Читать книгу Слушай, ведьма, песню метели - Алла Гореликова - Страница 5

Старая Гриза любит сильных, Баграс помнил это с детства. И не в том смысле сильных, чтобы одним ударом медведя уложить. Так, говаривала она, любой дурак сумеет, у которого сила есть, а ума и не надобно. Сильный – не тот, у кого «на дурнячка» все само собой выходит, а тот, кто раз за разом встает после неудач и добивается своего. И на самом-то деле не только Гриза так считала, но она жила по соседству, воспитывала Баграса наравне со своими сыновьями, и ее молчаливое одобрение значило для него больше, чем похвалы многих и многих других.

Пекарка явилась в гости вскоре после ухода Серого Лиса, как будто для начала расспросила его, а уж после решила и сама посмотреть, что за ведьма пожаловала в Ардоран. А может, так и было? Гризу побаивались, и глава городского совета вовсе не был счастливым исключением.

Вошла, остановилась на пороге кухни – дородная, высокая, статная, не всякому мужчине впору рядом встать. И только собралась что-то сказать – может, свое обычное «Прими пирог, сосед», а может, и что другое по особому случаю, – как Мия подхватилась, вскочила, метнулась к полке за еще одной чашкой и выпалила:

– А мы чай пьем, садитесь с нами!

Гриза помедлила, рассматривая ведьмочку, кивнула каким-то своим мыслям, шагнула к столу и сказала:

– Примите пирог, соседи.

Пили чай – терпкий, горьковатый, заедали сладким брусничным пирогом, а две женщины, старая и молодая, откровенно приглядывались одна к другой. Гриза – с любопытством, а Мия, похоже, с опаской. Пока Гриза не сказала, едва заметно усмехнувшись:

– Девочка чуткая, все правильно поняла. Ладно уж, присмотрю за ней, когда вы, два остолопа, снова соберетесь в свой любимый лес.

– Присмотри, – кивнул Шорох. – Как одну бросить?

Баграсу показалось, Мия хотела возразить – наверное, напомнить, что она не маленькая девочка, а взрослая ведьма и сюда одна долетела, и ничего с ней в дороге не случилось, так что же случится здесь? Но возмущенное выражение мелькнуло на ее лице и тут же пропало. Правильно Гриза сказала – чуткая девочка. Понимает, кому лучше не перечить.

– Слышала? – спросила Гриза. – Мой дом через улицу наискосок, тот, где пекарня. Приходи в любое время. Спросишь тетку Гризу.

– Приду, – серьезно ответила Мия. – Спасибо.

Гриза кивнула, встала и ушла. А Мия залпом допила чай, шумно выдохнула и сказала с внезапным веселым злорадством:

– А жаль, что наша верховная сама сюда за мной не явится. Посмотрела бы я на это!

Белый мышь, высунув мордашку из-под ее руки, заверещал громко и весело, будто рассмеялся.

– Что, ты бы тоже посмотрел?

Мышь пискнул, спрыгнул на стол и утащил кусочек пирога. Только белый хвост мелькнул.

В тот день Мия никуда не пошла, а затребовала корыто и затеяла стирку. Баграс нагрел для нее ведро воды на печке и наполнил две пятиведерных кадки, прогулявшись с ними к колодцу, не девчонке же аж на площадь бегать. Или хоть даже на метле летать. Потом пришлось сходить к колодцу снова, и еще раз, и еще, потом натянуть веревку для сушки, а ведьмочка, увесив теплую кухню своими постирушками, проверила запасы продуктов, поставила томиться гречу в чугунке и затеялась печь блины на ужин. На весь дом запахло пышным тестом, мышь вертелся под ногами, сковорода брызгала маслом, потрескивали дрова, а Мия напевала что-то себе под нос – может, наговор какой, а может, просто песню, Баграс не вслушивался.

Он даже слегка понимал дядьку Шороха, который еще в начале «великой стирки» сбежал «пополнить припас», а на деле – посидеть в тишине охотничьей лавчонки Пятнистого Быка, обсудить с ним троллий набег и остальные новости, да и ту же ведьму наверняка тоже. Очень уж непривычной была вся эта домашняя суета, очень уж наполняла дом, не оставляла ни одного тихого местечка. Но смотреть на Мию было интересно и приятно, и Баграса ничуть не тяготило, что пришлось помогать ей в «чисто женских» делах. Да и кто придумал эти «чисто женские»? Как будто вдвоем с дядькой Шорохом они ходили голодные и грязные! Но блинов-то, конечно, не пекли. Разве что Гриза когда-никогда угощала, но у нее чаще бывали пироги, сладкие рулеты, булочки. Или хлеб с травами и чесноком. Или пряники – пахучие, на меду, с ягодной начинкой.

А дядька Шорох как почуял аж оттуда, из лавки Быка – вернулся точно к горячим блинам. Да еще и баклажку меда на стол выставил. Баграс втянул горьковатый гречишный запах, сглотнул набежавшую слюну. Спросил: