Читать книгу Ноль пополудни. История одной девчонки - Даша Ивлиева - Страница 14

Глава 11

Оглавление

Неву сковало льдом, а в городе наводила порядок вездесущая снегоуборочная техника. Лиза свыкалась с затяжным холодным сумраком, когда осенняя хандра плавно перешла в зимнюю…

После занятий, с рюкзаком за спиной, Лиза с ненавистью к своему красному пуховику сиротливо бродила по заснеженному школьному двору, топча ледяные лужи. Презренная зима. Просто удивительно, зачем понадобилось строить столицу в таком неподходящем для жизни месте? Неподвластно окружающей суете она наблюдала за резво покидающими школу весёлыми учениками. И, мучаясь холодом непонятно за что, убеждала себя, что одиночество милее любой компании. Вот она пропустила очередной школьный праздник по случаю начала сезона. Ну и что, что её никуда не позвали. Подумаешь! Она б всё равно не пошла. Лиза ловила снежинки языком. Тащиться домой тоска. Не пойдёт. В такие мгновенья вспоминалась Женя…


* * *

– Ты `правда веришь в сказки?

– А ты разве нет?

– Я верю в то, что они случаются не со мной.

Лиза и Женя сидели на крыше, укрывшись от солнца за надстройкой.

– На самом деле, я не верю в сказки, – призналась Женя. – Это я выдумала, чтоб ты сбежать согласилась, – та потянулась-зевнула. – Сказками взрослые морочат голову детям, чтобы те были послушными. А я непослушная, поэтому в сказки не верю.

Они разом погрузились в задумчивое молчанье.

– А вид действительно здоровский! – пробовала ободрить подругу Лиза. – Хочешь, скажу, что `я окно разбила?

– Это ещё зачем?

– У тебя как-никак день рождения!

– Не волнуйся, выкручусь. Мой папа говорит, что я исключительная врушка! Уж он-то в этом разбирается, ведь он дипломат.

– Дипломат?

– Ага.

– Да, ты рассказывала, что вы живёте в этой, как там…

– Новой Зеландии.

– А почему ты `там не лечишься?

– В этой клинике главный врач – старый папин друг.

Лиза устремила взор куда-то вдаль:

– А у меня здесь дядя живёт. Это он оплатил моё леченье, – отмахнулась она от мошки. – Не всем так везёт, как нам с тобой. Некоторые умирают, не дождавшись помощи, – стучала по коленкам Лиза. – Кстати, ты уже загадала желанье?

Женя через плечо чесала спину:

– Желание?

– Загаданные на день рождения желания обязательно сбываются.

– Я и так при любом случае загадываю. У того, кто их должен исполнять, наверно, голова кружится. Вот и не знает, за что взяться. Но это всё бред, на самом деле. Хотя на всякий случай всё же загадаю, – Женя метнула камешек с крыши. – А о чём ты загадываешь?

Лиза улеглась на подругин бок:

– О разном: хочу щенка или мамонтёнка, облететь Землю на воздушном шаре, а когда вырасту, стать врачом и лечить больных детей от лейкемии.

– Слушай, я приглашаю тебя к себе в гости, в Новую Зеландию. Чем не волшебная страна: вместо ворон там попугаи, вместо акул дельфины, и пальмы вместо колючих ёлок?! Там никогда не бывает плохого настроения, – развела руками Женя. – Там нежное солнце и ласковое море!

– Тогда я обязательно к тебе приеду!

– Обещаешь?

– Клянусь!

Женя на чём-то сосредоточилась и заговорила с несвойственной искренностью:

– Лиза, если я умру, то стану твоим ангелом-хранителем и буду тебя защищать, хорошо?

– Хорошо, – смутилась Лиза. – Только ты не умирай, ладно?


* * *

Томясь в забытьи, Лиза наконец пересекла границу школьного двора. Поняв, что с морозом не справиться, она свернула на привычный путь. В Новой Зеландии, небось, тепло… Она ускоренно захрустела снегом.

Спасеньем от холода послужил людный универсам. Следуя мимо камер хранения, Лиза встретила в форме охранника отчима, нарезающего круги с руками за спиной. Какой-то он был серьёзный. Скорей всего, от начальства получил.

– У мамы `скоро перерыв? – встала она на пути Ивана.

– Не думаю. Сё’дня одна кассирша не вышла, а народ всё прёт и прёт, как будто завтра Новый Год!

Лиза без слов оставила Ивана скучать и проникла в торговый павильон.

Ей нравились галереи с ровно выложенным красочным товаром. Лиза представляла себя директором магазина и искала несовершенства в работе этих – она всё время забывала – товароведов. А ещё старалась крайне ответственно относиться к поиску просроченной продукции. «А у вас там салаты испорченные на полках лежат», – бывало, доносила она до сведения работников зала. «Неужели?! – всегда изумлённо отвечали ей. – Обязательно уберём!» – клятвенно успокаивали менеджеры. После чего с чувством выполненного долга Лиза уходила домой, не забыв прикарманить что-нибудь сладкое к чаю, то есть чаевые. Единственное, что приносило недовольство, так это постылые покупатели, мешающие заниматься важным делом.

Но сегодня надзор не задался. К тому же Лизу успели угостить яблоком и шоколадкой, потому она и рассудила, что здесь больше делать нечего. Положив без спроса чипсы в рюкзак, она устремилась прочь из торговых рядов, минуя вереницы очередей. «Люди полжизни спят, а её остаток проводят в ожидании», – подумала Лиза, скользя взглядом по каравану людей с припасами. На выходе из зала она встретила недовольный взгляд мамы, пробивавшей штрих-код. Той не помешало бы нарисовать улыбку, как у клоуна, чтоб не отпугивала покупателей. Лиза надкусила яблоко и потопала к выходу.

– Яблоко помыла? – проявил заботу охранник.

– С мылом! – отбилась она от попыток Ивана завести разговор: лучше бы вспомнил, что сегодня за день.

Лиза оставила магазин позади и отстранённо побрела восвояси, облизывая обветренные губы…

Город остывал на глазах. По обочине дороги Лиза плелась строго домой, только б не окоченеть. Даже чудилось, что её кто-то зовёт. Да, пора б ей завязывать с бродилками. Но голос не умолкал:

– Лиза‼ – послышалось вновь.

Она обернулась на дорогу и увидела мигающую синюю машину и лицо Максима сквозь спущенное стекло.

– Залезай, – без вступлений пригласил он.

Лиза теребила его взглядом и влезать не спешила. Точно Максим должен был что-то знать, о чём не догадывался. Правда, ноги, глядишь, отваляться – и она поступилась принципом, приняв предложение.

– Замёрзла? – спросил Максим, лишь уселась она спереди.

Лиза ёршилась, давая понять, что для разговора не настроена:

– Слегка.

Максим вырулил на полосу:

– Прокатимся домой?

– Кати, – дерзила она.

Наступило неловкое молчанье. С усталым любопытством Лиза разглядывала движение за окном:

– Ты сё’дня рано, – ради вежливости решила она всё-таки не безмолвствовать.

– Есть дела.

Лиза вздохнула:

– Понятненько.

– Как настроенье у феи? – всё пытался разговорить Максим.

– Всё ок» и хор», – неохотно делилась она.

– Освоилась в школе?

– Смирилась.

– Что-т» ты совсем не в духе, – поворачивался каждый раз Максим.

– Ослиное настроенье.

– В смысле?

– Как у ослика Иа.

– И как можно поднять ослику настроение?

Лиза промолчала в боковое окно: уже никак.

Максим выбрал не самый близкий к дому маршрут. На миг он вновь отвлёкся от движения:

– Может, тогда нафиг душную квартирку? отправимся в путешествие по городу?

Лизу точно ущипнули. Даже взглянула в лицо.

– Что, плохая затея?

– У меня много уроков, – с опаской, что Максим передумает, твердила она.

– Ты права, путешествовать должны только отличники, – важно сделал вывод Максим, – а ты не заслужила. Да и мама была бы не в восторге. Ивана тоже следовало б спросить. Они ведь за тебя так переживают… Не стоит их расстраивать.

От этих слов Лизу передёрнуло. А Максим заговорщицки склонял:

– Но я никому не расскажу! Прокатимся?

Это было то, чего так хотелось. Но ведь она упёртая и должна развивать в себе твёрдость. Так что пусть подавится. Вот так. Нетушки. Эх, прокатиться… Надо держаться. Зачем? Потому что она сильная. Её никогда не катали. Блин. Ну почему она такая нетвёрдая? Поупрямиться можно и потом, а сегодня как-никак её день. Из приличия Лиза колебалась пару секунд:

– Нафиг уроки! Домой не хочу!

Максим включил радио – и салон заполнился музыкой…

Поездка по городу помогла забыть о том, чтобы каждый раз острить Максиму. Они рассекали по набережной Невы, проехались по семи мостам и побывали в двух пробках, пока Максим не остановил автомобиль у пригородной поездной станции.

Лиза, не выходя на улицу, осмотрелась. На город опускался вечер. Вдоль железной дороги пестрили облезлой рекламой сомнительные магазинчики; тут же за торговыми рядами рынка раскинулся пустырь, куда сдувался брошенный мусор.

– Вид такой, будто я должна немедленно вырваться из машины и кричать о помощи.

– У тебя богатая фантазия.

– Жизнь скучна и неинтересна.

– Я помогу её скрасить. Если, конечно, ты считаешь себя достаточно взрослой.

– Я взрослая! – возмутилась Лиза.

– И ты согласна мне помочь?

– Нужно кого-то убить?

– Тип» того. Тебе можно доверять?..

Неожиданно для себя Лиза согласилась помочь. Хоть место и показалось злачным, она заставилась войти в помещенье с тремя семёрками над входом. Ведь семёрки не шестёрки.

В небольшом зале с низким потолком вдоль стен располагались со скудным музыкальным сопровождением игровые автоматы. В тусклом свете жёлтых ламп странные личности гипнотизировали разноцветные картинки, что появлялись на экранах стоячих гробов. Здесь стучали по кнопкам и подростки, и старушки, и вполне благополучного вида мужчины. Не снимая шапки, она не спеша шагала по чудному миру, озираясь по сторонам. Обращать на неё внимание никто не собирался.

Лиза подошла к молодому человеку за компьютером, который, как она решила, должен за всё здесь отвечать. Парень лениво оторвался от дел:

– Слушаюсь и повинуюсь.

– Вы здесь главный?

– Ты что, из налоговой? – вернулся тот в монитор.

Лиза шутку не оценила:

– Вообще-то нет. Я хочу поиграть.

– Хочешь, чтобы с тобой поиграли? – не отрывался от компьютера парень.

– Мне нужны жетоны, – норовила она заглянуть тому в глаза.

– Они продаются.

– У меня есть деньги.

Тут работник одарил вниманием:

– В следующий раз давай деньги сразу и не морочь мне голову!

Так Лиза обзавелась жетонами. Выбрав автомат, она вспоминала слова Максима: «В будущем году двенадцать месяцев. В месяце тридцать, тридцать один или двадцать девять дней. Идёшь по порядку…» Лиза изучала исписанную ручкой трясущуюся ладонь. В голове всё звучал голос Максима: «Если в месяце тридцать один день, делаешь одинарную ставку, если тридцать – двойную, и для февраля – тройную».

Лиза сосредоточилась. Итак, январь: одинарная ставка. Она загрузила жетон и запустила барабан. Вишня, персик, дыня. Февраль: установить тройную ставку. Жетоны покатились по желобку. Арбуз, виноград, вишня. Март: тридцать один день – обычная ставка…

Апрель… Май… Июнь: персик, дыня, виноград. Казалось, стук сердца скоро заглушит трель автоматов. «Если хоть раз ошибёшься, придётся начинать всё заново». Не ошибётся, она не такая тупая, как все думают!

Июль… Август… Сентябрь: два жетона. Банан, вишня, банан. Каждый раз Лиза с трепетом заносила руку над клавишами. Октябрь… Ноябрь: апельсин, арбуз, арбуз. Близился конец. Неизвестность страшила.

Декабрь. Сейчас декабрь. Её месяц. Лиза погладила автомат: «У меня сегодня день рождения!» В заведении кто-то кашлял. Лиза отбросила лишние мысли. Двойная ставка. Раз, два – загнала она жетоны. Лиза смотрела на светящуюся красным кнопку: поехали, – стукнула она по кнопке, запустив механизм.

Барабаны закрутились в разные стороны. Первым остановился тот, что слева: вишня. Следующим остановился правый: вишня. Лиза сжала кулаки: «Ну! вишенка, давай! – трясла она кулаки, – Ну давай же. Пожалуйста! Давай».

– Вишня!!! – победно взмыла руки вверх.

На Лизин писк обратился весь зал. Непрерывным металлическим звоном посыпались монеты. Лиза отступила: жетоны могучим потоком сыпались в специальный короб снизу. К ней стянулись все посетители. С разинутым ртом Лиза смотрела на россыпь жетонов. «Это всё мне?» – будто задавая тот же немой вопрос, она повернулась к завистливым взглядам:

– У меня сегодня день рождения! – делилась она счастьем.

Молодой человек, кто продал жетоны, сонно покачивался тут как тут:

– Новичкам везёт…

В автомобиле Лиза застала мнущего руль Максима.

– Ну что? – дышал он прерывисто.

Лиза без эмоций устроилась в кресле и притаилась. Вопрос Максим почему-то не повторил. Потомив, она полезла в карман куртки, чтобы как в цирковом номере победно вытащить тёмно-зелёные купюры:

– Двадцать три, – не удержав улыбку, передавала она деньги.

Максим будто узрел чудо. И тут же обеспокоился:

– Послушай, я не какой-то там жулик. Просто надо вернуть за брата деньги, понимаешь? И забирать их у тех, кто обманывает сам.

– Да мне всё равно. Фея готова помочь.

– Я тебе обещал пять процентов с выигрыша…

Лиза старалась не моргать.

– …Но сегодня особенный день, поэтому ты можешь оставить деньги себе.

Лиза брать деньги не решалась.

– С днём рождения! – вымолвил Максим.

Лиза смущённо бегала взглядом:

– Ты шутишь?

– Бери, ты их заслужила, – протягивал он деньги.

Лиза приняла деньги как заколдованная:

– Ты один меня сегодня поздравил, – подбирала она слова. – Ты знал и молчал, – Лиза отстранённо замерла, словно дождалась чего-то невозможного.

– Даже с работы отпросился.

– Спасибо, – склонила глаза на деньги. – Но я не могу столько взять, – по привычке уничижающе рассудила она.

– Почему же?

– Что я с ними буду делать?

Максима это почему-то позабавило:

– Ты единственный человек, кто не знает, что делать с деньгами! Дам подсказку: их надо тратить.

– Лучше отдам их маме. Она ведь так много работает!

– А если мама спросит, откуда деньги?

Лиза повела губами.

– У тебя сегодня день рождения, неужели ты не знаешь, на что их потратить?

– А этого хватит, чтоб доехать до Новой Зеландии? – перебирала Лиза деньги.

– Если подкопить, то хватит. Только я тебя туда не повезу, – чем-то умилялся Максим. – А если ты и дальше будешь мне помогать, то сможешь и билет приобрести, и прикупить подарки. Так ты хочешь себе чё» -нибудь подарить?

– Хочу, – призналась Лиза.

– И куда в таком случае мы едем? – наводил Максим.

– В магазин, – неуверенно произнесла Лиза.

Максим завёл машину:

– Это правильный ответ.

– А лучше в ТРК! – восклицая, трясла она купюрами…

По пути на Васильевский остров позвонил Иван, и пришлось просить Максима свернуть в другое место. Она сбивчиво попыталась объяснить, в чём дело, но не нашла подходящих слов. Так они прикатили к неухоженной, по виду двухэтажной постройке с решётками на окнах в переулке с одичалым фонарём.

В иной раз она бы непременно отказалась от приглашения Ивана. Только не сейчас, когда выпал такой шанс порисоваться перед Максимом.

– Это стрелковый клуб, – проводила Лиза Максима в стальную дверь без единой вывески вблизи, – Иван так часто делает.

Ноль пополудни. История одной девчонки

Подняться наверх