Читать книгу Дочка для ведьмы с ребенком - Алла Гореликова - Страница 3

Костя сразу же заявил, что поговорит с Полевой со мной вместе, да я и не спорила. Уж не знаю, то ли Анастасия Васильевна успела ему что-то шепнуть втайне от меня, то ли его напугали слова о слишком большой нагрузке – в вопросах беременности мужчины зачастую куда большие паникеры, чем их жены, и это, пожалуй, даже хорошо. Приятно, когда о тебе беспокоятся и заботятся. Никогда не понимала женщин, с пеной у рта отстаивающих свое право на изматывающий труд. Какое-то это извращенное понимание самостоятельности…

А я, спокойно все обдумав, решила, что пауза в обучении пойдет мне только на пользу. Я ведь собираюсь делать коллекцию авторского чая, теперь вот еще апробация бабушкиной настойки, а попутно нужно освоить все ходовые сборы и базовые рецепты категории «С», мне ведь нужен сбыт, иначе какой я Мастер? Все это требует времени, сил и труда. А еще, если не запихивать в голову в бешеном темпе новый материал, взамен можно подтянуть теорию по первым двум ступеням.

Но говорить об этом своем решении не стала – интересно было, что посоветуют люди, куда лучше меня понимающие все нюансы.

По дороге домой сынуля взял в оборот Костю, расспрашивая, сколько еще мальчиков ходит в школьный бассейн и не станет ли он среди них самым маленьким, слабым и неумелым. Я тихонько улыбалась, слушая, как Костя напрягает все свои педагогические таланты, успокаивая малыша и настраивая его на лучшее, а дома сбежала в кухню, предложив своим мужчинам потренироваться в ванной. Костя, наверное, решил, что мне нужно подумать, а Олежка и вовсе принял совет за чистую монету, так что я готовила пюре и гуляш в полном одиночестве, негромко напевая себе под нос.

Зато, наплескавшись и наевшись, сынуля беспрекословно лег спать, и Костя наконец обнял меня, привлек к себе, прошептав в макушку:

– Девочка моя, как же я тебя люблю. Побереги себя, милая, хорошо? Баба Настя правильно сказала, если пойдешь сразу на третью ступень, нагрузка будет не для беременной.

– Ты зовешь ее бабой Настей? – удивилась я.

– Привык с детства, да так и не переучился. Она знает, кстати, и не против. По-моему, ей даже нравится.

– Нет, ну ладно бы еще тетей…

Костя хмыкнул:

– Как думаешь, ей сколько лет?

– Где-то под семьдесят.

– Девяносто семь. В семьдесят она была, – он присвистнул, – знаешь, какой? О-о! Сорокалетние мужчины вслед оглядывались.

– Завидую, – вздохнула я.

Теперь удивился Костя:

– А чему завидовать? Ты сейчас все правильно делаешь, так что тоже долго проживешь и молодой долго будешь. Я ведь уже говорил, что ты умничка.

Ну вот, снова всплыло что-то, о чем я и знать не знаю. Нет, точно нужен перерыв, пусть не вовсе от учебы отвлечься, но хотя бы разбавить учебники художественными книгами. Или, вон, кино посмотреть, да хоть мультики и детские познавательные передачи с Олежкой вместе. А то телевизор уже месяц как купили, а я только и видела, что два или три выпуска новостей.

– О чем задумалась? – Костя легонько поцеловал меня в висок, в уголок глаза, возле уха. – Только не говори, что об учебе!

– Будешь смеяться, но нет, – я слегка развернулась, чтобы ему удобней было дотянуться до моих губ. – Как раз о том, что мне за учебой ни книжку почитать некогда, ни телевизор посмотреть, и что это не очень-то хорошо. Права твоя баба Настя, нужно перерыв взять.

– Вот и правильно, – кивнул Костя. А дальше нам стало не до разговоров…

И заснула я совершенно успокоенной. Конечно же, все будет хорошо, ведь я не одна, мой любимый обнимает меня, даже во сне прижимая к себе, и его ладонь лежит на моем животе, как раз там, где горит крохотная искорка новой жизни.

«Мама с папой вместе позаботятся о тебе, малыш… или ты малышка? Эх, жаль, что в этом мире еще не изобрели УЗИ…»

Снилась мне дочка, уморительно серьезная девчоночка в венке из ромашек. Снилось, как баба Тоня гладит ее по беловолосой голове и говорит мне: «Рада я, Маринушка, что ты учишься, а еще больше рада, что будет у тебя дочка-травница. Пусть не моя по крови, а все ж продолжение. Будет кому мастерство передать».

А утром все покатилось, как всегда, по привычной уже колее; но перед тем, как мы разошлись по своим классам, Костя напомнил:

– Я подойду к тебе после ваших занятий, Олежку в соседнем классе оставлю, присмотрят.

Я знала, что остальных детей из группы забирали раньше: наши занятия с Полевой шли сейчас дольше, чем в первые два месяца, с утра и до обеда, а иногда прихватывали немного и послеобеденного времени. Мы по-прежнему обедали втроем в школьной столовой, потом мы с сынулей ехали домой, а рабочий день Кости продолжался до шести вечера.

Теперь расписание изменится: Олежка после обеда будет спать здесь же, в детской комнате, после сна и полдника станет ходить в бассейн, а домой будет возвращаться вместе с Костей. Я немного волновалась, как малыш привыкнет к целому дню без мамы, но, с другой стороны, это же школа, о которой он так мечтал. Да и Костя приглядит.

«Беременность, не беременность, – подумала я, – а жизнь как понеслась с самого начала, так и несется, только успевай». Но мне это нравилось. Сначала помогало забыть о прошлом, теперь же… Что говорить, я просто ощущала себя живой в этом бешеном ритме, в заботах о малыше, в новом замужестве, в учебе и грандиозных планах на будущее. Молодость несла меня на гребне волны – разве такое может не нравиться?!

Вот и сейчас – я растирала в фарфоровой ступке пахучий фенхель, мать-и-мачеху, мяту, смешивала основу для настоя от кашля, напитывала силой. Смотрела, как бурая смесь трав вспыхивает ослепительной белизной очищающих чар, а затем начинает сиять ровным изумрудным светом наговора на здоровье, и улыбалась: хорошая работа. Все сделанное нами на занятиях, что мастер Полева признает годным, пойдет в аптечку школьного медпункта. Именно поэтому здесь мы разбираем самое ходовое. Помнится, в старых запасах Марины есть большой мешочек фенхеля; нужно посмотреть, где еще его применяют. Такое нам Полева не рассказывает, сами читать умеем, а если кто считает, что ему лишних знаний не надо – что ж, его дело. Я же упорно заполняла шкаф рекомендованными Полевой справочниками, брала в библиотеке учебники для института, чтобы подтянуть теорию, подолгу рылась в сборниках рецептов и с каждым днем все лучше понимала, как многого еще не знаю, как долго придется расти до Мастера.

А еще – все никак не могла понять, почему здесь так востребованы снадобья, сделанные ведьмами вроде меня. Истерия по поводу натуральных травок и вредной химии обошла этот мир стороной, фабричная фармацевтика была здесь вполне развита, ассортимент таблеток примерно соответствовал привычному мне по прошлой жизни, работали фармацевтические лаборатории, исследовательские центры. Более того, здесь считали, что «чистая химия» надежней и эффективнее, ведь «травки» – это весьма приблизительное содержание нужных для лечения веществ, приправленное кучей всего лишнего: эфирных масел, смол, токсинов… Очищающие чары не зря придумали, и чистят они не только от пыли!

И все же добрая половина полок в любой аптеке была заставлена флаконами, баночками и пакетиками с продукцией травников-фармацевтов, а самое удивительное, что работало оно куда лучше, чем травки в моем родном мире! Мазь от синяков сводила синяки за день-два, микстуру от кашля нужно было глотать не неделю или две, а два-три дня, банальная простуда, если поймать ее в самом начале, от хорошо подобранного набора снадобий проходила почти мгновенно, а растирка от радикулита лечила не острые симптомы, а сам радикулит, хотя, разумеется, для полного излечения одной только растирки было мало.

Очевидно, кроме травок работала та самая «сила», которую мастер вкладывал в снадобье. Наговоры, чары и прочая антинаучная мистика… Но ведь как-то оно сочеталось с привычной мне наукой!

Занятие подошло к концу, мои соученики торопливо разбежались, а я спросила:

– Александра Ивановна, можно с вами поговорить?

– Слушаю, – мастер Полева оглядела меня с доброжелательным интересом. – Догадываюсь, о чем пойдет речь.

– Ой, – я смутилась, – вы тоже видите?

– Плохим я была бы наставником, если бы не следила за аурой учеников.

И правда, сообразила я, ведь она смотрит, как мы накладываем чары и наговоры, кто сколько силы вкладывает, что получается в итоге…

– Еще Костя подойти хотел, – сообщила я, – мне почему-то кажется, что он даже больше меня волнуется. В общем, мы вчера были у врача, у Анастасии Васильевны, она сказала, что вас знает. Сказала, чтобы я с вами посоветовалась. Ребенок должен быть сильным, у меня первый сын с хорошим потенциалом, а Костя – ну, вы сами знаете. А я…

– Ты не так давно полностью выложилась, и, хотя сейчас все неплохо, для беременности, пожалуй, все же рановато, – без обиняков продолжила Александра Ивановна. – Ничего, не дрейфь, Костя подпитает. Учиться-то дальше хочешь? Или со вторым ребенком тебе и двух ступеней хватит?

– Хочу, конечно! – возмутилась я. – Только сейчас, не знаю, перерыв, наверное, придется сделать? Дальше ведь энергоемкое будет?

Вошел Костя, Александра Ивановна приветливо ему кивнула:

– Заходи, герой. Обсудили уже с женой, что делать?

– Экзамен сдаст, а потом, – Костя сел рядом со мной, приобнял за плечи, – перерыв потом, это ясно. Только у нас, Александра Ивановна, еще к вам вопрос образовался.

– И какой же? – Полева села напротив, сложив руки в замок на толстом растрепанном ежедневнике.

– Говори сама, – подпихнул меня любимый супруг, – твое ведь дело. Ты ведь собираешься, перерыв, не перерыв, будущую славу Мастера зарабатывать.

Тут только до меня дошло, о чем он. В глазах Александры Ивановны вспыхнул интерес, она спросила довольно:

– На мастерство нацеливаешься? Ты сумеешь, если захочешь.

– Очень хочу, – не стала скрывать я. – А дело такое: вчера с Анастасией Васильевной обсуждали, что мне уже сейчас пить нужно, и я рассказала, что от простуды настойку делаю по бабушкиному рецепту. Она предложила на апробацию ей дать и зарегистрировать. Ну и еще, я тут чаем заняться собираюсь. И себе когда что сделать. А сколько мне вообще можно работать с силой? Я что-то запуталась: с одной стороны, не могу ходить на занятия, потому что сильно растрачусь, а ребенку и без того подпитка нужна, с другой – если не заниматься, так ведь и резерв на убыль пойдет?

– Золотая середина, – хмыкнула Полева, – как и во всем. Ты должна следить, чтобы резерв не снижался и тем более, Боже упаси, не опустошался, но раскачивать его тренировками можно и нужно – в разумных пределах. Если сама не можешь объективно оценить свое состояние, вон, муж есть, он у тебя как раз в этом отлично разбирается. За энергоемкие снадобья лучше не браться, но класс «С» смело можешь делать, не переусердствуй только.

– Теорию подгоню, – кажется, мой голос был слишком уж мечтательным: Костя и Александра Ивановна дружно рассмеялись, и мастер сказала одобрительно:

– Все бы так учились.

– Маньячка, – с гордостью сообщил Костя. – Ничего, я прослежу, чтобы не перетруждалась.

– Вот и дело, – кивнула Полева.