Читать книгу Самец взъерошенный - Анатолий Дроздов - Страница 1

1

Оглавление

Объявление было необычным.

«Для работы в сфере обслуживания за рубежом требуются мужчины в возрасте от 18 до 30 лет, с идеальным здоровьем, приятной наружности, без вредных привычек. Образование значения не имеет, знание языков не обязательно. Долгосрочный контракт. Зарплата – от 3000 долларов в месяц. Питание и проживание – за счет работодателя». Ниже следовал телефон. Более не было ничего: ни адреса, ни названия фирмы.

Игорь хмыкнул, отложил газету и включил ноутбук. Тщательный серфинг по интернету результата не дал: ничего похожего в сети не наблюдалось. Объявление напечатали только в областной газете. Таинственный работодатель не искал популярности, что выглядело странно. Три тысячи долларов в месяц! И где? В провинции, где за втрое меньшую зарплату на руках носить станут?

Тем не менее, объявление цепляло. Займись таинственный работодатель поиском женщин, Игорь уловил бы подвох. Кому требуются за рубежом дамы приятной наружности и без образования, козе понятно. Но мужиков в бордели не продают – по крайней мере, о таком он не слышал. Ищут доноров органов? Тогда почему только мужчин да еще приятной наружности? Какая реципиенту разница, чью почку ему пересадят, мужскую или женскую, и какая у донора наружность? «Скорее всего, это развод: наобещают ворох приятностей, после чего потребуют плату за трудоустройство. Получив денежки, слиняют, – думал Игорь. – Но тогда к чему ограничения по здоровью и вредным привычкам? Разводить, так всех подряд. Не сходится…»

Игорь почесал в затылке и взял сотовый. Если это жулики, он поймет. Опыт имелся.

– Слушаю, – прозвучало в наушнике. Голос был женский и усталый.

– Я по объявлению! – сообщил Игорь, поздоровавшись.

– Текст внимательно читали? – спросила женщина.

– С лупой! – заверил Игорь. – Хотел еще на вкус попробовать, но не рискнул. Кто знает, чего вы в краску плеснули?

В наушнике хмыкнули.

– Приятно иметь дело с нормальным человеком, – сказала невидимая собеседница. – А то звонят дебилы… Я о здоровье. Если пьете и курите, то не тратьте понапрасну мое и свое время. Заверну с порога.

– Я вообще-то мастер спорта, – сказал Игорь.

– А то спортсмены – сплошь трезвенники! – вздохнула женщина. – Особенно бывшие.

– В рот не беру! – заверил Игорь. – День начинаю с пробежки, затем часовой комплекс упражнений. Ежедневно.

– Серьезно? – заинтересовалась женщина.

– Как на духу!

– А внешность? – спросила женщина.

– Машков с Безруковым курят в сторонке.

Собеседница засмеялась.

– Люблю веселых! – сказала секунду спустя. – Приезжайте! Предупреждаю: натощак! Предстоит сдать анализы, после чего пройти медицинский осмотр. Начинаем в девять…

– Погодите! – перебил Игорь. – Я ответил на ваши вопросы, теперь хочу спросить сам. Что за работа?

– Сфера обслуживания! – удивилась женщина. – В объявлении написано. Что-то вроде стюарда.

– Не слышал, чтоб им столько платили.

– А о подобных требованиях к претендентам слышали?

– Нет! – признался Игорь.

– То-то! – наставительно сказала собеседница.

– Почему образование не имеет значения?

– Работа простая.

– А иностранный язык? Почему не важно?

– Нет смысла требовать. Все равно не знаете.

– Я учил! – обиделся Игорь.

– Турецкий?

– Хм… – признался Игорь. – А идеальное здоровье? Чтобы блюдо подать или постель перестелить?

– Заказчик пожелал. Он платит и потому имеет право требовать. Мы всего лишь посредники.

«Ага!» – подумал Игорь.

– Сколько берете за трудоустройство? – спросил злорадно.

– Нисколько! – отозвались в наушнике. – Перелет, трансфер, питание в пути, заграничные паспорта, визы – все за наш счет. Устраивает? Приезжайте! Мы в областной больнице.

– Я живу в райцентре, – сказал Игорь. – Час – к вам, час – обратно. А рабочая смена начинается в четырнадцать. Опаздывать нельзя – больные ругаться станут. Успею?

– Думаю, да! – ответила собеседница, подумав. – Приходите к восьми тридцати. Я буду на месте. Захватите паспорт. Военный билет есть?

– Да! – ответил Игорь. – Служил.

– Берите и его. На месте заполните анкету – она короткая, и я запущу вас на осмотр. Пройдете первым.

– Идет! – согласился Игорь. – Вас как зовут?

– Ольга. А вас?

– Игорь. Приятно познакомиться.

– Мне тоже. Записывайте адрес!

Утром следующего дня Игорь трясся в маршрутке, хмуро поглядывая в окно. Старая «Газель», прыгая на ухабах, дребезжала разбитым кузовом. Стонал изношенный мотор, визжали на поворотах тормоза. Мимо проплывали стынущие на осеннем ветру придорожные деревья. Моросил дождь. Капли, врезаясь в грязное стекло, чертили по нему косые дорожки. «И почему осень так нравилась Пушкину? – думал Игорь. – Тоска! В Турции, наверное, тепло…»

Настроение у него было под стать погоде. «Опять пустышка! – думал, ругая себя за доверчивость. – По телефону все, что угодно, наобещают. А как приедешь, станут задвигать. Образование не то, специальность невостребованная. Заплати, и мы обучим тебя на курсах! Никому ваши курсы ни на что не упали… За три тысячи долларов в Америке пашут, не разгибаясь, а тут какому-то славянину, да еще без образования и языка…»

Думать так у Игоря были все основания. Работу он искал давно. Шерстил интернет, общался на форумах, где бедолаги вроде него делились опытом и впечатлениями, рассылал резюме… Все без результата. Врач общего профиля, выпускник провинциального медицинского вуза, прошедший интернатуру и получивший вожделенный сертификат, никому не требовался. Не в том смысле, что совсем – вакансий более чем хватало. В России. В районных поликлиниках, с такой же, как у Игоря, нищенской зарплатой. За границей требовалось подтвердить диплом. Без знания языка и денег – пустой номер. Процедура длительная, жить в это время где-то надо, есть-пить – тоже. Английский Игорь с грехом пополам выучил, но денег не имелось совсем. Продать квартиру – единственное, что у него оставалось – он не решался. Во-первых, выручишь копейки: это не Москва и даже не областной центр. Во-вторых, вдруг за границей облом? Куда возвращаться? В чистое поле? Здесь хотя бы на голову не каплет…

В областную клинику Игорь явился минута в минуту. Подгадать время не составляло труда: знакомое место. Заходил сюда после службы в армии – на работу просился. Не взяли. Молодой врач без опыта… Как пришел, так и ушел.

Нужный кабинет располагался на первом этаже. Игорь мгновение удивленно разглядывал изящную вывеску на дверях: «FAGG Laboratories». Крупнейшая фармацевтическая компания мира! Что делает в клинике ее представительство, ежу понятно: продвигает свою продукцию. От коллег Игорь слышал: их как-то пригласили на однодневные курсы, организованные FAGG. Там сытно поили и сладко кормили в промежутках между рассказами о чудодейственных препаратах. После чего коллегам недвусмысленно предложили: за каждый рецепт, выписанный на лекарство FAGG, будут платить. Немного, но одна старушка – рубль, а десять – червонец. Коллеги на предложение повелись, за что огребли неприятностей. Старушки пожаловались на дороговизну лекарств, из Москвы приехали проверяющие. Отлично знакомые с подобными штуками, они не пожалели красок для акта. Крайними, естественно, сделали врачей – выписали им по самое не могу. Про тех, кто платил медикам крохи, не упомянули…

«Понятно теперь, зачем им идеальное здоровье! – догадался Игорь. – Лекарства испытывать». Он собрался развернуться и уйти, но в последний момент передумал. Во-первых, жалко было потраченных денег и времени. Во-вторых, испытание лекарств на людях – вещь не страшная. Финальная стадия вывода препарата на рынок. Негативные воздействия устранены в ходе опытов на животных, людей пичкают под жестким медицинским контролем. Платят добровольцам хорошо. Фармацевтические компании очень даже не бедные.

Игорь толкнул дверь, но та оказалась запертой. Он бросил взгляд на часы: Ольга опаздывала.

– Извините! – послышалось в конце коридоре. – Не успела.

Игорь повернул голову. Цокая каблучками по каменным плиткам пола, по коридору быстрым шагом шла женщина. В белом халате, молодая и очень красивая. Только когда незнакомка приблизилась, Игорь разглядел, что она не так уж и молода – лет тридцати пяти. Возраст выдавали заметные морщинки на шее. Но тело, обрисованное пригнанным по фигуре белым халатом, смотрелось весьма аппетитно – на зависть юным.

– Я Ольга! – сказала женщина, подойдя. – Вы Игорь?

Он кивнул.

– Извините еще раз. Такси опоздало. Заходите!

Ольга повернула ключ в замке и распахнула перед Игорем дверь. «Наши люди в булочную на такси не ездят!» – хмыкнул он про себя и вошел. Кабинет у представителя FAGG оказался просторным. Два стола: один с письменным прибором и ноутбуком, второй – девственно чистый. Современные легкие стулья, фирменные постеры на отделанных сайдингом стенах.

– Вы пока заполняйте анкету, а я посмотрю документы, – предложила Ольга.

Игорь вручил ей паспорт с военным билетом и присел за стол. Анкета и вправду оказалась простенькой. Даже очень. Фамилия, имя и отчество, год рождения, адрес места жительства и телефон. Еще спрашивали образование, специальность и сведения о ближайших родственниках. В поисках работы Игорю приходилось заполнять куда более обширные вопросники. Некоторые фирмы интересовались даже судимостью близких: требовали указать, когда, где и за что тот получил срок. Игорь поставил в графе о родственниках «не имею» и перешел к последнему пункту.

Добрую треть листка занимал список болезней. Требовалось ответить, болел ли ими претендент, для чего название следовало подчеркнуть. Возле некоторых названий имелась пометка: «или мои ближайшие родственники». Список болезней открывал гепатит «С», а завершала эпилепсия.

Игорь пробежал глазами перечень и обвел ручкой последний пункт: «ничем из перечисленного я и мои родственники не болели». Скосил взгляд. Ольга, положив перед собой его документы, вбивала данные в компьютер. Закончив, она щелкнула клавишей, мгновение смотрела на экран, после чего удовлетворенно хмыкнула.

– На учете в психиатрической клинике и у нарколога не состою? – предположил Игорь.

– Именно! – подтвердила Ольга. – Вы догадливы.

– Работа такая, – сказал Игорь, подходя и протягивая ей заполненную анкету.

Ольга взяла и быстро пробежала ее глазами.

– Вам нужна эта работа, Игорь Геннадьевич? – спросила, нахмурившись.

– Вообще-то да, – не стал темнить Игорь.

– Тогда в графе «образование» укажите «среднее», а в графе «специальность» что-нибудь попроще. «Разнорабочий», к примеру.

– Почему? – удивился Игорь.

– Требование офиса в Цюрихе. Они думают, что люди с дипломами чересчур амбициозны и склонны выдвигать излишние требования. Я считаю, что для России это не актуально, более того – не правильно, но моего мнения не спрашивают.

– Пойдем на подлог?

– Да! – сказала Ольга.

– Вам платят за каждого завербованного?

– Угадали! – кивнула Ольга.

– На нас будут испытывать лекарства?

– Счас! – хмыкнула Ольга. – Если вы врач, то должны знать: для каждого испытания набирают разовую группу. Добровольцам хорошо платят, желающих хватает. Тащить подопытных из России нет нужды. Как видите, я откровенна.

– Я тоже! – сказал Игорь.

– Вижу! – кивнула Ольга. – Не солгали. Приятная внешность, отменное здоровье Если б не паспорт, даже не поверилабы, что вам двадцать восемь. От силы двадцать два. Этот румянец на щеках…

Игорь покраснел. Румянец был его бедой. Из-за него даже больные относились к нему покровительственно.

– Исправите? – спросила Ольга.

– Да! – согласился он…

В лаборатории, куда Игоря препроводили через пять минут, у него без лишних вопросов взяли анализы крови и мочи, после чего молоденькая сестричка отвела его в укромную комнатку.

– Вот! – сказала, сунув пластиковую баночку. – Для спермы.

– Чего? – изумился Игорь.

– Сперму. Для анализа, – отчетливо выговорила медсестра. – Так нужно.

«Скрытые инфекции будут искать, – догадался Игорь. – Хламидиоз и прочее. Круто! Серьезные люди».

– Приходилось сдавать? – поинтересовалась медсестра.

Игорь замотал головой.

– Рассказать, как?

– Лучше показать! – предложил Игорь. – И помочь. Ласково.

– Еще чего! – фыркнула сестра. – Сам справишься!

Она повернулась и вышла, спиной демонстрируя презрение. Впрочем, как показалось Игорю, не слишком искреннее.

Вручив сестричке, ожидавшей его за дверью, еще теплую баночку, Игорь отправился на врачебную комиссию. Там его измерили, взвесили, прослушали и простукали. Действо было знакомым. Игорь послушно приседал, наклонялся, вытягивал руки с растопыренными пальцами; с закрытыми глазами касался указательными пальцами кончика носа и подставлял колени и локти под удары докторского молоточка. В заключение его отвели на пульмоскан, где, велев прижаться к холодному стеклу, сделали снимок легких. Было начало одиннадцатого, когда Игорь с карточкой в руках спустился к Ольге.

– Замечательно! – сказала та, пробежав глазами отметки врачей. – Если анализы и снимок в норме, через неделю позвоню. Заграничный паспорт имеется?

Игорь кивнул.

– Вы редкий претендент! – вздохнула Ольга. – Не то, что эти… – Она кивнула на дверь. – Видели?

Игорь не только видел, но и обонял. В коридоре перед дверью представителя FAGG витал запах водочного перегара и дешевого табака. Лица у претендентов на высокооплачиваемую работу выглядели соответствующе. Оставалось удивляться, как их вообще пустили в больницу. «Следовало указать в объявлении «высшее образование» и «знание иностранного языка», – подумал Игорь. – «Синяки» сходу бы отсеялись. Ольга права: ее начальники в Цюрихе – идиоты. Ладно, это не моя забота…»

* * *

Позвонили ему через три недели. Игорь уже забыл о поездке, решив, что в очередной раз не повезло, и звонка не ждал. Но это была Ольга.

– Вы прошли тесты! – сказала весело. – Увольняйтесь и приезжайте! Поезд на Москву завтра.

– Не отпустят! – взмолился Олег. – Хотя бы неделю.

– Завтра или никогда! – заявила Ольга непререкаемым тоном. – Отправление в девятнадцать ноль-ноль. Опоздаете – будете и впредь лечить бабушек!

«Откуда она знает про бабушек?» – изумился Игорь и тут же сообразил, что Ольга, как представитель фармацевтической фирмы, осведомлена о работе участкового терапевта в России. Бросив взгляд на часы, Игорь выбежал из кабинета. Главврач оказалась на месте.

– Чего тебе? – спросила недовольно.

– Галина Степановна!.. – Игорь опустился на колени.

– Ты что?! – схватилась она сердце. – Наркоту кому-то выписал и того подловили? Или на фальшивом больничном попался?

Игорь закрутил головой.

– Слава Богу! – главврач перекрестилась. – Тогда что?

– Увольте меня! Сегодня.

– С ума сошел! – главврач от возмущения аж подскочила в кресле. – Да меня в области сожрут! Специалистов повсеместно не хватает, а тут расторгнуть контракт!

– Повешусь! – пообещал Игорь. – У вас под окном. – Он встал и, подойдя к окну, ткнул пальцем в старый тополь за стеклом. – Вот на этой ветке. Вас совесть замучит…

– О совести вспомнил! – возмутилась главврач. – А сам? Кто обещал работать до окончания контракта?

– Такой шанс бывает раз в жизни, – умоляющим тоном сказал Игорь.

– Куда? – вздохнула главврач.

– Турция, – признался Игорь и соврал: – Туристов лечить. Проживание и питание за их счет, плюс хорошая зарплата. Поезд в Москву завтра. Галина Степановна, умоляю! Вы ведь дружили с тетей!

– Негодяй! – сказала главврач. – Нашел, когда вспомнить! Ладно! Пиши заявление! – она бросила на стол лист бумаги. – Прямо сейчас! Не то передумаю!

Игорь не заставил себя упрашивать. Спустя минуту главврач, пробежав заявление глазами, кивнула и поставила резолюцию.

– Я вам из Турции дубленку привезу! – пообещал Игорь. – Самую красивую. В первый же отпуск. Лично выберу!

– Иди уже! – вздохнула главврач. – Дубленщик…

«Какие туристы? – спохватилась она, когда подчиненный ушел. – Сезон кончился! Врет! И в кого он такой?»

Ответ на этот вопрос Галина Степановна знала и поэтому вздохнула.


Игорь Овсянников, кандидат в гастарбайтеры


– Едва не опоздал! – заметила Ольга, встретив меня на перроне.

– Ты б еще за час предупредила! – огрызнулся я, от злости переходя на «ты».

Меня и вправду трясло. Полдня я стоял на ушах. Моя трудовая книжка иностранному работодателю ни на что не упала, но ее следовало забрать и оставить на хранение. Квартиру передать надежному человеку. Одноклассник Пашка, измученный жизнью на совместных метрах с тещей, за право жить по-человечески клятвенно пообещал платить коммуналку аккуратно. Труднее пришлось с расчетом. В бухгалтерии, прознав, зачем увольняется молодой врач, морщили носы, заявляя о невозможности так быстро начислить и выдать деньги. Я ловил на себе завистливые взгляды теток. Деньги требовались позарез: в кошельке у меня ветер свистел. В сердцах я пообещал бухгалтершам, что моя зарплата повиснет в поликлинике вечным депонентом, из года в год проверяющие будут вписывать это в акты, из-за чего бухгалтеров будут иметь часто и в извращенной форме. Угроза подействовала – деньги выдали. Довольный, я вышел из кассы и в коридоре нос к носу столкнулся с Ксенечкой. Похоже, она специально караулила. Ничего удивительного: в райцентре друг друга все знают, новости разносятся мгновенно. Кто-то не поленился позвонить.

– Уезжаешь? – спросила Ксенечка и закусила губку.

– Ага! – не стал я запираться.

– А я?

– Ты остаешься.

– С тобой нельзя?

– Принимают только одиноких мужчин.

– Вызовешь меня, как устроишься?

– Зачем?

– Скотина! – вспыхнула Ксенечка.

– Конечно! – согласился я. – Еще какая! Это ведь я бросил тебя и ушел к кошельку на ножках.

– А что мне оставалось? Жить на твою нищенскую зарплату? Теперь я могла бы вернуться, – многозначительно пообещала она.

«Помечтай!» – подумал я и обогнул препятствие.

– Подумаешь, принц! – закричали мне вслед. – Другого найду! Лучшего!

«Флаг тебе в руки!» – мысленно пожелал я. Меня трясло. Ладно, ушла – дело житейское. Не я первый, кого невеста бросает из-за денег, и не последний, как думаю. Но зачем изображать оскорбленную невинность? Задирать нос, думая, что стоит только пожелать, как бывший возлюбленный забудет все и станет носить на руках? Пусть тебя твой боров носит! Я хоть и бедный, но бывшим в употреблении брезгую…

К себе домой я завалился за час до отправления маршрутки, злой и взмыленный. Вещи в сумку бросал, почти не глядя. Хорошо, Ольга посоветовала не проявлять фанатизма: на месте выдадут необходимое. Кроме зубной щетки с пастой, электробритвы и смены белья я прихватил только одну ценную вещь – ноутбук, приобретенный путем жесткой экономии. Ноутбук был хорошим и новым. Я не без основания полагал, что работодатель в Турции подобного девайса стюарду не выделит. На жестком диске компьютера, помимо любимых фильмов и книг, хранились семейные фотографии – память о маме и тете. И после всех этих плясок со сборами Ольга еще попрекает…

– Дай я тебе неделю, ты бы передумал! – усмехнулась она. – А так – здесь.

– Где остальные? – спросил я, успокаиваясь.

– Вон! – Ольга указала на фигуры в отдалении.

– Всего трое? – изумился я.

– Этих едва наскребла! – вздохнула она. – Измельчал мужик в России. Вот! – Ольга протянула конверт. – Это ваши билеты и паспорта. Твой, надеюсь, при тебе: билет я по ксерокопии брала. Это вам на дорогу! – За конвертом последовал тяжелый пакет с ручками. – Присмотри за ними! Совсем дети: двое даже в армии не служили. Потом поговорим! Устроюсь в купе – позвоню!

Она повернулась и пошла к вагону. Раздумывать было некогда: по громкоговорителю объявляли об отправлении поезда. Я подбежал к спутникам, и мы помчались по перрону. Вскочить в вагон успели в последний момент.

– Давайте знакомиться! – предложил я, когда компания завалилась в купе. – Меня зовут Игорь.

– Я – Леша! – выпалил худощавый, белобрысый паренек и покраснел.

– Степан! – поспешил второй, очень похожий на первого, только чернявый.

– Мы братья! – пояснил Леша. – Двойняшки. Нам недавно восемнадцать исполнилось.

«М-да!» – подумал я.

Третий из компании, широкоплечий и кряжистый парень, солидно протянул мне ладонь.

– Олег!

– Служил? – спросил я, пожимая могучую длань.

– В десанте! – подтвердил Олег. – Младший сержант.

– Значит так, мужики! – сказал я. – Делим места. Молодым – верхние полки, дедам – нижние. Правильно?

Олег одобрительно кивнул.

– Размещайтесь! – предложил я. – Я пока гляну, что нам в дорогу собрали.

Бросив под полку сумку, я раскрыл пакет и стал выгружать на стол содержимое. Очень скоро по сторонам нарисовались спутники, а я все выкладывал и выкладывал. Нарезанная ломтиками ветчина и колбаса разных сортов в вакуумной упаковке, красная рыба, сыр, какие-то салатики в баночках, хлеб, соус… В завершение на столике, заваленном едой, появились минералка и плоская бутылка со светло-коричневой жидкостью.

– Не фига себе! – прокомментировал Олег. – А это что? – он взял бутылку.

– Виски! – заметил я. Небрежный тон дался мне с трудом.

– Никогда не пробовал! – сказал Олег. – Такого! – добавил он торопливо.

Я тоже не пробовал, но сообщать об этом не стал. Лешу со Степаном и спрашивать нечего: глаза у обоих по блюдцу.

– Садитесь ужинать! – предложил я.

В пакете нашлись одноразовые стаканы, и скоро компания, опрокинув по рюмке, оживленно работала челюстями. Я жевал нехотя – от переживаний пропал аппетит, зато остальные буквально сметали закуску. Особенно налегали братья. Они забрасывали рыбу с ветчиной в рот и глотали, едва прожевав.

– В детдоме так не кормили! – смутился Степан, заметив мой взгляд.

– Сироты? – спросил я.

– Ага! – подтвердил Леша. – Нас у мамки по суду забрали. Пила много. Мы ее потом больше не видели. Писали, но она не отвечала. Квартиру нашу другим отдали, мы в общаге жили.

– И я в общаге! – прогудел Олег. – Как бабка померла. Дом тетка забрала, меня выгнала. Сказала, что еще неизвестно, от кого меня мамка родила – не похож на ее брата. А вступиться некому: мамки-то нет.

«Так! – подумалось мне. – Интересный расклад!»

– Ешьте! – сказал, придвигая спутникам закуску.

В этот момент зазвонил сотовый.

– Заходи! – сказала Ольга.

Купе ее оказалось двухместным, и, как я догадался, попутчиков у Ольги не намечалось. Одна из полок была сплошь завалена сумками и одеждой.

– Садись! – пригласила Ольга.

Она переоделась в халат, только не белый, а цветной. Тот, однако, обтягивал ее тело не менее привлекательно. Столик был сервирован к ужину. Среди тарелок с закуской возвышалась бутылка вина.

– Открой! – Ольга протянула штопор.

Я послушно вытащил пробку, мимоходом заметив, что вино французское и, наверное, дорогое. Вино разлил по бокалам. Именно бокалам, а не пластиковым стаканчикам, как в нашем купе. Где Ольга раздобыла посуду, оставалось только догадываться.

– За удачную командировку! – сказала Ольга, чокаясь.

Она осушила бокал до дна. Я свое вино лишь пригубил.

– Ты чего? – удивилась Ольга.

– Не пью! – пожал я плечами.

– Не надо! – погрозила она пальцем. – Отбор закончен, таиться нечего. Знаю я, как вы не пьете! – и хмыкнула.

– С ребятами посидели! – поспешил я. – Больше не хочется.

– Зря! – покачала она головой. – Я же сказала, что приглашу. Значит, будешь смотреть, как я ем. Вот!

Она хихикнула и набросилась на еду. Я заметил, что закуска у нее была подороже, чем переданная для нас: лосось, палтус и ломтики темно-коричневой бастурмы.

– Не стесняйся! – пригласила Ольга.

Я пожевал из вежливости пряный, твердый ломтик вяленого мяса, бросил в рот сочащий жиром кусочек палтуса и запил это глотком вина. Оно оказалось терпким, но приятным. А вот Ольга ела жадно, постоянно прихлебывая из бокала: я едва успевал его наполнять. Она допила все, сдвинула тарелки к окну и достала из сумочки сигареты.

– Ты чего? – изумился я.

– Ерунда! – махнула она рукой. – За все заплачено. Вентиляция вытянет.

Ольга оказалась права. Заглянувшая вскоре проводница сделала вид, что не чувствует запаха дыма. Она прибрала пустые тарелки и принесла кофе. В чашках!

– Почему все отобранные – сироты? – спросил я, когда Ольга осушила свою.

– Заподозрил, значит? – хмыкнула та. – Не зря в Цюрихе про образование предупреждали. Везут вас, бедненьких, на органы разбирать!

Она захохотала. Я нахмурился.

– Не бойся! – сказала она, отсмеявшись. – Пальцем не тронут. Пылинки с вас будут сдувать. Такая работа для мужика – счастье! Мечта. А что до сирот, так все просто. Я отобрала девять человек. Пятерых родственники не отпустили.

– Почему?

– Контракт на пять лет. Без отпусков и длительных выходных.

– Правда?

– Ты же не читал! – всплеснула она руками. – Совсем забыла!

Ольга полезла в сумочку и выложила на столик листки в прозрачном файле. Я извлек их и углубился в чтение.

Контракт был коротким – всего на двух страничках. Каждый пункт на русском языке был продублирован по-английски. Работник обязывался исполнять порученные ему обязанности аккуратно и добросовестно, работодатель гарантировал выплату зарплаты и надлежащее содержание. За рабочим днем следовал день отдыха, а вот отпусков и в самом деле не предусматривалось. Я внимательно перечитал английский текст – тот полностью соответствовал русскому. Насторожили меня два пункта. В одном FAGG оставляла за собой право переуступить контракт другому нанимателю, при этом последний должен соблюдать все прописанные условия. Подумав, я решил, что это не страшно: Ольга предупреждала, что их фирма – посредник. А вот форма оплаты…

– Почему золото?

– Что в этом плохого? – хмыкнула Ольга. – Любая валюта девальвируется, а вот золото всегда в цене. Сколько тебе полагается за пятнадцать рабочих дней?

– 98 граммов.

– Сколько это в долларах, знаешь? Или подсказать?

Я задумался. В ценах на драгоценные металлы я ориентировался плохо, но о стоимости тройской унции золота по ящику талдычили постоянно. Свыше тысячи долларов, однозначно. В унции тридцать с небольшим граммов. Выходит…

– Ну что? – спросила Ольга. – Сообразил? Это больше, чем обещали. Устраивает?

Я взял предложенную ручку и подписал оба экземпляра. Пять лет без отпуска – это, конечно, стремно, но на месте будет видно. Главное, освоиться, оглядеться, обзавестись деньгами. А там… Диплом и сертификат врача у нас в сумке, а уволиться за границей проще простого. Собрался и ушел.

– То-то! – сказала Ольга, пряча контракт. – Хотела спросить: ты и вправду мастер спорта?

– Ага! – подтвердил я. – По гимнастике.

– Так-то гляжу: маленький…

Я не люблю, когда мне говорят о росте. Не такой я и маленький: 167 сантиметров! Даже с половиной…

– Покажись! – попросила Ольга. – Разденься!

Я пожал плечами и стащил джемпер, следом – рубашку.

– Ух, ты!

Ольга встала и тронула ладонью грудную мышцу. Я усмехнулся и согнул в локтях руки, демонстрируя бицепсы. Она их немедленно ощупала. После чего ткнула пальцем в рельефные мышцы живота.

– Уважаю таких мужиков! – сказала, почему-то тяжело дыша. – Не пьет, не курит, спортом занимается. Не то, что нынешние. Я за собой тоже смотрю. Гляди!

Она распахнула халат. Под ним ничего не оказалось, даже трусиков. Две груди, тяжелые, но не отвислые, колыхнулись, задорно уставившись на меня розовыми сосками. Я невольно сглотнул.

– Потрогай! – шепнула Ольга. – Это настоящее! Никакого силикона!

Я, понимая, что дальше произойдет, положил ладони на груди. Бережно стал их ласкать. Она закрыла глаза и задышала – часто и порывисто. Затем вдруг отбросила мои руки и впилась мне в губы. Ее язык скользнул мне в рот и заелозил там, скользя вдоль десен. Поцелуй вышел долгим. Наконец, Ольга простонала и отстранилась.

– Давай! – велела лихорадочно. – Быстрее!..

– Ты молодец! – сказала она, когда мы угомонились. – В постели о женщине думаешь. И вообще… Встретить такого в каком-то Задрищенске! Симпатичный, умница, да еще порядочный…

– С чего ты взяла? – удивился я.

– Навела справки. Влезла на твою страничку в социальных сетях, – она хихикнула. – Прямо удивительно! Ни флирта, ни ругани, ни скабрезных шуточек. Не мужчина, а мечта! Как тебя до сих пор не подцепили?

– Не подцепился, – буркнул я.

– Ты не прост, – согласилась Ольга. – Я заметила. Может, тебя не отдавать? Оставить себе?

– А контракт?

– Порвать и выбросить! – хмыкнула Ольга. – Везла четверых, один передумал дорогой. Всего-то делов! А?

Я не ответил.

– Не оставлю! – решила Ольга. – Сбежишь! Зачем мне колобок? От других ушел и от меня укатишься. Ладно, устала. День был тяжелый. Давай еще разок и будем спать…

Когда я вернулся к ребятам, братья-двойняшки посапывали на верхних полках. Олег сидел на расстеленной постели. Голова его качалась в такт движениям вагона.

– Что так долго? – спросил, увидев меня. Язык у бывшего десантника ворочался тяжело. – Не дождались! – он указал на пустую бутылку. – Самогон, конечно, но вкусный.

– Не важно! – махнул я рукой и стал застилать постель.

– Я вот думаю, – продолжил Олег. – Какую машину сначала купить? Подержанную, или подсобрать денег – и новую?

– Подержанную! – посоветовал я. – Чтоб не жалко разбить. Ты, наверное, водить не умеешь?

– Я?! – обиделся Олег. – Да я в армии рулил всем, что движется!.. Два года по контракту! Потом надоело. Платят копейки, а имеют во все дырки.

– Это точно! – согласился я, вытягиваясь на полке.

– Значит, новую?

– Ага! – сказал я, зевая.

– «Биммер» или «мерседес»? Как думаешь?

«Один хрен!» – хотел сказать я, но не успел. Уснул.

Самец взъерошенный

Подняться наверх