Читать книгу Касаясь тебя - Группа авторов, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 26

Ты не услышишь, как тебя зову я.

Ты далеко в краю бессмертных лилий,

Где нет движенья, где часы застыли,

И где не слышно звука поцелуя.

Ты не узнаешь, как я жду, тоскуя,

В ночи, где нет просвета, как в могиле,

Чтобы лучи рассвета растопили

Мрак ледяной души моей, ликуя.

Услышу, как зарю встречает птица,

Почувствую, как лёд тяжёлый тает,

Увижу, как весенний свет струится.

И только шрам один не зарастает

На коже сердца. Кровью он сочится

В груди моей, и сердце умирает.

Все мои мысли о тебе. Навечно,

Любимая, мы связаны с тобою.

Тоскую, и тоска подобна зною:

И жжёт, и иссушает бесконечно.

И не спастись от муки той сердечной,

Не отвести усталою рукою,

Не заменить серебряной звездою,

Что по ночам блестит в Короне Млечной.

Но я тебя искать не перестану.

Душа моя к тебе стремиться будет,

Как к побережью волны океана.

Воспоминанья живы. Не остудит

Холодный разум ноющую рану,

И только смерть забыть тебя прину́дит.

Я увидал тебя в твоей печали.

Ты, как голубка, голову склонила.

Казалось, ты молчание хранила,

И только губы шёпотом кричали.

Глаза, что так восторженно сияли,

Какое их несчастье ослепило?

Какая мука пролила чернила

На хризолиты, яркие вначале?

Прислушайся! За нашей жизнью с гиком

Орда степями бешеная скачет

И травы топчет в исступленье диком.

А мир в земле трусливо взоры прячет,

И, слух заткнув и просветляясь ликом,

По нашим мёртвым ни один не плачет.

Любовь моя, тоска моя немая!

Не услыхать мне от тебя ни слова.

В стране теней, где сердца нет живого,

Томишься ты, меня не вспоминая.

А ужас бродит всюду, поражая

Своим копьём без промаха любого.

И всходы смерти прорастают снова,

И нет иного в мире урожая.

Как обойти нам зарево Геенны?

Как не сгореть в огне неутолимом?

Где крови взять, чтобы наполнить вены?

А ты блаженна рядом с херувимом

И не увидишь больше, как гиены

Терзают кости, тронутые дымом.

На небосклоне стылой мглы осенней

Ты появилась утренней звездою.

Твои глаза прошили золотою

Рассветной нитью сумрачные тени.

Найти бы в них приют от всех сомнений,

Войти туда израненной душою,

Укрыться бы под кровлей голубою

Весенней расцветающей сирени.

Но далеко теперь твоё сиянье,

Твои глаза мне больше не мерцают,

И не вернуть твоё очарованье.

И только скрипки жалобно рыдают

О том, что не кончается страданье,

И в наступившем мраке звёзды тают.

Уже нам виден алый край рассвета,

И только нет тебя со мною рядом.

Грядущий день стучится в дверь прикладом,

И крик последний умолкает где-то.

Все зовы остаются без ответа,

Все лучшие ростки побиты градом,

И сухоцветы овладели садом,

И заревом охвачена планета.

И если ты приходишь, как живая,

Во сне, где ткут виденья паутину,

Воспоминанья жизни навевая,

Пускай они, подобные жасмину,

Цветут в душе, цветами расцветая,

И складываясь в пёструю картину.

Твой лик живой, что сновиденьем ранит,

Под утро тает в розовом тумане,

И не зажить вовеки этой ране,

Пока мне ангел смерти не предстанет.

Тогда печаль со мною в вечность канет.

И, завершив свой путь среди пираний,

Душа покинет мир нужды и брани

И снова в мире истины воспрянет.

Уже давно схлестнулись перепутья,

Но до сих пор не кончилась дорога,

И всё ещё свистят стальные прутья.

И не утихла чёрная тревога,

Что, разменяв дни жизни на лоскутья,

Встаём мы у последнего порога.

И снова сон, что я иду с тобою.

Нет никого – лишь солнце и свобода.

А далеко у края небосвода

На горизонте – облака гурьбою.

Беспечны мы под кровлей голубою.

Не видим, как меняется природа,

Как вся лазурь небесного обвода

Внезапно хмарью сделалась слепою.

Исчезли кроны солнечного леса,

И сумрак опускается железный,

И разделяет чёрная завеса.

Она стоит в глазах стеной отвесной,

Её раствором адского замеса

Скрепила ночь, исторгнутая бездной.

Ничто не возвратит моей любимой:

Ни пафос Божьих слов, ни заклинанья,

Ничьи молитвы и ничьи стенанья —

Они сильны, но смерть неодолима.

Она коварна и непостижима.

Нам остаются лишь воспоминанья.

И в сновиденьях краткие свиданья,

А после – струйка розового дыма.

Как быть тому, кто потерял опору,

Кто ходит по земле, сгибая спину

И задыхаясь, словно лезет в гору?

Найдёт ли он когда-нибудь долину

Сухих костей, где Бог откроет взору

Бессмертия грядущую картину?