Читать книгу Китайская народная литература - Дуань Баолинь - Страница 4

Глава 1
Предмет и специфика народной литературы
Особенности содержания народной литературы

Оглавление

Народная литература создается самим народом, что определяет ее классовый характер. Общество подразделяется на классы: высший – управляющий, и низший – управляемый. Это рабовладельцы и рабы, помещики и крестьяне, капиталисты и рабочие. Они отличаются друг от друга как материальным положением, так и образом мыслей. Народная литература является литературой низших классов. Она создается совместными усилиями объединившихся крестьян или ремесленников (в древности – рабов, крепостных крестьян, сегодня – промышленных работников). Называя то или иное произведение народным, мы опираемся на признаки, свидетельствующие о принадлежности его авторов к низшему классу. Следует различать настоящее народное творчество и стилизованное. Раньше некоторые ученые руководствовались только спецификой формы. Считалось, что вся устная культура является народным творчеством и что литература на байхуа[10] пришла на смену народной литературе. Все это отодвинуло на второй план классовый характер народной литературы.

Хотя революционные демократы и подчеркивали народный характер творчества низших слоев населения, первостепенными для них были его национальные особенности. Кроме того, их подход к народному творчеству не был научным. Научный же подход к изучению народной литературы появился только в марксистской среде.

Лу Синь, яркий представитель «движения за новую культуру в Китае»[11], стал впоследствии выдающимся приверженцем марксизма. В статье «Толкование использования старых форм» он утверждает, что если существует «литература потребителей», то неизбежно появление и «литературы производителей» – народной литературы. Те, кого Лу Синь называет «производителями», и есть трудящиеся. В статье «Болтовня постороннего о литературе» Лу Синь анализирует строчку из песни «Не бейте в гонг, не бейте в барабаны, послушайте мою песню о мире». По его мнению, балладу нельзя отнести к народной литературе. Несмотря на то, что она написана популярным языком, это работа чиновников, изданная согласно высочайшему указу для просвещения народных масс. В статье «Человеческая речь» мы также можем увидеть яркий пример применения классового принципа для определения литературы как народной. Лу Синь цитирует анекдот, популярный в Чжэси: «Стоит жаркий полдень, крестьянка, трудящаяся в поте лица, вдруг говорит со вздохом: “Матушка-императрица понятия не имеет о таком веселье. Сейчас она еще не ушла на дневной сон, а как проснется, станет звать: “Евнух, неси-ка мне сушеной хурмы!”» [4]. Лу Синь говорит, что этот анекдот высмеивает ограниченность деревенских женщин. Может показаться, что это речь китайцев из «низов», хотя на самом деле это представление «верхов» о том, как разговаривают простолюдины. Даже если простые китайцы так и говорили, то никак не ради шутки [5]. Анализируя эти примеры, Лу Синь пользуется концепцией классов и с точностью распознает стилизацию под народную литературу. Твердо отстаивая принцип классового подхода, он рассматривает распространенные в народе произведения не только с точки зрения формы – написано ли произведение популярным языком или это устное творчество, – но и с позиции их классовой природы.

Следование этой концепции имеет большое значение для изучающих народную литературу, так как в противном случае не будет возможности понять ее природу и провести настоящее научное исследование.

После «движения 4 мая» многие китайские ученые, ратуя за демократию и науку, встали в оппозицию феодальной культуре. Им удалось собрать большой массив произведений и достигнуть немалых успехов в исследовании народного литературного творчества. Однако на тот момент они еще не руководствовались марксизмом, поэтому не имели научного метода для распознавания народной литературы. В первом выпуске еженедельника «Гэяо», опубликованном Пекинским университетом 17 декабря 1922 года, были обнародованы народные песни, демонстрирующие лишь «речь народа», но проблема точного разграничения не поднималась. В еженедельнике публиковалось огромное количество народных песен – чрезвычайно богатый материал, в то время еще не исследованный. К примеру, историк Гу Цзеган много занимался поисками народных песен. В предисловии к своему труду «Угэ цзяцзи» («Первый сборник песен земли У») он писал, что, помимо песен деревенских мужиков, народные песни также включают творения городских барышень. Позднее, в 1938 году, в свет вышла книга господина Чжэн Чжэньдо «Чжунго сувэньсюэ ши» («История китайской простонародной литературы»). Хотя ему удалось собрать и тщательно обработать большое количество материала, в работе совершенно отсутствует научный подход. В самом начале книги говорится: «Что такое простонародная литература? Это есть популярная литература, народная, массовая». Он определяет литературу как «простонародную» или «классическую» (написанную образцовым литературным слогом) лишь исходя из ее формы, в то время как анализ идейного содержания отсутствует. Это привело к тому, что произведения многих писателей[12] были отнесены к простонародной литературе, в то время как подлинных песен трудового народа[13] собрано немного. Поэтому в своей книге Чжэн Чжэньдо говорит о том, что народная литература зачастую бывает более феодальной и консервативной, чем классическая[14]. Такие выводы явно неуместны.

В 1980-е годы была выдвинута теория, согласно которой народная литература есть литература общенародная [6]. Однако известный критик XX века Ху Фэн[15] считал, что народная литература является феодальной. Впоследствии Ху Фэн отказался от этой точки зрения, так как пришел к выводу, что недостаточно хорошо изучил народную литературу.

На наш взгляд, народная литература есть коллективное творчество трудящихся. Конечно, в ней иногда присутствуют элементы навязанной идеологии, разного рода суеверия и другие признаки отсталости, однако основной ее характеристикой является отражение реальности, что и отличает народную литературу от феодальной.

В.И. Ленин в статье «Критические заметки по национальному вопросу» писал: «В каждой национальной культуре есть, хотя бы неразвитые, элементы демократической и социалистической культуры, ибо в каждой нации есть трудящаяся и эксплуатируемая масса, условия жизни которой неизбежно порождают идеологию демократическую и социалистическую»[16]. Классовый статус трудящегося народа определяет его идеологию. Люди являются творцами истории, ее движущей силой. Они ведут постоянную борьбу, противостоят господствующему классу.

Их демократическая идеология и потребность в прогрессе выражаются через литературу, которую они создают. По сравнению с авторской, народная литература более разнообразная, более прямая и резкая. Все это формирует непосредственность и народность этой литературы. Ниже приведем более детальный обзор.

Фактически теория классовой борьбы не является открытием К. Маркса. Впервые она была выдвинута буржуазными историками XVIII века. Ярким ее примером является Французская революция 1789 года. Классовая борьба – это факт, который нельзя отрицать.

Председатель Мао говорил: «Жестокая экономическая эксплуатация крестьянства и политическое угнетение его помещиками вызывали многочисленные крестьянские восстания, направленные против господства помещиков» [8]. Вооруженное восстание – наивысшая форма проявления классовой борьбы. Во многих древних народных песнях она изображалась с использованием ярких художественных образов. Например, в эпоху династии Юань на восточных землях провинции Чжэцзян среди членов войска Красных повязок[17] была популярна песня «Водрузить знамя». Имелось в виду знамя бунта, – таким образом народные массы призывали к восстанию:

Небо высоко, император далеко.

Простых людей мало, чиновников много.

Если получать по три удара в день,

То как тут не взбунтоваться? [9]


После поражения революции 1925–1927 гг. в среде рабочих Шанхая была в ходу песня «Осмелиться стащить императора с коня». Революционно-бунтарский дух стал еще более мощным и утвердился окончательно. Эти песни могли сочинить только те, кто лично принимал участие в революции. Только они могли с такой прямотой и решительностью выразить идеи революции и сопротивления. Конечно же, необходимо установить связи между такими противоположными понятиями, как классовая борьба и классовая гармония. При определенных условиях можно добиться взаимовыгодной жизни рабочих и капиталистов, создать для них единый фронт. Но во многих случаях в старом обществе широкие рабоче-крестьянские массы могли лишь молча терпеть лишения и угнетение, иногда робко выдвигать требования и организовывать небольшие восстания.

Общественная идеология постоянно развивалась и изменялась, вместе с ней, в зависимости от исторической эпохи, менялось и содержание произведений народной литературы. Трудовой народ как движущая сила социального прогресса всегда стоял в первых рядах истории. Народное творчество отчетливо отражает осознанное или бессознательное стремление людей сопротивляться эксплуатации и угнетению и следовать прогрессивным идеям равенства, счастья, либерализма и освобождения. Как поется в песне:

Каково дерево, таков и цвет;

Какова лоза, таков и плод.

Каков человек, такова и песня;

Каков класс, таков и разговор.


Народная литература передает мысли и чувства людей и, главное, показывает прогрессивность их идеологии. Кроме того, сюжеты народной литературы изображают жизнь людей, фиксируют исторические события. Мы знаем, что в своем творчестве простые люди рассказывают о том, чем живут: о труде и классовой борьбе. Они лучше, чем кто-либо, знают о своей жизни, поэтому могут рассказать о ней так точно и волнующе. Большинство произведений народной литературы не подвергалось в дальнейшем литературной обработке. Например, «Фучуньская баллада», народная песня провинции Чжэцзян конца эпохи Мин, записанная Тан Цянем в сборнике «Записки финиковой рощи», является отражением жестокости и эксплуатации, которой подвергался трудовой народ. Это история классовой борьбы, написанная кровью и слезами:

Фучуньцзянская рыба, фучуньцзянский чай.

Рыбная мука продает моего сына,

Чайный аромат разрушает семью.

Чай собирает жена, ловит рыбу муж.

Чиновник избивает беззащитные тела [10].


В этих строках мы видим отражение серьезной и волнующей проблемы – произвола, связанного с жестокими поборами.

Несмотря на то, что дошедших до нас древнейших образцов не так много, все же мы можем отчетливо видеть особенности идейного содержания. Сохранившиеся произведения носят революционный и боевой характер, они насыщены атмосферой жизни народа.

Обращаясь сегодня к литературе прошлого, мы понимаем, что произведения народной литературы зачастую отображали прогрессивную идеологию, таким образом люди самостоятельно приходили к идеям социализма. Литературное наследие, дошедшее до нас из древности, также отражает простую жизнь широких масс, их мысли и чувства. Разоблачает несправедливость социального строя, кричит о необходимости сопротивляться эксплуатации, угнетению и добиваться свободы для народа. Воспевает народных героев и выдающихся исторических личностей, подвергает жесткой критике недостойных граждан и аморальные действия, признает честную и бескорыстную любовь, выражает мечты народа о лучшей жизни. Это учебник жизни, способ развлечения и рычаг давления на социум. Народная литература играла важную роль в жизни общества и потому неизбежно подвергалась влиянию идеологии господствующего класса, пытающегося контролировать людей.

Некоторые антропологи считают народную литературу исторической реликвией. Многие ставят ее в один ряд с первобытной литературой – такое заблуждение является результатом одностороннего подхода к исследованию. Народная литература ограничена рамками эпохи и класса. Нам необходимо формировать свои научные взгляды исходя из материалистического, многостороннего понимания истории и наследовать народную литературу с позиций современности. Также нужно провести работу по отбору и систематизации литературного материала, вычленить жизнеспособное и уничтожить ненужное, вредоносное и отжившее свой срок. Так народная литература сможет еще лучше служить на благо общества.

Как говорилось выше, главной чертой традиционной народной литературы является ее демократичность и прогрессивность. То, что мы называем ненужным, есть элементы консервативного и отсталого в этой литературе (такие концепции, как «каждый расчищает снег перед своей дверью, не заботясь об инее на крыше соседа», «семья едет на лошади, я поеду на осле», «в сравнении с хорошим – хуже, с плохим – лучше» и т. д.); проявления разного рода пошлости и дурного вкуса (довольно часто встречаются в любовных песнях и малых театральных формах); также можно привести большое количество примеров пропаганды феодальных взглядов, переполненных слепой преданностью, глупой почтительностью и пессимистичными взглядами на будущее. Возникновение такого рода явлений имеет определенные социально-исторические предпосылки. Народная литература создавалась крестьянами и ремесленниками. Все они являлись мелкими производителями и собственниками. Некоторые из них были настроены революционно, а другие заботились только о своей выгоде или придерживались консервативных взглядов. Им недоставало культурных и научных знаний, поэтому они подвергались значительному политическому и идеологическому влиянию со стороны феодалов, зачастую даже не замечая этого. Выражение «Небеса – высоко, император – далеко» свидетельствует о слепой вере народа в императора. Один из героев «Шуй ху чжуань» («Речные заводи») поет:

Целый век я рыбачил

Среди камышей,

Конопли я не сеял,

Не жал я хлебов.

Я немало сановничьих

Свертывал шей, —

Императору все же

Служить я готов[18].


Здесь мы видим ложные представления о правящей династии Сун. В произведениях народной литературы часто в той или иной степени можно заметить присутствие навязанных воззрений. Чтобы в этом разобраться, необходимо провести тщательный анализ народной литературы, подвергнуть критике отсталые и реакционные элементы. Работая над упорядочиванием, важно от чего-то избавляться и добиваться того, чтобы народная и феодальная словесности никоим образом не смешались. Хоть в народной литературе и существует «мусор», но это лишь незначительная, малая часть.

Итак, характерной чертой народной литературы в содержательном аспекте является то, что она носит классовый характер и отражает прогрессивность взглядов народных масс. Безусловно, она находится в рамках исторической эпохи и идеологии класса. На наш взгляд, к народной словесности следует относить только те произведения, которые созданы непосредственно народом, содержание которых отражает мысли, чувства и жизнь представителей низших слоев населения. Если в произведении пропагандируются феодальные взгляды, то, даже имея специфическую для народной литературы форму, оно является подделкой, голосом высших слоев общества.

Понятия «простонародная» и «народная литература» не являются равнозначными. Первое, более широкое, включает в себя народную литературу, а также учения авторов и произведения, написанные в форме народной литературы, – творения одного человека, а не результат совместного творчества, распространенный в массах. Только произведения, созданные простыми людьми, могут называться народной литературой.

10

До начала ХХ века система записи разговорного китайского языка, использовавшаяся низшими слоями населения. Литература на байхуа – анонимные записи устного народного творчества. – Примеч. ред.

11

Представители китайской интеллигенции, активно пропагандировавшие западную культуру.

12

«Тун юэ» («Договор со слугой») Ван Бао, писателя династии Поздняя Хань; буддийская упадочная поэзия Ван Фаньчжи эпохи Тан; «Да фэн гэ» («Ветер великий») Лю Бана и другие произведения.

13

Песни крестьянских восстаний, горестные песни, предания и т. д. – Примеч. авт.

14

Чжэн Чжэньдо. История простонародной китайской литературы. Шанхай: Шанъу иньшугуань, 1938. С. 2.

15

Ху Фэн (псевд.; наст. имя – Чжан Гуанжэнь; 1902–1985) – китайский критик и поэт. – Примеч. ред.

16

Ленин В.И. Критические заметки по национальному вопросу // Полн. собр. соч. М.: Издательство политической литературы, 1973. Т. 24. С. 113–150.

17

Восстание Красных повязок – движение против монгольской империи Юань, которое завершилось падением империи, восстановлением независимости Китая и началом правления китайской династии Мин в 1368 году. – Примеч. ред.

18

Ши Най-ань. Речные заводи / Пер. А.П. Рогачев. М.: Наука, 2014. Гл. 19. 607 с.

Китайская народная литература

Подняться наверх