Читать книгу Дочка для ведьмы с ребенком - Алла Гореликова - Страница 2

Врач врачом, но занятия никто не отменял, так что с утра, как обычно, мы все втроем поехали в школу. Олежка, похоже, чувствовал мое волнение – крепко держал за руку, смотрел тревожно, и в автобусе, привычно усадив его на руки, я сказала:

– Сынок, пожелай мне удачи, сегодня у нас будет очень сложное занятие.

– Удачи, мамочка, – серьезно ответил он.

Вот так. Нечего еще и ребенка грузить своими колебаниями настроения. А я на занятии отвлекусь от медицинских мыслей – у мастера Полевой о постороннем думать некогда. В конце концов, у нас экзамен второй ступени через две недели! Хотя, если уж честно, в этот раз я почти не волновалась и с нетерпением ждала получения очередного диплома. Снадобья класса сложности «С» – требующие совсем немного силы, простые в изготовлении, распространенные и востребованные. Благотворительный комитет закупает их огромными партиями для школ и приютов, так что сбыт мне обеспечен. Конечно, теперь уже не приходится считать каждую копейку, но ведь не только в деньгах дело. Я хочу стать профессионалом, мастером! А мастерство начинается с азов.

Гоняла нас Полева нещадно, но мне все давалось легко. Ну, как легко: я часами просиживала над книгами, вникала в теорию, разбирала рецепты и обязательно час-два в день уделяла практике. И навыки отработать, и семью всякими полезностями обеспечить. Домашняя аптечка – дело хорошее, и лучше собрать ее впрок. Тем более что настойки, растирки и мази, которые мы сейчас проходили, хоть и были просты, времени для изготовления требовали много – вот так понадобится какая-нибудь примитивная мазь от ушибов или растирка от кашля, кинешься делать, а готово будет через неделю, а то и через месяц-полтора. Я отвела под снадобья полку в шкафу в подвале и регулярно подпитывала чары сохранности. И с удовольствием оглядывала запасы, добавляя к ним что-нибудь новенькое. Да, я тот еще хомяк, прошлая жизнь приучила. Запас карман не тянет!

Когда после занятий зашла за Олежкой, он спросил, волнуясь:

– У тебя получилось?

Я даже не сразу поняла, о чем он. Ах да, «сложное занятие»…

– Получилось, сынок, спасибо тебе! – я обняла его и легонько поцеловала в макушку.

– А теперь мы все идем в гости, – сообщил Костя.

– В гости? – переспросила я. Кажется, мне был обещан врач, а не гости? Что-то изменилось?

– К кому в гости? – сынишка, похоже, не знал, радоваться или пугаться: наши пятничные походы к соседям он любил, но больше ни по каким гостям мы с ним ни разу не выбирались.

Костя присел перед Олежкой на корточки:

– Хочу вас познакомить с тетей-доктором.

– Зачем? Мы не болеем, – резонно возразил малыш.

– А зачем болеть? – наигранно удивился Костя. – Запомни, парень, лучше немного потрудиться и не заболеть, чем потом сидеть дома и лечиться. Доктор тебя посмотрит и скажет, что нужно делать, чтобы поберечься от всяких болячек.

– Тогда ладно, – кивнул Олежка.

Мои знания о медицине этого мира ограничивались собственной учебой на травника-фармацевта, информацией о том, что благотворительный комитет курирует городскую больницу, и знакомством со «Скорой помощью» в первый мой день здесь. И все же, по аналогии с прежней жизнью, я ждала, что Костя отведет меня в поликлинику, а то и женскую консультацию. Регистратура, номерки, нервные тетки в очереди и прочие прелести родного здравоохранения, заставляющие держаться от него подальше… И уж вовсе не понимала, зачем он тащит с нами Олежку.

Оказалось, здесь вовсю процветает частная практика вообще и семейные доктора в частности. Само понятие «семейный доктор» я знала: помнила споры перестроечных времен о реформе здравоохранения. Тогда посчитала это глупостью: сама идея, может, и хороша, но чисто в теории, а на практике – квалификация у наших врачей не та. Впрочем, в родном мире эта идея дальше разговоров не продвинулась. А здесь – давно уже прижилась…

Анастасия Васильевна оказалась таким вот «семейным доктором». Костю помнила с пеленок. Может, потому и нас с Олежкой оглядела пристально и внимательно, будто не посторонний, в сущности, человек, а строгая свекровь.

Олежек смутился, вцепился в мою руку. Я ответила на рентгеновский взгляд таким же. Будет она еще моего ребенка пугать, старая карга!

Анастасия Васильевна и впрямь выглядела не милой старушкой-пенсионеркой, а старой ведьмой – не в том смысле «ведьмой», как понимали в этом мире, а типичной злодейкой из страшных сказок. Лет семидесяти, худая, морщинистая, с крючковатым носом и поджатыми тонкими губами, с черными глазами и артритными скрюченными пальцами. Разве что прическа выбивалась из общего ряда – аккуратный сколотый шпильками седой пучок, гладкий, волосок к волоску.

– Так, так, – по-птичьи склонив голову набок, ведьма вдруг улыбнулась, и устрашающее впечатление тут же рассеялось, как не бывало. – Значит, Олег и Марина. Что ж, давайте знакомиться.

Голос у нее был сильный, совсем не старческий, низковатый, но очень приятный. «Поет, наверное, красиво», – отчего-то подумала я.

– Начнем с вас, молодой человек. В школу ходите?

Олежка робко кивнул.

– Зарядку делаете?

– Да, – почти шепотом ответил малыш.

– Знаете такое упражнение: «солнышко»?

«Солнышко» – так назывался для детей тот самый тест на уровень силы, который я показывала перед зачислением на курсы. Закрыть глаза и представить, как между твоими ладонями загорается ласковое солнышко.

– Умею, – заулыбался Олежек. Ему это упражнение нравилось.

– Ну-ка, покажите.

Я не удержалась, тоже посмотрела, настроившись на ауру. Мягкие алые переливы были прозрачны, едва заметны: дар только начал развиваться. Но между ладонями горело ярко, выбрасывая искры и стреляя протуберанцами. И впрямь солнце, но совсем не ласковое. Боевик.

– Не бойся, – мягко сказал Костя. – Ты у нас молодец, вон как хорошо получается.

– Гулять любишь? – спросила Анастасия Васильевна. – В снежки с мальчишками играешь? На санках катаешься?

– Да, – закивал Олежка.

– Вот и молодец. А плавать умеешь?

Олежка повертел головой и признался, насупившись:

– Я хуже всех в классе.

– Да ты ведь только начал учиться, – Костя присел на корточки рядом с малышом. – У тебя не так плохо получается для новичка.

– Значит, пишем указание твоим родителям водить тебя в бассейн дополнительно. Согласен?

Я прикинула – бассейн при школе в наш распорядок дня впишется легко. И отчего сама не подумала? Два раза в неделю по часу – конечно, мало, к тому же, Костя рассказывал, они там больше играют, а не плавать учатся.

– А теперь давай посмотрим, как твоя мама «солнышко» делает. Марина?

Я понимала, что Анастасия Васильевна хочет увидеть: зная силу Кости, оценив силу и потенциал моего первого ребенка и мой текущий уровень, можно делать прогноз на течение беременности именно с точки зрения «силы», «дара». Все-таки ребенок будет одаренным, значит, для нормального развития нужен сильный энергетический фон. Конечно, Костя сможет подпитывать, но главное тут – мой резерв. И Костя, и Ксения Петровна говорили, что я неплохо прокачалась по сравнению с августом, но ведь тогда я была вообще на нуле! В моем случае в беременность нужно входить на пике силы, но вряд ли я достигла своего пика. Мы с Костей любили друг друга, не предохраняясь, хотели ребенка, но не «делали» его целенаправленно. Просто… как вышло, так вышло. И теперь я боялась: не рано ли?

Но Анастасия Васильевна кивнула одобрительно. Спросила:

– Занимаешься?

– Полчаса утром и немного по вечерам с Олежкой, – подтвердила я. – И по учебе еще.

– Об учебе подробней, – приказала Анастасия Васильевна. – Сколько занимаешься, сильно ли выкладываешься, как быстро устаешь.

Суровая тетка. Чем-то на Полеву похожа, манерой разговора, что ли? Я пожала плечами и начала рассказывать, а она слушала, иногда кивала, иногда хмурилась и качала головой, а после вдруг вздохнула, перебив меня чуть ли не на полуслове:

– Ясно все с тобой, Марина батьковна. Плохо, конечно, что твою родословную не знаем, но, по большому счету, важнее то, что с тобой сейчас происходит. И хорошо, что сама для себя кое-что сделать сможешь. Знаешь ведь уже, что собственные снадобья сильней действуют?

Я кивнула, вдруг испугавшись. По прежней жизни помнила: несмотря на все попытки врачей завернуть беременных в вату и запретить им все, что только можно, беременность – не болезнь. Совершенно естественное состояние, которое просто не всегда и не всеми легко переносится. Пока что я не чувствовала ничего особенного, но ведь и срок совсем небольшой. А мне уже хотят выписать какие-то лекарства?

– Значит, так, дорогая, – Анастасия Васильевна выдернула из письменного прибора лист бумаги под рецепт. – Погоды стоят, сама видишь, какие, так что профилактика, профилактика и еще раз профилактика. Чтобы никаких простуд или, боже тебя упаси, гриппа с пневмонией! Базовый сборник рецептов есть у тебя? – привычным до автоматизма движением она достала с полки книгу, по которой мы как раз сейчас занимались, и я кивнула. – Гляди. «Профилактические сборы», берешь пятый, семнадцатый с восемнадцатым, при сильной усталости добавляешь двадцать первый. Пятым и семнадцатым можешь и Костю с Олежкой поить, вреда не будет, только польза.

Я понимающе кивала, отмечая: противовирусный, общеукрепляющий, витаминный…

– А мама нас поит! – похвастался Олежка. – Бабушкиным от простуды.

– Чем-чем поишь? – Анастасия Васильевна чуть ли не охотничью стойку сделала. Я на память рассказала рецепт, добавив:

– Это бабушкин, семейный.

– Хм. Звучит неплохо. Семейный, говоришь? Официальную апробацию проходил?

– Не знаю, – я опустила глаза. – Понимаете, бабушка Тоня умерла раньше, чем я всерьез занялась учебой. Она мне этот рецепт присылала, чтобы я для семьи делала.

– Если и проходил, разные мастера… – негромко подсказал Костя.

– И верно. Не хочешь заняться, Марина батьковна?

Я даже не сразу поняла, о чем она: очень уж резкий получился переход темы. Поэтому ответил Костя:

– Пусть экзамен сначала сдаст и сертификат получит. Вопрос-то серьезный.

– Рецепт несложный, – задумчиво проговорила Анастасия Васильевна. – В чем, собственно, и ценность: сделать легко, компоненты доступные, хранится долго, в употреблении прост. Знаешь, почему мы не любим сборы прописывать? – она ткнула в мою сторону остро заточенным карандашом. – Ась?

– Почему? – я и правда не понимала: что может быть проще сбора? Заварил да пей! Точной дозировки, как правило, не требуют, жесткого расписания приема – тоже…

– Потому что ленятся! Нет, представляешь?! Ленятся отмерить нужное количество, правильно заварить и настоять! «Некогда», «забыла», «муж с заваркой перепутал», – это, веришь ли, самые безобидные отговорки! А у тебя настойка, ложку отмерил и в рот, да хоть из бутылька сразу глотни, вреда не будет, тут особо точная дозировка и не нужна-то.

– Не нужна, – кивнула я, все еще не понимая, к чему она клонит. – Детям только если.

– А для детей, милая моя, на той же основе нужно сироп разработать, получишь квалификацию – займись. Да с детьми и проще, детских сиропов много, все хорошие, можно выбирать на вкус, что кому нравится. А для взрослых, вот как раз таких занятых, которые то забывают, то ленятся, твоя настойка – самое то! Ну?

Вот тут до меня и дошло.

– Погодите, вы что, предлагаете мне… Анастасия Васильевна?

– Когда, говоришь, у тебя экзамен по категории «С»?

– Через две недели.

– Вот как сдашь, делай партию, тащи мне, проведем апробацию, оформишь, как положено, и запускай. А что? Нет, ты чего мне здесь глазами хлопаешь? Сама же сказала: «Хочу Мастером стать!» – так становись. Начинай.

– Резко вы, – пробормотала я. – Внезапно. А давайте, я с радостью!

В самом деле, своя разработка, пусть даже не вполне своя, а из семейных рецептов, в копилке пригодится! Я ведь и не собиралась на одних чаях останавливаться.

– Вот и договорились. И вот что еще. Полеву я знаю, ну да у нас город небольшой, все друг друга знаем, кто в одном деле крутится. Ты ей скажи, что беременная, что наблюдаешься у меня. Скажи, пусть прикинет по своей программе, что у вас там дальше, может, имеет смысл после этих экзаменов тебя в следующую группу передвинуть или на индивидуальный график перевести. Посоветуйтесь там с ней. А то послушала я тебя, очень уж серьезно к делу подходишь. Оно хорошо, молодец, но нагрузка получается не для беременной.

– Но… – «Но мне ведь нужна эта учеба», хотела я сказать, и тут же осеклась. Да, нужна, но уже не так критично, как было до замужества. Раньше я искала заработок, чтобы… ладно, пусть не выжить, но жить нормально самой и дать все необходимое сыну. Теперь же – это просто интересное и любимое дело, которым хочу заниматься. – Да, понимаю. Не обязательно так гнать учебу, сейчас я должна думать о ребенке.

– Вот именно. Быстро сообразила, умничка. И ты, Костик, молодец, разумную жену себе нашел. Ну, жду через две недели, погляжу, как экзамены перенесешь. Или в любое время, если вдруг что. Да не забудьте молодого человека в бассейн оформить!