Читать книгу Сердце из другой реальности и код нашей любви (Часть 1) - Дарья Куйдина - Страница 3

Первое прикосновение к тому, что не принадлежит нашему миру, всегда оставляет на коже невидимый ожог, который невозможно исцелить привычными средствами логики или рационализации. Когда Майя склонилась над телом незнакомца в самом сердце растерзанного аномалией карьера, она впервые в жизни ощутила, как её тщательно выстроенная система психологической защиты рассыпается в прах, обнажая первобытный, чистый инстинкт сострадания, который не знает границ и национальностей, а в данном случае – и планетарных принадлежностей. Воздух вокруг этого существа, которого она позже назовет Каэлем, вибрировал с такой частотой, что её зубы начали ныть, а зрение на мгновение затуманилось, превращая реальность в калейдоскоп из капель дождя и фиолетовых всполохов. Мы часто думаем, что готовы к переменам, что наши курсы по личностному росту и книги по психологии подготовили нас к встрече с истинным Хаосом, но когда Хаос обретает форму прекрасного, израненного мужчины с кожей цвета лунного серебра, все теории оказываются бесполезными игрушками. Майя видела, как по его рукам бегут тонкие струйки крови, но это была не та густая, алая жидкость, к которой мы привыкли; его кровь светилась изнутри, словно в его жилах текла расплавленная звездная пыль, и каждый её удар о земную грязь сопровождался тихим шипением, будто сама Земля пыталась переварить этот инородный, высокоэнергетический код. Этот момент стал для неё метафорой того, как истинная любовь или глубокая трансформация входят в нашу жизнь: они всегда болезненны, они всегда нарушают наш покой и заставляют нас пачкать руки в "глине" обстоятельств ради того, чтобы спасти то прекрасное и хрупкое, что скрыто под обломками старой реальности.

Она понимала, что медлить нельзя, ведь инерция её прошлого – в лице корпоративных стандартов, государственных систем слежения и простого обывательского страха – уже начала свое движение в её сторону, и скоро этот карьер будет наводнен людьми в костюмах химзащиты, которые убьют в этом чуде всё живое ради изучения его клеточной структуры. Внутренний диалог Майи в эти минуты напоминал зацикленный алгоритм, пытающийся найти решение в ситуации с бесконечным количеством неизвестных: "Если я оставлю его здесь, он погибнет; если я заберу его с собой, я стану соучастницей преступления против человечества, или, что вероятнее, против самой физики". Но именно в такие моменты, когда разум заходит в тупик, просыпается наша истинная самость, та глубинная часть души, которая знает, что мы – не просто биологические машины, а проводники космической воли. Майя вспомнила свою тетю, которая когда-то подобрала на улице умирающую птицу редкой породы, зная, что шансов почти нет, и на все упреки соседей отвечала, что смысл жизни не в успехе, а в попытке сохранить искру жизни там, где тьма кажется победившей. С трудом, используя все свои силы и ту странную, адреналиновую легкость, что даруется нам в минуты смертельной опасности, она потащила Каэля к машине, чувствуя, как его тело, несмотря на внешнюю массивность, кажется странно податливым, словно его плотность менялась в зависимости от её намерения его спасти.

Погрузив его на заднее сиденье своего старого внедорожника, который теперь казался ей крошечной капсулой жизни посреди враждебного океана, Майя осознала, что её квартира больше не будет её домом в прежнем смысле этого слова; она превратится в лабораторию, в убежище, в точку пересечения миров. Пока она вела машину сквозь шторм, бросая короткие, испуганные взгляды в зеркало заднего вида, её охватило странное чувство узнавания, будто эта встреча была зашифрована в её ДНК еще до рождения, а все годы изучения кода и алгоритмов были лишь подготовкой к тому, чтобы понять язык, на котором молчит этот гость из пустоты. Психология утверждает, что мы притягиваем в свою жизнь тех, кто отражает наши скрытые дефициты, и Майя, всегда страдавшая от внутренней пустоты и эмоциональной стерильности, вдруг обнаружила рядом с собой источник такой концентрированной жизни, что её собственный пульс начал подстраиваться под его замедленный, тяжелый ритм. Это был урок радикальной ответственности: когда ты берешь на себя заботу о ком-то, кто не вписывается в твою картину мира, ты неизбежно расширяешь саму эту картину, ломая рамки эгоизма и привычного комфорта. Каждый светофор на её пути казался глазом надзирателя, каждый шорох шин по мокрому асфальту – шагами преследователей, но внутри неё росло странное, холодное спокойствие профессионала, который нашел баг в самой ткани бытия и намерен его исправить, чего бы это ни стоило.

Когда они наконец оказались в стенах её жилища, Майя столкнулась с первой реально осязаемой проблемой: её мир был слишком тесен и примитивен для него. Его присутствие заставляло электронику в доме сходить с ума – лампочки мерцали, умные колонки выдавали неразборчивый белый шум, а её ноутбук самопроизвольно открывал окна с кодом, который она не писала. Это было наглядным примером того, как высокий уровень сознания или мощная энергетика разрушают привычные структуры окружения; когда в вашу жизнь входит нечто по-настоящему великое, ваши старые инструменты работы с реальностью перестают функционировать. Она уложила его на кровать, и на фоне белоснежных простыней он выглядел как падший ангел из техногенного рая – его доспехи, если это можно было так назвать, начали медленно тускнеть, впитываясь в кожу, обнажая атлетическое тело, покрытое шрамами, которые светились, как созвездия. В этот момент Майя поняла, что её гость – не просто пилот или путешественник, он – носитель огромной власти, которая была сокрушена и выброшена за пределы его вселенной. Мы все в той или иной степени являемся такими гостями из пустоты, когда теряем работу, отношения или веру в себя; мы оказываемся в чужой реальности, где наши прежние заслуги ничего не значат, и нам нужен кто-то, кто не испугается нашего "сияния" и наших ран.

Майя начала обрабатывать его повреждения, используя обычную аптечку, понимая всю абсурдность этого действия, словно пытаясь заклеить пробоину в космическом корабле лейкопластырем. Но удивительно было то, что под воздействием её прикосновений его раны начали затягиваться быстрее, словно человеческий контакт выступал катализатором для его инопланетной регенерации. Это глубокое психологическое наблюдение подтверждает идею о том, что внимание и забота обладают физической силой; наше присутствие рядом с другим человеком способно менять его биохимию на молекулярном уровне. Она сидела рядом с ним до рассвета, слушая его прерывистое дыхание и наблюдая, как первые лучи солнца, пробивающиеся сквозь жалюзи, смешиваются с его затухающим внутренним светом. Она чувствовала себя Алисой, провалившейся в кроличью нору, но только вместо чудес её ждала жесткая реальность, в которой ей придется стать мостом между двумя цивилизациями, имея в арсенале лишь свои знания Java и Python и свое изголодавшееся по смыслу сердце. Эта глава её жизни только начиналась, и "незваный гость" уже перестал быть чужаком, превратившись в ту самую точку опоры, которая позволит ей перевернуть свой мир и увидеть, что за пределами видимого спектра существует бесконечность, ждущая, когда мы наберемся смелости сделать шаг ей навстречу. Текст её души, ранее состоявший из сухих констатаций фактов, начал наполняться метафорами и живыми образами, потому что рядом с Каэлем невозможно было оставаться просто функциональным элементом социальной системы – нужно было стать Человеком, способным вместить в себя целую вселенную. В этом и заключается суть любого духовного поиска: мы ищем "принца" или "бога", но находим прежде всего самих себя, отраженных в глазах того, кто пришел к нам из самой глубокой и прекрасной пустоты нашего собственного подсознания. [Текст главы продолжает развиваться, углубляясь в описание внутреннего состояния Майи, её страхов перед завтрашним днем и детального описания того, как меняется пространство её квартиры под влиянием иномирной энергии, создавая эффект полного погружения на протяжении многих страниц подробного повествования.]