Читать книгу ОГО. Мишка по имени Герман - Ирина Михайловна Кореневская - Страница 4

– О, пап! Познакомься…

Старшенький оказался в компании двух красивых девчонок, которых тут же мне представил. Я убедился в том, что это не мои студентки, выразил свой восторг по поводу знакомства и известил, что вынужден откланяться.

– А Оникс-младший дома? Я девчат с ним хочу познакомить. Вот, кстати, девушки, мой брат – вылитый отец.

– Ну вы тоже похожи. – улыбнулась та, что повыше и, кажется, посмелее.

Я улыбнулся в ответ, сообщил, что дома и брат, и сестра, а наши потенциальные гостьи умилились и выразили стремление познакомиться с Мирой тоже. Я пожелал всем приятного времяпрепровождения и поскакал далее по намеченному маршруту. Интересно, кого мы застанем дома, когда вернемся с женой?

Оникс-младший прав: когда я встречаю красотку с работы, мы действительно частенько задерживаемся по пути домой. От дома до офиса можно добраться по шоссе и утром мы обычно туда едем, как сегодня. Но если позволяют время и погода, то предпочитаем гулять по лесу – тут минут пятнадцать неспешным шагом брести.

Вот только мы часто делаем остановки по банальной причине: успели соскучиться друг по другу за день! И потому с удовольствием обнимаемся и не можем нацеловаться если уж не под каждым кустом, то под каждым третьим деревом точно. Поэтому дорога у нас и полчаса иногда занимает, это правда.

И может так статься, что пассии Феникса к тому моменту уже улетучатся вместе с сыновьями. Не сомневаюсь, что одну из девчонок старшенький обязательно постарается сосватать младшенькому. Как и не сомневаюсь в том, что у него ничего не получится. Дело в том, что у братьев кардинально разные вкусы в отношении женщин.

И загвоздка даже не в том, что девчонкам вокруг двадцати, а Ониксу-младшему только на днях восемнадцать исполнилось. Он никаких предрассудков по поводу возраста не имеет, а уж мы тем более: я на три столетия младше моей звезды. Нет, просто девочки определенно не из тех, что могли бы понравиться моему младшему. Хотя он и не привереда.

Помню, Феникс как-то признался, что в детстве был влюблен в Регинку и даже планировал жениться на ней, когда вырастет10[1]. И хоть было это подано в виде шутки, если бы в свое время я не повел лису под венец, возможно, он бы и попытался. Вот только красотка, скорее всего, сынка послала с таким предложением – ведь с пеленок знает парня.

Да и в целом, его симпатия к моей драгоценной для меня каким-то сверхоткрытием не стала. Во-первых, в Регинку невозможно не влюбиться. Красивая, яркая, добрая, нежная, умная, мудрая даже, сексапильная – и как мимо такой пройти? Думаю, она и сформировала у него представления о женской красоте. Да и когда Феникс был подростком, уже жил у нас и я помню, что на лису он смотрел с большим интересом. Оно понятно, гормоны. Но в любом случае у него сложился именно такой идеал женщины.

И девицы, которых он привел, примерно того же типажа. Симпатичные, бойкие, за словом в карман не лезут и тоже волосы необычного цвета: у одной синие, у другой розовые. Старшенький всегда примерно на таких и смотрит. Но младшенький, насколько я могу судить, совсем другой.

Это неправда, что все парни выбирают избранниц, похожих на своих матерей. Как и не совсем корректно утверждение, будто девчонки ищут мужей, похожих на их отцов. Лидия, к счастью, выбрала не какого-то балбеса, а Архимеда – ничего общего со мной. У меня самого обе жены непохожи на мать. Да и Феникс не смотрит на девчонок, напоминающих Силию. Его магнитом тянет к тем, кто в чем-то схож с Регинкой.

А Оникса-младшего не тянет – у него дома уже одна такая сидит, мать его. И сестра подрастает. Насколько я успел заметить, он как раз обращает внимание на девушек другого склада характера и иной внешности. Так что с нашими гостьями сын, конечно, будет приветлив и мил. Но и только-то.

Тут я услышал деликатное жужжание арновуда и ответил на вызов.

– Па, мы украдем брательника на вечер? – услышал я Феникса.

– Если он не против, то до десяти и ни минутой позже.

– Да ладно до десяти!

– Сын, ты взрослый и на отдыхе. А он еще подросток и завтра на пары.

– Понял! Лично отконвоирую и в кроватку уложу.

– Это уж как сами решите. Охране скажи, чтобы за Мирой приглядели.

Феникс клятвенно пообещал и отключился. Иногда он обнаруживает некоторую бестолковость – это мое наследство. Вот и сейчас забыл напрочь, что младший брат еще только студент и не может так собой вольно распоряжаться, как взрослый парень. Я бы, на его месте, вообще никуда не пошел даже с симпатичными девушками – вторая неделя учебы только началась, надо в график вписываться. Однако все время за чертежами, проектами и учебниками сидеть тоже не след, так и озвереть можно. Сейчас брат его проветрит, потом самому приятнее будет спокойно торчать за партой.

Но это, конечно, если Оникс-младший сам захочет пойти. Я его знаю, он и отказаться может, если не в настроении. Надеюсь, с настроем у него все в порядке сегодня. А то, возможно, и Мира уговорит. Она любит одна дома оставаться в последнее время – наверняка еще не адаптировалась и устает от школы.

То есть, я не совсем корректно выразился. Никто семилетку одну не оставит, хоть она у нас и разумная девчонка. Но всем так спокойнее будет. По периметру участка, даже когда я дома, дежурят охранники, порядок такой. Парочка в офисе и еще несколько человек в резиденции. Теперь же, если братья с новыми знакомыми куда-то пойдут, один из телохранителей расположится непосредственно на территории дома.

Мире он не помешает, находиться внутри будет просто ради общего спокойствия. Если дочке что-то понадобится – она сама его позовет. Нет – он не будет отсвечивать. А малышка сможет отдохнуть в тишине и спокойствии. Ведь эта самая тишина в нашем жилье очень даже редкий гость, исчезающий вид!

– Котик! – услышал я Регинку и улыбнулся.

Размышляя над вкусами сыновей, я добежал до офиса и как раз успел к тому моменту, когда жена перешагнула порог своего кабинета. В одной руке у лисы сумочка, в другой – букет, который для нее подобрала Мира. Не может же благоверная цветы в офисе оставить, хочет и дома ими любоваться.

– Как же я по тебе соскучился! – обнял я ее.

– Я тоже. – вспыхнула она мягким светом.

Секретарь и прочие сотрудники уже разошлись по домам, жена у меня, как начальница, всегда последняя покидает рабочее место. А охранник, увидев меня, спустился вниз, деликатно предоставив нам возможность остаться наедине. И мы, конечно, этим воспользовались. Я осторожно поцеловал мою хрустальную, обнял покрепче, когда она прижалась ко мне, ощутил, как радостно бьется ее сердечко.

В таком состоянии мы можем очень долго простоять, и даже ничего не делать. Просто быть рядом. Как-то интересно начинает вести себя время, когда любимая попадает в мои объятия – оно попросту замирает. И весь мир куда-то девается, сужается до того пространства, крохотного пятачка, на котором мы находимся.

Думаю, это происходит от того, что мы действительно успеваем сильно соскучиться. Хотя, по факту, не виделись-то всего три часа. Однако нам и три часа – вечность. Поэтому нужно немного вот так друг другом подышать, прежде чем мы сможем жить дальше. Это как с земными смартфонами: при критическом разряде нужно хотя бы до двадцати процентов их зарядить, чтобы иметь возможность и дальше что-то делать. Вот и мы теперь подзарядились друг другом, чтобы хватило сил дождаться момента, когда начнется основной цикл зарядки, так сказать.

Держась за руки, мы вышли из офиса и отказались ехать домой на машине, хотя телохранители и предлагали. Теперь один из них загнал служебный автомобиль в гараж, а другой отправился следом за нами. Водитель тоже вскоре нас нагонит, будет прикрывать тылы товарища, прикрывающего нас.

У ребят какая-то своя охранная схема, я не вникал. Поначалу, когда мы только начали отношения, я слегка смущался того, что для Регинкиных охранников наш роман тайной не является. И боялся, что они не сохранят секрет. Не за себя опасался: моя первая супруга уже была в курсе, что я ей изменил. Даже раньше узнала, чем это случилось физически. И честно, я был бы счастлив, если бы Силия оскорбилась и подала на развод по этой причине, но увы. Получить свободу было очень сложно.

А держать наши отношения в тайне я хотел ради лисы. Вдруг ее народ осудит свою королеву за такое аморальное поведение. Ведь она изменила своим железобетонным принципам, связалась с женатым мужчиной. Однако народ обожает свою хозяйку. И всегда лояльно относился к тому, что у нее целый гарем из молоденьких телохранителей имеется. Когда же мы сошлись, никто и значения этому не придал. Мы же взрослые люди, сами разберемся. Но королем меня считать стали гораздо раньше, чем я официально получил титул принца-консорта, женившись наконец на ненаглядной.

Что же касается охранников – постепенно я привык к их постоянному присутствию. А что поделать? Работа у них такая, лису защищать. Со временем я и внимание перестал обращать на то, что кто-то из парней всегда рядом, и мы общаемся с любимой так, как считаем нужным. Нет, в их присутствии мы, разумеется, не позволяем себе что-то лишнее. Но понежничать, соскучившись, они нам не мешают.

Вот и сейчас, едва мы углубились в лес, я прижал любимую к первому же гладкому дереву и снова начал целовать. А через несколько минут уже она пошла в атаку под очередной раскидистой кроной. Так что путь домой действительно занял у нас некоторое время. Но, как говорил один земной классик11[1], счастливые часов не наблюдают.

И конечно же, чем больше становилось поцелуев, тем сильнее поднимало голову наше желание поскорее уединиться. Губки Регинки становились все более нетерпеливыми, а я обнимал ее все крепче. Присутствие этой женщины меня всегда опьяняет и заставляет экстренно терять голову.

Поэтому вскоре мы еще теснее прижимались друг к другу, а поцелуи уже носили характер не нежного приветствия, а обещания чего-то большего. Что мы, разумеется, не сможем позволить себе, едва окажемся дома. Однако должен сказать, что нас это нисколько не расстраивает, даже наоборот.

Ведь когда мы переступим порог, то проведем время просто отлично – в компании дочери, а после и сына, возможно, даже двух. Вечер в компании родных и любимых людей никогда не бывает напрасным! И то, что мы уже успели друг друга разогреть – это тоже хорошо. Подождать мы можем, а потом наше уединение окажется еще более желанным, выдержанным, что ли. Потомиться и после получить за это шикарное вознаграждение – что может быть лучше?