Читать книгу Монстрики из магазина - Атаман Вагари - Страница 8

Старшие расселись по дивану и креслам. Феликс, бухнув на стол кипу папок и документов, отпечатанных на листах А4, уставился на нас:

– Молодёжь пропускаем вперёд. Ром, что у тебя, докладывай. Быстро и чётко, – прибавил он, приготовившись внимательно слушать.

– Самолёт сел точно по расписанию. Найджел Тосс летел бизнес-классом, – начал Ром. – Он был без багажа и, пройдя контроль, вызвал такси. Номер такси и инициалы водителя я выяснил, они вот здесь.

Ром, умеющий за свою трёхлетнюю практику в ТДВГ блестяще готовиться к подобным рапортам, выложил перед глядящим в одну точку агентом Гистоном папку с данными. Когда он только успел её сформировать, ведь он следил за этим Тоссом с самого утра?!

Феликс сдержанно кивнул, Ром продолжил:

– Тосс поехал вначале по шоссе Оутумни, затем свернул на Айкратскую магистраль. Пункт назначения – Биологический Институт Айкрата, лаборатория доктора Парсона. Там Тосс пробыл два часа. Когда вышел, направился на автобусную остановку, доехал до города, пересел на метро и вышел на станции «Академия Биотехнологий». То есть приехал к себе на работу, где пробыл часа четыре. Находился в третьем корпусе Академии, один раз переходил в главный корпус, как я понял, в буфет. Я отслеживал его по биноклю Демоуса. А потом он опрометью кинулся на шоссе и стал вызывать такси, поймал частника. Он возвращался в Айкрат, его пунктом назначения был Экологический Аграрный Институт. Он приехал туда в восемь. Пробыл в ЭАИ четверть часа. Его эмоциональное состояние было крайне нестабильно. После ЭАИ он снова взял такси и поехал домой. Я окончил за ним слежку и прибыл сюда.

Ром посмотрел на наших старших коллег. Феликс потеребил подбородок и спросил официально:

– Агент 004, конкретизируйте, что вы подразумеваете под фразой «его эмоциональное состояние было крайне нестабильно»?

– Он был напуган, – Ром слегка замялся, подбирая слова. – Весь день. Нет, не рассеян, а именно напуган.

– Может, от того, что заметил вас у себя на хвосте? – Феликс строго поглядел на нашего товарища.

– Исключено. Я руководствовался показаниями бинокля Демоуса и преследовал его на Демоусмобиле – трансформере, во время каждой поездки меняя модификацию моей машины, модель, цвет и номера, – встал на свою защиту Ром.

– В чём выражалась его напуганность? – спросил Феликс.

– В его стиле поведения. В его расписании сегодня выходной день, день, когда он вернулся из многодневной поездки. Он действовал как одержимый.

– Не мудрено, ведь у него похитили его научное открытие, которое он доверил на сохранение простофиле-товарищу биологу, – проворчал агент Гистон. И обратился к Гарольду: – Хибкон, завтра с утра поезжай к Парсону, поговори с ним.

– Сделаю, – кивнул Гарольд.

Феликс посмотрел на нас с Питом:

– Агенты 003 и 001, что у вас?

– Мы просмотрели каждого человека из списков, – объявил Пит. – Среди общих знакомых Парсона и Уилмор мы нашли группу людей, входящих в объединение «Тайны Века». Среди родственников Парсона и Уилмор нет правонарушителей…

Феликс жестом остановил Пита:

– Фамилии людей из «Тайн Века»?

Пит заглянул в свой список:

– Мартэлл и Мэттьюз.

– Хорошо. Агент 003, передайте ваши сведения агенту Скрэтчи. Скрэтчи, завтра переговоришь с этими людьми. Косвенно каждый из «Тайн Века» – наш внештатный информатор. Собери рекомендации на Парсона.

Фрэнк кивнул, принимая лист из рук Пита, и уточнил:

– Шеф, думаешь, Парсона мы ещё не докопали? С ним мы топчемся на одном месте, большие подозрения внушает всё-таки Тосс.

– Всё равно лишний раз проверить его не помешает, – буркнул Феликс. И глянул на нас: – У вас всё?

– Не совсем, – сказала я. – В знакомых Уилмор числится её бывший одноклассник, Гилберт Пэйн, лаборант-химик. У него в пятнадцать лет был арест за ограбление магазина.

Вопреки моим ожиданиям, Феликс скептически нахмурился и скрестил руки на груди, вместо того чтобы заинтересованно продолжить меня расспрашивать:

– Ну и?

В этом «ну и» я уловила так же то, что не понравилось изначально Питу: недоверие. Не к моей информации, а ко мне. Пит прав – Феликс считает нас некомпетентными. Возможно, он даже подумывал, что зря привлёк нас, салаг, в дело.

– У Пэйна склонность к преступному поведению. Возможно, он мог быть соучастником тех людей, которые напали на Уилмор, – высказала я версию, которая была так очевидна, что я не понимала, какие объяснения могут требоваться Гистону.

Гистон кашлянул. И высказал:

– Полный бред. Ну и что, что кто-то там когда-то грабил магазин? С тем же успехом нарушителем можно набрать любого автовладельца, кто получал штрафы за неправильную парковку. Что заставило думать, что такая версия имеет место быть, агент Итчи? – потребовал объяснения Феликс.

– То, что другие одноклассники, знакомые, родственники госпожи Уилмор никогда не привлекались за уголовные преступления. А если Пэйн попал в этот список, как лицо, приближенное к ней, вполне возможно, что у него остались криминальные склонности. Я бы его проверила, – добавила я в конце и отстранённо посмотрела в потолок.

Феликс нахмурился. Вмиг его лицо приобрело недовольное выражение:

– В этом нет необходимости. Достаточно того, что вы узнали, что этот Пэйн сидел в тюрьме за подростковое правонарушение. И это совершенно ничего не значащие сведения для нас. Вы его не сможете проверить, агент 001, у вас нет таких полномочий.

Во мне что-то остановилось. Я почувствовала гнев и обиду. Так и хотелось сжать кулаки. Никто ещё в ТДВГ больше чем за год моей работы не указывал мне, что у меня есть, а чего у меня нет. Фактически, Феликс только что ткнул мне в лицо, что я малолетка-стажёр, годная только на то, чтобы копаться в бумажках, да и копание моё не одобрено, считай, я неудачница глупая. Я еле уняла тяжёлое дыхание, которое могло вылиться в извержение вулкана.

Я почувствовала, что Фрэнк Скрэтчи, знающий меня лучше, чем Феликс, смотрит на меня с пониманием. Он даже кинул неодобрительный взгляд на Гистона.

– Если у вас у всех всё, – подытожил наш вредный босс, – то давайте скажу, что мы будем делать. Завтра агент Скрэтчи собирает рекомендации на Парсона, а агент Хибкон общается с самим Парсоном, собирает у него рекомендации на Тосса. Я сам займусь Тоссом. Тосс крупная тёмная лошадка, ведёт двойную или тройную жизнь, которую пытается скрыть даже от самого себя. Пока по этому Делу сведений у нас ноль, но я, как и Скрэтчи и Хибкон, согласен с тем, чем могут быть похищенные биологические материалы.

– Чем? – осмелился спросить Ром.

– Мы думаем, что это биоугроза, – высказал Феликс после продолжительной раздумывающей паузы.

– То есть Тосс разработал и дал на сохранение биологическое оружие? – уточнил Ром.

– Возможно. Судя по его поведению и по тому, что он не хочет предоставлять нам информацию, но требует от сыщиков ГБРиБа, чтобы мы нашли его пропавший биоматериал, тут явно присутствует нечто угрожающее.

– О каком биоматериале заявляет Тосс? – уточнил Ром.

– Эпителий неизвестного науке биологического вида, – ответил агент Гистон.

– Или куски шерсти, волосы. Ну или скальп, – пояснил Гарольд.

– Совещание окончено, – заявил Феликс. – Уже поздно. О ближайшем совещании, дате и времени я оповещу заранее.

– Какое задание для нас на этот раз? – спросил Ром.

– Никакого, – обрубил Феликс. – Я привлеку вас, как только потребуется. Агент Хибкон, прошу вас проследовать со мной. Остальные свободны.

Сказав это официальным тоном, Феликс вместе с Гарольдом вышел из комнаты. Мы остались вчетвером – я, Пит, Ром и Фрэнк. Я и Пит недоумённо переглянулись, Пит первый «взорвался»:

– Вы думаете о том, что и я? Что происходит у нас в ТДВГ? Почему Феликс обращается к нам на «вы»?

– Это его стиль ведения дел, – объяснил Фрэнк. – У него методика специфичная. Когда он ведёт дело, он предпочитает вести его так, как хочет он, не считаясь с интересами коллег. Коллеги для него – технические помощники, которые должны неукоснительно соблюдать его требования. Которые должны даже думать, как он.

Я потрясённо смотрела на Фрэнка. Оказывается, он тоже не одобрял методов Феликса.

– Он крайне редко берёт расследующие группы, в основном работает в паре с Гарольдом. Они вдвоём сработались хорошо. Когда Феликс находится в подчинённом положении или привлекается как эксперт в другие расследующие группы, он – сама душка и прелесть. Обходительный, отзывчивый, общается на равных. Но когда его положение превышает положение остальных, то есть когда он становится руководителем расследующей группы, он меняется. Но про него нельзя говорить «власть развращает». Скорее, наоборот, он слишком глубоко переживает за дело, чтобы оно было сделано должным образом. И ещё, Клот и Пит, прошу его простить. До сегодняшнего расследования он не работал со стажёрами. За исключением агента Террисона и агента Спиксона. Он вас ещё плохо знает, не привык к вам, и хоть и осведомлён о ваших возможностях, никогда своими глазами не видел вас в деле…

Я перебила коллегу:

– Меня он как раз видел в деле! Агент Рокс и агент Спиксон могут подтвердить. И мои начальники агент Стимвитз и агент Беллок никогда не скажут мне, что у меня нет на что-то полномочий!

Фрэнк примирительно поднял руки, уловив, что я раздражена:

– Со временем Феликс поймёт и осознает свою ошибку, что недооценил тебя и Пита.

– Мы проделали огромную рутинную работу, Ром потратил целый день на слежку за Тоссом, а нас толком не поблагодарили, Клот вообще слушать не стали, а ведь её версия может быть самой толковой! И нас вообще сбросили со счетов! – Пит разозлён был пуще меня.

Но Фрэнк нашим друг, мы давно хорошо сработались, поэтому ему можно пожаловаться. Фрэнк улыбнулся, проявляя соучастие:

– Я понимаю ваше негодование. Феликс Гистон считает, что на войне мы солдаты, все делаем дело бесстрастно. И эмоции, поддержка и даже похвала бессмысленны. Увы, это его точка зрения. С ней можно соглашаться, можно нет. Но чтобы было проще работать, её нужно принять, относиться к ней спокойно. Вряд ли нам дадут другого шефа расследующей группы. Поэтому будем работать с тем, что имеем. Будем считать, что сейчас этап притирки. Феликс притирается к группе, ведёт свою линию. Конечно, его расстраивает, что мы ничего не знаем и что Тосс всё укрывает. Он уже начал рассчитывать на нелегальные методы добывания информации, и начал со слежки за учёным. Расследование предстоит трудное. Но мы вместе и мы – сила. Совместными усилиями мы сможем посмотреть на ситуацию под разными углами.

И тут внезапно Фрэнк посмотрел на меня:

– Знаешь, Клот, ты сделала отличную работу. Моя специализация – правонарушения несовершеннолетних, и я как никто другой согласен с тобой, что преступление, совершённое в юности, может повлиять на становление личности как на девиантный тип. Я лично проверю Гилберта Пэйна. Подробной проверки не обещаю, в виду отсутствия у меня временных ресурсов, но узнаю всё, что смогу. Вдруг действительно выстрелит?

У меня гнев тут же сменился на милость. Фрэнк умел подобрать нужные слова. И Пит тоже заметно успокоился.

– Вот это я понимаю – коллега! – широко улыбнулся Пит Фрэнку. – Спасибо за поддержку.

Мы тепло пожали руки друг другу.

– А то я подумал, что в ТДВГ бардак. Уже решил пожаловаться кое-кому. Когда этот кое-кто появится, – вздохнул Пит.

– Да, жёсткой, но при этом доброй руки Стимвитза тут явно не хватает, разгребать всю эту кучу-малу, – посмеялся Фрэнк. И встал: – Ну, бывайте. До скорого! Приятно было повидаться с вами. Я вынужден предупредить, что буду редко выкраивать время присутствовать на собраниях. Меня загрузили на работе, бросают каждые недели патрулировать разные районы. Но мера эффективная, потенциальный преступник, видя ползущую в ночи полицейскую машину, разом раздумывает совершать задуманное злодеяние.

– Наверное, на ночных улицах ты видишь много чего интересного, – предположил Ром.

– Да не то слово, – улыбнулся наш коллега-полицейский. – Кстати, скоро, возможно, увижу и вас, если соберётесь куда ночью, – подмигнул он нам. – Я в ближайшие три ночи буду в районе улицы Хороший Путь.

Мы улыбнулись друг другу, пожали руки, и Фрэнк ушёл, а затем я, Пит и Ром тоже засобирались домой. Ром мудро заключил, что если уж вредный Гистон не даст нам заданий, мы сами себе найдём, и никакой Гистон нас не остановит. Более того, у нас есть великолепная группа поддержки: Фрэнк Скрэтчи.

У Фрэнка основная работа в полиции, он служит там детективом и возглавляет группу криминалистов. Эту работу он совмещает с работой в ТДВГ. А у меня и Пита основная «работа» в школе. Мы пока были учениками и выполняли свои обязанности и социальные роли. Эти роли обязывали нас завтра прибыть к половине девятого на первый урок, отсидеть положенное время, а дома сделать задания. Которые, несмотря ни на что, казались нам куда скучнее даже тех нудных заданий, что мог дать нам Гистон!