Читать книгу Лезвие пустоты - Элизабет Джордж - Страница 8

Часть 1
Утес
Глава 6

Оглавление

Дебби привезла ее на окраину поселка – к старому мотелю, который назывался «Утес». Ранним утром, на своем пути в Лэнгли, Бекка проезжала мимо этого здания, но не обратила на него внимание. Впрочем, тут не на что было смотреть: просто ряд из десяти гостевых номеров, старомодные, ржавые металлические кресла-качалки, стоявшие перед ними, и унылые клумбы, многие из которых оставались невскопанными и пустыми. Перед мотелем росли японские клены, придававшие зданию красивый вид.

Сначала Бекка подумала, что Дебби хотела помочь ей снять номер. Это встревожило ее, потому что для оплаты требовались деньги. Она не смогла бы платить за комнату длительное время. Но затем Дебби сказала, что сама жила здесь, и девушка предположила другой вариант. Она решила, что добрая женщина принадлежала к тому виду людей, которые, потеряв свою собственность, перебирались в дешевые мотели.

Они вышли из машины, и Дебби повела ее в офис управляющего. Контора располагалась в той части здания, которая имела второй этаж. Пройдя через небольшой офис, они оказались в гостиной жилых апартаментов. Старая мебель напомнила Бекке о доме ее бабушки. Тот же самый строгий стиль начала двадцатого века. Шкафы и столы из кленового дерева. Округлые подушки. У некоторых из них из швов торчала набивка. На кофейном столике, стоявшем перед софой, лежали пожелтевшие журналы Географического общества – в основном «Путешествия и досуг». Многие раскрытые номера имели вырванные страницы. Часть этих страниц валялась на полу, другие были использованы для коллажей, которые висели на стенах рядом с фотографиями детей и взрослых. Наверное, родственники Дебби, подумала Бекка.

– Это ваши дети? – спросила она у женщины, когда та направилась на кухню.

– Дети и внуки, – ответила Дебби. – Что-то я проголодалась. Давай пообедаем. Потом мне нужно будет съездить в школу за моими индейцами.

Они перешли на кухню. Дебби достала из холодильника несколько толстых сосисок и бросила их в стоявшую на плите кастрюлю с водой. Открыв духовку, она вытащила противень со сладкими булочками и поставила его на две другие конфорки. Затем она прикурила сигарету и, сделав затяжку, поперхнулась. Вслед за этим последовал сильный хриплый кашель.

Когда вода нагрелась, Дебби повернулась к девочке.

– Ты можешь оставаться здесь, пока не приедет твоя мама.

– Ого! – воскликнула Бекка. – Прекрасно! Но у меня не хватит денег.

Дебби вяло отмахнулась.

– Мы что-нибудь придумаем.

Она подошла к холодильнику и, с дымившейся сигаретой во рту, начала передавать Бекке различные продукты. Та в свою очередь складывала их на краю стола. Через руки девочки прошли горчица, кетчуп, соус, шинкованный лук в целлофановом пакете, нарезанный сыр чеддер и консервированный чили. Дебби продолжала говорить:

– Мне повезло, что я владею этим мотелем.

Тон ее голоса подсказывал, что она собиралась сообщить какую-то важную информацию.

– Его построил мой отец. Слава богу, что это заведение не досталось мне в наследство, иначе бывший муж получил бы половину здания. Мой отец все еще жив. Сейчас он обитает в Дубовой гавани – в одной из общин отставных военных. Я заведую бизнесом вместо него. И по большому счету нам плевать на прибыль.

Кивнув головой, Бекка подумала, какую прибыль мог приносить этот дряхлый мотель. Имея только десять номеров, вряд ли кто-то разбогател бы на обслуживании туристов.

– В любом случае, – стряхнув пепел в раковину, продолжила Дебби, – я живу тут вместе с внуками. Хлоя ходит в первый класс, а Джош – в третий. Это очень хорошие дети. Они тебе понравятся.

Дебби не сказала, где были их мама и папа. Бекка не стала спрашивать. Пока женщина называла имена детей, девочка услышала «шепот»: чтобы не страдали за грехи. Она предположила, что родители Джоша и Хлои совершили что-то греховное.

Она перевела взгляд от Дебби на кухонный стол, на котором лежали журналы, газеты и книги с цветными иллюстрациями. Здесь же стоял космический корабль «Миллениум Фалькон», построенный из «Лего». Рядом возвышалась стопка коробок с детскими играми, основанными на числовых и буквенных комбинациях. Бекка тоже любила играть в них, когда была маленькой.

Дебби занялась сосисками. Она вылила воду из кастрюли и, используя линейку, сдвинула все вещи на столе подальше к стене, затем вложила сосиску в разрезанную булку и передала ее Бекке вместе с парой бумажных полотенец. Девочка поняла, что эти полотенца исполняли роль тарелок и салфеток. Дебби «зарядила» свой хот-дог майонезом, горчицей, кетчупом, луком и маринованным огурчиком. Затем добавила к ним соус, сыр и холодные чили. Подумав немного, она украсила это произведение парой зеленых оливок и присыпала их ямайским перцем. Бекка использовала только горчицу. Ей было интересно, как Дебби просунет свой хот-дог в рот.

С этим не возникло никаких проблем. Хозяйка мотеля оказалась мастером в поедании толстых хот-догов. Она могла жевать и говорить одновременно – причем не показывая пережеванную пищу во рту. Это требовало определенного умения.

– Давай поступим так, – сказала она. – Пока твоя мама не приедет за тобой, мы устроим маленький бартер. В любом случае такая работа пойдет тебе на пользу, если вы с мамой захотите задержаться на острове Уидби.

– Ладно, – ответила Бекка.

Девочка не совсем понимала, о чем говорила Дебби, но она полагала, что вскоре ситуация прояснится.

– Ты можешь остаться в мотеле в обмен на небольшую работу, – продолжила женщина. – Я даже буду приплачивать тебе, чтобы все было по-честному. Мое заведение нуждается в заботе, и я могла бы пользоваться твоей помощью. Кроме того, мне хотелось бы, чтобы время от времени ты присматривала за детьми. В основном за Хлоей, потому что Джош недавно обзавелся старшим товарищем из школы. Как думаешь, ты справишься?

Бекка кивнула головой.

– Мне нравится такая работа. Я люблю чинить вещи и красить какие-нибудь поверхности. Уборка помещений тоже мне нравится. А еще одно время я подрабатывала няней – у наших соседей.

– Тогда договорились.

Дебби протянула руку для рукопожатия.

– Когда приедет твоя мама, мы можем изменить условия сделки, – сказала она.

Тон ее голоса намекал на то, что она, по какой-то причине, не верила в быстрое возвращение Лаурель.

Когда они пообедали, Дебби встала из-за стола, прикурила сигарету и предложила Бекке показать комнату, в которой предстояло жить девушке.

– Заодно перенесем туда твои вещи. Это позволит тебе обустроиться, прежде чем я привезу детишек. Они обязательно захотят познакомиться с тобой.

Они прошли через офис. Дебби сняла ключ со стенда, оформленного под большой лист папоротника. На стенде висело еще девять ключей, украшенных разными брелками. Тот, который взяла Дебби, был обозначен числом 444 – как будто ее мотель являлся огромной гостиницей в Лас-Вегасе. Вид брелка так же соответствовал бы Лас-Вегасу: игровой автомат размером с чековую книжку. Когда они вышли наружу, Дебби сказала, что в прежние дни ее отец собирал брелки по всем штатам Америки. В ту пору гостиницы и мотели старались выделяться своими фирменными атрибутами. Ее отец часто ездил по служебным командировкам от концерна «Боинг». Он собрал целую коробку брелков – в качестве сувениров. И когда отец Дебби построил мотель, он решил использовать несколько лучших экспонатов коллекции. Цифры на них не имели отношения к реальным порядковым номерам. Но кого это волновало? Мотель насчитывал только десять комнат. Ошибиться было невозможно.

Пока они шли вдоль ряда номеров, Бекка поняла, о чем шла речь. Комнаты обозначались наугад – точнее для соответствия с цифрами на заимствованных брелках. Номер 444 оказался третьим по счету. Перекосившуюся дверь заклинило, и она едва открылась. Дебби пришлось подтолкнуть ее плечом.

Бекка заметила, что комната была чистой. Ее мнение об этом месте начало меняться в лучшую сторону. Мебель выглядела старой и простой, но для девочки, которая провела свою первую ночь на острове в собачьей будке, она казалась просто божественной. В комнате имелись две кровати. Между ними стоял стол с ночной лампой. У одной из стен располагался шкаф с откидным секретером, который тоже можно было использовать как стол. Обстановку дополняли кресло с прямой спинкой, электронные часы, телевизор без пульта и несколько картинок-раскрасок, висевших на стенах.

Самым желанным удобством был душ. Бекка могла пользоваться им ежедневно и мыть волосы хоть по десять раз на дню. На эмалированном тазике лежал еще один долгожданный предмет – длинный брусок мыла. Полотенца оказались не такими толстыми, как она привыкла, но они были белыми и чистыми.

– Нам нужно договориться о правилах, – сказала Дебби. – У меня их только два. Никаких парней поздним вечером и никакой «дури». Ты все поняла?

Бекка чувствовала, что ее согласие имело для Дебби особую важность. Она кивнула головой.

– Мне здесь не с кем встречаться поздними вечерами, и я никогда не прикасалась к «дури». Вы имеете в виду наркотики, верно? Я не наркоманка.

Наркотики были последним, что могло бы понадобиться Бекке. Честно говоря, ей по горло хватало «шепотов». Только богу известно, что с ней случилось бы, если бы она покурила «траву» или проглотила «колеса».

– Да, я говорю о наркотиках, – сказала Дебби. – Но то же самое касается и выпивки. Особенно выпивки! Превыше всего этой чертовой дряни! Я знаю, какими любопытными бывают дети. И я знаю, как трудно им бывает сказать «нет»! Но ты должна дать мне обещание, иначе мы не договоримся. У нас не будет общих дел, если ты начнешь обманывать меня. Не важно, по какому поводу. Я сразу узнаю, если ты солжешь мне. Я нюхом чувствую неправду.

– Обещаю, – произнесла Бекка. – Никакого спиртного, никаких наркотиков, никаких вечеринок, никакого обмана.

Затем она заговорила о том, что, на ее взгляд, было деликатной темой – особенно с учетом слов о лжи.

– Мне нужно устроиться в школу. Когда мама вернется, она заберет меня с собой. Но я немного волнуюсь, потому что это мой первый год в старшей школе. Я и так уже пропустила пару недель. Если вскоре мама не приедет, я отстану от сверстников и потеряю целый год.

Ее просьба состояла на три четверти из истины и на одну четверть изо лжи. Бекка полагала, что это был хороший способ для проверки Дебби – действительно ли она могла чувствовать неправду.

Хозяйка мотеля не сводила с нее глаз. Бекка услышала «шепоты»: Риз… надо найти способ… милое дитя… Мысли Дебби накрывали друг друга, как это бывает в бреду у больных людей. И все же одна из эмоций, острее иглы, вонзилась где-то рядом с сердцем Бекки. Хотя девочка не знала этого, ее содрогание от воспринятой боли заставило Дебби принять решение.

– Я устрою тебя в школу, – сказала она. – Можешь не сомневаться. У тебя имеются какие-нибудь документы? Табели успеваемости или копии аттестационных листов?

– Я привезла с собой выписки из средней школы. Это все. То есть у меня нет при себе других документов. Ни свидетельства о рождении, ни фотографий.

– Хватит и этого, – сказала Дебби. – Со школой не будет никаких проблем.

В ее голосе появилась внезапная твердость, совершенно непохожая на строгость, с которой она говорила о лжи. Ее намерение воспринималось как камень – несокрушимый и гладкий, словно мрамор.

Бекка, не подумав, спросила:

– Не будет проблем? Почему?

Дебби улыбнулась. В ее печальной улыбке было нечто другое, чем подтверждение сказанных слов.

– Почему я не вижу тут затруднений? Потому что несколько лет назад замдиректора школы убила мою дочь.

* * *

Дебби не стала развивать эту тему. Когда она оставила Бекку в номере 444, девочка тоже решила не углубляться в мрачные размышления. Ей хотелось принять душ. И он принес ей реальное удовольствие. Мытье волос практически ввело ее в экстаз. Чуть позже она подошла к запотевшему зеркалу, вытерла его и внимательно осмотрела себя. Ей вспомнились инструкции Лаурель.

«Макияж! Не жалей тонов и пудры, милая! Особенно меняй очертания глаз. Не делай из себя ярко раскрашенную дуру. Извини за грубость. Ты должна убедиться, что Джефф Корри не узнает тебя, если ты даже принесешь ему чашку кофе в какой-нибудь забегаловке».

Бекка не хотела носить такой макияж. Кому из молодых девушек понравилось бы превращать себя в отвратительное существо? Но сейчас ей нужно было выживать, а не ловить на удочку странствующего Принца. Бекка понимала это. Печально вздохнув, она начала создавать образ «готки» с городской помойки. По крайней мере от нее теперь не пахло конурой.

Когда она закончила сеанс косметики, снаружи, за узким окном душевой, послышались возбужденные крики маленького мальчика:

– Так не честно! Ты пнул его слишком сильно!

Другой голос – более басовитый – со смехом ответил:

– Нет, братишка. Ты просто не успел блокировать его. Тебе следовало поспешить.

Бекка решила, что это был Джош – внук Дебби. Очевидно, он играл в футбол со своим старшим товарищем. Вместо ворот они использовали дверь соседнего номера. Желая убедиться в своей правоте, девочка немного сдвинула занавеску. Когда она увидела, с кем играл Джош, с ее губ сорвался громкий вздох. Похоже, мы связаны судьбой, подумала она. Старший товарищ Джоша оказался парнем с парома – тем юношей, который сидел в машине шерифа. Она торопливо задернула занавеску. В то же мгновение раздался стук в дверь.

– Бекка? – прокричала Дебби Гриедер. – Ты там, лапуля? Выходи и познакомься с Хлоей.

У Бекки не было выбора. Она заключила сделку с хозяйкой мотеля. Оставалось лишь надеяться, что темнокожий парень не узнает ее. Интересно, подумала она, почему я боюсь встретиться с ним?

На крыльце ее ожидали Дебби и маленькая девочка, которая цеплялась за руку бабушки. У нее были большие глаза василькового цвета. Она носила комбинезон, ярко-розовые резиновые боты и майку с надписью «Привет, котенок!».

– Это Хлоя, – сказала Дебби. – А это наша новая подруга Бекка.

Рот Хлои округлился. Бекка не винила ее. При таком макияже только грозные татуировки на лице могли бы сделать ее внешность хуже.

– Привет, Хлоя! Кто тебе больше нравится? Барби или Братц?

Хлоя усмехнулась и прокричала:

– Барби!

– Мне тоже нравится Барби, – сказала Бекка. – Только у меня с собой нет ни одной куклы. А как насчет тебя?

– Ух! У меня их много!

– Я могу взглянуть на них?

Хлоя дернула Дебби за руку.

– Бабуль, она может посмотреть на кукол? Только пусть они останутся в моей комнате. Мы можем пойти к нам домой и немного поиграть?

– Я не против, – ответила Дебби. – Но сначала она должна познакомиться с Джошем.

Бекка улыбнулась, но сжала зубы за закрытыми губами. Нельзя сопротивляться неизбежному. Ей предстояло встретиться лицом к лицу с красивым темнокожим юношей.

Они с Дебби обошли угол здания и вскоре оказались на заднем дворе, где росло несколько кленов, окаймленных темно-красной листвой. Неухоженная лужайка с зеленой травой тянулась от мотеля до самого края утеса. Местами на ней виднелись кусты черной смородины и «океанских брызг». На первых виднелись пурпурные ягоды, на вторых – цветы кремового цвета. Ближе к дому два парня играли в футбол. Высокий юноша со смехом проделывал виртуозные финты и все ближе подводил мяч к предполагаемым воротам. Маленький мальчик цеплялся рукой за его пояс.

– Так нечестно! – крикнул он. – Ты отобрал его у меня!

Темнокожий парень споткнулся. Они оба потеряли равновесие и упали в траву. Их смех уносился в высокое небо.

– Эй, ребята, – позвала Дебби. – Идите сюда. Познакомьтесь с Беккой Кинг.

Старший юноша вскочил на ноги первым. Все еще смеясь, он подхватил маленького мальчика и поднял его в воздух, словно мяч.

– Приготовься к тачдауну!

Джош визжал до тех пор, пока его не опустили на землю. Затем темнокожий парень повернулся, и Бекка подготовилась к тому, что могло произойти. Их взгляды встретились. Глаза юноши были такими же темными, как ночной глянец его кожи. И между ними снова возник необычный контакт. Какое-то неуловимое ощущение. Одна случайная мысль налетела на другую: она так похожа… если кто-то и может… радость…

Парень направился к ним.

– Хлоя, как дела?

Он мягко прикоснулся к голове девочки и повернулся к Бекке с таким видом, как будто впервые увидел ее.

– Я Деррик. А ты недавно на Уидби? Наверное, только что приехала?

– Да, – ответила Бекка, почувствовав себя глупой дурой.

Неужели такая девушка, как она, могла придумать в ответ только одно слово?

Деррик улыбнулся. У него были самые белые зубы, которые когда-либо видела Бекка. Изумительно гладкая кожа казалась выкрашенной краской. В его присутствии Бекке хотелось потерять двадцать фунтов веса и стереть уродливый макияж. Ей хотелось закричать: «На самом деле я блондинка. У меня красивые волосы цвета соломы». И еще ей хотелось отхлестать себя по щекам за такие желания. Неужели она была настолько уродливой?

– Кажется, я видел тебя на пароме, – сказал Деррик.

– Я тоже тебя видела, – ответила Бекка.

– У нас на острове нигде не спрячешься, – пошутила Дебби. – В молодые годы мне иногда казалось, что я вышла замуж за Уидби. Ладно, бойцы. Пора бы нам перекусить.

Слово «перекусить» привело Джоша и Хлою в движение. Девочка визгливо закричала:

– Попкорн!

Джош ответил ей мужественным криком:

– Сморы![2]

Они побежали к двухэтажной части здания. Их бабушка последовала за ними. Деррик и Бекка немного отстали. Темнокожий парень шел рядом, едва не касаясь ее руки. Он был таким высоким! И его пластичные движения выдавали в нем хорошего танцора.

– Прошлым вечером я видел тебя у дома Кэрол Квинн, – сказал он тихим голосом. – Это была ты, не так ли?

Она бросила быстрый взгляд в его сторону.

– Да. Почему ты посоветовал мне уйти?

Он молчал какое-то время. Бекка вновь посмотрела на него, и когда парень встретил ее взгляд, она заметила, что он с трудом сглотнул комок слюны.

– На самом деле я не знаю, – ответил он со смущенной улыбкой.

2

Американский десерт, который состоит из двух глазированных в шоколаде крекеров и слоя пастилы между ними.

Лезвие пустоты

Подняться наверх