Читать книгу Влюбиться на скорости - Дарья Белова - Страница 17

Жизнь рухнула. Я стою между мамой и папой, и на меня смотрит любовь всей моей жизни. Смотрит так, что я готова провалиться сквозь землю. Его взгляд чернеет с каждым сказанным словом и бьет по щекам, как беспощадный арктический ветер.

Он не поймет… Он не простит…

– Макс! – зову его, сильно напрягая голосовые связки.

Пауль не останавливается и идет вперед быстро-быстро. Я смахиваю слезы, скатившиеся с щек без моего на то ведома. Сердце стучит где-то в горле, что замедляет мой темп. А надо догнать Макса скорее. Все объяснить, рассказать.

– Подожди, пожалуйста! – зову, не скрывая уже дрожи в голосе.

– Что, Оливия Эдер? – останавливается и резко поворачивается.

Врезаюсь в его широкую грудь и вдыхаю знакомый, любимый запах, как ненормальная.

Смотрю во все глаза, точно знаю, что это наша последняя встреча. Ловлю каждый его вдох, каждое смаргивание. Меня раскручивает внутри, как на опасной карусели, и до тошноты страшно открыть рот и рассказать всю историю. Моя выдуманная история казалась мне практически идеальной. И обиднее всего, что я не играла чувства. И влюбилась я в настоящего Макса Пауля, а не в кумира тысячи девчонок.

– Понимаю, все это выглядит не очень хорошо, но позволь мне…

– В тот день, когда я чуть тебя не сбил, ты была на моем концерте?

– Да, – меня порядком трясет. Этот теплый летний вечер накрылся для меня зимней стужей.

– И оказалась ты в том месте под утро, потому что ждала меня?

– Да.

– Признайся, все фан-клубы оповестила, что Макс Пауль тебя целовал? Всем выслала фотки, которые я отправлял лично тебе? Хвасталась?

– Макс, прошу. Ничего такого не было. Да, я была безумно рада, что ты, Макс Пауль, обратил на меня внимание…

– Знаешь, почему я не завожу отношения с такими безумными фанатками, как ты, хотя против них ничего не имею? Уже обжигался в самом начале. Была у меня девушка, которая любила ненормальной любовью и так же ненормально меня сдала, когда я понял, что нужен ей не я, а тот парень у микрофона – мечта многих.

– Я не она, Макс! Я правда влюбилась в тебя.

– Тогда почему не рассказала обо всем?

– Ты бы… ушел?

Он грустно смеется, опустив голову и взгляд на брусчатку под ногами. Я понимаю, что это настоящий конец. Успела узнать, если Пауль что-то решил, что-то вбил себе в голову, то ни одна живая душа не в силах изменить его решение и его мысли.

– Удачи, Ливи. На будущее: не начинай отношения с вранья. Это самое гнусное в этом мире.

Я смотрю, как Макс разворачивается и уходит. Его спина удаляется, равномерные шаги ускоряются, увеличивая расстояние между нами. Грудь ходит ходуном от сердечного ритма и беззвучных рыданий.

– Макс, не уходи! – сипло говорю и устремляюсь за ним.

Замечаю его припаркованную развалюху. Пауль снимает сигнализацию, садится за руль.

– Макс! – кричу. – Прости меня. Этого больше не повторится!

Я реву на всю улицу, привлекая внимание прохожих.

Успеваю дотянуться до машины и начинаю стучать кулаками по машине, которая уже так мне полюбилась. Столько поцелуев было здесь, столько разговоров, столько взглядов: горячих, нежных, нетерпеливых, заставляющих пульс скакать.

Стучу с такой силой, что у меня болит вся кость, а рука отваливается.

– Прошу, не оставляй меня. Я люблю тебя! Дай мне шанс, Макс!

Машина стартует с места. Почти падаю. И перед глазами сквозь прозрачную пелену наблюдаю, как мой Макс Пауль исчезает в потоке других машин. Я теряю его из виду, и мое сердце, совершив последний бросок, останавливается…

Он оставил меня. Бросил. Не было никакой любви с его стороны, все это выдумало мое воображение, мой мозг! Жаль, ранам внутри этого не объяснишь.

– Ливи… – оборачиваюсь.

Мама.

Бросаюсь в ее раскрытые объятия и прижимаюсь лицом к груди, как в детстве. Сильно плачу, борясь с дрожащими мягкими коленями. Как бы не упасть и не утянуть нас обеих.

– Девочка моя. Первая любовь часто приносит боль. К сожалению. Но я рядом. Мы с папой всегда рядом, чтобы поддержать тебя.

– Я же так его полюбила, а он не поверил, – размазываю коварные слезы по щекам.

– Ну и фиг с ним. Все равно этот Макс Пауль никогда мне не нравился. Теперь и подавно. Ливи.

– Папа… – посмеиваюсь и иду обниматься теперь к нему.