Читать книгу Десакрализация Души - Aleks_Moraleks - Страница 6

«Пирия» – планета чëрного пламени и розовых кокосов, внутри которых нефть вместо молока. Раса Нибериты – духи огня в первозданном образе, огненные люди в форме Высших.

Я открыл глаза, и вышел из туманности мой бренный рассудок, меня научили азам, но всë также урчит мой голодный желудок. Вокруг ничего, лишь пламя, что сжигает округу, лишь я – это пламя, что, мечась по миру, ищет подругу. Черно моë пламя – то крики тëмной души, о, верности знамя, скорее меня потуши. Мечется разум, опостылело всë глазу, вернëмся в исходную фазу, если не услышим одну только фразу: «Я тебя бесконечно люблю!». Это всë, чего ищет пламя, всë, чего жаждет верности знамя, понять, что нужным быть я могу.

Открываю глаза, и выходит из туманности мой бренный рассудок, то был лишь сон, в котором я мерзавец, паскуда, сжигаю дотла всë живое, весь мой мир пускаю в расход, в том сне не был с тобой я, плачевным был мой и мира исход.

И вот, в поисках верной подруги, я встретил тебя, одна из тысяч со всей местной округи ты не боишься меня. Ты хвалишь, лелеешь, заботясь, забыв о себе, тепло своë пламени чёрному даришь, вся отдаёшься ты мне. А я, о, чëрное пламя, моей тëмной, как бездна души, лишь пожираю, потому и прошу, верности знамя, скорее меня потуши. Всë миру подвластно, меняется всë, даже свет меняет оттенки, в любовной агонии страстно ждущих, исполняя завет, всë поддаëтся переоценке. Решил, стану лучше, и вот, наконец, светом стало пламя моë, теперь-то я точно уверен в том, что в надёжных руках оказалось сердце твоë. Не сожгу, не предам, не обижу и даже не разозлю – обещал я себе, и вот, теперь, как ни странно, я вижу слезу, и бегу я к тебе в надежде, что тебя я спасу от невзгод и печалей, просто знай, я тоже тебя самозабвенно люблю.

Мир прекрасен, мы строим здесь мир, пепел после чëрного пламени устроил плодородия пир, взросли деревья, что крепки словно сталь, цветы и растения покрыли планету, словно вуаль. Обезображенный в моих поисках мир, теперь в любви нашей, достоин поэм и сатир, описать это всë не хватит и тома, поверь, дорогая, нет нигде ничего, краше нашего дома.