Читать книгу Мир 2070 года. Фантастика с эротикой и экологическим подтекстом в трех томах - Иван Владимирович Шульга, Иван Владимирович Старостин - Страница 3

Сцена 1: Сухая подготовка.

Место: Командный центр дережабля. День запуска.

Действие: Весь экипаж на местах. На экранах – прямая трансляция с космодрома «Восточный-2». Там праздник: флаги, речи, сияющее лицо Виктора Крушинского, дающего интервью. Он говорит о подвиге, о звёздах, о долге человечества. Лекс смотрит на телеметрию: концентрация озона, вектор ветра, давление. Его лицо – каменная маска. Марина отдает четкие команды по подготовке дережабля к возможной ударной волне.

Напряжение: В воздухе висит ожидание удара. Эндрю цинично замечает: «Ставлю десять кредитов, что их «научный зонд» – это титановая бутылка шампанского для олигарха на орбите». Никто не смеется.

Сцена 2: Разрыв.

Место: Обсерватория. Вечер.

Действие: Запуск. Сначала это красиво: яркая точка внизу, медленно ползущая вверх. Потом она превращается в огненный кинжал, который режет сумеречное небо. На дережабле срабатывают все датчики. Лекс в реальном времени видит, как на его экране, поверх карты озонового слоя, расходится кроваво-красное пятно – зона химического и термического разрушения от выхлопа ракеты. Это пятно ползет прямо к их мембране, к их «заплатке».

Кульминация: «Нет…» – шепчет Лекс. Он видит, как созданная им живая ткань, столкнувшись с адской химией выбросов, не восстанавливается, а начинает растворяться. Это не разрыв. Это гниение. Молчание на мостике становится оглушительным. Все смотрят, как их месяцы труда превращаются в дыру, в ничто.

Реакция Марины: Она первая обретает голос. Ледяной, металлический. «Расчет ударной волны через сорок секунд. Всем занять позиции. Волков, закрой свой терминал. Твоя работа здесь закончена. Теперь моя». В ее глазах нет сочувствия. Есть ярость солдата, чью позицию только что разбомбили. Она смотрит не на Лекса, а на экран с улыбающимся Крушинским. В ее взгляде впервые появляется нечто личное – ненависть.

Сцена 3: После. Адреналин и Плоть.

Место: Пост-удар. Дережабль поврежден, но держится. Отключено основное освещение, горит аварийное. Лекс в своей лаборатории, бьет кулаком по столу, разбрасывая образцы. Дверь открывается без стука. Это Марина. На ее виске – след крови от летящего болта. Она дышит часто, грудь вздымается под комбинезоном.

Действие: Ни слова. Она подходит, хватает его за разворот комбинезона и притягивает к себе. Это не поцелуй, это столкновение. В этом действии – вся ярость за разрушенную работу, весь страх перед почти случившейся смертью, протест против несправедливости мира, который бьет по ним сверху и снизу. Эротизм этой сцены – чистая животная физиология: нужда ощутить жизнь, когда вокруг столько смерти (их труда, их иллюзий). Это не любовь. Это биологический ответ на катастрофу. Стыд и неловкость после – еще больше их разделяют.

Финал Главы 3: На рассвете, глядя на Землю, на новую черную метку в небе, Лекс получает сообщение. Это Карина, журналистка: «Мистер Волков, у меня есть данные по финансированию запуска «Ангары». Это не «Галактик-Майнинг». Это хуже. Можем встретиться?» Лекс смотрит на спящую (притворяющуюся спящей) Марину и понимает: его личная война только что обрела первого союзника и первого серьезного врага.