Читать книгу Солнечные бароны. Организованная преступность - Алена Витаскова - Страница 6

1. Как возникли «солнечные бароны»

Оглавление

I


Солнце светит так ярко, что читать невозможно. На

дворе декабрь, и ритуал повторяется уже который год

подряд: Рождество в шортах, лето на леднике. Извраще-

ние? Вовсе нет. Важно выбрать правильное направле-

ние и размышлять о жизни в тех местах, где в это время

не шляются толпы народа. Я делаю это на протяжении

уже нескольких десятков лет. Мне нравится проводить

зиму в шортах, поэтому я и переехала в эти места, кото-

рые стали моим домом. Лежу на частном пляже с при-

ятным рестораном и баром, на лежаке марки Dedon и

толстом матрасе песочного цвета.

Перелистываю страницы какого-то дурацкого жур-

нала, который внушает мне, что IN, а что – OUT… Про

то, как несколько пластических операций в год обеспе-

чат вам вечную молодость, про какой-то крем для пяток,

какой-то – для рук, ещё один – от кругов под глазами, а

вот этот, например, от морщин на заднице. Просто кош-

мар. Мне нравятся мои морщины, зубы и образ жизни.

Хоть у меня и нет привычки прислушиваться к чу-

жим разговорам, моё внимание привлекает группка, ко-

торая свалилась на голову и начала с натужным юмором

что-то обсуждать. Мне не нужно снимать солнечные

очки, чтобы мгновенно понять, о чём идёт речь. Это

приехали мошенники – «тоннельщики» («tuneláři»), как

их называют в стране, которую они за пару лет унич-

тожили не только материально, но в первую очередь

«Солнечные бароны»

морально. Они использовали примитивные практики, которые вызывали отвращение даже у третьеклассни-

ка-середнячка. При этом они и их подельники считают эти преступления продуманными.

Заказываю новый напиток из свежих фруктов, кам-

пари и кокосового молока, потому что слушать их

просто невозможно. Их риторика невероятно убогая.

Самый умный из них, привлекательный голубоглазый

мужчина лет сорока, рассказывает всей группе о своих

планах, речь идёт о триллионе крон. Их товарищ-тол-

стяк подходит со словами: «Ну что, куда вы уже продви-

нулись? Что от меня будете хотеть и что я за это полу-

чу?» Его тупое выражение лица лишь подтверждает то,

что он всего лишь исполнитель, а его интеллекта явно

не хватило бы для реализации всего проекта, поэтому

он спокойно валяется, пьёт в этой жаре виски, дебильно

смеётся и как дурачок оглядывается за каждой юбкой.

Обращаются к нему «Мило», видно, что его все прези-

рают.

Впрочем, в этом нет ничего удивительного: эта ком-

пания презирает каждого, у кого в данный момент нет

власти в руках, у кого не хватает денег, чтобы купить

власть, презирают всё, что в реальном мире делает

жизнь жизнью. Они презирают откровенность, готов-

ность пойти навстречу, дружбу, любовь, понимание,

обычные радости жизни, счастье, основанное, напри-

мер, на том, что вы подарите кому-то либо получите от

кого-то в подарок букет подснежников. Любое положи-

тельное человеческое качество они считают слабостью.

Они считают дураком того, кто хочет безвозмездно ока-

зывать помощь. Если человек откровенен, да ещё и го-

тов пойти навстречу, то он им непонятен, да ещё и псих,

с их точки зрения. Если кто-то чувствует себя счастли-

Как возникли «солнечные бароны»

вым лишь потому, что он здоров, а работа, например,

водителя трамвая ему нравится, но для них он просто

убогий, который не знает, что такое настоящая жизнь.

Мне их искренне жаль. Они могут посмеяться над не-

счастьем, которое приключилось с их другом, а между

делом запросто грубо оговорить того в его отсутствие.

Until Mila arrived, they talked about him without a moment.

all shame. "Yes it's squalid, bum, he's enough.

a jacket or some used car. But more

all he likes these trips is a little bit normal

grubs, babes,… He's a fool, but he's a necessary doo-

crustacean. After all, he occupies a place in that important structure,

which is this asshole we need, so we'll have to

suffer. Moreover, we count on him and on

another important place where for those three cents that

we give him and of which he has had enough, he can sy-

the role of a useful idiot, proclaimed Blue.

eye. Then Mila comes, the conversation instantly breaks up.

turns in the opposite direction,

and everyone starts patting him on the fat back, be-

loi and bumpy, like sour milk, in places covered with

large blackheads.

Mila slaps herself on the stomach and laughs at everyone.

in short, he is already drunk, although the clock is only two o'clock in the afternoon.

The poor fellow does not know that the swimming trunks of the brand ZIMMERLI, which -

what he bought for this trip is really everything.

just cowards, he doesn't even suggest they don't betray

are assigned for bathing. Their price was so shocking.

his that he walks in them on a private beach,

rudded with modern sunbeds, with a wonderful

a restaurant whose waiters go to serve

guests directly to the sunbed, and guests don't even need to-

hide to call the servants. To enable you

Sunny Barons

served, just press the small button

near the sunbed, while there is no need for gesticulus-

screaming, screaming, or otherwise disturbing the peace of the environment.

squeezing.

Everything would have passed without much attention if Mila

didn't decide to swim. Thanks to underwear, which

the swarm got wet and became almost invisible, he was out.

climbed almost naked. The sight was so disgusting.

that I almost vomited. His companions

hooted to the point of unconsciousness, one at the same time so

let out the gases that left the beach with a brown "ducati-

com" on his red, hand-embroidered swimming trunks.

"Dukatik," that's what my grandmother used to say when we

were very young and did not have time to run to

toilet or poorly wiped ass. Then we have this co–

the stretch speck was on the tights in a soft place

and the grandmother reproached the grandchildren: "Well, again, they did not have time for

potty, that's the ducat on the butt" and changed us clothes. Raz-

I was in one. We were two years old, and those were.

we're in our fifties.

II


A select part of the scammers appropriated the aris-

tocratic titles and felt "sunny"

barons", but that was many years later. At that time

they didn't know it would be very good.

an offensive title. But let's not jump

events and let's go back to the beginning of one very sad

History. Sad because it's based on

human insatiability and selfishness because it is

is associated with murders, it's all woven with white warriors.

rotnichki, politicians, judicial robes – a slice of spoils -

a society teetering on the edge of anarchy,

How the "solar barons" arose

on the verge of your own destruction, as it was you-

syachi years ago in old Rome.

Yes, the cream of society, who fancies themselves gods, are like,

the donkeys, who consider themselves the cream of society, are

would be respected citizens who are essentially

donkeys… All of them for a couple of crowns would kill their own.

grandmother, would give up their children, betray the ray-

they sent anyone to the gallows, only

would make money on it, a warm place, a position,

power… Yes, power is what warms them.

power is money, power intoxicates them, power

больше, чем наркотик, любовница, власть – это всё.

Да, власть – это всё для человеческого отродья, кото-

рое хуже любого обычного человека, хуже всех обычных

сограждан, вынужденных крутиться как белка в колесе

и экономить каждую крону, чтобы иметь возможность

отправить своего ребёнка на школьную экскурсию или

в кружок. Они не всегда могут себе это позволить, хоть

их ребёнок и талантлив безмерно.

Эти облечённые властью хуже, чем большиство

бездомных, хуже, чем большинство уголовников. Лик-

видировать человеческие жизни ради власти, убивать

ради власти… Общество приближается к своему исчез-

новению? Либо это нормальное развитие на определён-

ном этапе благополучия? Благополучия для кого? Для

части избранных или для всех?

III


Я просыпаюсь от ощущения тепла, пощипывания и

холода. Просто я обгорела так, что не могу разобрать-

ся в ощущениях, на почти плоской груди кожа крас-

ная, как сваренный рак, набрасываю на себя платье и

бегу в тень своей скромной виллы на берегу лазурного

«Солнечные бароны»

моря, тёплого, как утренний кофе. Пальмы, которые я

так люблю, кусты гибискуса и слегка колючая тропи-

ческая трава возле бассейна с ледяной водой украшают

сад и создают уют. Моё преимущество состоит в том,

что мой родной язык – чешский, но об этом никто не

Knows. Looking forward to a new piece of information,

which i find out because no one suspects that i

I understand their conversation. In the décolleté area, I have-

bubbles, the last time it happened to me

at the age of five. I'm panicked: with the neckline,

the only part of my own body that is

swarm i sincerely admire, there was a disaster, she

permanently damaged. God, what a day, I can once and again

forget about her forever, tears stream down my cheeks. Not

I know whether out of anger, pain, or self-pity. This is

probably a mixture of all emotions and feelings.

My faithful dog, the Schnauzer, looks at me from a pre-

Thank goodness he doesn't speak. I sit in

jeep and going to the hospital. At the reception in a private clinic

I encounter Sweet, Blue-Eyed and, as it turned out,

later, Edoy, Fick and two others. The group has clear pro-

bleems with health. Because of the gamble they fill with-

whether the corridors of this elegant clinic, they are more likely to

commemorate the cannibal raid of the last millennium,

who, with their tribe, somehow turned out to be

Among civilized people. Eda with his "doo-

I came from the beach not only as an interpreter. Nor

one of them no longer roars like a horse, on the contrary, they do not

ridiculously, because any cough, sneeze or

build movement can lead to catastrophic

Consequences. They sit, cringing, and stupidly in full swing.

los suspect the chefs from the luxury hotel that

they deliberately mixed something into the "gluttony" – so they


How the "solar barons" arose

call the great food that this restaurant is made of-

is known not only in the neighborhood, but all over the world. Gur-

man will never miss this restaurant and is ready to leave

follow the local outstanding delicacies on

the edge of the world. I'm exaggerating, of course, but a lot of people are exaggerating.

come here on vacation, including for the sake of

visit the glorious restaurant and enjoy its cuisine.

The company is clearly not one of them, probably they

went there just because it was expensive and they

could boast of how much they paid there for lunch

or dinner.

They were trying to remember the name of the cook who was there.

cooks food. Fick said he saw his name at the door,

that he's been brewing there for ten years. "Oh yeah, it's a ka-

some Michelin," Mila recalled. All amicably up-

said that they would knock out the cook's teeth as soon as

will return from the hospital. Even Blue-Eyed didn't know that

it's not about the name of the chef, it's about the titles that

the restaurant has been receiving for several years. A what

thanks to this, the restaurant is included in the list of places obliged to

to be visited by those who collect gastronome-

Mystical impressions. There are people who go to Ta-

just to taste the dishes

glorious local cuisine.

It didn't even occur to them that Michelin was anything.

not a cook that he doesn't actually work there. Simply

the guys do not know why the diarrhea began. Me it's

not surprising at all, because i saw how they behaved on

beach.

IV


They were clutching some cards in their hands – not playing cards.

who take with them to pass the time. They have

Sunny Barons

there were plastic cards for different discounts, it is possible-

but, and insurance. Mostly sweaty

palms peeked out multi-colored maps of various

VIP clubs, including some from Prague, maps on

discounts in the perfume network FAnn parfumerie, simple

everything that was collected somewhere.

I don't even try to explain to them that their fears-

it doesn't work here. As, however, they will not receive

there is no discount here. Their asses are compressed, they even

are afraid to get up while the hospital staff explains to them,

that here they pay with money, and not with some promises-

mi god knows which insurance company. And that discount

here they do not give any examination and no one. They're with

they look at each other in horror, sweat dripping down their foreheads,

and they're still afraid to get up. I already feel "ducatique"

now not only Ed, but everyone, they just screwed up.

"Yes, I would have seen you in Prague," I thought of

these human ruins, but at the time i didn't know yet.

it's actually the dregs of society.

The doctor came out to pick me up and called me to his office.

We've been friends for a few years now, and when he saw me,

then his eyes rounded, he tapped himself on the forehead,

twisted his head, rolled his eyes and began to process

sunburned skin. He assured me that I was in vain.

i panic and that in a couple of weeks there will be no excess left-

there is no trace if i stick to it.

жений и методики лечения. Я немного успокоилась, но

зона декольте изрядно болела. Это также означает, что

на протяжении какого-то времени мне нельзя будет на-

ходиться на солнце.

Мне было немного жаль, что я уже не смогу насла-

ждаться тем кабаре, которое устраивала компашка. На

выходе из ординации я уже не встретила «засранцев»,

Как возникли «солнечные бароны»

но вот холл так быстро проветрить не удалось, после

них осталась вонища. Гораздо позже для меня объеди-

нились два элемента – вонь и сожжённая земля – это то,

что оставалось после них дома через много лет.

Далее

По пути из клиники я остановилась в местном мага-

зинчике, где можно купить прекрасные зрелые плоды

манго, домашний хлеб, фантастический сыр, а также

кусок ветчины и свежие яйца. Я люблю просыпаться

утром из-за запаха свежего кофе, который всегда пью

после завтрака. Я не представляю себе завтрак без све-

жих яиц, ветчины, хорошего чая. Мой супруг Игорь

умеет готовить в совершенстве и немного меня этим

балует, конечно, когда он дома и в настроении. Если ко-

ротко, то дома он бывает мало, да и настроение у него

бывает разное. С гораздо большим удовольствием он

балует нашего пса шнауцера, который умеет это для

себя выпросить. Мы зовём нашу собаку Эйнштейном.

Похоже, что он в семье самый умный и, слава богу, не

умеет разговаривать. Он решил взять на себя бразды

правления в семье и обожает тропическое небо. Он уме-

ет плавать, но мы этого не знали, пока ему не исполни-

лось два года, потому что он делал вид, что терпеть не

может воду. Впервые свою любовь к воде он продемон-

стрировал, когда к нам как-то пришли гости. Я терпеть

не могу, когда кто-либо, за исключением моего мужа и

меня, лезет в наш бассейн, особенно с учётом того, что

до моря рукой подать. Друзья, подогретые бокалом ле-

дяного шампанского марки Pommeri, хотели освежить-

ся. После икры белуги, яиц, слив и сметаны они решили

поплавать в нашем бассейне.

Эйнштейн, который до той поры целый день сле-

дил за событиями со своей подстилки, причём вовсе

«Солнечные бароны»

не нейтрально, решил воспротивиться их намерениям. Прыгнул в воду и начал плавать, как будто делал так по несколько раз в день.

Он крутился, нырял, плавал, плевался, плескался,

вытворял бог знает что, и никто не мог быть уверен в

том, что он заодно не помочился в воду. На каждого,

кто приближался к бассейну хоть на полшага, он скалил

маленькие зубки, ворчал и плыл к очередному наруши-

телю из числа наших гостей. Друзья, увидевши это бед-

ное животное, очевидно, потеряли интерес и пошли ку-

паться в море. С тех пор мы знаем, что Эйнштейн умеет

плавать, что он не мочится в бассейн и не плюёт в него,

что не любит гостей независимо от того, откуда они, и

не любит, когда кто-то лезет в его бассейн. То, что он

выносит только некоторых людей, мы узнали за время

нашей жизни на этом прекрасном острове, который был

создан Богом, по-иному рай я даже не могу себе пред-

ставить.

V


Он очень любит моих друзей с бывшего места работы,

если можно так назвать всемирную организацию NWO,

где я провела почти сорок лет. Однажды, когда это бу-

дет возможно, я опишу практики «мира», из которого

не уходят ни на пенсию, ни на заслуженный отдых, ни в

отпуск, просто уйти из него можете только в гробу. Но

об этом как-нибудь позже. Моих друзей из NWO Эйн-

штейн обожает, узнаёт их даже не знаю как именно, но

и им строго запрещено купаться и подходить к бассейну

и к его лежанке, которую он оккупирует на веранде.

Руководство NWO регулярно встречается в разных

частях света и оценивает ситуацию в рамках своих за-

дач. Мы одновременно и в отпуске, и на работе. Мы

Как возникли «солнечные бароны»

никогда не знаем, когда нас призовут, причём неважно,

сколько вам лет – пятьдесят или девяносто. Спокойная

жизнь, которая кому-то может показаться привлека-

тельной, – это обратная сторона медали, но она просто

сказочная, если к ней привыкнуть. Я привыкла, и этот

образ жизни мне нравится.

Сижу в своём кабинете и готовлюсь ко встрече с кол-

легами из NWO, которая состоится через пару дней на

другом конце света. Вновь перечитываю всю информа-

цию и узнаю о «свинстве», которое опять готовится в

той небольшой стране, которую я всё ещё люблю. Про-

шло уже много лет, десятки лет, с тех пор как я её по-

кинула. И тем не менее чувства к ней не остыли, при

слове «Прага» у меня начинает дрожать голос, но это

известно только мне. В кругу моих коллег из NWO мы

никогда не интересуемся, кто из нас откуда родом. Это-

го нет в кодексе, а чего нет в кодексе, нас не должно

интересовать и не интересует. Нарушение правил не до-

пускается, члены NWO их жёстко придерживаются без

оглядки на внешние перемены. На некоторых наших

встречах мы говорим, что организация, пожалуй, суще-

ствует дольше, чем само человечество.

Понятно, что так называемая «бархатная револю-

ция» – падение социалистического лагеря в Европе в

девяностых годах 20-го века – была лишь фарсом, это

было необходимо для того, чтобы обеспечить дальней-

шее выживание капитализма, который балансировал на

краю катастрофы – катастрофы, которая могла приве-

сти к мировой войне. Всему миру угрожала разруха. По

прошествии времени можно оценить, на сколько уда-

лось отодвинуть угрозу самой большой войны. Трид-

цать лет, сорок? Европейский капитализм нуждался в

новых территориях для экономического роста. Бывшие

«Солнечные бароны»

страны социалистического лагеря открыли свои рын-

ки сбыта, создали новое рыночное пространство и тем

самым спасли мир на планете. «Но надолго ли это?»

– размышляю с открытыми глазами, ожидая в аэропор-

ту отлёта самолёта, который NWO регулярно посылает

за всеми членами организации. Обычными рейсами мы

летаем очень редко, да и узнаём об этом всего лишь за

пару дней до отлёта. Всё управляется очень изощрённо,

всё безопасно, надёжно и организовано до мельчайших

деталей. Мне после всех этих лет не хочется верить, что

мы невидимы и в то же время вездесущи.

Частным самолётом лечу в головной офис, где полу-

чаю информацию, с которой дальше могу работать. Все

детали совпадают, как в пазле. Даже та компания, ко-

торую я пару дней назад встретила на пляже, укладыва-

ется в сценарий и всё лишь подтверждает. В Европе го-

товится похищение столетия, некоторые страны ведут

себя отважно, там готовятся законы, а расхитители об-

щественных средств очень активны. Если бы они только

знали, что за ними следят, причём вовсе не те группы,

которые они уже подкупили. Если бы они только зна-

ли, что мы неподкупны и оцениваем все эти группки,

бизнесменов, финансистов, полицейских, прокуроров,

судей, политиков, просто всех этих негодяев, которые

в разных группировках обманывают своих сограждан,

крадут до заикания. Для них нет ничего святого.

После недельного «информационного обучения»

возвращаюсь в свой оазис спокойствия, к своим паль-

мам, морю, бассейну, Эйнштейну, Игорю (обратили

внимание на очерёдность?), запаху эвкалипта и ванили.

Я уже дома, выжатая после путешествия как лимон.

Со мной всегда после «информационного обучения»

невозможно общаться. Я должна сама подготовиться

Как возникли «солнечные бароны»

к выполнению заданий, которые меня касаются. Либо

хотя бы уложить всё в голове, оценить развитие собы-

тий, отдохнуть, разобраться с новой ситуацией и новы-

ми задачами. На этот раз нас ждал кошмар, кошмар, ко-

торый нам готовят негодяи, готовые за пару крон убить

собственную бабушку. Сброд в белых воротничках

встречается повсюду, а я – не мессия, которая должна

вмешиваться, моя работа совсем другая, и я её делаю

очень хорошо.

Сжимаю в руке награду, которую получила пару

дней назад за образцовую работу. Золотой значок – это

символ, символ признания и оценки. Я горжусь им. Мне

точно не дали его в честь 60-летия. Так это не работает.

«Неужели я на самом деле так хороша? Да что хороша,

просто выдающаяся!» – чуть не заикаюсь от радости.

Сижу на крытой веранде, заросшей глициниями, с вы-

ходом в просторный сад, полный пальм и тропических

деревьев. Внешний бассейн с прозрачной водой залит

крупными каплями дождя, такого густого, что на по-

верхности вскипает один большой пузырь. На улице

идёт тропический дождь, я очень люблю этот дождь,

когда температура держится около тридцати градусов

Цельсия.

В паре шагов за парком видно, как поднимается море

и волны с глухим рокотом валятся на берег одна за дру-

гой. «Правда ли, что каждая седьмая выше остальных?»

– я часто пытаюсь подсчитать их, но сегодня это не по-

лучается. Делюсь с Эйнштейном местом на диване, ко-

торый закрывает небольшая крыша из красивого белого

полотна. Её можно поднять, но я даже не знаю, для чего

она предназначена. Дождь на террасе не идёт, а ветерок

бывает приятным. Возможно, эта снежно-белая крыша

создаёт ощущение интимности. Эйнштейн просто обо-

«Солнечные бароны»

жает этот диван. Он настолько большой, что собачек

его размера на нём поместилось бы не меньше тридцати,

но наш шнауцер предпочитает лежать на ней один. Се-

годня он сделал исключение. Наверное, из-за того, что

я долго отсутствовала, он вежливо подвинулся и осво-

бодил мне место. Всё не могу понять, каким образом

пёсик весом всего в три килограмма может занять такой

большой диван, но он отлично умеет это делать. Когда

он не хочет никого пускать на свой любимый диван (а

это происходит практически всегда), он растягивается в

центре и достигает просто невероятных размеров. Сей-

час мы лежим там вместе, он ворчит, давая тем самым

понять, что сердится на меня. Чувствую себя уставшей,

поэтому даже не прошу у него прощения. Дремлю на

подушке, которую когда-то привезла из Индии, а в го-

лове у меня крутится информация, полученная в по-

следние дни. Я люблю Индию за её многокрасочность,

расцветка сари местных женщин просто великолепна.

Я, однако, так и не научилась их завязывать, хотя у меня

было такое желание и я некоторое время жила в Индии.

VI


Улыбаюсь в полусне, вспомнив одну вечеринку, кото-

рая состоялась ещё в той «прекрасной стране». В Пра-

ге, которая была и остаётся центром событий Чехии, а

ранее и Чехословакии, всегда были привилегированные

группы. Эти привилегированные группы или одиноч-

ки, впрочем, находились не только в Праге. Ещё в эпо-

ху глубокого тоталитаризма эти «привилегированные»

получали доходы в валюте, чтобы иметь возможность

проводить отпуск со своей семьёй за рубежом или хотя

бы в Югославии. У них был доход в бонах, благодаря

которому они могли покупать вещи в «Тузексе» (ана-

Как возникли «солнечные бароны»

лог советских «Берёзок» – прим. пер.). Они работали

за рубежом и получали зарплату в твёрдой валюте. За

один год они зарабатывали столько, сколько обычный

смертный не заработал бы и за двадцать лет. Их дети

учились за рубежом, просто во времена социализма это

была избранная группа.

Я не хочу вспоминать об этом времени. Стоит вспом-

нить о нём, и мне становится плохо, так плохо, как когда

я впервые видела запрещённый фильм «Ухо». При быв-

шем режиме я и моя семья очень страдали. Не вижу ни

единого повода жаловаться, как не вижу ни единого по-

вода возвращаться. Мне жаль ту пару человек, которая

фантастически чувствовала себя при бывшем режиме.

И это те, которые сейчас стенают больше всего. Они,

наверное, думают, что находятся в вакууме и что окру-

жение не помнит, какими благами и привилегиями они

пользовались и как катались как сыр в масле, как говорила

моя бабушка.

Вспоминаю вечеринку, которая состоялась вскоре

после «бархатной революции», когда ко мне наклонил-

ся выпивший юрист из известного адвокатского бюро

со словами: «Вы просто супер, однако вам не повезло,

что за вами никто не стоит, что вы действуете в оди-

ночку, ни к кому не относитесь». Он, очевидно, меня не

знал и пособирал местные сплетни насчёт того, что я,

наверное, дурочка, потому не ворую вместе с избран-

ными либо для них. Меня это слегка удивило, потому

что я так никогда не рассуждала. Я не сдержалась и,

ничуть не смутившись, с милой улыбкой как дама от-

ветила ему: «Если бы вы знали, кто за мной стоит, то

обоср… сь бы» и с милейшей улыбкой, блистая украше-

ниями, держа в руках бокал шипучего вина (в те вре-

мена шампанское особо не подавали), повернулась и,

«Солнечные бароны»

слегка покачиваясь, выставляя напоказ красивые ноги

и туфли от Dior, направилась к группе отлично развле-

кавшихся энергетиков. На спине я ощущала колючий

взгляд дебила, который не знал, где ему продать эту

«информацию». Это было так давно, так давно…

Я долго оценивала свою реакцию, и у меня сложи-

лось неприятное впечатление. Я знала, что не должна

была вести себя таким образом, давая тем самым кому

бы то ни было повод поинтересоваться, кто же меня

прикрывает. Это была моя большая ошибка, но наконец

мне это простили. Простили из-за того, что я о своём

огрехе на следующий же день сообщила в головной

офис NWO. Мне пришлось уехать из Чехии, что меня

очень огорчало.

Пробуждаюсь из своего полузабытья, Игорь гладит

меня по голове и машет какими-то бумагами. Закаты-

ваю глаза, мне совершенно не хочется читать никакие

сводки, своё недовольство проявляю тем, что отворачи-

ваюсь от него. «Не отворачивайся, лучше посмотри, что

у меня есть», – говорит он с усмешкой в голосе. Я зары-

лась головой в подушку, мне совершенно не хотелось

смотреть. У нас обоих было хорошее настроение. «Ну

глянь, это билеты, будем пару месяцев путешествовать.

Что скажешь? И, конечно, Эйнштейн с нами», – сказал

Игорь. Я подскочила, радостно обняла его и спросила с

улыбкой: «Когда летим?» – «Завтра после обеда полетим

сначала к тёте Юлии в Новую Зеландию», – ответил он.

Я чуть не обомлела: «Завтра? Ты шутишь? Когда я со-

беру вещи чуть не на год путешествий?» – «Как на год?!

Я же сказал, что на пару месяцев», – сказал Игорь. «Ага,

знаю это, – фыркнула я в ответ. – В прошлый раз ты го-

ворил то же самое, в итоге это было почти на полтора

года». – «Ну, это было из-за того, что ты везде болтала,

Как возникли «солнечные бароны»


поэтому мы и задержались, – лукаво улыбнулся Игорь. —

Не надо упаковывать вещи, нам ничего не нужно, возь-

ми гранулы для Эйнштейна на пару дней, этого будет достаточно. Чао, иду плавать», – засмеялся Игорь и без-

заботно прыгнул в бассейн.

Солнечные бароны. Организованная преступность

Подняться наверх