Читать книгу Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех! - Анастасия Королева - Страница 7

Откинув одеяло, спустила ноги на пол и огляделась. В комнате царил мрак, едва разгоняемый тусклым лунным светом. Ничего странного или не обычного не было, но гул… Он не прекращался. Он то нарастал, то затихал, но не исчезал вовсе. Стало страшно, вот только не за себя я боялась. На кровати, свернувшись калачиком, мирно спал Алекс. Если мне грозит опасность, непонятно откуда взявшаяся, то я обязана в первую очередь защитить мальчика.

Пол под ногами вздыбился, толкнул ступни, и я поняла, что медлить нельзя. Развернулась и потянула на себя Алекса, пытаясь ухватить удобнее. Он был тяжёлым, а тело малышки Аннет вовсе было непривычно к физическому труду. Пришлось будить его, да так, чтобы не напугать.

– Солнышко моё, открой глаза, нам нужно уходить, – коснулась его щеки, а когда мальчишка посмотрел на меня, повторила: – Алекс, нам нужно уйти, здесь что-то происходит.

Мальчик прытко вскочил на ноги, потом вовсе спрыгнул на пол и рванул к двери, вот только я последовать за ним не успела. Кто-то ухватил меня за распущенные волосы и с силой потянул назад. Я вскрикнула больше от неожиданности, нежели от боли и Алекс остановился.

– Беги, – крикнула, что было сил, и обернулась.

Вот тут-то я уже за себя испугалась. За мной стояла огромная чернильная тень и лишь глаза горели красным, да зубы блестели желтизной. Лунный свет проходил сквозь огромное бесформенное тело, и оно вовсе казалось призрачным, но таковым не являлось. Смогло же оно как-то ухватить меня.

Мамочки! Это что ещё за напасть такая?!

– Догоф-ф-фор долф-фен быть иф-ф-фповнен, – ужасно шепелявя, выдало это нечто, и вновь попыталось схватить меня. Теперь уже его лапища потянулась к горлу, но я оказалась проворнее. Метнулась к кровати, оттуда к окну. Правда, обрадовалась я своей проворности рано. Меня вновь схватили, на этот раз за руку, когда я уже подумывала взобраться на подоконник.

– Дого-ф-ф-фор долф-ф-фен быть иф-ф-фповнен, – визгливо повторила тень, ревя мне в лицо.

– Какой ещё договор?! – не выдержала и тоже крикнула. Я абсолютно не понимала, что этой гадости от меня нужно. Впрочем, не от меня, а от Аннет, но и того, что девушка кому-то там пообещала, я не знала.

Кажется, тень удивилась. Хотя по его безликой морде сложно было судить об эмоциях. Его выдал растерянный голос:

– Догоф-ф-фор? – повторил уже не так грозно.

Нет, на светскую беседу я была вовсе не настроена, но заминкой стоило воспользоваться. Я рванула руку из захвата и разом перемахнула через подоконник, с визгом падая вниз, на землю. Что-то хрустнуло и стало больно, но лишь на мгновение. Расслабляться не стоило. Я перевернулась, глядя на окно, откуда только что совершила головокружительный прыжок и замерла.

В моей комнате что-то происходило. Какие-то яркие вспышки, истошные крики, переходящие в горестный вой. А потом всё стихло. Р-р-раз и звуки пропали. Из окна высунулась чья-то голова и голосом Саймона спросила:

– Госпожа Аннет, с вами всё в порядке?

Не иначе, как от шока, сказать у меня ничего не получилось. Я только медленно кивнула и попыталась встать. Не получилось. Нога отозвалась дикой болью, так что я схватилась за неё руками и зашипела.

Второй этаж не так страшно, конечно, но, видимо, я всё же умудрилась себе что-то повредить.

Ночную тишину разрезали звуки приближающихся шагов, а потом вдруг стало светло. Сбежались люди с факелами, потом уже я поняла, что это были охранники полным составом, заспанный Зак, в наспех накинутой куртке и Алекс, который первым бросился ко мне. Лили топталась в отдалении, но даже отсюда я видела её огромные глаза, где плескался страх.

– Госпожа, как вы? – волосы мальчишки растрепались и то и дело лезли в глаза. Надо бы подстричь его.

– Всё хорошо, – улыбнулась беззаботно, хотя боль всё нарастала и нарастала.

– Отойди, малец, – ко мне подошёл Саймон и легко, словно пушинку, поднял с земли.

– А вы мне не верили, – прошептала ему в шею, пытаясь скрыть от Алекса то, как скривилась. Ни к чему пугать ребёнка.

– Разберёмся, – коротко бросил он и понёс меня в комнату. Все вещи находились на своих местах, так и не скажешь, что тут что-то сверкало и выло. Разве что край покрывала почернел, словно его подожгли.

– Надо за лекарем послать, – пролепетала бледная Лили, кутаясь в вязанную шаль.

– Можно, – с трудом растолкав всех собравшихся, вперёд вышел Зак. А на вопросительный взгляд Саймона, он пояснил: – Я работал одно время в лавке лекаря, могу кое-что.

При этом по его лицу скользнула тень, но тут же пропала. Словно воспоминания о том времени были не самыми приятными.

– Ну, попробуй, – охранник отошёл в сторону. Парень же опустился на кровать рядом со мной и осторожно коснулся припухшей щиколотки. Я чудом сдержалась и не вскрикнула. Мистер Брайт бросил на меня извиняющийся взгляд. А потом произошло что-то невообразимое – от его ладоней потянулись тонкие жёлтые ниточки, которые за мгновение окутали мою ногу плотным слоем. Стало тепло и приятно, и даже боль стала отступать.

– Трещина, но ничего страшного, – с облегчением выдохнул Зак, и ему вторили такие же вздохи от Алекса и Лили. – Я подлечу немного, но в ближайшие пару недель вам стоит соблюдать покой и лишний раз не травмировать ногу.

Всё ещё пребывая под впечатлением от увиденного, я медленно кивнула. Зак отошёл в сторону и поправил сползшие на нос очки. Повисла тишина, которую нарушил напряжённый голос Саймона:

– Так, а теперь могли бы вы оставить нас наедине, нам с госпожой нужно кое-что обсудить?

Вскоре в комнате никого не осталось. Мужчина для надёжности выглянул за дверь, потом плотно её прикрыл и посмотрел на меня.

– Ничего не хотите мне сказать? – наконец, произнёс он.

– Я? – удивилась с долей сарказма. – Нет, пожалуй, я подожду объяснений от вас.

Если он хотел перекинуть эту проблему с больной головы на здоровую, то сильно просчитался. Я же им говорила, ещё там, на дороге, что слышала гул, а они не обратили на мои слова никакого внимания! И здесь, почему никто не охранял меня? Почему пришлось звать их на помощь? Ведь работа охранника именно в том и заключается, чтобы охранять, или я не права?

– Хорошо, – недовольно выдохнул Саймон. Прошёлся по комнате, зачем-то выглянул в окно. Потом вновь посмотрел на меня. – Герцог нанял нас для того, чтобы сопроводить вас в поместье. На дорогах нынче неспокойно. Но никто не предупредил нас, что вам грозит какая-то иная опасность. Так вот я бы хотел знать, кому вы перешли дорогу и от кого мне вас защищать?

Какие у него, однако, правильные рассуждения, беда только в том, что ответа на его вопрос я не знала. А знать его очень хотелось, ведь повторения сегодняшней встречи с неизвестной тенью вовсе не хотелось.

– Можете мне не верить, но я, честное слово, не представляю, что это была за гадость, – поморщилась, вспоминая нашу милую беседу.

Что он там говорил про договор? Что успела натворить Аннет, прежде чем уступила мне своё тело, помимо того, что каким-то способом заставила Хэмлина взять её в жёны? Теперь, как бы я ни хотела, обвинять мужа было бы бессмысленно. Если бы я должна была выполнить что-то, то он бы потребовал этого на месте, не утруждая себя ожиданием. А тут… Всё выглядело очень странно, и страшно, чего уж греха таить.

– Не представляете? – мужчина прищурился и осторожно приблизился ко мне.

– Нет, – качнула головой.

– И эта, как вы выразились, гадость, ничего вам не говорила?

Его тон мне не понравился. И нездоровый блеск в глазах – тоже. Я уже открыла рот, чтобы признаться во всём, как на духу, но…Что-то остановило меня. Что-то очень настойчивое, явно не разделявшее моё стремление рассказать правду. Я открыла рот, только сказала совсем не то, что хотела:

– Знаете, когда на тебя нападает чудовище, в виде чернильной кляксы, тут как-то не до разговоров, – странное чувство, когда ты вроде и управляешь собственным телом и мыслями, и в то же время они тебе вовсе неподвластны. Открытие было настолько ошеломляющим, что я поостереглась предпринимать ещё одну попытку.

– Уверены? – не унимался Саймон.

– Уверена, – буркнула мрачно. Метаморфозы, происходящие со мной стали раздражать, да и разговор это – тоже. Вспомнилось, что за окном всё ещё была ночь, а завтра нам предстоит тяжёлый день. Отдохнуть не помешало бы. Да и приём, лучшая защита – это нападение, уже бы стоило применить: – А что мне скажете вы? Кто на меня напал? – раз я не могу озвучить собственные наблюдения, так может смогу добиться правды от охранника?

Мужчина процедил сквозь плотно стиснутые зубы какое-то ругательство, вновь отошёл к окну и уже оттуда ответил:

– Знаете, мне тоже было как-то не до разговоров, пришлось уничтожить гадость, – с сарказмом выплюнул он последнее слово, – прежде, чем она бы уничтожила меня.

Мне показалось, что Саймон что-то недоговаривает. Нет, голос его звучал ровно, да и держался он спокойно, вот только… Слишком странным было всё. От его сопровождения и нежелания слушать мои слова, до вот этого разговора.

Наконец, он обернулся, окинул меня внимательным взглядом, сдавил пальцами переносицу и произнёс:

– Вам нужно отдохнуть, нас ждёт тяжёлый день.

– А… – хотела спросить, не стоит ли мне вновь ждать незваных гостей, как мужчина перебил:

– Под дверью и на улице я выставлю охрану.

– Хорошо, – согласилась со вздохом. А когда он направился к двери, попросила: – Передайте Алексу, чтобы он возвращался.

Саймон кивнул и вышел за дверь. Несколько минут в коридоре были слышны голоса, потом тихие шаги и в комнату заглянул мальчишка. Он вовсе не выглядел испуганным, скорее уставшим.

– Ложись, нам нужно отдохнуть, – похлопала рядом с собой по кровати. Он серьёзно кивнул и, погасив свечи, забрался под одеяло.

– Кто это был? – спросил, прижавшись ко мне в темноте.

– Ещё бы я знала, – призналась со вздохом. А ведь выяснить придётся, кто знает, что меня ждёт дальше?

Утро наступило слишком рано. Нет, нас вовсе не подняли на рассвете, мы проснулись ближе к восьми часам по местному времени, но я всё равно чувствовала себя разбитой. Нога болела, несмотря на то, что я вообще старалась ею не шевелить. Да и голова гудела так, будто там поселился оркестр, и время от времени пытался представить мне весь свой богатый репертуар.

Я морщилась, когда Лили помогала мне одеться, морщилась, когда она заплетала косу, и даже когда принесла мне очень аппетитного вида завтрак, веселее выглядеть я не стала. Единственное, что меня порадовало, это травяной чай с ароматными листьями мяты. Его я пила с удовольствием, смакуя каждый глоток. А когда пришла пора выдвигаться, встал вопрос – как мне спуститься со второго этажа и при этом не побеспокоить больную ногу? Ответ нашёлся тут же. В комнату заглянул Саймон и, удостоверившись в том, что я готова ехать, подхватил на руки, транспортируя таким образом в наш новый транспорт.

Карета была обычной. Ни тебе гербов на дверях, ни других рисунков. Выкрашенная тёмно-зелёной краской снаружи, и обитая такого же цвета бархатом внутри. Достаточно места для нас троих, и, главное, никакого запаха пыли. Нет, если бы так сложилось и нам бы пришлось ехать вместе с Заком, то я бы согласилась, но… Человек такое существо, что комфорт воспринимает куда благосклоннее, чем необходимость терпеть неудобства.

Кстати, о мистере Брайте. Парень ещё не уехал, он будто бы ждал нас у своей кареты, а завидев, как Саймон усаживает меня на мягкое кресло, помахал рукой и поспешил подойти.

– Здравствуйте, госпожа Аннет, я… – начал он, запыхавшись. Запнулся и протянул мне маленький пузырёк, в котором плескалась голубоватая жидкость. – Вот, возьмите, это снимет боль. И, – отвёл взгляд, а потом посмотрел смелее и улыбнулся, – Я рад нашему знакомству. Если будете неподалёку от приюта, заходите, буду рад вас увидеть.

Молодой человек был мне симпатичен, и, пообещав, что обязательно к нему загляну, а так же поблагодарив за лекарство, мы двинулись в путь. Алекс уселся у окошка и смотрел на мимо проплывающие дома с тоской и грустной улыбкой. Я не спешила лезть к нему в душу, если захочет, сам расскажет, а вот так, бесцеремонно бередить не затянувшиеся раны, было не в моих правилах.

Лили смотрела на мальчика с теплотой, что лишь убедило меня в моей задумке. Её матушку и сестру нужно забрать в поместье, не хочу я каждый смотреть на то, как девушка изводит себя слезами и переживаниями.

Дальнейший путь прошёл спокойно. Мы несколько раз останавливались у обочины, чтобы перекусить и справить нужду. В эти моменты охранники обступали нас, внимательно следя за каждым шорохом, да и в остальное время они не расслаблялись. Видимо, ночное происшествие их настолько сильно впечатлило, что они решили исполнять свои обязанности на совесть.

Лекарство, подаренное Заком, я выпила почти сразу, потому что ноющая боль стала почти невыносимой. Хоть Лили и воспротивилась осторожно, мол, не стоит ничего принимать из рук незнакомцев. Но мистер Брайт незнакомцем для меня не был, да и подозревать его хоть в чём-то было довольно глупо. Голубоватая жидкость имела горьковатый вкус, но уже через десять минут боль стала отступать, а потом и вовсе пропала, напоминая о себе только в те моменты, когда я неосторожно задевала ногой о соседнее сиденье.

Алекс почти всю дорогу спал, сначала стеснялся, а потом, после настойчивых уговоров, сдался и свернулся калачиком, положив голову мне на колени. Лили, было, зашептала, что его стоит пересадить на её сиденье, но я отказалась. Нет уж, пусть лежит. Ничего со мной не случится. С ним мне даже спокойнее.

На земли, принадлежащие герцогу Уилбургу, мы попали лишь в темноте. По моим ощущениям время близилось к полуночи, и через маленькое окошко почти ничего не было видно. Только бескрайние поля, отделённые друг от друга реденькими посадками. Я бы, собственно, вообще не поняла, что мы уже на землях муженька, если бы к окну не подъехал Саймон и с важным видом не донёс до меня эту, несомненно, бесценную информацию.

Алекс, видимо, выспавшийся за всю дорогу, теперь тоже прилип к окну, пытаясь хоть что-то рассмотреть в темноте. В итоге он первым заметил большой особняк, где, по всей видимости, обитатели спали мирным сном. Нигде не было видно даже крохотного огонька. Интересно, а они вообще в курсе, что я должна приехать к ним? Или как раз их Хэмлин забыл предупредить?