Читать книгу АГМИЛ: Собиратели Сказок - Эн-Ли Тонигава - Страница 4

ПРИГРАНИЧЬЕ

1.

Я стараюсь радовать бабушку с дедушкой, как умею. Вот соберу семью в полном составе, и нагрянем в гости! Устроим пир горой.

А пока пристаю к тётушке с расспросами. Поначалу она долго отнекивалась. Пришлось даже напомнить, что данное слово держу. Бабушке с дедушкой о родителях не скажу, пока всех не отыщем. И младшая сестра мамы кое-что поведала.

У нас в гостях как раз была фея-крёстная! Мы испекли крендельки с маком, поставили на стол цветочный мёд и варенье из крыжовника, заварили чай с липой.

… На город опустился задумчивый вечер. Час назад прошёл дождик, принёсший свежесть и прохладу. Тучки разбежались. В небе звёздные жители открыли окошки. Смотрели вниз. Переговаривались.

Я приставала с расспросами. Вдруг Зинаида Павловна поддержала меня:

– Да расскажи ты ей о прошлом родни. Мне тоже интересно послушать. Люблю увлекательные истории!

Тётя Тамара начала издалека:

– Вильям Дэйсни родился в мире заповедной, таинственной магии. Мире приграничья, названном Заповедным лесом. Последней преграды для чужих. Преграды невидимой, но прочной, – голос тётушки лился плавно, певуче. Рассказывать она умела! – В нескольких местах огромной лесной территории находились сторожевые заставы. Там были пропускные посты. И круглосуточно несла службу приграничная стража. В их обязанности входил дозор, защита порталов и прилегающей территории, задержание нарушителей, препятствие перевозке запрещённых предметов и многое другое.

Брали на службу лучших! Самых выносливых, сильных, смелых, ловких. Обучение стражей, тренировки, тесты проходили тут же – на территории Заповедного леса. Заодно решали, куда направить новобранцев – в стражи либо проводники. Стражам требовалась сила, выносливость, инстинкт охотника. Проводникам – хитрость, ловкость и особый магический дар. Не так просто путешествовать через порталы. Одни представляли запутанные лабиринты. Другие – водовороты. Третьи – преодоление препятствий, уклонение от ловушек, решение загадок, сражение с неведомыми существами.

Обстановка в приграничной зоне была напряжённая. Постоянно находились те, кто по каким-либо причинам предпочитал искать всевозможные лазейки. Они обращались к контрабандистам, рискуя не только товаром и деньгами, но и головой.

2.

Мы с Зинаидой Павловной слушали, затаив дыхание. Я даже не думала, что мир, где живут дедушка с бабушкой, столь таинственен и опасен.

– Мать нашего отца и твоего дедушки Вильяма жила в глубине леса, – продолжила рассказчица. – Дама она была предприимчивая. Днём Милисента Дэйсни занималась ворожбой, а по ночам в дом её приходили тёмные личности, которым требовались незаконные услуги по перевозке и доставке товара из других миров.

Муж Милисенты – Диего-де-Санчес был знатный контрабандист! Во всех смыслах: смуглый, с иссиня-чёрной бородой, золотой серьгой в ухе, взглядом, пронизывающим насквозь. Одевался, как лорд! Нрав имел взрывной, упрямый, неуступчивый. Чуть что, хватался за оружие и атаковал. Туго приходилось неприятелю – либо сражайся, либо беги.

Милисента считала мужа незаурядной личностью, готова была за ним в огонь и воду. Одно нехорошо – с такой его непредсказуемой и опасной деятельностью – виделись супруги редко.

А ведь могло всё сложиться по-другому. Диего-де-Санчес обладал всеми качествами, чтобы стать одним из прославленных проводников или отважных стражей Приграничья.

– Всеми, кроме порядочности? – насторожилась фея-крёстная. – Ведь так?

Тётушка кивнула:

– Профессию наш с Мартой дедушка выбрал незаконную. Судьбу непростую. Дорогу по жизни нелёгкую. Вот и не вернулся однажды.

– Как это? – встрепенулась я.

– Затерялся в тёмную грозовую ночь на одной из полных опасностей дорог.

– А прабабка?

– Милисента осталась верна памяти горячо любимого Диего. Замуж больше не пошла, хоть желающие были. Дама она была самостоятельная, со связями. При этом богата, энергична, привлекательна. Но никого похожего статью и нравом на Диего так и не встретила. Поэтому всё внимание направила на сына Вильяма, которому с утра до вечера рассказывала о героическом прошлом отца. Не удивительно, что мальчишка мечтал стать контрабандистом, считая дело это не только выгодным, но и почётным.

3.

– Вот в чём дело, – призадумалась фея-крёстная.

– Такая профессия не давалась легко, – пояснила тётя Тамара. – Для того чтобы проходить через порталы, требовались ловкость, выносливость и магическая сила.

Мы так заслушались, что чай в наших чашках остыл. Хозяйка заметила это. Поколдовала над чайником и предложила:

– Ещё чаю?

– Благодарствую! – Зинаида Павловна пододвинула свою чашку.

– Не-а, – я покачала головой. – Сыта.

Отпив ароматный напиток, фея-крёстная неожиданно призналась:

– Слыхали мы в АГМИЛе о Диего-де-Санчесе! Всем обладал с лихвой. И сын пошёл в него. Но почему взял фамилию матери?

– Чтоб никто и сравнивать не смел с отцом! – ответила тётя. – Заверил мать, что сам добьётся богатства и славы, поэтому уже в тринадцать лет напросился учеником к контрабандистам. А через десять лет стал сам водить нелегалов и доставлять загадочные письма и посылки по назначению.

Теперь Вильям Дэйсни наводил страх и внушал почтение, как некогда его отец Диего-де-Санчес.

Милисента сыном гордилась, деятельность его поощряла.

Заказов у них было много, дом – полная чаша, дело процветало, пока Вильям не столкнулся с дозором стражей.

– Стражи! – восхищённо перебила Зинаида Павловна. – Знаю. Встречалась. Силачи, смельчаки, ловкачи, каких поискать! Командир их, Керлош Следопыт – отлавливает нарушителей всюду, как бы те ни запутывали следы.

– Силачи! Красавцы! – тётушка укоризненно взглянула на подругу, недоумевая, как та может восхищаться теми, кто пленил её отца.

Зиночка смутилась и пояснила:

– Хотя Вильям Дэйсни предстал перед судом Старейшин, и его ждало суровое наказание, но Керлош Следопыт испросил разрешение взять Вильяма на перевоспитание. Разве не так?

Тётушка оттаяла:

– Так. И наш с Мартой отец попал в отряд пограничной стражи. А после испытательного срока попросился в проводники. Мол, не может он без опасности, приключений, риска. Но перед этим дал слово, что криминальный промысел бросит.

Хозяйка с гостьей обменялись понимающими взглядами.

4.

Пока дамы перемигивались, у меня на душе запели соловьи. Сразу несколько! Целый хор.

Ну, и я не стала сдерживать эмоций:

– Круто!

И даже ладони потёрла от удовольствия, так обрадовалась переменам в жизни дедушки Вильяма.

– Главная причина была в том, что Вильям влюбился по уши, – справедливо заметила фея-крёстная. Достала из кармашка зеркальце и с довольным видом полюбовалась своим отражением. – Воспылал страстью к дочери одного из Старейшин.

– Ух! Здорово. А что дальше? – уставилась я на рассказчицу.

– Многие только мечтать могли о луноликой лефее Мэй! Она была хранительницей леса и целительницей. Варила удивительные зелья, которые силу придавали, от любых хворей избавляли, помогали обрести гармонию, дарили радость да к тому же заветные желания осуществляли. И вот пока другие грезили о красавице, Вильям подстерёг лефею в чаще и признался в пылкой страсти. Она возмутилась, но, присмотревшись повнимательней к ладному парню, согласилась встретиться ещё раз…

Мы с тётушкой понимающе переглянулись.

– Вот оно что! – всплеснула ладонями тётушка.

– Не иначе знакомая всем нам фея-крёстная позаботилась о встрече влюблённых? – я с благодарностью взглянула на Зинаиду Павловну. – И заодно изменила жизнь Вильяма в лучшую сторону!

– Вскоре влюблённые дня не могли прожить друг без друга, – похвасталась Зинаида Павловна. – Но не всё так просто. Вильяму долго пришлось уговаривать родителей Мэй отдать за него дочь. Будущему зятю устроили такие испытания, что не всякий выдержит. А Вильям справился! Потому что не представлял жизни без Мэй.

Сыграли свадьбу! А через год у супругов родилась дочь Марта – озорница, непоседа, упрямица. Даже подумать нельзя было, что восхитительное создание с невинным взглядом и пухлыми щёчками – атаман в кружевах! Домой девчонку не загнать. Бегает до вечера по лесу. Верховодит местными ребятишками. Несколько раз пыталась в порталы нос сунуть. Но не тут-то было! Там знания нужны, умения особые, магическая сила.

5.

С изумлением взирала я на рассказчицу. Затем обернулась к тёте.

Она кивнула и сообщила:

– Мама говорила, что утихомирить Марту, на время, могли только рассказы бабушки-ворожеи о похождениях дедушки-контрабандиста. О ловкости сына Вильяма, пока не променял он шумную, полную опасностей и приключений жизнь романтика большой дороги на тихий семейный очаг. Милисента театрально качала головой и вздыхала: «А какие удивительны вещи он привозил из других миров! Купались в золоте. А теперь рискует головой, ради чего? Всеобщего блага. О себе надо, внучка, думать в первую очередь. Будешь сама счастлива, и всех сможешь осчастливить».

– Склонность к авантюрам, жажда острых ощущений, потребность в признании были больше Марте по душе, чем усердие в учёбе и честность, которой учили мать с отцом, – поведала Зинаида Павловна. – Прошло три года, и на свет появилась вторая дочь. Назвали её Тамара. Тихая, задумчивая, мечтательная. Внешне и по характеру напоминала Мэй. Ей бы с деревьями шептаться. О своём, о девичьем. Да с птичками песенки распевать…

– Вот почему мама тебя называла папиной любимицей и маминой помощницей, – я обернулась к тёте. – Вы часто ссорились в детстве?

– Мы были слишком разными, – уклонилась от прямого ответа тётя.

– Продолжайте! – потребовала я, но спохватилась: – Пожа-а-алуйста.

… Ветер доносил из сада восхитительный аромат поздних осенних цветов. Ночная прохлада неторопливо расползалась по саду. А в доме уютно и тепло. Хозяйка с гостьей делились воспоминаниями. Но для меня это была та самая – ценная информация. Да к тому же, очень неожиданная!