Читать книгу Кровь Айлет - Анна Данилова - Страница 3

В момент вынесения приговора крупные капли дождя начинают бить о стекла так, как звучат сотни судейских молотков, оглашая вердикт их грозных владельцев. Обвиняемый, ни разу не поднявший голову во время судебного процесса, стоит на коленях посреди зала и совершенно не двигается. В какой-то момент мне кажется, что перед нами не человек, а манекен, но потом внимание привлекает едва уловимое движение груди, спрятанной под простую льняную рубашку. Дышит.

Он совсем юн. Светлые волосы крупными кудрями падают вниз, поникшие плечи кажутся узкими, а руки слишком длинными. Обычное телосложение еще неокрепшего мужчины. Парень скорее подходит для того, чтобы греть чью-то постель, нежели держать в руках кинжал.

– … Завтра в полдень подсудимый будет отправлен за барьер, – голос судьи раздается по залу словно раскатистый гром, и его мгновенно поддерживают остальные присутствующие. Делаю быстрые заметки в своем блокноте и убираю его на соседний стул, по счастливому стечению обстоятельств оказавшимся пустым. Как и еще несколько в первых рядах.

Двое солдат подхватывают преступника под руки, вынуждая подняться. Парень не сопротивляется, не выказывает протеста, лишь бросает быстрый взгляд в сторону Его Величества. И в этом взгляде, к моему удивлению, нет ненависти или страха. Он пуст.

Что чувствует человек, зная, что завтра его отправят за стену? Границу, защищающую нас от внешнего мира. Во всех сказках говорится о том, что за барьером обитают чудовища, не знающие ничего, кроме разрушения. Их души, заточенные в огромные безобразные тела, не находят вечного покоя и поэтому вынуждены скитаться под надзором Тлеоны, богини смерти, что забирает грешников под свое крыло.

Слова няни, до сих пор живущие в моей памяти, теперь обретают другой смысл. Из страшилок для ребенка они превращаются в реальность. И сейчас, глядя на белокурого парня в льняной рубашке, выходящего из зала суда под улюлюканье присяжных и свидетелей, я вижу маленького мальчика, чьи косточки будет грызть огромный волк с облезшей шерстью и безобразной пастью. Или кто похуже.

Все мы рождаемся с благословением Аяны, богини жизни, но, совершив умышленное злодеяние против другого человека или его имущества, уже не можем вернуться под ее крыло, навечно связывая себя с Тлеоной. Вот почему изгнание преступников за стену не такая уж редкость. Зачем держать в тюрьмах тех, кто не способен на искупление? Ведь раскаяние – уловка темной богини, ему нельзя верить, а прощение – непозволительная роскошь для пересекших черту.

Постепенно зал наполняется звуками: скрипят стулья, карябая каменный пол, шуршат тяжелые одежды, кто-то из присутствующих громко кашляет. Судебный процесс подошел к концу, позволяя уставшим, но взволнованным господам размять плечи и, наконец, обсудить то, что волновало их умы на протяжении всего заседания. Несколько мужчин проходят мимо меня, не обращая никакого внимания, и только один, самый молодой из них, кивает в знак приветствия с легкой улыбкой на лице. Впервые его вижу.

Поднимаюсь со своего места и иду не в сторону выхода, как это делают остальные, а туда, где находится судья, Его величество и несколько его приближенных. В этот момент все стоят, внимательно слушая доклад одного из солдат.

– Да прибудет с вами дыхание Аяны и её благословление, – подхожу, дождавшись, когда мужчина в форме закончит говорить и, получив новое поручение, покинет зал. Делаю легкий реверанс и жду, когда Его Величество обратится ко мне.

– Спасибо за вашу работу, можете быть свободны, – говорит король, обращаясь к судье и своей свите, – Сильер, ты остаешься.

Вот же.

– Слушаю тебя, Айлет, – поворачивается правитель Альдиаса в мою сторону, переместив трость в обе руки, – что думаешь?

Поднимаю голову и встречаю взгляд внимательных зеленых глаз. Все в порядке, это не в первый раз, когда я должна отвечать. Вдыхаю полной грудью и на выдохе вытираю руки о подол коричневого платья.

– Преступник молод и глуп, я согласна с судьей в том, что он действовал по чьим-то указаниям. Это действительно странный вариант в выборе наемного убийцы, взять хотя бы отсутствие боевой подготовки и неудачное время для нападения: в день весеннего солнцестояния охрана дворца увеличена чуть ли не вдвое, – перевожу дыхание, проверяя реакцию Его Величества. Похоже, все в порядке. – Но преступник не сопротивлялся и не пытался отрицать свою вину, – на этих словах я пожимаю плечами, вспоминая равнодушие белокурого парня.

– Что это значит? – в голосе короля звучит интерес.

– Это значит, что преступник знал, на что идет. Вряд ли он рассчитывал на то, что справится с… – снова пауза.

– Моим убийством, – кивает мужчина.

– Да. Но зачем это все? Он либо самоубийца, решивший привлечь к себе внимание перед тем, как отправиться за барьер, либо действовал ради другой цели.

В момент, когда я произношу последние слова, брови Сильера поднимаются вверх. Выражение Его Величества остается неизменным.

– И что же это за цель? – спрашивает советник, складывая руки на груди и переминаясь с ноги на ногу.

– Не знаю, но могу предположить, что это был, своего рода, отвлекающий маневр. Во дворце поднялась шумиха: дворяне запаниковали, охрана была отправлена на осмотр территорий и занималась допросами. Удобное время для того, чтобы, – я запинаюсь, подбирая варианты, – что-то украсть, например. Но это «что-то» должно иметь очень высокую ценность, раз на кону стоит человеческая жизнь.

– Хорошо, очень хорошо, Айлет, – улыбается король, – какое распоряжение я дал?

Угадала?

– Проверить сокровищницу, – я больше спрашиваю, чем утверждаю, – а также личный кабинет, зал заседаний и… Библиотеку?

– В том числе, – снова кивает Его Величество. Он перехватывает трость в правую руку, а левую кладет мне на плечо, – завтра ты отправляешься с нами.

От неожиданности я не сразу понимаю, о чем идет речь. Внезапно пульс ускоряется, а к щекам приливает жар.

– К границе? – пожалуйста, пусть это будет правдой. Если в этот раз казнь будет показательной, то к бреши стекутся не только король и его свита, но и дворяне. Не так часто процесс изгнания можно увидеть своими глазами. И речь не том, что мне хочется на нем присутствовать, а о том, что я подберусь к границе максимально близко.

– Да. Думаю, в этот раз тебе стоит увидеть своими глазами, что бывает с теми, кто выходит за рамки дозволенного.

По спине пробегает волна неприятных мурашек. Прямая угроза в мой адрес или я преувеличиваю? Прячу чувство зарождающегося протеста как можно дальше и опускаю голову в знак согласия.

– При всем уважении, это не слишком? – вклинивается Сильер, чуть повышая голос. – Одно удачное предположение и вы готовы взять эту… Юную леди с собой?

– Разве она не делает успехи в последнее время? – удивляется король, убирая руку с моего плеча. – Займись подготовкой, отправляемся завтра в семь утра.

– Будет сделано, – выдавливает советник после небольшой паузы, едва пытаясь скрыть свое раздражение. После чего разворачивается на пятках и, бросив в мою сторону презрительный взгляд, стремительно выходит из зала.

Что ж, его нелюбовь ко мне понятна. Шестнадцать лет назад, когда мне было три, сын Сильера, Ферес, женился на наследной принцессе. Брак был заключен по политическим соображениям, но советнику ужасно льстило то, что его отпрыск станет следующим королем. Вот только судьба сыграла злую шутку: принцесса умерла при родах спустя два года после свадьбы, а ее муж был убит во время вооруженного нападения на дворец группой протестантов. И вот, молодому наследнику престола исполняется четырнадцать, а почти все свое свободное время Его Величество посвящает безродной девке, подкинутой во дворец в одну из зим.

– Сегодня вечером я буду занят подготовкой, поэтому урок пройдет послезавтра. Ты прочла книги, которые я рекомендовал?

– Да, Ваше Величество.

– Тогда обсудим их позже. Список вопросов? – мужчина выжидающе смотрит на меня, чуть подняв брови вверх.

– Составила. Но в этот раз их меньше, чем в предыдущий: многие ответы были в книгах, а что-то я узнала, поговорив с учителем. Скажите… Нужно ли мне знать что-то еще? Про завтрашний день. Признаюсь, это неожиданно для меня, – от волнения язык заплетается, и мне кажется, что я несу чушь.

– Я учил тебя истории и праву, брал на судебные заседания и привлекал к организации мероприятий. Ты знаешь достаточно для того, чтобы в будущем стать надежной опорой для моего внука, – после этих слов он глубоко вдыхает, – чего уж говорить о простой поездке. Постарайся набраться как можно больше опыта, Айлет. А теперь иди отдыхай.

– Благодарю вас, Ваше Величество, – делаю реверанс и выхожу из зала, стараясь сохранять спокойный темп. Мне определенно понадобится время, чтобы переварить то, что сейчас произошло.

Весь путь до своей комнаты пытаюсь сдержать улыбку. Не важно какие цели преследует король, главное – у меня есть возможность подобраться к границе так близко, как только это возможно! Проходя по коридорам дворца, начинаю чувствовать, как где-то в области желудка зарождается предвкушение. Возможно, завтра я найду ответ хотя бы на один из своих многочисленных вопросов.

Быстрым шагом поднимаюсь на третий этаж, сворачиваю в западный коридор и почти сразу же оказываюсь у дверей в свою спальню. Комната встречает меня запахом пергамента и белоцветника, сорванного служанками в королевской теплице, солнечными лучами на деревянном письменной столе и чувством безопасности. Здесь светлые стены, теплый мягкий ковер, брошенный на каменный пол, и большая кровать на высоких ножках, расположенная правее двух арочных окон. Место, которое я считаю своим домом.

Бросаюсь на постель, раскинув руки в разные стороны, делаю шумный вдох и медленный выдох. Мысли беспощадно путаются.

Несомненно, я признательна Его Величеству за то, что он взял меня под свое крыло, и уже много лет заботится об образовании, здоровье и благополучии, предоставляя специалистов и возможности для реализации в будущем. Плата в виде вскрытых вен для поддержания его здоровья – лишь малая часть благодарности. Стоит ли удивляться, что, вложив столько времени и сил, король старается оградить меня от различных опасностей?

Переворачиваюсь на живот, подложив руки под голову.

Что-то во всем этом не дает мне покоя. Неподготовленный преступник никак не вяжется с его спокойным взглядом во время вынесения приговора. Нужно просмотреть записи и…

С досадой вздыхаю и сажусь на кровати, понимая, что забыла блокнот. Если повезет, то успею забрать его до того, как двери судейской будут закрыты на ключ. Идти обратно не хочется, но другого выбора у меня нет – записи нужны для подготовки недельного отчета.

Звук шагов тихим эхом отталкивается от каменных стен, когда я подхожу к широкой темной двери с резным изображением цветов яблони – символом светлой богини. Рядом, вытянувшись в позвоночнике, стоит охранник. На нем стандартная форма темно-зеленого цвета с нашивкой в виде благородного пестряка – маленького жука, почитаемого в наших землях. Мужчина меня не останавливает, поэтому я бесшумно проскальзываю внутрь, направляясь к третьему ряду с правой стороны зала.