Читать книгу Убийство на свадьбе - Диана Адамова - Страница 3

– Кто-нибудь видел Дениса? – продолжали шептаться гости и начали посматривать на Агату, будто она что-то могла знать.

От нее требовались действия. Выдавив улыбку, которая должна была успокоить собравшихся, она бросилась к кабинету, куда мог зайти жених перед церемонией.

Что-то пугающее и темное витало в воздухе. Быстрым шагом она прошествовала по коридору и остановилась перед дверью.

Агата предусмотрительно постучала, но ответа не последовало. Тогда она опустила ручку и открыла дверь.

Ноги вмиг сковало ледяными оковами страха, а внутри все похолодело от представшей картины.

Агата схватилась за сердце, чтобы заставить его снова биться, и громкий крик сорвался с ее губ от увиденного: жених лежал на полу. В его открытых глазах застыл момент встречи со смертью.

Гости засуетились, начали вставать со своих мест, поддаваясь иррациональному желанию собственными глазами увидеть весь тот ужас, который предстал перед Агатой, и вытягивать шеи. Какое-то странное стремление просыпалось в людях в случаях чрезвычайных происшествий: обязательно, хоть одним глазком посмотреть, чтобы наверняка убедиться в случившемся и после за семейным ужином пересказать мужу или в баре с друзьями поделиться ужасным пережитым со словами «я сама видела».

Агата почти не испугалась, когда увидела тело. Ноги, конечно, едва не подкосились, кровь, казалось, остановилась, но она не отшатнулась, а слега склонилась, приглядываясь.

– Мертв! – крикнул кто-то из прибежавших на ее крик гостей.

Да, жених совершенно очевидно был мертв.

– Отойдите! – кто-то из гостей подвинул ее в сторону, не давая ей войти внутрь.

Сердцебиение неумолимо ускорялось в осознании произошедшего. Агата снова могла мыслить и видеть окружающее пространство. Поле зрения словно постепенно расширялось после сцены в кабинете.

Зал стремительно пустел. Все, кто успел посмотреть, испуганно направлялись к выходу, спеша скорее покинуть «Кристенберг».

– Убийство? На свадьбе? – отовсюду до Агаты доносились шепотки. Сосредоточиться не получалось.

– Бедняжка Стелла, жалко девочку, – причитали сердобольные соседки.

Вскоре приехала полиция. Оставшихся гостей и персонал она вежливо попросила не покидать усадьбу, чтобы опросить каждого.

– Вы организатор? – обратился к Агате следователь Гуров, почесывая модную бородку и усы.

– Да.

– Пройдемте.

Отходя от кабинета и уже мысленно готовясь провести за разговором оставшуюся половину дня, Агата вдруг застыла. Резко развернулась.

– А где хрустальные голубки?! – выпалила она, намереваясь ворваться в кабинет и все обыскать.

Полицейские переглянулись и, быстро среагировав, остановили ее.

Бархатная подушечка, на которой должна была стоять семейная реликвия и которую жених должен был вынести к свадебной арке, чтобы дать клятву невесте, пустовала.

– Они были тут, – указала она, видя, что полицейские не понимают, о чем она говорит.

Следователь Гуров, который вел ее на беседу, зашел в кабинет и огляделся.

– Действительно, – хмыкнул он. Нашел в своем мобильном свадебное фото и показал молодым салагам: – Вот такие.

На снимке следователь, одетый в стильный костюм, стоял рядом с молодой женой в свадебном платье, а в руках они держали «кристенбергских голубков».

Гуров смущенно улыбнулся Агате:

– Ваша бабушка два года назад организовала нам свадьбу.

Несмотря на ситуацию, слова о бабушке отозвались теплом в груди.

Сквозь толпу полицейских и самых смелых гостей, продолжавших наблюдать за происходящим, пробился Матвей, знакомый Агаты. Учтиво коснувшись ее плеча, он спросил:

– Агата, может, чем-то помочь?

Растерянно взглянув на него, девушка лишь пожала плечами. Она не знала, какую помощь он может оказать.

С Матвеем она познакомилась не так давно – когда переехала и оформляла в банке счет, чтобы получить бабушкины накопления. Матвей там работал менеджером. Тогда, заметив, что она теряет нить их разговора, все еще тоскуя по родственнице, он перестал щелкать по клавишам и доходчиво ей все объяснил.

Следователь Гуров, оттесняя Матвея, напомнил Агате, что им следует побеседовать о трагедии с глазу на глаз.

Из-за угла возникла Клара Степановна.

– Мы за всем присмотрим, не волнуйся, – успокоила она хозяйку и подняла вверх цветок, словно обозначая: не теряй нас, мы здесь. Взгляд говорил: держись.

Выдавив вежливую улыбку, Агата прошла мимо Матвея, продолжавшего обеспокоенно наблюдать за происходящим, и указала следователю, куда идти.

На портрет бабушки девушка и вовсе боялась поднять глаза, будто ожидала увидеть там осуждающий взгляд родственницы.

«Не справилась… Провалила первую же свадьбу», – слышала она голос бабушки в мыслях.

– Мы можем поговорить здесь. – Агата открыла дверь небольшой гостиной.

Они заняли удобные мягкие кресла, девушка устало подперла голову кулаком, словно та вмиг очень сильно разболелась. Неплохо было бы принять лекарство, иначе к вечеру голова точно будет раскалываться. В висках уже неприятно пульсировало.

– Нам понадобится список всех приглашенных, – начал Гуров, выдергиваю Агату из мыслей.

Она кивнула.

– В зале были не только гости. Многие местные жители пришли поздравить молодоженов. Это ведь была первая свадьба за полгода.

– Я знаю, мне жаль, Агата. – Следователь опустил глаза. – Вашу бабушку в этом городе все любили. Не понятно, кому приспичило испортить такой праздник. Ведь это не только свадьба, а праздник для всего города.

Губы Агаты поджались и сомкнулись в тонкую линию.

«Да уж, не получилось у меня. Это был провал», – подумала она, найдя взглядом бабушкину фотографию и наконец отважно встретившись с ней взглядом.

На снимке она не улыбалась, он передавал иную, загадочную сторону Ольги Леонидовны. Черту, присущую всем Гофманом, – прыткость, выраженную в многообещающем взгляде. Фотография была сделана, когда бабушка еще носила шелковые блузки, а волосы красила не для того, чтобы скрыть под модным «розовым блондом» седину. Она только приняла под свое крыло свадебное агентство, и ей руководило желание осчастливить каждого, кто подвернется под руку.

Иногда Агате даже казалось, что, попадись той двое совершенно незнакомых людей, она бы их свела, а потом организовала для них свадьбу. Бабушка была еще та сводница.

– Известно, что произошло? Его… его… – слова об убийстве застряли в горле Агаты. – Гости, они говорили о…

– Мы рассматриваем эту версию. Жертва получила повреждения, на голове есть рана. Сперва мы должны убедиться в том, как она была получена, после этого уже можем делать выводы. Следствие установит.

– А мои голубки кому понадобились? Их что, украли?! – заволновалась Агата пуще прежнего.

– Мы их найдем. Но место преступления пока будет оцеплено. Вы не сможете пользоваться кабинетом. Это же не составит проблем? – Гуров взглянул на девушку из-под бровей, что-то записывая в блокноте.

«Ну еще бы! А у меня еще одна свадьба на следующей неделе».

– У меня плотный график. Каждая суббота расписана, – Агата потрясла перед следователем планшетом, который она только чудом не выронила в тот момент, когда увидела жениха на полу. Пульс снова зачастил. – У меня на август уже стоят свадьбы – по две и даже три в неделю! Вы представляете, как все хотят, чтобы именно мое агентство их организовало? А знаете почему? Из-за голубков, – сама ответила она.

Телефон в ее руке разразился бодрой веселой мелодией, заставляя вздрогнуть. Звонила одна из клиенток, но Агата не могла ответить и говорить при следователе, сперва нужно было уладить все вопросы с полицией. И как можно скорее!

– Агата, я понимаю. – Гуров искренне сожалел о случившемся, но сделать ничего не мог. – Где вы были до начала церемонии? – Его взгляд казался слишком ленивым, но Агата никак не могла его с себя стряхнуть. Впился, словно клещ.

– Везде! – негодующе воскликнула она. – И уж кому меньше всего нужно убийство на свадьбе, так это мне!

– Угу. – Гуров что-то чиркнул в блокноте. – Вы не заметили ничего странного, что происходило до церемонии?

– Я слишком волновалась и без конца все проверяла… – Агата замолчала, вспомним о споре. – Незадолго до церемонии Денис поссорился с Семеном Семеновичем.

– С антикваром, – задумчиво протянул Гуров.

Агата рассказала следователю об услышанном разговоре.

– И хрустальные голуби пропали… – продолжил он.

– Многие слышали, как они ссорились. Возможно, кто-то из собравшихся знает, с чего все началось, – пожала плечами она.

– В каких отношениях жених был с родственниками невесты? С его стороны, как я понимаю, почти никого не было? Тетка не смогла приехать?

– Он так говорил, да, – кивнула Агата. – Со стороны Калининых я не заметила ничего необычного, да и согласитесь, стать тестем самого Алексея Петровича дорогого стоит, не подпустил бы он к дочери кого попало. Но жених, вероятно, был знаком с семейством давно, потому что цветочница Клара Степановна упоминала, что вроде у Дениса было что-то с сестрой невесты, Марией.

Губы следователя скептически изогнулись. Пояснять ему, кто такая Клара Степановна не имело смысла, все знали, как она любит сплетни. Гуров поднялся.

– Кроме списка гостей пришлите также список тех, кого еще видели в усадьбе.

Следователь удалился, оставляя Агату в растерянности. В глазах мужчины была сплошь усталость от предстоящего количества бесед. Не на такое субботнее дежурство он рассчитывал, явно. В небольшом городке и преступлений-то таких громких не совершалось, разве что мелкие кражи или разбои среди туристов.

Дверь снова открылась. Решив, что это вновь вернулся Гуров, Агата не посмотрела на вошедшего.

Перед ней возникла чашка ароматного липового чая. Девушка подняла глаза и встретилась взглядом с Эриком. Поблагодарив его, она приняла чашку.

– Калинины распорядились раздать еду желающим, – сообщил шеф-повар.

– Да уж, – вздохнула Агата и попробовала чай.

Ее телефон снова зазвонил. Агата нахмурилась: с ней хотела пообщаться другая клиентка, чья свадьба была назначена через две недели.

– Я, пожалуй, не буду мешать. – Эрик учтиво удалился, оставив молодую хозяйку одну.

Телефон продолжал настойчиво звонить. В городке многие другу друга знают, сплетни расползаются быстро, как ужи. Однажды Агате все равно придется ответить, а перед смертью, как говорится, не надышишься.

– Слушаю вас, Елена Владимировна, – вежливо произнесла Агата.

– Это правда? – без приветствий начала клиентка.

– О чем именно вы спрашиваете?

– Об убийстве жениха! – выпалила та.

– Полиция еще не установила причину… К вашей свадьбе усадьба будет в лучшем виде! Мы можем перенести торжество в сад…

– Да вы шутите, что ли? Как я буду это детям рассказывать? Как за две недели там убили человека?

Агата снова хотела вставить, что версия убийства еще не подтверждена полицией. Что это мог быть несчастный случай, да и что вообще не обязательно о таком рассказывать детям – сама Агата определенно не стала бы этого делать; впрочем, клиентка не дала ей вставить слово.

– Мы отменяем у вас свадьбу! Верните нам аванс! – непреклонно заявила она.

– Хорошо, – пролепетав, сдалась Агата.

Выждав минуту, чтобы привести дыхание в норму, и дождавшись, когда в голове перестанут щелкать цифры калькулятора, вычисляя, сколько ей убытков придется понести, если каждый затребует вернуть аванс, она открыла сайт с районными новостями.

Первый же заголовок выпрыгнул на нее, надолго запечатлеваясь в памяти. Огромные буквы гласили:

«УБИЙСТВО НА СВАДЬБЕ В „КРИСТЕНБЕРГЕ“».

– Бабуля, это провал, – Агата закрыла глаза.