощаться, долго молчал, не знал, не умел почему-то общаться, и вот, мы уже долгое время делим путников бремя, я научился полëт мысли ловить и понял, что не смогу тебя разлюбить. Карко, родная, всеми сердцами я безудержно сильно обожаю тебя, и люблю, Твои слова я понимаю, суть мысли я созерцаю, но так же красиво, как ты, к сожалению, не повторю. Прошу, будь со мною в веках и даже больше и дольше, всегда, слышишь? Всегда, даже после смерти будь со мной, и я не уйду никогда. Я всегда задавался вопросом: «А что такое Семья?», – мой ответ – это ты и то, как сильно люблю я тебя. Давай разродимся потомством, весь мир будет у ног…

– Значит, потомством? Хах, а ты верно будет признать, очень даже неплох…

Спустя время детей уродилось не счесть, переросли драконы то время, когда детей приходилось им есть, избрали жители драконьего дома Шарко, на пост короля, принялся править с пламенем страсти так жарко, что миром стала семья. Все, кто живëт, от велика до мала, будь то букашка или коала – за всë горой он будет стоять: за дом, за семью, за то, что теперь, у Высшего никто не сможет отнять.